Чума. Посторонний

Книга оставила ужасно тяжелое впечатление, перечитывать и советовать я ее точно никогда не буду.

Мне показалось что главный герой совершенно не умеет быть самим собой, у него нет ярких черт, нет индивидуальности, никаких стремлений (даже переезд в Париж по работе его не вдохновлет), никаких желаний, он не живет а просто созерцает окружающий мир как со стороны, может весь день сидеть у окна и смотреть на улицу, и ему все равно что и как с ним происходит. То есть вот ну совершенно все равно, ничто не вызывает у него ни единой эмоции до тех пор пока не приближается собственная смерть. Умерла ли его мать, влюбилась ли в него девушка, убил ли он человека (вот просто взял и убил, без причины) - одинаково ноль эмоций. Ни цели, ни любви к кому-нибудь. Все это приводит к логичному итогу - суд не оправдывает его и присяжные выносят обвинительный приговор, тк не могут понять ни мотивов Мерсо, ни его самого, а убийство без мотивов и без причины кажется им еще более ужасным чем преднамеренное.
В целом было интересно узнать для себя немного о творчестве Камю, тем более что я представляла его совсем по-другому. Но именно на эмоциональном уровне впечатления самые ужасные.

Камю определенно заслуживает внимания. Чтение как езда на поезде, ты знаешь направление в каком будут развиваться события, ты понимаешь, что у автора нет возможности съехать с намеченных рельс, и прибытие на конечную станцию принесет неожиданное облегчение. По моему автор был фаталистом пытающимся найти все же надежду на то что жизнь можно изменить в лучшую сторону с помощью любви.
Очень понравился прием отсылок из разных рассказов автора, так ты встречаешь историю из Постостроннего в Чуме, как старого знакомого который раскрылся с новой стороны.
Очень странно для меня было то что на протяжении всей книги путалась в именах друзей Риэ, то ли они для меня слишком схожи по звучанию, то ли из-за того что их всех описывали в одинаковых обстоятельствах.

Мне всегда казалось что Альбер Камю - философ, который пишет скучные книги с размышлениями о чем-то абстрактном. И вот я все-таки решилась его прочитать, несмотря на то, что у меня было предубеждение насчет витиеватости его повествования. На глаза попалась книга с весьма интересным названием "Посторонний".
Читая первую часть, которая полностью состоит из действий господина Мерсо, мне казалось, что этак книга очень скучная с плоскими героями, языком и описаниями. Но случается резкий поворот в сюжете, очень удививший меня. До сих пор не могу понять, что подтолкнуло главного героя, от которого кстати и ведется повествование, к такому шагу, который изменил всю его дальнейшую судьбу и жизнь.
Вторая часть уже резко отличается от первой. Господин Мерсо открывается нам с новой стороны. Благодаря этой части книги можно понять почему роман называется именно "Посторонний". Главный герой не вписывался в общество. Он не плакал на похоронах матери, хотя должен был. Он только хотел женщину и никогда не отдавал должное любви. Он никогда не жалел о своем поступке, хотя остальные на его месте давно бы покаились. Он не выполнял каноны общества. Не любил лгать и поэтому книга закончилась именно так, а не иначе. Его вина только в том, что он не принял навязанные правила, такой чуждой ему, игры. И только поэтому он становится посторонним среди людей.
Герой говорит, что жизнь проста. Мы живем иллюзиями, которые все усложняют. Человек не может принять реальность такой, какая она есть. Альбер Камю хотел показать такого человек, который просто будет жить своей простой жизнью, без вранья и притворства. И конец этого романа показывает нам то, что такой человек не сможет выжить в нашем погруженном в иллюзии обществе.

P.S. Иллюстрации А. Ереминой.

Мне только исполнилось семнадцать, это был октябрь, первый курс. Наш поток менеджеров, тогда еще огромный, больше ста человек, еле-еле помещался в аудитории. Рядом со мной уселся молодой человек, на которого я не слишком обратила внимание – читала.

• Что вы читаете? – обратился он ко мне в перерыве.

• Альберт Камю, - медленно прочитал он. – Француз?
• Да.
• Ого! Как это я так догадался…
• У них ударение на последний слог в фамилиях. Всегда.
• Серьезно? А я и не знал…

Дальше...

