Зов Ктулху

Я слишком много знаю, а культ — жив.

Смерть была бы благом — если бы только обладала властью стереть воспоминания.

Я по-прежнему подходил к культу с позиций убежденного материалиста — хотел бы я оставаться таковым и сейчас! — и с необъяснимым упрямством сбрасывал со счетов совпадения между записями снов и подборкой странных газетных вырезок, составленной профессором Эйнджеллом.

Разные тембры голоса присущи человеку и зверю; и страшно слышать одно вместо другого.

Лишь поэт или безумец сумел бы воздать должное звукам, что слышали люди Леграсса.

В один прекрасный день разобщенные познания будут сведены воедино, и перед нами откроются такие ужасающие горизонты реальности, равно как и наше собственное страшное положение, что мы либо сойдем с ума от этого откровения, либо бежим от смертоносного света в мир и покой нового темного средневековья.

Мы живем на безмятежном островке неведения посреди черных морей бесконечности, и дальние плавания нам заказаны.

Ртуть в термометре держалась на отмет- ках 4-7° ниже нуля морозы, к которым мы при- выкли у себя в Новой Англии, где зимы бывают довольно суровыми.

Когда первые подземные толчки сотрясли эту зловещую местность, из качнувшейся, а затем разверзшейся земли неожиданно выросла пугающая громада хребтов с высоко взметнувшимися вершинами. Так, среди грохота и хаоса, Земля произвела свое самое жуткое творение.

Кто может сказать, где проходит граница между реальностью и выдумкой?