Вавилонская библиотека и другие рассказы

Роза Парацельса

Эта история не просто небольшая, но очень и очень маленькая, при этом здесь есть не только интересный и понятный сюжет, но и весьма узнаваемое Средневековье, и пара секретных слоев со своей философией, и магический реализм, и потрясающая атмосфера.

И немного о каждом "уровне" истории. (Да и об атмосфере, лоре и жанре больше-то и не расскажешь.)

Основной конфликт: есть великий учитель, о котором идёт разная молва, а есть ученик, который хочет, чтобы учитель сначала ему доказал, что он достоин обучать его (хотя ученик и пришёл сам, без приглашения). Сейчас это выглядело бы так: вы пришли к репетитору со своим ребёнком и сказали учителю, чтобы он бросил всё и быстренько сдал по-настоящему ЕГЭ, а потом, когда придут результаты, вы решите, доверите ли своего ребёнка этому репетитору. Ага, это так не работает, поэтому иногда нужно просто поверить. Собственно, к этому и ведёт "Роза Парацельса".

Второй слой: пасхалки и намёки на разные философские учения. Роза, которую сжигают, чтобы она после стала вновь собой, Путь, рассуждения о жизни и смерти — это только части этого сюжетного уровня, которые для каждого будут иметь свое значение.

Третий слой: вера. Тут вообще ничего простого нет, так что не принимайте на веру простые объяснения.

В общем, определенно советую эту историю любителям порассуждать

Совсем небольшой рассказ повествует о человеке, который, можно сказать, случайно приобрел Книгу Книг.
На самом деле книга называется «Книга песка», и она не имеет ни начала, ни конца. Довольно занятная вещица, и, наверное многие захотели бы такую у себя иметь. Книга, которую можно изучать бесконечно - каждый раз открывая её на новой странице.
Вот и наш герой, не устает её листать, а так же начинает бояться, что такое сокровище у него могут украсть. Поэтому он не рассказывает никому о книге, а в последствии и вовсе отказывается от общения с людьми.
Уйдя в книгу с головой, наш герой, начинает понимать что эта книга порождение зла. И он решает от нее избавиться, и забыть о том, что така книга существует.

На самом деле очень занимательный рассказ! Заставляет задуматься о том, на что мы тратим своё время. Ведь даже самые выдающиеся вещи могут отнять целую жизнь, оставив в замен лишь пустоту.

Линия состоит из множества точек, плоскость — из бесконечного множества линий; книга — из бесконечного множества плоскостей; сверхкнига — из бесконечного множества книг.

Попытайтесь представить СВЕРХКНИГУ. Книгу, в которой нет начала и нет конца, открывая которую, вы каждый раз оказываетесь на новом месте, перед новым текстом и картинками. Наверное, любому заядлому читателю захотелось бы иметь такую.
Герой рассказа тоже не смог устоять перед небольшой книгой в тканевом переплёте, довольно тяжёлой и обшарпанной. Книга Книг, на самом деле, называлась Книгой Песка, "потому что она, как и песок, без начала и конца". За подобное чудо он готов был отдать самое дорогое, поэтому предложил все деньги (недавно полученную пенсию) и редкое издание Библии - Библию Уиклифа с готическим шрифтом, доставшуюся по наследству от родителей.
А теперь попытайтесь представить, что у вас уже есть это сокровище.
Вместе с радостью обладания, героя начинают обуревать страхи - вдруг Книгу украдут? или она когда-нибудь окончится? Он запирается в доме, страшится встреч с друзьями, забывает о времени и делах, засыпая и просыпаясь рядом с Книгой Песка.
Проходит и период страха. На смену ему приходит осознание, что его приобретение - порождение кошмара. Жизнь под воздействием страшного сокровища отрицала всякую действительность.
И вот тут перед героем встаёт новая задача: как избавиться от Книги?!

Вопросы: нужно ли мечтать о непостижимых вещах? желать обладать тем, чего нет у других? посвящать жизнь владению чем-то/кем-то?

