Собрание сочинений в 11 томах. Том 4. 1964-1966 гг.

В четвертый том собрания сочинений включены произведения, написанные в период с 1964 по 1966 годы: «Хищные вещи века», «Беспокойство», «Улитка на склоне», «Второе нашествие марсиан». Том дополняют комментарии Б. Стругацкого к данным произведениям и отрывки из критики того времени.

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,4

174 оценки

5
59%
4
30%
3
10%
2
0%
1
1%

Ваша оценка

Прочитали 190Хотят прочитать 109

Рецензии

Anastasia246
24 мая 2023
"Приятные сны, конечно, всегда лучше неприятной действительности, но живем-то мы не во сне..."
"Фантазия - бесценная вещь, но нельзя ей давать дорогу внутрь. Только вовне..."

"Если во имя идеала человеку приходится делать подлости, то цена этому идеалу - дерьмо..."
Собрать бы вещи и махнуть бы так, для восстановления нервов и сил (мир все-таки изматывает, знаете ли), на недельку-другую (а лучше, конечно, месяц) в другой город, страну, почувствовать себя легкомысленным туристом или, напротив, так проникнуться всем местным, чтобы принимали за своего, отдохнуть наконец от опостылевшей рутины, вдохнуть чего-то свежего... Да что там! Как-то мелко все это, привычно, обыденно, кого этим нынче вообще удивишь... А давайте сразу в другую реальность! Хотите? По глазам вижу, что да. Тем более, у меня на примете как раз есть такая прелестная реальность, просто чудо какое-то, - мир победившего оптимизма (с распростертыми ли объятиями и вполне ли дружелюбно так примут пессимиста вроде меня, правда, большой вопрос...), бесконечно изобильное настоящее, иллюзорное бытие, где счастье не по талонам, а каждому, гарантированное такое, 100%-ное счастье... Правда, выглядит последнее на первый взгляд не очень, странно пахнет и вызывает не менее странные последствия. Но зачем придираться: у нас, может, и такого нет? К тому же все эти волнующие воображение глянцевые картинки сытости и уверенности в завтрашнем дне, так и заманивающие простаков-туристов вроде меня, ведь врать не будут? Не будут, Иван? (Иван Жилин - наш единственный проводник в этот чудный мир, так уж доверимся бывалому человеку).
Братья Стругацкие вновь очаровали и запутали меня, написав просто невероятный по своей красоте, восхитительной атмосфере и философской глубине роман, с множеством подводных смыслов и оттенков, которые еще долго перетираешь в памяти после прочтения. Ты западаешь в этот мир сразу же, с первых страниц погружаясь в хитросплетение сюжетных переходов, загадок и, может быть, даже надежд (читая антиутопии, я, например, всегда отчего-то наивно надеюсь, что все окажется утопией и все у всех будет хорошо, а оказывается плохо).
...Проводнику не терпится показать нам то место, куда мы наконец прибыли. Извольте (Иван всем, кстати, представляется литератором. Ну-ну:) Досуг на любой вкус и кошелек, подозрительная дешевизна всего и вся, грезы на заказ, странная непонятица, творящаяся по ночам с приличными на вид людьми, смешные ругательства ("да вы интель, что ли?" "отправляйтесь к рыбарям"), меценаты, разворовывающие и в прямом смысле слова уничтожающие культуру, и недоверие к людям, читающим книги (в этом мире книги можно только писать, но ни в коем случае не вздумайте их читать!)...
Последнее, признаюсь, веселило меня, как заядлого книголюба, практически всю повесть, но ко второй части книги сей легкий юмор внезапно и без предупреждения сменился жесткой сатирой, острые нотки укора в политику, социальное устройство и прочее сделали произведение на порядок сильнее (давненько что-то не читала я книг братьев Стругацких, поэтому отвыкла малость от этой вот непременной дополнительной смысловой нагрузки) - так что сидишь после прочтения чуточку в прострации, вспоминая все увиденное и пережитое героями и думаешь. О многом, о разном... О смысле жизни, например, о правильном и благоразумном социальном устройстве, о саморазвитии, о том, верно ли мы вообще живем... Неудобные вопросы, а впрочем, именно такие и стимулируют умственную активность. А еще ее стимулируют книги... Вместо всех этих грезогенераторов и нейростимуляторов - так и хочется спросить героев: "А книги вы не пробовали читать?" Что еще перенесет вас в абсолютно любую реальность на заказ, как не эти привычные источники информации? Но нет, всем подавай химию, электроды...
Во вселенной Стругацких шелест бумажных страничек возбуждает, похоже, только главного героя. Он же "литератор", помните? С трудом верится: про прошлое он упорно не говорит, не намекая и не вспоминая даже про него (вы когда-нибудь видели человека без прошлого?), переписывается телеграммами с какой-то Марией, рвется на встречу с каким-то Римайером, который при встрече оказывается разве что не ходячим трупом, пытается выведать маленькие тайны жителей... Вы точно литератор, Иван?..
Стругацкие тихо посмеиваются: им опять удалось захватить в свою книгу доверчивого читателя, который не сможет оторваться от нее, даже несмотря на все кажущиеся непонятки сюжета.
5/5 Не первая моя и уж точно не последняя книга Аркадия и Бориса Стругацких, определенно одна из лучших: слог, стиль, атмосфера, искусный фантастический сюжет наверняка порадуют таких же преданных любителей жанра и качественной литературы.
Читать далее
255 понравилось
20
8,8K
Uchilka
6 февраля 2013
Из всех читателей, которых я знаю, по-моему, есть только один или два человека, которые поняли.
(Борис Стругацкий о повести «Улитка на склоне»)

