Это новая версия страницы книги. Часть функций ещё в работе — мы добавляем их постепенно.

Николай Островский - Как закалялась сталь

Ваша оценка

4,1

(5,1K)

Как закалялась сталь

Name: Как закалялась сталь
Rating: 4.1 (5138 reviews)
Author: Николай Островский

Николай Островский

Широкоизвестный роман о первых годах Советской власти, о комсомоле. Этот роман, с удивительной точностью отразил свою эпоху, свой исторический момент; революцию, гражданскую войну, энтузиазм социалистического строительства. Главный герой - Павел Корчагин - один из ярчайших представителей своего поколения.

Жанры

Издательство:

Детская литература

Серия:

Библиотека юношества

Год издания:

1984

Язык:

Русский

Твердый переплет, 366 стр.

Тираж: 100000 экз.

Формат: 84x108/32 (130х200 мм)

Возрастные ограничения:

16+

Содержание

Как закалялась сталь, роман

Интересные факты

1. Японский перевод романа (1936) был выполнен мужем Ёсико Окада Рёкити Сугимото ja:杉本良吉, который после побега этой семейной пары в СССР был расстрелян как иностранный шпион.
2. Роман и его герой Павел Корчагин пользуются большой популярностью в Китае.
3. В Москве есть улица Павла Корчагина, единственная улица в Москве, названная в честь литературного героя.
4. Второстепенный персонаж по имени Павел Корчагин присутствует в повести «Школа» Аркадия Гайдара, написанной несколькими годами ранее.

История

«Как закалялась сталь» — автобиографический роман советского писателя Н. А. Островского (1932). Книга написана в стилистике социалистического реализма.
В апреле 1934 года журнал «Молодая гвардия» начал публикацию романа, в ноябре того же года первая часть вышла отдельной книгой, за ней вышла и вторая часть. Роман сразу приобрёл большую популярность, общий тираж составил не менее 36,4 млн экземпляров.
Роман повествует о судьбе молодого революционера Павки (Павла) Корчагина, отстаивающего завоевания Советской власти в Гражданской войне.

В конце 1930 года тяжело больной Николай Островский начинает писать роман «Как закалялась сталь». Изначально текст романа писался Островским от руки, однако, по причине болезни строка находила на строку, разбирать написанное было трудно, темпы написания не удовлетворяли писателя. Однажды он попросил ассистентку взять картонную папку и прорезать в ней полосы размером строки, так родилась мысль о транспораторе, сперва это не очень получалось, но техника пользованием транспоратором совершенствовалась с каждым днем, сначала в транспоратор вкладывали по листику, потом стали вкладывать сразу пачку бумаги. Работал автор по ночам в тишине, исписанную страницу нумеровал и сбрасывал на пол. Через какое-то время рука стала болеть и отказала. С этого момента роман стал писаться под диктовку. Диктовал он медленно, отдельными фразами, с большими перерывами между ними. В процессе написания возникли трудности с бумагой, которые с большим трудом удалось решить. Весь 1931 год шла напряжённая работа над первой частью романа, к маю были написаны первые пять глав, к 25 октября все девять глав первой части романа были закончены. В апреле 1932 года писатель получает заказ от издательства на второй том романа. В связи с резким ухудшением здоровья писатель переезжает на юг к морю, где продолжает работу над произведением. Вторая часть романа полностью пишется под диктовку и заканчивается к середине 1932 года. После издания Островский пишет: «Книга издана, значит признана! Значит — есть для чего жить!».

Посланная в журнал «Молодая гвардия» рукопись получила разгромную рецензию: «выведенные типы нереальны». Однако Островский добился вторичного рецензирования рукописи, относительно которой была дана установка партийных органов. После этого рукопись активно редактировали заместитель главного редактора «Молодой гвардии» Марк Колосов и ответственный редактор Анна Караваева, известная писательница того времени . Островский признавал большое участие Караваевой в работе с текстом романа; также он отмечал участие Александра Серафимовича, который «отдавал мне целые дни своего отдыха». В ЦГАЛИ есть фотокопии рукописи романа, которые зафиксировали почерки 19 человек. Официально считается, что Островский диктовал текст книги «добровольным секретарям». Н. Островский в своих письмах подробно рассказывает о своей работе над романом, существуют воспоминания современников — свидетелей работы писателя над книгой. Текстологические исследования подтверждают авторство Н. Островского.