Вот и прочитан последний из авторских сборников рассказов Борхеса. Как-то немного грустно, все-таки за последние три года этот автор прочно вошел в мою жизнь, подарил много открытий и во многом поспособствовал изменению моего восприятия мира. Конечно, есть еще эссе и стихотворения, многие из которых я уже читал, к тому же их в авторском варианте подачи найти на русском языке еще сложнее, чем рассказы, а то и совсем невозможно. И рассказы-то у нас любят тасовать и объединять случайным образом. Это, на мой взгляд, абсолютно недопустимо, так как каждый сборник – это некое сверхпроизведение, гораздо большее, чем просто совокупность рассказов. Есть еще произведения, написанные Борхесом в соавторстве, их я тоже когда-нибудь почитаю.

У меня есть искушение написать в этой рецензии про все сборники автора. Про «Всемирную историю низости», которая показалась мне весьма ироничной. Про подмену реального символом, превращение мира в сложную метафору в сборнике «Выдуманные истории». Про лабиринты сознания в «Алефе». Про литературу, вышедшую из мифа и вернувшуюся к мифу в «Создателе». Про вызвавший у меня недоумение сборник «Сообщение Броуди». Про «Книгу песка», само собой. И, наконец, сборник «Памяти Шекспира», в котором всего четыре рассказа. Хотел бы я все это расписать, но не могу. Я неплохо настроен на восприятие прозы Борхеса и, надеюсь, имею достаточно знаний, чтобы видеть многое из того, что он хотел скрыто показать. Но вот знаний и умений, чтобы сделать обобщение у меня явно не хватает.

Потому напишу только про «Книгу песка». Основные темы здесь типичные для Борхеса: бесконечность, форма, цикл. Основной мотив, объединяющий сборник – время (как противовес Вечности и как неотделимая часть его).

Очень тесно связаны два первых рассказа «Другой» и «Ульрика». В первом автор встречает самого себя молодого, во втором девушку, живущую сквозь символизм древних легенд. И там, и там темой является понимание между людьми, неизбежность вечного возвращение и бесплодность непонимания этого возвращения. На пути между молодым и старым, мужчиной и женщиной становится символ, преодолев который, можно достичь только еще одного, еще более сложного. Так в «Ульрике» герой и героиня преодолевают символический меч на ложе из древних саг, но не символ перемен в современном обществе. (То, что «Ульрика» теперь сама может выступать в качестве еще более сложного символа, я обыграл в истории).

В «Конгрессе» Борхес размышляет о созидании и разрушении, начале и конце, важности и тщетности усилий во времени. И само собой не отвечает на вопрос «А стоит ли тогда?».

В рассказе с названием «There Are More Things», отсылающем к Шекспиру («Есть многое на свете»), автор берет Лавкрафтовский страх неизвестного и, возвращаясь к теме лабиринта, пугает нас неотвратимостью.

В рассказах «Секта тридцати» и «Ночь даров» Борхес говорит, что людям необходимо незабываемое. Этим незабываемым может быть символ распятия Христа или нападение бандита на бордель, в любом случае с течением времени событие будет искажено и превращено памятью в символ события.

Рассказы «Зеркало и маска» и «Ундр» посвящены поиску совершенной поэзии. Эта тема уже затрагивалась в сборнике «Создатель», тут Борхес снова к ней возвращается. Основная тема: настоящая поэзия необратимо меняет человека и мир. И чем ближе поэт подходит к совершенству, тем бесконечнее делается мир, и тем больше его не принимает. Иногда поэзия сводится к одному слову, и слово это не то, с чего мир начался, а то чем мир закончится.

Рассказы «Утопия уставшего», «Авелино Арредондо» и «Искушение» по-разному затрагивают тему мотивации, опять же тщетности и неизбежности поступков людей.

В рассказах «Диск» и «Книга песка» автор наиболее полно раскрыл тему единственного и бесконечного. Так в первом показан диск, имеющий всего одну сторону. Герой, потеряв его, всю жизнь ищет это единственное. Книга песка – это книга имеющая бесконечное количество страниц. Герой не смог ее вынести и избавляется от нее, но забыть не может. Что лучше: недосягаемое единственное или непостигаемое бесконечное решать читателю.

