Перечитывал, а удовольствие получил, как в первый раз. Хоть знал о чем. Жаль, нет больше звезд. 6, 7, 8... В томе 3 произведения: "За миллиард лет до конца света", "Град обречЕнный" (а не обречЁнный, как многие норовят его назвать (с)), и "Повесть о дружбе и недружбе".
"Повесть..." - не в счет. Она для советских подростков, коих в природе уже не существует, да и сами Братья говорили, что вещь "проходная".
"За миллиард лет..." - философская повесть о людях, что любят свое дело, но Мировая Энтропия, или Гомеостатическое Мироздание, перманентно сопротивляется, сводя на нет, все их потуги. Известно любому творческому человеку, ученому, да, в общем каждому. Вот ты дошел до чего-то важного, вот остался маленький шажок, вот оно - и тут случается все что угодно, хорошее ли, плохое ли, любовное приключение, или землетрясение(кстати только что меня отвлек обыкновенный шкаф, что стоит в комнате), и ты отвлекаешься, забываешься, разочаровываешься, и не совершаешь того, к чему стремился. Мысль эта доведена в повести этой до максимума, до предела, до абсурда. Мистическое нечто, сумма факторов, закон природы. Абстрактное начало сдерживает людей от гениального прозрения, или от непоправимого шага.
"Град обреченный" - антиутопия, философия, социальная драма, сюрриалистическая притча, роман-исследование. Размышления и практика, о жизненном пути, смысле, предназначении, тщетности, глазами "среднего" человека. Шикарный язык, глубина мысли... Очень "визуальна", просится на экран, но я никому бы не простил хотя бы малейшего искажения моего виденья. Хоть бери, и сам пиши сценарий, доставай несколько миллионов денег, снимай) Приведу пару цитат, как квинтэссенцию "стругацкой" мудрости. И это не просто философствование, каждая мысль выстрадана, прожита, вырвана зубами.
-- Понимания этого вашего у меня теперь вот сколько! -- Андрей постукал себя ребром ладони по кадыку. -- Все на свете я теперь понимаю. Тридцать лет до этого понимания доходил и вот теперь дошел. Никому я не нужен, и никто никому не нужен. Есть я, нет меня, сражаюсь я, лежу на диване -- никакой разницы. Ничего нельзя изменить, ничего нельзя исправить. Можно только устроиться -- лучше или хуже. Все идет само по себе, а я здесь ни при чем. Вот оно -- ваше понимание, и больше понимать мне нечего... Вы мне лучше скажите, что я с этим пониманием должен делать? На зиму его засолить или сейчас кушать?.. Наставник кивал. - Именно, -- сказал он. -- Это и есть последний рубеж: что делать с пониманием? Как с ним жить? Жить-то ведь все равно надо!
Я тебе сейчас расскажу, как мне это представляется. У храма есть, Изя принялся загибать пальцы, строители. Это те, кто его возводит. Затем, скажем, м-м-м... тьфу, черт, слово не подберу, лезет все религиозная терминология... Ну ладно, пускай - жрецы. Это те, кто носит его в себе. Те, через души которых он растет и в душах которых существует... И есть потребители - те, кто, так сказать, вкушает от него... Так вот Пушкин -- это строитель. Я -- это жрец. А ты -- потребитель... И не кривись, дурак! Это же очень здорово! Ведь храм без потребителя был бы вообще лишен человеческого смысла. Ты, балда, подумай, как тебе повезло! Ведь это же нужны годы и годы специальной обработки, промывания мозгов, хитроумнейшие системы обмана, чтобы подвигнуть тебя, потребителя, на разрушение храма...
АБС живы! Хвала Мастерам!
12 понравилось