Ясное дело, что я не одна из этих двух. Даже если бы Борис Натанович меня знал, даже если бы он произнёс эту фразу не в 1987 году, а скажем, в 2007, и увеличил бы количество понятливых читателей в сто раз. Но, слава богу, тех, кто заглянул в «Комментарий к пройденному» (или, как в моём случае, сразу в текст выступления Б. Стругацкого в Красной гостиной ленинградского Дома писателя им. В.В.Маяковского 13 апреля 1987 года) много. И глубокий символизм произведения теперь ни для кого не секрет.
Произведение сложное, насыщенное. Тут две сюжетные линии, идущие параллельно - в одном мире, но на разных плоскостях: сверху – Управление, снизу - Лес. Между ними есть дорога. Хотя какая там дорога, одно название. Если ехать сверху вниз, грузовик трясёт и подбрасывает, если идти снизу вверх, то помимо того, что «там на неведомых дорожках следы невиданных зверей», ещё и болота всякие встречаются, мертвяки, воры. В общем, с сообщением трудно.
Поговорим лучше о мирах и символах. Итак, верх - Управление, которое «стоит на кафкианском мире, на попытке изобразить мир, который неотличим от сна». И благодаря этому в нём более-менее можно угадать то самое Настоящее, которое актуально и по сей день. Оно предстаёт перед нами в виде абсолютного абсурда. И абсурда великолепнейшего! Чего стоит дверь «Выхода нет» или эпизод в машине по дороге за зарплатой. Население Управления очень колоритно: Доморощинер, Тузик, Ахти. И все поголовно… нет, не в белых штанах, как мечтал Остап, а пьют кефир. И только один не пьёт, не любит. Филолог Перец. Он сидит на обрыве и смотрит на Лес, наслаждается, как турист, приехавший за запахом Тайги. Он мечтает попасть в Лес, не подозревая даже, что из этого получится...
А Лес… Лес - это Будущее. Увы, «не гневайся, боярин, не признал я тебя». Но это вовсе не читательский недосмотр, потому что, как говорил сам Борис Стругацкий:

О Будущем мы знаем только одно – оно совершенно не похоже на наше представление о нем.