В апреле 1934 года журнал «Молодая гвардия» начал публиковать роман Островского; в ноябре того же года первая часть вышла отдельной книгой, за ней вышла и вторая часть. Роман сразу приобрёл большую популярность.

Экранизации

Роман неоднократно экранизировался в СССР. Первая экранизация книги Николая Островского — фильм «Как закалялась сталь» — вышел в 1942 году, в тяжёлое время Великой Отечественной войны. Тогда главный герой романа Павел Корчагин призван был вдохновить на подвиги советских людей, ведущих борьбу с нацистскими захватчиками. Его образ воплотил актёр В. Перист-Петренко, который повторил трагическую судьбу своего героя — сразу же после съёмок в фильме он ушёл на фронт и в этом же году погиб.

В 1957 году вышла совместная режиссёрская работа Владимира Наумова и Александра Алова «Павел Корчагин», в которой главного героя сыграл Василий Лановой.

В 1973 году режиссёром Николаем Мащенко был создан шестисерийный телефильм «Как закалялась сталь», в котором образ Корчагина воплотил на экране Владимир Конкин. Фильм получил две премии им. Ленинского комсомола. Павка в исполнении Конкина отличался от прежних экранных Корчагиных бо́льшим лиризмом, романтичностью и интеллигентностью. В 1975 году под тем же названием «Как закалялась сталь» вышла также киноверсия этого фильма.

В 2000 году 20-серийный телевизионный фильм «Как закалялась сталь», снятый китайскими кинематографистами на Украине, был признан в Китае лучшим сериалом года. В роли Корчагина снялся украинский актёр Андрей Саминин (укр.)рус.