А сейчас мы читали его вместе с мамой. И не зря. За четыре года я уже порядком успела все подзабыть, но основные повороты сюжета, конечно, помнила. Сейчас я, наверное, уже более зрелая личность и осмысливаю теперь все иначе. Единственным минусом громкого чтения является тот факт, что я не могу выражать своих эмоций. Не могу плакать, перечитывая некоторые моменты, максимум, что я могу себе позволить – небольшую дрожь в голосе.
Мама наверняка считает меня сухарем, потому что, когда читает она, она плачет, а мне всегда неловко ее слушать в такие моменты. А я бесстрастно, как робот, просто выдаю информацию.
Что касается самой книги…
Я очень полюбила главного героя. Врача, борющегося с чумой. Целый город, закрытый на карантин, под гнетом чумы, множество людей, судеб и историй.
На твоих глазах умирают тысячи людей, дети. Люди тешат себя надеждами, отчаиваются, держатся, падают духом, поступают благородно или, напротив, по-свински. И все это на фоне бесконечного мора, уносящего по тысяче, по полторы тысячи жизней в неделю.
Этот момент один из самых моих любимых и трогательных. Из всех сцен жизни зачумленных именно он запал мне в память и именно его я ждала от страницы к странице, зная, что он скоро мне встретится.

Еще сцена купания в море главного героя со своим другом вызывает невероятное чувство какой-то неизбывной тоски. Ты читаешь и знаешь, что после чумы уже ничего не будет. Для кого-то не будет как прежде, а для кого-то вообще не будет. И от этого знания все ощущается еще пронзительнее.
На днях Снег спросил меня:

• Ты грустишь там что ли?

• Я? С чего бы? – но с удивлением отметила, что с тридцатикилометрового расстояния он безошибочно определил это.

• Мы читаем «Чуму», так и передай своему Снегу, - наставительно сказала мама.

Все мне удавалось, науки давались легко, с женщинами я ладил прекрасно, и если накатывало на меня облачко беспокойства, оно быстро исчезало. Но в один прекрасный день я начал думать

Когда я начал читать у него "Постороннего" я подумал, что это и есть тот самый кортасаровский Морелли, который стремился избавится от всех красот языка. Читать "Постороннего" очень сложно. Он лишен всего того, что считается нами неотъемлемой частью литературы. Он лишен всякой красоты языка. Всяческих детальных вещей, которые и делают книгу прекрасной. Все, что там осталось -- это сюжетная канва. "Я пошел туда, я взял то, переспал с той, но вообще-то мне все равно" -- по сути все произведение укладывается в эту строчку. Главный герой кажется поначалу действительно каким-то сумасшедшим, но потом, постепенно знакомясь с окружающим миром книги, я проникся к герою всяческим уважением. Мир, в котором он существовал, был еще абсурднее, чем сам герой. Приглядевшись, я понял, что этот тот самый мир, в котором мы с вами живем. Он действительно абсурден и глуп. Нет ничего абсурднее, чем наша жизнь. И ГГ будто бы выполняет кортасаровское научение -- абсурд жизни победит только еще один абсурд. Чем-то мне этот герой напомнил, не к месту будет упомянуто, устроивших танцульки в церкви Pussy Riot. В том смысле, что, сделав вот такой абсурдный шаг, они показали нам абсурдность само жизни, пусть только и в одной ее ипостаси. ГГ Камю делает то же самое, только неосознанно.

