Песни царства "Я"

Как говорит сам автор, действие романа "Чапаев и Пустота" "происходит в абсолютной пустоте". На самом деле оно происходит в дивизии Чапаева, где главный герой, поэт-декадент Петр Пустота, служит комиссаром, а также в наши дни, а также, как и всегда у Пелевина, в виртуальном пространстве... В романе "Жизнь насекомых" герои являются одновременно и людьми (рэкетирами, наркоманами, мистиками, проститутками), и насекомыми. Эта коллекция типажей и реальна, и надуманна, что позволяет писателю с едким ...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,4

58 оценок

5
59%
4
31%
3
9%
2
2%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 67Хотят прочитать 42

Рецензии

Anastasia246
30 августа 2023
Бесконечно тянущиеся минуты склеиваются в летящие года (вот так обернешься - и не заметишь), а десятилетия вдруг молниеносно рассыпаются на секунды, далекое прошлое становится близким настоящим, выдумка - былью для героев. Фантастический сон подменяет реальность, или, возможно, даже она его. Выныриваешь из собственных кошмаров, чтобы однажды стать главным действующим лицом сна чужого, запутанного и столь же страшного, непонятного. Сложно, подчас и вовсе невозможно отличить одно от другого. Красота в квадрате и загадка в кубе.
Пелевинские тексты (и этот не исключение) подарят вам море философии, забросают загадками, но ответов, как водится, снова не дадут - всё сам, сам, милостивый читатель, неглупый, разберешься. И так слишком много красноречивых подсказок и глубоких тем для размышлений к вашим услугам. И хочется ничего не делать и только лишь внимать мудрости, с которой невзначай делится с нами автор. Удобно так устроиться в палате №6, занять теплое местечко и вникать, слушать про японцев с их харакири, обсуждать просто Марию и Шварценеггера, хохотать над анекдотами про Петьку и Чапаева, а уноситься при этом мыслями далеко-далеко... туда, где мужчины стреляются на дуэлях за прекрасных дам, где костры и загробный мир, где случай решает русская рулетка, где все еще верят в справедливость, где красные вот-вот победят и столько еще надежд на лучшую жизнь не развеялось!..
Из дома для умалишенных вообще удобно за всем этим наблюдать - классика, знаете ли. Как удобно - прикинуться ненормальным и, хитро посмеиваясь про себя, вглядываться в былое, находить в нем новое, неведомое остальным, удивляться всему и восклицать... А потом и вовсе переместиться в прошлое на постоянное место жительства - там даже с гражданской войной на поверку оказывается уютнее, чем в российских девяностых. И я даже почти не шучу при этом. Приметы времени на страницах романа живо переносят нас в ту эпоху, тоже уже успевшую стать историей, показывая много нелицеприятного об обществе и стране. На контрасте с этими мрачными картинками постреволюционные двадцатые смотрятся ярче, вдохновленнее.
А может, дело, как всегда, в любви? И никакая самая спокойная и счастливая эпоха не сделает тебя умиротворенным, если обделен прекрасным чувством... И самое страшное время - время войны - станет прекраснейшим, если в жизнь войдет восторженная девушка Анна, красивая совсем не женской красотой (странно понять мне было мысли героя, изъяснявшегося порою слишком туманно, когда речь заходила о красоте)... Две жизни Петра Пустоты перемешаются по воле автора, а читателю остается лишь догадываться, где она - правда, есть ли она вообще... Странным образом, к концу книги мне это стало абсолютно неважным (хотя и следила за этим все чтение, пытаясь отыскать подсказки).
Он слишком живой и настоящий, чтобы существовать лишь в одной из возможных реальностей. Их ведь тысячи... Как и осколков душ, путешествующих по Земле. Путешествующих одновременно в прошлом, настоящем, будущем - трудно разорвать ленту времени.
Мне было интересно с ним что на вечере, когда он декламировал стихи собственного пошива, что в доме для безумцев, что на фронтах гражданской войны. Мы оба с ним, раскрыв рот, слушали Чапаева, не понимая, наверное, и сотой доли сказанного, но, черт возьми, как же это было красиво! Как это было вдумчиво и глубокомысленно... Как странно было размышлять о сущем, о пустоте и об истине - вот там, в двадцатые. Или не странно. Идеальный фон, когда смерть совсем близко...
