Цитаты из книги Нездешний

Нынче его день, и этот исполненный сияющей красы час — его час.
Сев в седло, он увидел узкую тропку между камнями.
Всю свою жизнь он шел к этой тропе. Все, что он пережил, точно сговорившись, толкало его сюда.

"Что такое чудо?” — внезапно спросил он себя, и простота ответа, неожиданно всплывшего из глубин его разума, поразила его.
Чудо — это то, что случается неожиданно в нужное время. Не более того. Не менее.

Походный лазарет был забит койками, тюфяками и носилками. Женщины ходили между рядами, меняя повязки, вытирая мокрые лбы, говоря тихие слова утешения. Сам Карнак попросил их помочь, и их присутствие действовало лучше всякого лекарства: ни один мужчина не станет проявлять слабость перед женщиной, поэтому раненые стискивали зубы и делали вид, что им не больно.

...Нас богато одарили там. А у тебя есть дары?
— Только один.
— Отдай его мне.
— Уже отдал. Я подарил тебе жизнь.
— Кто ты такой, чтобы дарить мне то, что я имею и так?

— Я убил твоего сына. Убил за деньги.
— Я помню.
— Тщетно говорить, что я сожалею, — но это правда.
— Такие слова не бывают тщетными. Зло — это не скала, незыблемая и вечная, зло — это раковая опухоль, которая растет сама собой. Спроси любого солдата, побывавшего на войне: ты никогда не забываешь первого человека, убитого тобой, десятого же не сможешь вспомнить за все золото мира.

— Что бы ни ждало меня, успех или неудача, — через сотню лет, если не меньше, об этом никто уже не вспомнит. Если мне повезет, над горой ненадолго проглянет солнце, если не повезет — прольется дождь. Не все ли равно горе?

— Братство более не угрожает нам, — сказал Астила, — но мы достигли победы дорогой ценой.
— Ни одна победа не дается дешево, — ответил Дардалион.

Я и мяса не ел последние пять лет, и вина не пробовал.
— Скучная жизнь, зато счастливая.
— Нет, не скучная. Жизнь состоит не только из утоления телесных аппетитов. — Я того же мнения. Но их порой тоже утолить не мешает.

— Он гордый человек.
— Как большинство воинов. Без гордости не было бы и войн.

— Быть дичью всегда тяжело.

Истинная власть Истока всегда заключалась в отсутствии власти — понимаете?
— Не совсем.
— Это все равно что приставить копье к груди врага, а потом убрать его. Даже если он после этого убьет вас, он будет знать, что это не потому, что он сильнее, а по вашей собственной воле.

Наши воины — сильные люди, Астила. Хорошие люди. Они выстоят даже в пелене отчаяния.
— Ты правда в это веришь?
— Во что же еще остается нам верить? Кто-то дрогнет, кто-то умрет — но другие дадут отпор. Я не верю, что зло восторжествует. Не могу поверить.
— Оно торжествует повсюду — страна лежит в руинах.
— Здесь оно еще не восторжествовало, Астила.
— Но и война еще не окончена, Дардалион.

... только романтики хранят верность своему слову вопреки всему миру. Казалось бы, в этом наша сила, но нет: честь — это цепь, которая сковывает нас.

— Полмира только и мечтает плюнуть на твою могилу.
— Утешительно, когда тебя ценят столь высоко.

— Ты, я вижу, наслышан обо мне.
— Ничего хорошего я о тебе не слышал.
— Значит, все, что ты слышал, — правда. Прощай.

Нас учили, что всякая жизнь священна. Однажды, вставая с постели, я нечаянно раздавил жука — и почувствовал себя виноватым. Как ты думаешь, что я чувствовал сегодня, видя, как в городе сотнями гибнут люди? Что чувствовали мы все? Нас здесь ничто не радует — а там, где нет радости, поселяется отчаяние.

Она чудесное дитя, очень одаренное для своего возраста. Она сказала мне, что ты их спаситель и великий герой.
— Дети смотрят на вещи по-своему. Не все обстоит так, как им кажется.
— Дети видят много такого, чего нам уже видеть не дано. Если бы мы остались такими, как они, разве стали бы мы развязывать войны?

— А почему ты не выберешь себе доспехи?
— У меня есть кольчуга — и я не намерен задерживаться на одном месте столь долго, чтобы меня успели убить.
— Посоветуй мне, как лучше обращаться с мечом.
— Милосердные боги! Люди учатся этому годами, а у тебя в запасе никак не больше двух часов. Ничему я тебя учить не стану. Помни только, что у человека есть глотка и пах. Защищай свои и режь чужие.