Здесь скучают и стараются обзавестись привычками

Это о "Постороннем". Теперь о "Чуме". Здесь Камю тоже не блещет языковыми красотами. По сути это тоже некая канва, вырванный кусок из хронологической цепочки, только теперь не человека, а целого города. Города серого и невзрачного, как, если подумать и все наши современные города. Здесь кто-то плюет на кошек. Кто-то перекладывает горох из полной посуды в пустую. Изо дня в день, постоянно. Когда вдруг приходит чума и исчезают все кошки, старик, плюющий в кошек, начинает грустить и впадает в глубокую депрессию. Нарушилась его размеренная жизнь, исчез стержень его существования. Если всмотреться в эту ситуацию, то этот старик - это каждый из нас. Каждый из нас выполняет какую-то рутину, вполне, причем, бессмысленную (все мы с вами Сизифы). Эта рутина нас убивает, бесит, мы были бы рады от нее избавиться, но почему-то не можем -- боимся, не хватает духу или просто лень, а скорее всего, мы просто привыкли к своей рутине. Но когда приходит чума и отбирает у нас привычное течение жизни, столь ненавистную нам рутину -- мы начинаем грустить и убиваться, нам плохо без нашей рутины.
Привычка страшна. Она сильнее всего и, как показывает это Камю, она даже сильнее любви. Самыми преданными друг другу людьми остались отнюдь не влюбленные. Семья, которая никогда не была образцом, семья, где люди стали практически безразличны друг другу, оказалась эталоном преданности. Просто потому что они уже не могут друг без друга в силу привычки.
Я хочу быть абсурдным и безрассудным. Я знаю, что единственная ценность в этом мире -- это новое. Мы пришли сюда за двумя вещами: за новым и за наслаждением. Я хочу создавать новое и наслаждаться. И больше ничего. Потому что все остальное -- рутина. И пусть чума поразит меня, если я не смогу достигнуть этого своими силами.

Во время чтения Камю, не покидало ощущение того, что он очень большой писатель, но, в то же время, его отвлеченная манера письма, как бы не сильно и интересующегося собственными персонажами, не позволяет в полной мере им сопереживать. Поэтому книгу читал долго, что называется, "на жилах". Характерная черта обоих романов - ярчайшие вспышки чувств и образов посреди монотонного повествования, очень запоминающиеся и трогающие до слез. В "Постороннем" это был старичок, который изо всех сил спешил за гробом своей подруги-старушки, но не поспевал и упал в обморок. В "Чуме" - горе-писатель Гран, который всю жизнь посветил написанию одной фразы в различных ее вариациях, но верил, что он делает что-то чудесное и перед смертью попросил сжечь рукопись.
"Чума" понравилась намного больше "Постороннего". Сначала казалось, что Камю использует чуму как образ бича божего, чтобы покарать некрасивый городок, застывший в своем бездушии. Ничуть не бывало! Ему просто как художнику интересен закрытый город, в котором бушует чума, выкашивая население и поведение при этом людей - замкнутость и отчаяние одних, ну и каждодневный героизм других. Вот только я по большей части ощущал себя посторонним по отношению к этому городку и его жителям.

После этой книги хотелось просто избить себя за свою апатию, скуку и бездействие.

Стоит перестать следить за происходящим, задремать, и нас с вами кто-нибудь оттеснит в угол, лишит свободы, подвергнет казни...Равнодушие не принесет успокоения и счастья, оно лишь оставит возможность другим пройти по нам ногами и отхватить то хорошее, что могло бы предназначаться нам, в то время как мы будем размышлять об абсурдности бытия и о том, как нам скучно и бессмысленно живется.

Конечно, каждый увидит в этой странной книге своё...А я увидела прежде всего призыв к активности, борьбе и поиску, иначе - смерть. Пусть общество лживо и жестоко, пусть, его уже ничто не изменит. Надо уметь сопротивляться ему, но в то же время это сопротивление должно быть таким, чтобы от него не становилось хуже. Это сложно...Но, если смотреть на вещи творчески и стараясь ничего не упустить, то, наверное, вполне возможно -) История Мерсо никогда не повторилась бы с тем, у кого есть любимое дело и любимые люди. Но чтобы найти их некоторым требуется долгий путь...Мерсо не успел. Но он и не искал.