Ссылки

Википедия

Рейтинг LiveLib

4,1

5,1K оценок

5
45%
4
34%
3
15%
2
4%
1
2%

Ваша оценка

Прочитали 6375Хотят прочитать 4119

Рецензии

boservas
2 сентября 2020
Как Островский умудрился под одну обложку втиснуть две разные книги
Давно хотел написать о своих впечатлениях, рожденных этой книгой. Я читал её в начале 80-х, летом, накануне 10 класса, я всегда прочитывал предстоящий годовой курс по литературе на летних каникулах, во-первых, я очень любил читать, а во-вторых, летом я не был ограничен рамками прочитать очередные две главы к среде, можно было не торопиться, всё равно успеется. Зато, когда одноклассники будут страдать от необходимости читать заданное, я смогу от всей души погрузиться в Дюма, Скотта или Конан Дойля.
Признаюсь, что отношение к роману Островского изначально у меня было критическим, к тому времени я уже смотрел оба фильма, снятые в СССР по книге, и главный герой не произвел на меня большого впечатления. Причем, причина была не в нем, а во мне самом, точнее, во времени, на которое пришлась моя юность. Начало 80-х - это самый расцвет застоя, выражавшийся в глубоком цинизме большинства граждан страны в отношении правящей партии и её идей. Ведь недаром через какие-то 3-4 года грянет перестройка, кто жил тогда, тот помнит с каким воодушевлением большинством были приняты идеи "молодого и прогрессивного" Михаила Сергеевича.
То, что всё это окажется большим и убийственным предательством, которое приведет в развалу страны, никому из нас не приходило в голову. А тут на нас еще обрушили кучу "новой" информации, раскрывающей "страшные преступления" советской власти, разоблачающих вождей как "параноиков" и "упырей". А главное пообещали 50 разновидностей колбасы в магазинах. И понеслась.....
Тупая лобовая пропаганда легко добилась необходимого ей результата, советские люди, которых 70 лет воспитывали другой - советской пропагандой, как те крысы на дудочку пошли за новой мелодией. И никакие книги и фильмы не спасли от этого ослепления.
А виновата в этом сама пропагандистская машина той власти, что пошла под слом. И роман Островского был её составляющей частью. Всё дело в том, что мы ему не верили, а не верили не потому, что он написан плохо, или потому, что там была неправда, а потому, что вокруг была другая правда, не та, за которую боролся Павка. И это было настолько очевидно, что ни у кого не вызывало сомнений, ни у взрослых - наших родителей, ни у нас - детей.
Помню, в 1978 году (мне было 13 лет), на классном часе читали "Целину" Брежнева. Там по тексту идет упоминание товарищей Пономаренко и Кулакова, кажется. Сейчас эти фамилии ничего не говорят, а тогда портреты их носителей висели в каждой школе на стенде "Члены Политбюро ЦК КПСС". И вот Серега Овсянников, услышав знакомые фамилии, тут же отреагировал: "О! Они теперь все там!", имеется в виду Политбюро. А я так язвительно: "Ага, Серег! Поезжай на целину, и ты там будешь!" Классная, ради приличия шикнула на меня, а сама сидит от смеха давится, начала дальше читать и опять пырснула. Небольшая сценка, но о многом говорящая.
Поэтому роман Островского имел своеобразную константу восприятия. Книга разбивалась на две резко отличные друг от друга части. Первая - романтичная и героическая, напоминающая местами страницы лучших приключенческих романов, рассказывающая о временах "комиссаров в пыльных шлемах", воспринималась с большим интересом и воодушевлением, читалась легко, Павка вызывал доверие каждым своим поступком, каждым словом. Патетике героизма мы верили и не сомневались в ней, пересматривать историю Гражданской войны и менять в ней акценты, никому из нас не приходило в голову. Так что, повторюсь, первую часть романа большинство из нас откровенно любили и читали с интересом.
А вот вторая - комсомольско-организационная - дышала искусственностью и неискренностью, такими же, как комсомольский и партийный актив, которые существовали вживую перед нашими глазами. Все эти бесконечные заседания ячеек, которые описывал Островский, нагоняли смертную скуку в реальной жизни, а читать о том, как всё это начиналось, нам - школьникам - было совсем неинтересно, поэтому вторую часть романа мы откровенно не любили. А, кстати, можно было бы присмотреться повнимательнее к этой части, ведь здесь Островский описывает зарождение и формирование советской идеологической бюрократической машины, которая к моменту прочтения мною романа, будет уже вовсю пробуксовывать.
В связи с последним доводом, хочу вспомнить анекдот тех времен, когда я читал роман. Идет поезд, в котором едут по очереди вожди страны, и каждый раз он попадает в одну и ту же ситуацию - кончаются рельсы. Как же ведут себя вожди?
Ленин: сделать всё возможное и невозможное, мобилизовать все ресурсы, позвать всех Корчагиных, но чтобы путь дальше был!
Сталин: виновных - расстрелять! подозрительных арестовать - пусть строят дорогу дальше.
Хрущев: снять рельсы сзади, поставить их вперед и продолжать движение.
Брежнев: занавесить окна, нагнать тумана, и делать вид, что движемся дальше.
Вот потому, что создавался вид, что страна движется дальше, мы и не верили книгам, которые были написаны, когда для реального, а не изображаемого движения делалось все возможное и невозможное...

