Я есть

А от счастья человек становится герметичным. Чужая боль в него не проникает.

От счастья человек становится герметичным. Чужая боль в него не проникает.

Каждая семья имеет свои традиции, ибо человек без традиций голый. Равно как и общество. Общество, порвавшее с традициями, обрубает якорную цепь, и его корабль болтается по воле волн или еще по чьей-то воле.

Родительская любовь не возвращается обратно. Движется в одну сторону. К детям.Родители – отработанный материал. Природа не заинтересована в том, что отжило и больше не плодоносит. И надо обладать повышенными душевными качествами, чтобы любить детей и родителей одинаково.

До перестройки Коля назывался "фарцовщик". Теперь - бизнесмен.

Люди несчастны по разным поводам. "Одни плачут, что хлеб жесткий, другие - что жемчуг мелкий". Но плачут все. И все хотят участия.

Риск — это своего рода жизненный соус.

Мимо прошла очень высокая собака. Она шла и знала, что все на неё смотрят.

Мир полон людьми, а пуст, когда нет одного человека.

«Люди через сто лет будут жить лучше нас». Так говорили Астров, Вершинин, Мисаил Полознев, Тузенбах. Видимо, сам Чехов тоже так думал. Через сто лет – это сейчас. Сегодня. Тогда были девяностые годы девятнадцатого века. Сейчас – двадцатого. И что же произошло за сто лет? Мы, сегодняшние, смотрим в конец девятнадцатого века и ностальгируем по той, прежней жизни, по барским усадьбам, белым длинным платьям, по вишневым садам, по утраченной вере…