"Посреди голого плато, окруженного лучезарными холмами, у самой бухты совершенных очертаний" расположился самый обычный современный городок, именуемый Ораном. Этот город ничем не отличается от других современных городов - его жители шесть дней в неделю посвящают себя работе, чтобы в свой единственный выходной потратить время в свое удовольствие. Оранцы давно привыкли к серому облику своего города, который хоть и имеет выход к морю, но построен крайне неудачно - спиной к бухте, из за чего ее постоянно приходится отыскивать. Они всегда готовы решать заурядные трудности своей скучной и банальной жизни... Но, что если судьба подбросит им куда более серьезные сложности?..
К таким трудностям глобального масштаба можно отнести лишь небольшое количество бедствий: голод, болезнь, война и массовые смерти. В конце концов, сумма первых трех причин всегда будет иметь последний результат. Но как бы сухо не прозвучал этот факт, человеческая психика будет воспринимать его с самым глубоким ужасом. Особенно, если обычный человек не способен как то повлиять на неизбежный ход событий...
Именно такой ход использовал Альбер Камю в своем романе "Чума". На первый взгляд, сюжет прост и зауряден, под стать городу, в котором происходит действие: в маленьком алжирском городке полчища крыс внезапно выползают из своих убежищ, устремляясь в агонии к человеку. Через несколько дней в городе вспыхивает странная лихорадка, за два дня уносящая жизнь заболевшего. И город, совершенно не подозревающий какая участь его ждет, в мгновение ока разгорается пламенем "божьей кары" - чумы... Пожалуй, первоначальная идея, раскрываемая автором на страницах романа в свете современных событий, не нова, однако, как оказалось, Альбер Камю строил куда более далеко идущие планы в отношении своего произведения... Так в чем же был его план?
Итак, из хроники очевидца, имя которого читатель узнает лишь в конце произведения мы узнаем, что "происшествия, имевшие место весной 194… года" застали жителей города Оран врасплох. Не имея возможности вникнуть в суть повествования, первая мысль, вполне рационально закрадывающаяся в голову, это - события Второй Мировой войны. Преимущество стариков, женщин и детей в населении города, призывы вступить в ряды сопротивления и другие не менее колоритные признаки того исторического периода лишь добавляют уверенности в таком предположении. И только последующий акцент на пандемии и его последствиях могут разубедить читателя в этом...

Чтобы " из такого посева возрос урожай истины"?..
Урожай истины, этой божьей кары, забирающей жизни невинных сограждан Орана, можно отнести и к жертвам чумы, и к жертвам самой кровопролитной из мировых войн. Автор намеренно не раскрывает нам все карты, предпочитая, чтобы читатель продирался сквозь тернии повествования самостоятельно. Сначала, убежденность в том, что речь идет о пандемии, перерастает в уверенность, в следующее мгновение ты уже не сомневаешься, что автор завуалировано дает понять, что главная тема повествования - это война. Но чем дальше читатель знакомится с жизнью оранцев в столь тяжкий период, тем сильнее крепнет убеждение, что красная нить повествования очерчивает то, чего любой человек - осознанно или нет - боится на протяжении всей своей жизни.
Смерти. Не столько своей, сколько своих родных и близких.
Бессмысленно спорить с тем, что смерть - это конечный этап страданий. Конец всему, конец надежде. Естественный финал страхам, разъедающим душу. Многие не согласятся, но с внезапностью кончины примириться гораздо проще, нежели с постепенно, подкрадывающейся поступью неизбежности. Вот и для оранцев все начиналось, на первый взгляд, безобидно: запрет телефонных звонков, "в «особых случаях», например, сообщений о смерти, рождении, свадьбе"; закрытие города с невозможностью общения с внешним миром; и, наконец, самая страшная участь - страх не увидеть своих родных и близких. Возможно, навсегда.

Альбер Камю раскрывает эту муку куда более красочнее, чем характеры своих персонажей. Поначалу, такой подход вызывает недоумение, но, чем дальше продолжаются испытания, тем лучше ты понимаешь избранный автором метод. Непоколебимый атеист доктор Бернар Риэ, избравший такой способ для борьбы с болезнью, с которой он не в силах справиться даже с помощью долгожданной сыворотки; доброволец санитарной бригады отец Панлю, разуверившийся в каре Господней после засвидетельствования многочисленных бессмысленных смертей; и журналист Жан Тарру, такой жизнерадостный и спокойный снаружи, но с давно зачумленной душой. Их борьба длится 24 часа в сутки, 20 часов из которых посвящены внушающей бессилие и пессимизм работе, в которой единственный лучик света - крохотная надежда встретить тех, с кем разлучила судьба.
Реалист по натуре, Альбер Камю не дает рационального объяснения причины окончания беспощадной игре со смертью. Его роман - это не летопись одного небольшого исторического периода маленького затерянного на просторах нашего огромного мира городка. Его роман - это сама жизнь, без оправдания и объяснения. На его страницах не найдешь законов логики, как и оправдания морали. Потому что жизнь, как и город, о котором ведется повествование, никогда и никого не подозревает, то есть вполне современная жизнь.

Но разве можно с этим не согласиться?..