Сборник мне понравился, хотя и вижу в нем некую несогласованность рассказов друг с другом, не смотря на объединяющие темы. Читать Борхеса продолжу обязательно.

Раз уж взялся за чтение рассказов, то рано или поздно наткнёшься на Борхеса, эту глыбу не обойти. Мало кто отточил своё искусство краткой прозы до такой степени, что из его рассказов можно было бы составить целую Вселенную, причём далеко не всегда напоминающую нашу. Борхеса манит бесконечность, В том числе и бесконечность малых форм. В рассказе "Фунес, помнящий/памятливый/чудо памяти" идея бесконечности тоже есть. Но всё же попробую зайти с другого угла.

Сюжет в рассказе имеет втростепенную роль, по сути, без него можно было бы и обойтись. Важнее всего — описание. Описывается же некий Иренео Фунес, который умудрился в недобрый час неудачно навернуться с лошади и вместе с параличом приобрести какую-то разновидность савантизма. Как следует из рассказа, у него абсолютная эйдетическая память, так что Пруст обзавидовался бы, а Человек Дождя пожал бы братишке руку за особенности восприятия предметов. Например, Фунес видит не куст, как таковой, а все его листики и отличает каждый, как нечто отдельное и непохожее на другие листики рядом. Собака в профиль и собака в анфас для него — две большие разницы. В общем, как в той известной (говорят, кстати, что не в слишком правдивой) байке про то, что у эскимосов двадцать слов для обозначения разного типа снего, но самого общего слова "снег" нет. Вот так и Фунеса. Отдельные сущности он воспринимает, а лес за деревьями не видит, поэтому идеального понятия "собака" для него не существует, только миллионы отдельных собак, каждая из которых не имеет ничего общего с другими собаками... И — да — с самой же собой, но только в профиль. Интересно, как бы он справился с понятием "те же яйца, только в профиль"?

И вот лежит себе этот парализованный Фунес у окошка, но не вспоминает про пироженку "Мадлен", а решает очень важную и нужную проблему. Для него. Есть на свете огромное количестве чисел, которые мы, обычные людишки, называем с практической точки зрения: сколько в них единиц, десятков и так далее. Для Фунеса же они все являются настолько уникальными, что он решает дать каждому числу... Имя. Один — Вася, два — Петя, три — Игорь Иванович. Ну, и так далее. Правда, использует он для этого не только человеческие имена, а вообще любые слова и словосочетания что рандомно придут ему в голову. Так появились числа "железная дорога", "Максимо Перес", "кит" и... "Девять". Только "девять" — это на самом деле 500.

Работа Фунеса тяжела и долга. Да что уж там, вот она, та самая бесконечность Борхеса. Но всё равно он за неё берётся, а кто ж ещё-то? Вдруг где-то там в неизвестности бродит число 72934967872456, которого никто-никто не назовёт по имени... Смех-смехом, а в честь борхесовского саванта в социологии назвали целое явление — "эффект Фунеса". Это когда в какой-то науке (изначально только в социологии) начинает формироваться избыточный предельно точный словарь особых терминов, который постепенно душит ясность языка.

Впрочем, нам всё равно есть чему поучиться у Фунеса. Заниматься такими важными делами, как он, конечно, не стоит, хотя он помимо своего словаря ещё и языки изучал. А вот посмотреть на мир, как не на стереотипы, общности и упрощения, а как на бесконечные в своём многообразия проявления различных вещей, явлений, сущностей — не помешает. Особенно сейчас, когда идёт оскудение не только языка, но и мышления. Да и в конце концов, кто мы такие, чтобы решать, заслуживает ли каждое число уникального имени или нет.

