Трудно отпускает Антарктида. Повести

История о полярниках, работающих на русской станции в Антарктиде.

О силе духа, о разностях в характерах, о мужестве, а также и о слабостях человеческой души людей, попавших в сложную ситуацию.
История описана достаточно интересно, от лица разных персонажей. От этого она становится многогранной, читатель получает возможность оценить ситуацию под разным углом. Ну и соответственно увидеть, понять или осудить действия каждого члена команды.

Мне понравилось. Можно сказать, что мне даже удалось себя представить в этом прекрасном, но в тоже время суровом месте на нашей огромной планете.

Владимир Маркович Санин личность незаурядная. Он был не просто писателем, сценаристом и драматургом, но и заядлыдлым путешественником (и полярником). Поэтому в то, о чем он пишет, так легко поверить.

В книге “Трудно отпускает Антарктида” четыре повести. И каждая из них до последнего слова держит тебя в напряжении. Почти невозможно прочитать их и не задаться вопросом : “А почему я еще здесь,а не там?”

Сборник начинается с повести “Семьдесят два градуса ниже нуля” . Группе полярников предстоит опасный переход от станции “Восток”(самой труднодоступной станции на материке) до станции “Мирный”. Приближается полярная ночь, температура снижается. Внезапно выясняется, что топливо было неправильно подготовлено и при большом минусе становится бесполезным. Об этом не говорят вслух, но каждый понимает, что этот переход может оказаться последним в их жизни. Каждый из них добровольно пошел на риск, винить некого, но обстановка накаляется. Людьми движет страх. Он заставляет их совершать опрометчивые поступки. Говорить обидные слова. С каждым несчастным случаем, я ждала чей-то смерти. Я была уверена, что до конца дойдут не все. Иначе к чему столько драматизма. К последней повести сборника я поняла, что вся эта чрезмерная драма и нагнетание , на самом деле не чрезмерны. Условия, в которых живут полярники, сами по себе такие и есть. И от этого еще больше не понятно почему так сложно отказаться от “зимовок”.

В 1976 году повесть была экранизирована. Санина, в целом, довольно часто экранизировали. Смелые профессии, которые описывал автор, долгие годы вдохновляли молодежь на “трудовые подвиги”.

Следующие три повести относятся к одному циклу. Их объединяют одни и те же персонажи ( о них в 1979 году был снят фильм “Антарктическая повесть").

Героям снова предстоит тяжелая работа. Меняются локации, но не уровень опасности. С ними мы снова вернемся на “Восток”, посетим заброшенную станцию “Лазаревскую”, сопроводим в дрейф на льдине.

И здесь больше хочется поговорить о характерах героев. На протяжении книги, я постоянно возвращалась к мысли о том, как же сложно подобрать коллектив, с которым предстоит “съесть пуд соли”. В случае конфликта ты не сможешь поменять работу. Ты заперт с этими людьми на долгих 1.5 года. Затяжная пурга, которая не позволяет никуда выходить, только делает хуже. Люди постоянно на грани своих возможностей. Это выматывает не только физически, но и морально. Сейчас на станциях работают психологи, но раньше за моральных дух отвечал начальник станции. Придумывал забавные игры, вел долгие разговоры, составлял вкусное меню. И это такая тяжелая ноша - тащить на себе психическое благополучие не только себя самого, но и всей команды. А люди, как мы знаем, не идеальны. И нельзя с уверенностью предугадать как они поведут себя в той или иной ситуации. Нужно чувствовать где зарождается конфликт, нужно вовремя похвалить или дружески пожурить. Нужно знать грань, нельзя становится каждому другом, нужно сохранять за собой авторитет начальника. Но и важно не перегнуть.

И с этим почти прекрасно справляется начальник смены Семенов. Но и он совершает ошибки, которые могут стоит кому-то жизни. И все три повести я следила по большей части за тем, как он "сталкивается" с людьми, а не со стихией.
В финале ему удается разобраться в том, что так долго его терзает. Он получает очень важный урок. И в дальнейшем, я надеюсь, будет использовать его в деле. Не думаю, что его история на этом закончилась. Думаю у него впереди еще не одна зимовка. Как и у большей части его товарищей. Антарктида трудно отпускает.