Мы проживали каждый свою жизнь. Моя тоже проносилась на глазах: слишком долго книга была у меня в виш-листе, но это ожидание того стоило. Могла уж раз десять перегореть и разувериться, добралась лишь сейчас и не жалею. Писательский гений Пелевина столь велик, что книга из девяностых удивительно свежо и актуально смотрится и в наши дни. Потрясающий роман, в котором грань между галлюцинацией и здравым смыслом становится нелепой условностью. Писатель создает свою реальность, а читатель ее тут же дополнит на свой вкус и согласно собственному воображению. Бесполезно писать, о чем эта книга. И для кого. Можно лишь с уверенностью сказать, для чего она - для наслаждения слогом, сюжетом и экспериментами со стилем и жанрами. Приятного погружения в мир пелевинских смыслов!
Читать далее
242 понравилось
5
5K
TibetanFox
8 декабря 2013
Утром я проснулась в твёрдой уверенности, что отзыв на «Чапаева и Пустоту» уже написан, но то ли кто-то случайно задел его за ночь бесшумным залпом из глиняного пулемёта, то ли его написала не я, а какая-нибудь Мария Пустота в 1864 году, в общем, и следов его не бывало. А теперь я не знаю, как вновь собрать в один пучок ощущения от того, что ты уже однажды описывал.
Дурочка я, что не читала «Чапаева и Пустоту» раньше при всей моей любви к Пелевину. Мне кажется, что это лучший его роман, а всё, что было после — лишь его тени разной степени яркости. При этом всю его успешность понимаешь не сразу. Во время чтения мысли такие: ну неплохо, неплохо, изящно, едко, остро, неплохо… И лишь после последней страницы собираешь воедино все сюжетные линии, все обрывки впечатлений и понимаешь, что вот оно: и император, и бабочка — одно целое.
Сюжет довольно изящный. Есть поэт Пётр Пустота, который волей судьбы становится связан с Василием Чапаевым, который потихоньку пинает его сапожками в сторону просветления. Где-то рядом маячит демиург Котовский, а вокруг — война. Этот Петька видит сны, в которых он Пётр Пустота в 1996 году. И есть этот самый Пётр Пустота 1996 года, который лежит в психиатрической лечебнице, и его глючит, что он тот самый Петька. Врачи пытаются его вылечить, а пациенты-«соседи» делятся своими чудными историями сумасшествия.
Реальность — зыбкая вещь, говорит нам Пелевин. Трудно с этим спорить, когда ты не знаешь, какой ты именно Пётр Пустота, да и Пётр ли ты вообще.
Длинная и годная телега, после которой начинаешь сомневаться сам в себе. И в то же время одна из прозрачнейших в своей неоднозначности вещей и хранилище огромного количества пасхалок, которые связывают «Чапаева и Пустоту» с другими книгами Пелевина. Очень круто.
Читать далее
197 понравилось
1
18,8K
Vella
30 марта 2010
В очередной раз убеждаюсь, что современная российская проза мне решительно чужда! протерла монокль и поправила парик… Или я разбираюсь в ней настолько плохо, что с завидным постоянством вляпываюсь… ой, то есть попадаю на совершенно непотребные книги. – Например, на такие как эта.
О Пелевине слышала много хороших отзывов. Дай, думаю, почитаю… Взяла. Почитала. Думаю с тех пор с трудом.
Меня, как человека, который никогда не употреблял ни наркотических, ни психотропных препаратов, от идеи поедания мухоморов и всасывания кокаиновых дорожек через свернутый доллар совершенно не прет. Однако на середине книги возникло оправданное подозрение, будто меня насильно пичкают грибочками, припорошенными белым порошком… - То ли затем, чтобы я, наконец, благополучно достигла Дзэна; то ли затем, чтобы сама взялась за cочинительство «гениальных» рекламных слоганов; то ли затем, чтобы побыстрее отдала Богу душу, завещая недочитанный «блогбастер» более продвинутым потомкам…
Люди, может, я не понимаю чего? Может, это такой тонкий, завуалированный стеб над действительностью, рассказанный с серьезным умным лицом образованным дядькой? – Только лицо что-то подозрительно серьезное, так что и не поймешь – шутит человек, правду глаголет или сам чего обкурился накануне.
Как очевидно из всего выше сказанного, меня совсем не вштырило. В книге излагается краткая история восхождения на телевизионный Олимп талантливого креатора Вавилена Татарского. Чтобы как-то простимулировать свои мозги на подходе к великим свершениями (как то – придумывание бессмертных видео-роликов), он прибегает ко всякого рода воздействиям на подсознание – начиная от безобидного (на фоне всего остального) алкоголя и заканчивая планшеткой для вызывания духов (и причем тут Че Гевара?!). В итоге осеняющие Вавилена идеи оказываются настолько хороши – что просто язык не поворачивается их пересказывать… А пока я прихожу в себя, можете лично ознакомиться с миром антиутопичной утопии извне – книга до сих пор фигурирует в продаже как пособие для начинающих ПИАРастов. Или кто-то называет подобное «художественной литературой», ась?..
Читать далее
188 понравилось
23
10,4K