Борхес славится тем, что в его произведениях всё эфемерно, прозрачно и призрачно. Нет ни начала,. ни конца, всё конечно и бесконечно в тоже время.
В этом небольшой рассказе автор как-то умудрился уместить всю историю Вавилонской библиотеки с момента зарождения, которого не было, и до нынешнего дня. Сам лирический герой - безвестный библиотекарь, которые стремиться найти Книгу книг и с её помощью расшифровать все остальные. Что им движет? Жажда славы? Желание быть первым? Поиски конечной истины? Мы не знаем, но мне кажется, что это просто природное любопытство. Он переходит с этажа на этаж, из шестиугольника в шестиугольник, но не находит ничего. Пока не находит... Время, как и книги, бесконечно.
Большинство книг абсолютно бессмысленны, так как они являют собой перебор всех возможных вариантов двадцати пяти знаков. Однако эти варианты никогда не повторяются, главный закон библиотеки: в библиотеке не бывает двух одинаковых книг.
Эта библиотека мне напомнила чем-то мозг человека, в котором много-много информации по разным темам.

Невероятный человек этот Хорхе Луис Борхес. В принципе, у меня в одном ряду с ним совсем немного личностей, и Борхес - это тот случай, когда я готова сжевать весь линолеум дома и у соседей от зависти, что у человека в голове могут рождаться такие образы и храниться такие знания. К тому же он блестяще владеет Словом, соединяющим в одном моменте прошлое, настоящее и будущее. От этого у меня, как говаривал Попандопуло в известном фильме, "душа сначала развернулась, а потом обратно завернулась".

Мне на самом деле непросто выделить самые сильные рассказы, они все великолепны, поэтому не стану заниматься ранжиром. Хотя, замечу, что из некоторых я бы хотела видеть хотя бы повести, сюжеты великолепны и потянут не то, что на повесть, а на роман. Иной роман читаешь, а там мысль одна и то о том, что неплохо бы пойти пожрать, а тут глубина и красота. И ох, Борхес-Борхес, что ж ты делаешь с читателями?

У меня с Борхесом странные отношения. Прочитав его, всякий раз мысленно таскаюсь за стариком по пятам и бормочу… нет, не «Дай миллион!», а «Скажи, что ты имел в виду! Ну скажи!» Всё чудится какая-то хитрость, какое-то иносказание. Это моя проблема, а не Борхеса, я знаю и работаю над этим. Прошу прощения у всех тех, кому такой способ читать его смешон и нелеп.
Этот рассказ показался мне аллегорией на человеческую память, совокупность воспоминаний, которые изменяются, трансформируются всякий раз, когда «извлекаются на свет», при каждом пересказе, даже самому себе. Библиотека существует таким же образом, что и сознание: если предполагать его мистическую основу, тогда «библиотека» бесконечна. Если решить, что душа тут не при чём, тогда у неё есть некий конечный объём, ограниченный способностью нейронов создавать связи между собой. То и другое одинаково в своём влиянии на один бит или на одну единицу воспоминания... примерно как влияет расширение Вселенной на отдельно взятого Васю. Судьба книг борхесовской библиотеки кажется мне судьбой информации вообще. «Инквизиторы» — символ обратной связи, непостижимого (пока) процесса выборки, что будет сохранено, а что - уничтожено или потеряно. Вероятно, Борхесу тоже было интересно, как сознание "упаковывает" воспоминания, и почему люди забывают. Похоже не проклятье, чью-то злую волю. Или просто «недостаточно места»?
Безумие, хаос, воспоминания, лишённые (на первый взгляд) всякого смысла — тоже части личности, единого целого, пусть они и выглядят странно, это могут быть самые драгоценные эпизоды и переживания. Их можно анализировать — или наслаждаться ими так, как они есть. Во всём их бессмысленном великолепии. «Причёсанный гром»! Похоже на брюсовские "фиолетовые руки на эмалевой стене"...
Вечный поиск Книги, в которой - краткое содержание всех других книг, олицетворяет стремление к совершенству, неутолимая потребность учёного всё знать. А коммуникационные сложности, неспособность «говорить на одном и том же языке», непонимание друг друга — в этом смысл «разного значения слов», о котором пишет Борхес.

Вот это — восхитило!
О чём мы тут вообще, господа?

Не помню, когда последний раз читал Борхеса. В детские и подростковые годы, впитывал как губка все книги, что были в библиотеке моих родителей, и других родственников. Но потом перенасытившись, выбрал тот жанр, что мне нравится.
Поэтому многие авторы, остались там в прошлом.  Но, вот пришло время освежить память.