«Все профессии важны,                
Все профессии нужны.                
Ведь профессий, друг мой, много
Выбирай свою дорогу…»              
(Светлана Боголюбова)

Книга об Антарктиде, о санно-гусиничном поезде и 10 смельчаках, которые остались одни, на самом куполе земли. Мне трудно оценить данное произведение баллами, ибо после прочтения остались неоднозначные и противоречивые впечатления.

С позиции концепции жанра, книга впечатляет как «производственный роман» и «психологическая драма». Автор довольно жизненно описывает будни поезда в походе по Антарктиде. День за днем, неделю за неделей раскрывает он детали тяжелого похода, описывает многотонные тягачи, ледяную природу полюса и все неприятности которые могут случиться в столь сложной дороге. Главы, этой сравнительно небольшой повести, поделены по принципу коротких рассказов обо всех действующих лицах, благодаря чему, читатель может проследить историю и нрав каждого походника в экспедиции Гаврилова.

Однако за стиль автора и подачу сюжета, я не могу сказать ничего хорошего. Мне в этой книге бросалась в глаза «прилизанность» цензурой и скрытая пропаганда советского человека (партийного братства). Санин явно идеализирует героев, делая из обычных суровых мужиков эдаких романтиков, с возвышенными чувствами: любви, верности и героизма. Сейчас, в меня, наверное, полетят тапки, и многие начнут говорить, что в советском союзе так и было, все были друг за друга, и общее дело шло превыше всего. Я не верю! Как не верю и в это бахвальство, прикрываемое желанием «выделиться из толпы». Сомов уезжая на 1,5 года (!) на зимовку, оставляет жену с шестерыми детьми при этом думает: «Вот вернусь, хорошо заработаю, но всё равно было бы неплохо, если бы жена еще на работу устроилась и сотню-полторы зарабатывала». Дружба, геройство?! Ну да конечно, а у несчастных жен, которые детей растят в одиночку, просто судьба такая... И ведь не у одного Василия Сомова такие мысли возникали, нет-нет, а промелькнет в «идеальном советском товарище» эгоизм и мелочность скрытая.

В общем, я не ощутила в книге искренности, читала и не чувствовала полной отдачи автора, одни намеки прозрачные, да недосказанность. Хоть читается легко, но то, что Санин постоянно сыпет поговорками, да присказками народными, чести ему тоже не делает. Книга мимо прошла, увы.

В процессе чтения, просмотрела еще экранизацию 1976 года, скорее просто, чтобы визуализировать технику (уж больно трудно мне было представить «Харьковчанку» и сам поезд), нежели, чем оценить работу Санина, как сценариста. Фильм оказался урезанным и напрочь лишенным личных историй героев, и вот как кинокартина о полярниках и Антарктиде, мне он явно понравился больше книги. К тому же, музыка Высоцкого в советских фильмах меня никогда не оставляет равнодушной, так что при выборе между просмотром фильма или чтением книги, я скорее посоветовала бы первое.

Предложи мне сейчас кто-нибудь отправиться в арктическую экспедицию, я даже отнекиваться не буду и соберусь за полчаса. Из самого важного и жизненно-необходимого возьму с собой гитару, и то, что я никогда на ней не играла, меня, поверьте, не остановит. В экспедиции на холодном севере гитара - это самая настоящая палочка-выручалочка. Книг бывает мало, а те, которые имеются в наличии, зачитаны до дыр, ещё иногда и в очереди стоять приходится, прямо как в библиотеке. Так что от гитары в экспедиции сплошные плюсы - можно томными зимними вечерами наигрывать всем известные шлягеры, а можно написать стихи, наложить на них музыку и так же воспроизводить на гитаре, как известные шлягеры. Участвовать могут все, и даже если ты, так же как и я, не умеешь играть на гитаре, круглогодичная зимовка в снегах окажется самым лучшим самоучителем. Ладно, шучу. А может и нет, я пока не определилась.

