Зов Ктулху

«Надо было непременно опереться на что-то известное, привычное, чтобы не лишиться рассудка [...]. ("Хребты Безумия")»

«[...] человеческое любопытство неистребимо [...]. ("Хребты Безумия")»

«В конце концов, какими бы странными и безумными не казались те или иные мифы, они, как правило, на поверку оказываются всего лишь символами или аллегориями всего того, что происходило на самом деле [...]. ("Морок над Инсмутом")»

«Восставший может уйти в бездну, а опустившийся в бездну может вновь восстать. ("Зов Ктулху")»

Но вечность даже смерть порою не щадит и может умертвить

Человеческий разум не способен разобраться в своей сущности, и, полагаю, мы должны благодарить природу за ее милосердие

Описанию Тварь не поддается – не придумано еще языка, дабы воздать должное этим безднам истерического древнего безумия, этому сверхъестественному противоречию материи, силе и вселенскому миропорядку.

Меня буквально трясло от ужаса — и вовсе не из-за утлости возведенных мною оборонительных укреплений. Меня ужасала мысль, что среди жуткого сопения, ворчания и приглушенного потявкивания я ни разу не услышал членораздельных звуков человеческого голоса

"Я слишком много знаю,а культ жив."

По мне, неспособность человеческого разума соотнести между собою все, что только вмещает в себя наш мир, - это великая милость. Мы живые. на безмятежном островке неведения посреди черных морей бесконечности, и дальние плавания нам заказаны.

То, что поднялось из глубин, может и затонуть; то, что затонуло, может подняться на поверхность.

Понадобилось несколько недель повторяющихся ночных ужасов для того, чтобы хоть как-то приучить меня к своему новому уродливому облику.

Сознание мое опалила вспышка мгновенно пережитого кошмара, который показался мне еще более ужасным именно потому, что при ближайшем и рациональном осмыслении его, в нем, вроде бы, не было ничего кошмарного.

Восставший может уйти в бездну, а опустившийся в бездну может вновь восстать.

Мы не больше, чем аборигены, живущие на безмятежном острове невежества, со всех сторон окруженные черными водами бесконечности, что как бы наглядно должно нам показывать, что отплывать далеко от берегов может быть крайне опасно.

Человек не способен до конца постичь свой собственный разум, и в этом, я думаю, заключается самый щедрый и милосердный дар, полученный им от матушки-природы.

Разные науки, каждая из которых развиваясь в своем собственном направлении, до сих пор не причиняли человечеству много вреда. Но однажды эти разрозненные знания соединятся воедино и откроют настолько ужасающие перспективы реальности и нашего ужасного положения в ней, что мы либо сойдём с ума от такого озарения, либо убежим от этого смертоносного света знаний подальше в темный и невежественный, но безопасный мир нового Средневековья.

Внизу меня поджидало нечто неслыханное и великолепное, и скоро я встречусь с ним. Йа-Р'лия! Ктулху фхтагн! Иа! Иа! Нет, я не застрелюсь — я создан отнюдь не для этого!