Этот рассказ, читал давно. Помню, что там и как было.
Но, что читаешь в детстве, не все воспринимаешь, так как уже во взрослом виде.

Да и уровень опыта и знаний разный.

Многие люди получили влияние от японской культуры, смотрели аниме, читали мангу. А я рос в то время, когда популярны был фильмы про кунг-фу. У многих мальчишек висел плакат с Брюс Ли или Джеки Чаном.  Там часто бывает такая тема, когда ученик приходит к учителю. Что бы тот научил его кунг фу и дал мудрости. Если кунг фу еще научить можно, то вот мудрости, и пути школы. Тут чувствовать надо.

Мне этот рассказ напомнил эти фильмы.

Мне кажется Парацельс, тут вторичен. То есть вместо него мог быть условный Мастер Шифу.  Или Пэй Мэй из убить Билла. Там этот герой такой собирательный учитель из всех боевиков и легенд. А может просто сантехник дядя Ваня, к которому пришел ученик, набраться опыта.

Так и тут автор выбрал, Парацельса, так как про него ходило много слухов и легенд, и связал с восточной философией.

Вот кто сейчас помнит, кто такой Парацельс, меня вот спроси, кроме, как алхимик и врач, ничего не помню.
Конечно, мне сейчас, каждый откроет страничку в википедии или еще где-то, прочитает от туда инфу, и скажет, мол ты чё не знаешь. Но я говорю, о том вот разбуди вас ночью или подлови в темном переходи, и спроси, "Кто такой Парацельс?".

Что говорить последний раз слышал это прозвище, когда читал Гарри Поттера.

Где он упоминается, что его карточка есть в шоколадной лягушке.

Да и если дальше пойти, то попробуй вот отличи Борхеса от Маркеса.

Рассказ, красиво написан, детализирован. Несет философскую составляющую. Но, мне как, то он и не зашел. Наверное потому, что уже подобные вещи,уже встречал и видел.

А может быть я как и ученик тот кто пришел к Парацельсу, ничего не понял, и посрамленный ухожу вдаль.

Все слова которые Парацельс говорит ученику. Мне почему то ассоциируются со словами Брюса Ли.

Кто понял тот понял, а кто не понял. Твои проблемы.

Так же можно сказать, вот как у нас говорят "На бога надейся, но сам не плошай". Можно верить в бога, в какие то еще высшие силы, но главное надо верить в себя.

Знаете вот играл,  в игру, наверное многие знают Assassin's Creed, так вот там есть такая фишка, как прыжок веры.

Получается, если ты не Веришь, ты или не прыгнешь. или тебе кажется, что если прыгнешь разобьешься, но наделе если ты все делаешь как надо то просто ныряешь в сено. Конечно это игровые условности, но сам факт.

Или не такое опасное. Но похожее. Упражнение «Падение на доверие».

Тебя могут не поймать, ты можешь побоятся упасть спиной. Много чего. А можешь просто довериться и упасть в низ.

В рассказе, вот и обыгрывается Вера и Доверие.

Вера не требует доказательств, ты или веришь или нет. А доверие, все же требует наличие, какой то проверки. Хотя бы убедится в начале, что можно доверять или нет.

Что-то абсолютно запредельное. То, что не нуждается в сознании, мире, бытие или времени. То, что не имеет границ и не укладывается в пространство. К черту все условности, понятия, значения, ибо есть Слово, есть Текст, есть такие Истории, что утекают сквозь пальцы, как песок, что падают на пол и исчезают, как диск Одина. Смахни с себя капли жизни, закрой книгу, живи с ощущением того, что ты что-то упустил. Вот оно - на кончиках твоих пальцев, еще два неуклюжих взмаха и ты поймаешь истину... но нет. Ничего нет.

В голове столько мыслей, но их не облечь в Слово, Слово - не одежда, ее не натянешь на руки и не застегнешь на груди. Слово может убить, может покалечить, заставить тебя скитаться и познать что-то такое, что потом... не облечь в Слово.

Кто ты? Поэт, революционер, убийца, усталый человек? Все здесь. За гранью понимания.