Но если говорить серьезно - экспедиция, будь то дрейф на льдине или расконсервирование станции, довольно сложное и жизненно-опасное мероприятие. И если с дрейфом на льдине поджидающие тебя опасности прикинуть можно, то в случае зимовки на станции или перегоне поездов вполне могут случиться абсолютно неожиданные казусы, виной которым людская беспечность. Недосмотрел, не проконтролировал или случайно что-то сломал, и экспедиция превращается в борьбу за выживание, при чем выполнение основной цели похода никто не отменял. Как в том самом девизе «Умри, но сделай». И полярники, затягивая потуже пояса, стараются всеми правдами и неправдами поставленную задачу выполнить. Мерзнут, голодают, подхватывают воспаление легких, калечатся, но все равно движутся к финишной прямой, только бы выжить и вернуться к своим родным.

И далеко не последнюю роль в успешном завершении похода или экспедиции играют правильно подобранные люди. Не просто так в ходу у полярников поговорка «случайных людей в Антарктиде не бывает». Случайный человек в ней не выживет, не станет опорой и поддержкой товарищам, поэтому командир экспедиции всегда самостоятельно отбирает людей в команду. Жить бок о бок на одной территории продолжительное время станет невозможным, окажись в одной команде люди, недолюбливающие друг друга. Будут склоки, драки, козни - не всегда безобидные, иногда ценой мщения становится чья-то жизнь. И такое развитие событий меня, конечно, не порадовало. Но несмотря на все сложности, встречающиеся на пути, всегда побеждает добро: найдётся место и прощению, и перемирию, и, конечно же, подвигу.

Каждый раз возвращаясь на большую землю герои дают себе зарок больше никогда в эти снега не возвращаться, что это был последний раз и на этом можно поставить точку. Но кто однажды посмотрел на рассвет среди бескрайних льдов Антарктиды, уже не сможет от них отказаться. В экспедиции ты мечтаешь вернуться к своим детям, жёнам, друзьям; сходить как обычный человек на рыбалку. А вернувшись, тебе ночами снится, проклинаемая тобой Антарктида, и ничего другого тебе не нужно, только бы вернутся туда снова, и на этот раз точно последний.

Вот вторую повесть прочла и могу сказать следующее: Санин мастер в своем деле. Ему прекрасно удаются, как сказать-то, "мужицкие-товарищеские" книги. Вот, выдала. Долг, честь, совесть, дружба, партнерство, юмор - это все сюда. Потому как только благодаря этому можно выжить в экстремальных условиях, в которых и оказались главные герои. Только со всем этим багажом можно слаженно работать в изоляции, на краю мира.
Тут нужно быть со всеми, быть крепким, сильным. От одного зависит существование остальных. Что нам и показывает автор.
Вот возникает и так-то в сложных условиях, еще и очень трудная непростая ситуация. И опять же "коллектив-сплоченность-мужество" - и можно преодолеть многое.

Слишком просто? Каждый отыграл свою роль, команда сплотилась и море по колено? Да. Но такие книги отлично поднимают боевой дух, заставляют верить в лучшее, и самое главное верить в людей. В их силу духа, человечность и прочее, прочее. А печальных, чудовищных примеров и так полно. Но тут пусть будет царствовать преданность, честь и долг, ведь не только о выживании речь идет, а также и работе, об общем деле.

"В марте-апреле 1969 - Зимин Евгений Александрович, больше известный как "папа" Зимин, провел санно-гусеничный поезд с антарктической станции Восток на антарктическую станцию Мирный в условиях антарктической осени, при -72 градусах". Именно истории этого похода Владимир Санин, который тоже полярник, а потому о холоде знал не понаслышке, и посвятил роман "72 градуса ниже нуля".

По сути это производственный роман, здесь будет много о специфике профессии. Мы узнаем о "харьковчанке" (которая была лучшим арктическим транспортом того времени не только в СССР, но и в мире). о тягачах, топливе (которое замерзает из-за парафина), гусеницах и пальцах, о застругах, о том как устроена полярная станция, какие из них обжиты, какие нет... Уже только одно это заслуживает того, чтобы книгу прочитать. Однако автор не стал упираться только в героическую составляющую. Хоть и этого, конечно, будет в книге достаточно.
И несмотря на то, что имена в книге (да и некоторые факты тоже) были изменены, перед нами предстают реальные люди. Необычайно реальные и настоящие. Живые.

