Книга птиц Восточной Африки

Есть одно неприятное и достаточно распространенное заболевание, которым страдают, как правило, президенты и прочие лидеры мировых держав. Называется оно "беспокойство за Африку", и подхватывают его обычно на зарубежных саммитах по вопросам бедности или какой-нибудь опасной эпидемии. Симптомы таковы: болезненные угрызения советсти из-за разницы в благосостоянии стран первого и третьего мира; сосущее чувство под ложечкой, связанное с мучительными подозрениямия по поводу того, что капитализм, кажется, не такое безусловное благо, каким его привыкли считать; бесконечная потребность взывать "что-то делать". Лучшим лекарством был и остается хороший внутренний государственный кризис.

Мой дядя жил под Годалмингом, но работал в лондонском Сити, каждое утро ездил туда на поезде.Так вот дядя рассказывал, что одно время он часто делил купе с неким типом, читавшим «Дейли телеграф».Возражения или, по меньшей мере, замешательство вызывала привычка этого человека отрывать и выбрасывать в окно верхний уголок каждой прочитанной страницы. Однажды мой дядя не выдержал.
— Слушайте, старина, — сказал он. — Надеюсь, вы не обидитесь на мой вопрос. Для чего вы это делаете? Зачем отрываете уголки от газетных листов, скатываете их в маленькие шарики и бросаете за окно?
— Как, вы не знаете? — удивился странный тип. — Я отпугиваю слонов.
Ответ несколько озадачил моего дядю.
— Но, дорогой друг, в Суррее же нет слонов!
— Нет, — согласился тот. — Правда, отличное средство?

Полагаю, быть птицей не всегда и не во всем удобно. Так, отсуствие губ и зубов чудовищно ограничивает мимические возможности - не говоря уже о способности четко произносить некоторые фрикативные согласные. Без рук и пальцев трудновато загонять мяч в лунку. А оперение, конечно, вещь удобная с точки зрения аэродинамики и терморегуляции, однако в жаркую погоду под ним, наверное, потеешь. Но все это, безусловно, компенсируется одним главным преимуществом (при полном уважении к страусам, эму и пингвинам, которые могут это прочесть) - умением летать.

"И почему европейские исследователи, попадая в Африку, первым делом стремятся все переименовать? Что это: невинный каприз или обычная глупость? Слава Богу, люди в этой части земного шара обретаются минимум три – плюс-минус копейки – миллиона лет. Странно думать, что за такой срок они не заметили у себя под носом ну, например, водоем – к тому же преогромный. … Но доктор Ливингстон наплевал на это с высокой вышки. Ему и в голову не пришло выяснить у местных жителей, как именуется гигантское озеро в верховьях Нила, он просто взял и окрестил его… В результате для нас озеро называется Виктория. "