Мы живые

Меня тошнит от ваших идеалов, потому что я не знаю худшей справедливости, чем раздавать не по заслугам. Потому что люди не равны в способностях и нельзя обращаться с ними так, будто они равны.

Революция - очень сложное и спорное историческое событие. Революция 1917 года повергла страну в разруху, уничтожила элиту страны, угробила великих ученых, прекрасных полководцев, великолепных культурных деятелей, политиков. Попутно она угробила миллионы людей, повергла страну в хаос, уничтожила часть культуры. А еще раздала свободу и права рабочим и крестьянам, дала возможность учиться и жить миллионам людей, родила новых гениев. Так получается, что с какой стороны ни посмотри... все видится по разному. Мы сейчас смотрим с высоты прожитых лет, сверху. Мы уже знаем, что революция родила Советский Союз, великий, ужасный и прекрасный.

Айн Рэнд писала эту книгу 1936 году. У нее была совсем другая отправная точка. Эмигрантка из Советской России, представительница бывшей интеллигенции, пережившая революцию, гонения, гражданскую войну пишет там, заграницей, на свободе эту книгу, исполняя наказ родственников: "Если они спросят тебя в Америке — скажи им, что Россия — это огромное кладбище и что все мы медленно погибаем". Ее точку зрения можно понять. Однако...

Меня не поразила в самое сердце история Киры Аргуновой. Исторический фон - да. Он правдив, детален и очень жесток. Начало XX века в России очень тяжелое время, очень трудное. Время ломки и перекраивания страны. Но вот сама главная героиня... Странная женщина, глупая девочка. Мне ее идеалы чужды так же, как как ей советские. Хотя я и - сторона третья. И Кира - единственный герой этого романа, который мне совершенно чужд и непонятен. Ей бы и Царская Россия не угодила так же, как и советская.
Вот что интересно, Говард Рок, герой "Источника", был каким-то цельным и органичным. У него и у Киры слишком много общего, но вот как-то он вызывает симпатию. А она нет. Он - мужчина, сильный, упрямый, непонятный, гордый. Она - девчонка, гордая, неадекватная, порывистая, и какая-то вся рваная и... пустая. Как пародия на что-то. Американская мечта, которая вполне нормально уживалась с героями-американцами другой, более поздней книги Айн Рэнд, посреди советской России, да посреди любой России любого времени смотрится... идиотизмом. Частная собственность, личное пространство - это одно. А вот рассуждения героини вроде этого:

- пугают и отвращают, убивают напрочь сочувствие, вызывают симпатию к революционерам, дают понимание того, за что ненавидела новая советская молодежь бывшую элиту страны. Роман, полный обиды, желчи, злости по отношению к стране, в которой я, все-таки родилась, которую любили мои родители, за которую воевали мои дедушки и прадедушки - меня отвратил. Странно, от своей же прабабушки, дореволюционнной дворянки, пережившей вроде те же гонения и страдания, немногим младше Киры, я слышала совсем другую версию революции и послереволюционного мира. Она не любила Советский Союз, но продолжала любить свою страну. А Кира Аргунова любит только себя. Даже семья, сестра, мужчина, которому она признается в любви и ради которого идет на сомнительные жертвы... даже они для нее остаются чужими. Молодость, излишняя горячность, юношеский максимализм... Вроде бы все понятно, но все равно отвращает.

Да, написано сильно, ярко, живо. Но слишком грязно и зло. Слишком высокомерно, слишком заносчиво. Я разочарована в авторе, хотя, пожалуй, зря. Стоило этого ожидать, стоило предполагать.

Ну и напоследок, название "мы живые" совершенно не вяжется с образами, которые возникли у меня. "Мы живые" восклицала Кира, говоря о себе и только о себе. Совсем забыв о том, что все остальные тоже живые, и гораздо более живые, чем она.