Автор чередует главы похода с главами, в которых рассказывает о жизни героев вне Антарктиды. О том, как они вообще сюда попали. И те люди, которых рисует автор, они вообще неидеальны.
Тот вздорный и эмоциональный. Этот угрюмый и нелюдимый. Тот покоряет самые холодные точки, а не может с женщиной разобраться, этот наивное дитя, верящее всему. Кто-то переживает, что его не ценят, другой ценит себя превыше всего. Такие они разные эти герои- полярники. И за это Санину огромное спасибо.

Моим любимцем стал, как ни странно не Гаврилов (вот почти идеален, но и он допускает ошибки), а Тошка. Весельчак и балагур. А вот читать было интересно главы про Леньку. Потому что здесь точно не ожидалось банального "и тут он кааак все понял, да как перевоспитался". Да, что-то понял, что-то сделал классно, а потом снова что-то испортил. Обычные живые люди.

Отдельно хочу сказать про главу с Петей. Директор фабрики Григорий, который взял шефство над детским домом стал моим любимым героем в книге про полярников. И для этого не нужно было покорять южный полюс. Вот уж точно Личность.

"И всё же о своём детдоме Петя вспоминал с гордостью и любовью, с горячей благодарностью к воспитавшим его людям. Ибо каждый детдомовец, даже если его и не нашли, уверенно смотрел в будущее, знал: у него будет работа, дом и семья!

Много лет назад, ещё до войны, на большую швейную фабрику, находившуюся по соседству, назначили директором Григория Сергеевича Рыбкина, молодого выдвиженца из рабочих. Это был удивительный человек. Старые детдомовцы вспоминали, как он пришёл и сказал: «Кто это распустил слух, что у вас нет родителей? Голову ему оторвать мало, такому дураку. Мы, швейники, ваши родители, а вы наши сыновья и дочки!»

И с тех пор фабрика стала для ребят вторым домом. Всё свободное время они проводили в цехах, праздники справляли вместе с рабочими и на демонстрации ходили одной колонной, каникулы проводили в фабричном лагере, и так из поколения в поколение. Жили жизнью фабрики, пыль готовы были сдувать с её стен, каждый станок знали и каждого человека. Когда в котельной произошёл несчастный случай и трёх рабочих обварило, в очередь выстроились — кожу для пересадки и кровь предлагали, отчаянно завидуя старшим, у которых взяли. Чтобы помочь план выполнить, по воскресеньям работали в цехах, из территории цветущий сад сделали, над пенсионерами шефствовали, с малышами в фабричном детсаду нянчились.

В конце каждого учебного года на торжественном собрании в фабричном клубе директор вручал детдомовцам — выпускникам школы трудовые книжки, а потом новичков вели в общежитие, давали каждому костюм, пальто, ботинки и деньги на жизнь до первой получки, а девушкам, которым нужно больше, чем ребятам, всего вдвойне

И еще несколько цитат:

И немного жизненной мудрости от Гаврилова.

Единственное, чего мне не хватило в книге - это более подробного финала.

Для тех, кому тоже чего-то не хватило, хочу добавить отрывок из другого произведения Санина "Новичок в Антарктиде" В нем есть глава об этой экспедиции.

Начинается и заканчивается текст одним и тем же предложением "Поезд шел по Антарктиде."
И это тоже очень удачное решение. Создается ощущение, что все события - лишь эпизод, а поезда по Антарктиде будут идти все так же. Вопреки всему.

Производственную повесть Владимира Санина вполне можно назвать герметичной. Десять человек и шесть тягачей во главе с тридцатипятитонной «Харьковчанкой», красой и гордостью полярного транспорта идут по Антарктиде. Их контакты с внешним миром ограничиваются кратковременными сеансами связи. Сверхнизкие температуры, которые делают невозможным использование любого другого вида транспорта, делают поезд недосягаемым для всех, изолируют его, защищают от постороннего вторжения лучше любых стен. И по максимуму способствуют проявлению всего лучшего и худшего в человеке. Знал батя, что делал, когда выбирал себе в поход людей наикрепчайшей закалки. Но даже он, со всем своим опытом и волчьей хваткой не смог уберечь вверенные ему машины и команду от пресловутого человеческого фактора, от незначительных просчетов, которые, помноженные на семьдесят два градуса ниже нуля, стали катастрофическими.