Нет ничего удивительного в том, что мы не разгадываем тайну Леса. По крайней мере, не так сразу. У Стругацких своё видение Будущего, причём выстроенного под определённую оригинальную концепцию. Что такое этот Лес для читателя? Он фантастичен, он реалистичен, но неопределим. Ведь по сути мы знаем только то, что:
А вокруг шевелился лес, трепетал и корчился, менял окраску, переливаясь и вспыхивая, обманывая зрение, наплывая и отступая, издевался, пугал и глумился лес, и весь он был необычен, и его нельзя было описать, и от него мутило.
В общем, Лес – это Будущее. Там свои законы, свои жители, свои трудности. И свой Кандид. Он, конечно, не часть Леса. Он попал туда извне, из Управления. И хотя он почти ничего не помнит из своей тамошней жизни, кроме редких слов типа «биостанция», которое служит ему паролем в прошлое, именно это обстоятельство заставляет его мечтать о путешествии в Город. И однажды Кандид решается отправиться в путь. Цели у него вроде бы не те, что у вольтеровского Кандида, но финал по сути тот же.
Творчество Стругацких – высшая проба фантастики. Каждый раз в этом убеждаюсь. Снова и снова.
Читать далее
146 понравилось
23
6K
red_star
12 апреля 2016
Дрожка! Дрожка!
О хищные вещи века!
На душу наложено вето.
А. Вознесенский, «Монолог битника», 1961
Весь ужас антиутопии Стругацких в том, что она полностью и (видимо) бесповоротно сбылась. Примечательно, что тенденция, оказывается, прослеживалась уже в середине 60-х. Казалось бы, время космического энтузиазма, рывка к планетам и звездам. А пара советских интеллектуалов рисуют мир всемерного удовлетворения потребностей, который оборачивается отупением и оболваниванием. Самое интересное состоит в том, что у нас все реализовалось и без полного удовлетворения потребностей, прямо со второй части.
Сколько раз я перечитывал эту повесть! И каждый раз глаз цепляется за что-то новенькое, за какой-то штришок. Вероятно, это и называется качественной литературой.
Итак, перед нами (исходя из некоторых намеков (на Пятую колонну Хемингуэя, хотя бы) и несмотря на имена аборигенов) как бы Испания. Время действия размыто. Наука и промышленность сняли все проблемы пропитания и сытой жизни. И людям теперь нечем себя занять. Поэтому они ударяются в кровавые игры с адреналином, щекочут свои нервы прелестью разрушения. Отключают мозг на коллективных гипнотизаторах. И еще, еще, еще. Лишь бы наполнить существование хоть каким-то содержанием.
Авторы полностью пессимистичны. Они не верят в возможность исправления, возвращения смысла жизни людям. Иван Жилин мечется, мечтает о космической экспансии, о том, что хотя бы дети смогут разорвать порочный круг. Но это, пожалуй, для отвода глаз.
Любопытно, что все современные издания содержат подредактированную Борисом Стругацким версию повести. Если я правильно интерпретирую источники, эта версия была подготовлена им к изданию 1997 года. Б. Стругацкий выкинул из книги несколько ярких эпизодов, несколько четких характеристик и слов-маркеров, которые делали из Жилина марксиста. Борис Натанович утверждал, что он убрал то, что было привнесено им с братом для прохождения цензуры в издательстве.
Но, что примечательно (если верить тем же открытым источникам), и редакторы серии «Миры братьев Стругацких» и читатели просили эти исправления (1997 года) не вносить, ибо они, порой, и придавали произведению прелесть. Это как бы намекает нам, что автор не всегда прав, а анонимные редакторы «Молодой гвардии» в 1965 году были хорошими профессионалами в редактуре и деньги свои получали не зря.
В целом это, на мой взгляд, порочная практика – переписывать произведение из-за изменившихся условий. В момент выхода в свет книга отпочковалась от автора/авторов и стала сама по себе фактом культуры. Эти исправления, сначала в одну сторону, потом в другую – как-то плохо они смотрятся.
Но это детали. А общее полотно никакие эпитеты не исправят. Человечество увязло в развлекательной трясине, и не видно ничего, что могло бы вытащить нас к звездам. Разве это кому-то надо?
Читать далее
144 понравилось
42
3,4K