Die Nacht von Lissabon

Как крепко сидит в нас стремление выжить. Это настороженная, чуткая, собранная пассивность

Иной раз удивляешься, с какой лёгкостью люди, профессией которых должно быть недоверие, попадаются на удочку.

Чудо, когда его переживаешь, никогда не бывает полным, только воспоминание делает его таким.

Газеты были наполнены требованиями, официальными заверениями, сообщениями о пограничных инцидентах - то есть всем тем, что предшествует войне. Самое замечательное в этом то, что всегда сильные страны обвиняют слабые в агрессивности.

- Возможность самоубийства - это милость, какую редко осознаешь. Она даёт человеку иллюзию свободной воли.

Знание - всего лишь клочок пены, пляшущий на волне

— Сколько нам еще осталось жить? — спросила вдруг Елена.
— Если мы будем осторожными — год и, может быть, еще полгода.
— А если мы будем неосторожными?
— Только лето.
— Давай будем неосторожными, — сказала она.

- Как немцы любят сапоги!
- Они нужны им, - сказал я. - Ведь они бродят по колено в дерьме.

- Ответа я не нахожу...
- Его не существует. Всегда существует лишь один: тот, какой вы даёте себе сами.

Как ни мало мы значим, пока сидим в лагере, сбежав, мы разом становимся огромной ценностью.