Мне кажется, что небольшая повесть Санина просто обязана быть настольной книгой каждого мальчика. Здесь в высшую степень возведены именно те человеческие качества, которыми мы невольно пренебрегаем. А в результате – где сейчас в зоне теплого климата найдешь таких же сильных, мужественных, смелых, беззаветно преданных своему делу, обладающих немыслимой, нечеловеческой силой духа мужчин? Образы полярников, которые выводит Санин, настолько удивительны, что хочется беспомощно пошутить про суровых арктических мужиков, которые складывают оригами из пятимиллиметровой стали и набивают подушки железной стружкой.

Очень красят книгу уместные и яркие ретроспективы. Никто из участников похода не мечтал о том, чтобы оказаться в полярной экспедиции, а, между тем, случайных, лишних, людей здесь нет, как нет и заурядных. Нельзя сказать, что отношения между всеми членами небольшого коллектива одинаково ровные и дружелюбные, но в критических ситуациях каждый из них способен задвинуть личную неприязнь в дальний угол. Служебный и человеческий долг, самопожертвование, взаимопомощь – вот три кита, без которых поезд не прошел бы по ледяной пустыне и полуметра.

Сразу скажу, что писатель Владимир Маркович Санин у меня с давних пор числится топовым (наряду с маринистом Виктором Конецким, фантастами братьями Стругацкими и отечественным классиком Николаем Гоголем), а все его книги уже прочитаны раньше, а некоторые и не по одному разу. И потому необходимость ещё раз прочитать/перечитать всего лишь четыре его арктико-антарктические повести ни в коей мере не была тягостной, но скорее стала подарком.

Дальше...

Вообще его повесть «Семьдесят два градуса ниже нуля» по идее должна стоять несколько особняком от остальной триады. Прежде всего потому, что в ней свой набор главных героев и действующих лиц. Однако составители сборника, в общем-то, тоже правы, объединив эти четыре повести в своеобразную тетралогию, ибо во всех трёх других повестях герои «72 градусов…» то и дело упоминаются как друзья зимовщиков группы Семёнова, да и сами события того санно-гусеничного похода тоже напоминаются читателю.

А вот далее, имея ввиду первую повесть сборника, прибегну к автоцитированию (впервые более чем за десятилетие жизни на сайте):

Конечно, раз эти повести художественные, то и почти все их герои вымышленные, хотя на самом деле многие имеют реальных прототипов (Свешников — Трёшников, Семёнов — Сидоров и т.д.), а некоторые фамилии и вообще реальные — например, полярные лётчики Мазурук, Каминский и Шевелев. И поскольку есть реальные прототипы, то и всякие «приключения» на которых построены эти повести, тоже имеют в своей основе вполне реальные ситуации — это и расконсервация станции «Восток», и пожар на одной из СП, и трагические происшествия при разгрузках судов у антарктического припая, и всякие подвижки льда и сжатия на дрейфующих станциях, ну и случаи с медведями и собаками и прочая полярно-зимовочная экзотика. Любитель и читатель книг реальных полярников (М.М. Сомова, А.Ф. Трёшникова и других) непременно встретит такие случаи в изложении уже самих авторов.

Конечно, Санин слегка идеализирует образы положительных героев. Однако на самом деле упрекнуть его в сплошном романтизме никак нельзя, всё-таки и герои не совсем идеальные, и даже совсем не идеальные в его книгах имеются, а отсюда и конфликты при столкновении одних с другими. А значит ситуации Выбора — порой крайнего в своей однозначности. И в каждой повести этой тетралогии (не будем тут сейчас пытаться пройтись вдоль всего санинского творческого наследия) неизменным остаётся один общий подход: острая и опасная ситуация и поведение людей, попавших в неё. В первой повести мы наблюдаем за действиями (и за внутренними движениями) участников санно-гусеничного поезда, оказавшегося на куполе внутренней Антарктиды в условиях наступающей зимы и крайне низких температур, вторая повесть рассказывает нам о сложной ситуации, в которой оказались полярники на полюсе холода — станции «Восток», третья повесть показывает нам людей в ситуации, когда нужно было решать — спасаться самим или сберечь жизни товарищей, в заключительной повести тетралогии мы проживаем вместе с персоналом дрейфующей в Северном Ледовитом океане СП несколько месяцев извилистого пути, и вместе с ними проходим испытания огнём (при пожаре) и непорядочностью (случай с Осокиным), ну и многочисленные подвижки льда и крайняя ситуация при эвакуации персонала станции самолётами. Все эти событийные моменты в той или иной форме и степени выраженности наверняка можно встретить в книгах самих полярников.

