Приехали! Уилл страдает от высокомерного отношения со стороны человека, который еще слишком мал, чтобы понимать, что означает слово "высокомерие".

...Чтобы довести ее до состояния полной растерянности, когда, покраснев, она будет хватать ртом воздух, нужно всего лишь найти ее двойника старше двадцати, чья преданность Курту Кобэйну окажется еще большей, чем ее собственная.

И казалось нелепым, что, обладая таким даром объединять людей, этот странный и одинокий ребенок сам оставался таким отстраненным.

Если бы в их жизни имелись реальные проблемы, то у них не было бы необходимости и желания что-то изобретать в этом роде или развешивать постеры по стенам.

Однажды его мама объяснила ему (наверное, когда она встречалась с Роджером, который был на нее совсем не похож), что некоторым нужен человек, противоположный по характеру...

Ему бы не хотелось остаться в памяти людей только в связи с Маркусом. Он хотел иметь свою собственную жизнь, собственную личность; ему хотелось быть интересным самому по себе.

Маркус считал, что нельзя проявлять пренебрежение к лицам, моложе трех лет.

Через двадцать лет он будет петь с закрытыми глазами и, наверно, глотать пузырьками таблетки, но, по крайней мере, он умеет быть благодарным за рождественские подарки.

Громкая и агрессивная рок-музыка теперь заменяла ему настоящие чувства, а не отражала их, но он из-за этого не переживал. А какой смысл в настоящих чувствах?

— Нам такой человек не нужен. Мы и сами прекрасно справляемся.
Маркус посмотрел в окно автобуса и задумался, так ли это на самом деле, и решил, что вовсе нет, потому что сами они ни с чем прекрасно не справляются, с какой стороны ни посмотри.

Хоть кто-то понимает, что в действительности происходит. Но как же получилось, что этим "кто-то" оказался Уилл, с которым он знаком всего ничего, а не мама, с которой он знаком, как минимум, всю жизнь?

Внутри у тебя могут быть какие угодно странности. Просто изменись снаружи.

Иногда Маркус говорил так, будто ему сто лет, и сердце Уилла сжималось, когда он это слышал.

Всю свою жизнь Уилл избегал реальной жизни.

...Из сказанного выходило, что, если ты интроверт, не стоит и пытаться.

Они оба интроверты, сказала она, поэтому многие вещи — например, знакомство с друзьями, учеба в новой школе или переход на другую работу, — даются им труднее.

— Я мог бы посмотреть ее вместе с тобой, если хочешь.
— Очень мило с твоей стороны, Маркус, но я обычно справляюсь сам.

А ему было на все наплевать, и такая позиция должна была, по его мнению, обеспечить ему долгую жизнь безо всяких депрессий.

Кто его знает, может, у нее мозги, как у Эйнштейна, но, судя по разговору за обедом, она определенно заинтересована в романтических отношениях, так чего ж она не сделает над собой усилие? Почему не пострижется, вместо того чтобы ходить в этих дурацких кудряшках, и не оденется так, чтобы было видно, что ей не все равно?

Да. Но тогда она переживала особый период, всем рассказывала, что ей хочется понять, кто она есть на самом деле.
— И ей удалось выяснить, кто она есть на самом деле?
— Не сказал бы. Не знаю, возможно ли вообще это выяснить.