Хочется в жизни чего-то необычного, красивого, с надрывом. Ни обыденности, ни обсуждения денег, обеда и покупок. О чем угодно - о красоте ночи, о бесполезности жизни, об одиночестве или математике, о тайнах природы или политике, но только не о пустом. О жизни, а не о существовании. О чувствах, о том, что внутри, что не сгорит и не выцветет - о сути, о человеческой сути, выраженной в одном взгляде, в одном слове, в одном звуке, а не размазанной по этим серым дням угрюмым молчанием о бедности и убогости.

Такое название - попытка убедить себя и окружающих в том, что они, выкинутые за борт нового государства люди, тоже живут, и они живые. И название звучит в голове пронзительным криком женщин и детей, тяжелыми вздохами и сиплым кашлем мужчин. Но жизнь ли это?

Гнетущее ощущение постоянного голода и холода, все новые и новые препятствия, устраиваемые жестокими бюрократами того времени, для... да даже не жизни! ... существования, отчаянных попыток выжить так называемых "людей из бывших". Такое чувство, будто видишь усмешки советских чиновников: "Ах, вы еще живы? А мы тогда вот так с вами!" Но люди все равно живут, и стараются жить так, чтобы не пришлось поступаться своими принципами и честью. И новые препятствия, новые беды, и люди бегут по длинному темному коридору, ловя свет из захлопывающихся у них перед носом дверей. Безысходность.

Если меня спросят о чем эта книга, я не смогу ответить однозначно. Эта книга о России, о российской истории, о партии, о лишениях, о родственных связях и родственных же предательствах; она о всепрощающей любви, готовой пойти на самые низкие "преступления" во имя возлюбленного; она о борьбе, о борьбе против правительства и против самого себя. И даже главная героиня, и даже Кира Аргунова, которая казалась мне такой сильной и независимой на первых страницах книги, не смогла избежать этой борьбы. Но помни, Кира, ты хороший солдат, несмотря ни на что!

Неслучайно так назвала рецензию, ведь книга именно об этом.
Не важно, в какое время происходит действие, у людей есть выбор: жить или выживать.
Причём эти понятия субъективные для каждого человека.
Даже сохранила для себя две цитаты. Обязательно опубликую их на LL.
Здесь мы видим Петроград 20-х годов прошлого века, время, прямо скажем, не простое. Межсезонье (читала в конце февраля- начале марта), особенно в Санкт-Петербурге, не лучшее время для чтения. Поэтому отдельно хочется сказать об отрывке из книги, который порадовал:

Очень красивые описания музыки из «Песни разбитого бокала» из старенькой оперетты.
Не могу не сказать об ошибке, которую обнаружила на страницах книги ( уж не знаю, переводчика или самого автора): театр всё-таки Александринский, а не Александрийский. Пожалуйста, не путайте с маяком.

Действие романа погружает нас в драматические события России, а точнее Петрограда - Ленинграда 1920-х годов. Бывший аристократ в служебном рвении перед новым режимом предает друзей и близких. Герой гражданской войны после всех своих побед изменяет делу партии. Любовь главной героини к сыну расстрелянного адмирала приводит к любовной связи с сотрудником ГПУ....
История на мой взгляд получилась немного противоречивой: с одной стороны мы видим глубокие драматические события, а с другой человеческую жестокость и эгоизм...  Во время чтения книги вам даже может показаться что автор произведения сама относится немного скептически и предвзято к тем событиям что отписываются... Но тем не менее  книга получилась достаточно интересной и глубокой и получает от меня 4 балла!

Первый роман Айн Рэнд, американской писательницы русского происхождения, известной нам по бестселлеру - «Атлант расправил плечи»

Главная тема романа - человек против государства, личное счастье против общественного блага.

Действие происходит на фоне драматических событий в жизни Петрограда-Ленинграда начала 20-х годов. Жизнь главных героев показана без какого-либо снисхождения к ним. 
Трагичность поразила меня своей глубиной и откровенностью. Это та книга, где переживаешь за каждого персонажа до последней страницы, а конечная развязка шокирует. 

Мой совет к прочтению.