Однако для концентрации человеческих отношений и для обострения сюжетно-событийного содержания и смысла Санин вводит в сюжет трёх последних повестей сквозное затяжное противостояние и противопоставление Дугина и Филатова — последовательное развитие этого затяжного конфликта и соперничества держит читателя в напряжении всё время чтения, и умница Санин только к самым последним страницам сборника разрешает этот конфликт и ставит точки над перспективой дальнейших отношений всех героев цикла.

Я более чем уверен, что реальные полярники вслух не произносят все эти пафосные слова Полярного закона, но точно также уверен в реальности этого неписанного закона и в его соблюдении. И, наверное, в наши дни ситуация немного изменилась — появились вертолёты и иными стали средства связи, стали более совершенными приборы и оборудование, снаряжение и всё прочее полярно-специфическое. Однако неизменным осталось правило взаимопомощи и взаимовыручки — уж слишком сурова южная оконечность земного шара (да и северная тоже мало комфортна и уютна), в одиночку там не выживешь.

Ну, и то же самое, но в формате картинки (кликабельно)

В рецензии на повесть Санина "В ловушке" я уже упоминала, как бы мне хотелось прочитать ее продолжение.
Так как с полярной темой мне пока расставаться не хотелось, я полезла искать, какую бы теперь книгу почитать у Санина, и обнаружила, что продолжение-то есть, еще целых две книги. Прямо настоящий новогодний подарок :)
Во второй части за главного опять Сергей Семенов. Но здесь он как-то уж чересчур ударился в крайность: сухой, жесткий, очень требовательный как к себе, так и к окружающим.
Хорошо, что рядом неизменно присутствует Андрей Гаранин в качестве метеоролога, заместителя, лучшего друга, а также отличного амортизатора между Семеновым и остальным коллективом.
Сюжет, в целом, незамысловат.
Смена Семенова и его команды подходит к концу (450 дней провели они в Антарктиде). Их уже должен забрать корабль, но они решают, пока "Обь" собирает людей с остальных станций, помочь новой смене обустроиться, а потом отправиться к закрытой станции Лазарев, где корабль их и подберет.
Несмотря на то, что плыть им потом 40 дней, мысленно полярники уже дома. Они уже настроились на то, что скоро будут рядом со своими семьями, с которыми не виделись больше года.
И вот, когда они уже около станции Лазарев ждут, когда же прибудет корабль и наконец подберет их, выясняется, что "Обь" не может к ним пробиться. И все отчетливей проступает перед ними перспектива еще одной зимовки. Ситуация обостряется еще тем, что один из полярников тяжело болен, и шансов выжить в этих условиях, дождаться окончания второй зимовки у него практически нет.
И, как это это уже было в первой части, люди начинают показывать свою истинную натуру. Но это не одномоментный и не однозначный процесс. И некоторые герои очень даже удивят.
Помимо вышеперечисленных Семенова и Гаранина, мне больше всего запомнился Саша Бармин, как всегда сыплющий остротами. Веня Филатов с его обостренным чувством справедливости. Евгений Пухов - вот уж неординарная личность. С одной стороны, нытик, пессимист, ипохондрик. С другой, герой войны, отличный специалист, запойный книгочей. Впрочем, он, как и все остальные, в итоге тоже продемонстрирует, какая же из сторон является преобладающей.
В этой части Санин показывает, что не все полярники так же, как Семенов, буквально жить не могут без Арктики. Есть люди, которые предпочитают проводить время дома с семьей, и даже не успевают соскучиться по работе, когда подходит новая смена. Но это отнюдь не мешает им быть мастерами, которые отлично знают и выполняют свою работу, и пользуются заслуженным уважением коллег.
Конфликт, который так взволновал меня в первой части, во второй так и не получил своего разрешения, а в какой-то момент даже усугубился. Посмотрим, что преподнесет третья часть, тем более что концовка у второй осталась открытой.