Читать далее
213 понравилось
1
6,3K
korsi
5 июля 2012
Сама не ожидала, что эта книга подарит такой упоительный отдых моей голове. Здесь всё так просто, что и думать почти не надо.
В самом деле: никаких тебе подтекстов, никакой экзистенциальной тошноты — только душевный подъём. А если уж скорбь — то деятельная, если уж гнев — то праведный, если уж борьба - то, ясное дело, никак не душевная. Почти никакого стилистического буржуйства: предложение за предложением, правильные, обтёсанные, будто из контрольного диктанта в седьмом классе, сами собой льются в расслабленное сознание, как вода сквозь сито. Персонажей не приходится разглядывать под лупой — никаких оттенков и полутонов: красные да белые, да ещё разве что жовто-блакитные, и сразу понятно, кто протагонист, а кто контра. Все характеры простые, яркие, энергичные, как цвета на полотнах кубистов.
При этом читать было на удивление не скучно, напротив, меня прямо заворожила раннесоветская экзотика. Все эти КП(б)У, таинственные ревкомы-укомы-предчека, не говоря уж про дивный «Агитпроп подива» звучат какой-то фантастикой в нашем бетонно-стеклянном будущем.
Сегал уже два месяца работал завагитпропом губкомпарта.
Впечатляет? А чего добился ты?
Ещё экзотичней — их нравы и логика, когда джульетта в гимнастёрке-хаки выдаёт своему ромео:

— Видишь небо? Оно голубое. А ведь у тебя такие же глаза. Это нехорошо. У тебя глаза должны быть серые, стальные. Голубое — это что-то чересчур нежное.
Невольно задумаешься: неужели люди и правда так жили, так думали и так любили?.. Но, хотя в ту эпоху, как она описана в книге, верится не больше, чем в страну атлантов, я в который раз с удовольствием убеждаюсь, что не так страшен соцреализм, как его малюют. Впрочем, в этой книге ещё присутствует хорошая доля соцромантизма, — может быть, в этом и секрет её бодрящего, какого-то оздоровляющего эффекта.
Читать далее
144 понравилось
28
3,1K
serovad
20 декабря 2013
Несмотря на то, что книга у меня давно, я сильно сомневался, нужно ли мне ее читать.. Нашел в интернете аудиоверсию, смотрю - читает Вячеслав Герасимов. Ну, думаю, Герасимов плохие книги не станет озвучивать, можно слушать. И прав оказался.
Очередная книга, очень странная по структуре, по стилю повествования, а вместе с тем - хорошая. И похоже, очередной серьезный удар формалистам в споре, что важнее - содержание или форма. Тут форма размытая - есть и элементы документалистики, и эпистолярка, и последовательное художественное повествование. А не оторваться! Потому что написано интересно.
И расставлены очередные точки над очередными I. И с опозданием, и с сожалением от опоздания понимаешь сказанные много лет назад и случайно всплывшие фразы взрослых и прочитавших эту книгу друзей, что "надо быть таким, как Корчагин". Ну, я-то понимал, что значит - преданным, честным, деятельным. А теперь еще вижу - горячим. Устремленным. Уверенным в себе. Несокрушимым. Не жалеющим себя. И еще десятка два слов.
Роман прост до крайности, и это правильно, это в духе времени и политики. Большевики, как известно, тоже рассуждали крайностями. У них либо да, либо нет, либо белое, либо чер... простите, красное. Розового между ними нет. и быть не может. Эсерам и троцкистам свойственны рассуждения и полумеры... так что-ж, роман не про них, и нечего жить этими мерками. Сейчас говорю это совершенно искренне, без всякой иронии.
И все-таки немного жалко их, самоотверженных, глядящих вперед. Черт возьми, неужели они, любящие все человечество, не могли полюбить просто человека. Как может быть так, что у Корчагина, прожившего... (сколько? по моему, 24 года)... ни разу не захотелось (я извиняюсь) женщину. Прямо Чернышевским отдает с его семейными платоническими отношениями.
В конце книги я начинал ненавидеть Островского за то, что так мурыжил беднягу Корчагина. Все казалось - тот заслужил лучшей доли, и если не почетной старости в кабинете первого секретаря ЦК, то быстрой смерти от пули, пущенной каким-нибудь бандитом. Дочитав, вспомнил биографию автора и - всё сошлось. Ну надо же так успеть завернуть!..
Читать далее
115 понравилось
21
3,8K