Обмен разумов (Сборник)

Лосось не знает, почему он направляется в
определенное место, и все-таки идет. Вверх по рекам, которых не может
помнить, против течения, навстречу водопадам, пока не придет туда, где
даст начало новой жизни и погибнет. И снова тот же круговорот. Назовите
это наследственной памятью, назовите инстинктом или никак не назовите, все
равно это есть. И вот мы здесь.

Инженеры, как обычно, дружно сказали «нет». И, как обычно, справились с работой за половину того срока, который сначала отвергли как абсолютно нереальный.

психологический процесс, в результате которого Марвин от размышлений о принесенных им жертвах, через привязанность к упомянутой даме пришел к пылкой привязанности, затем к любви и наконец к всепоглощающей страсти.

Мы строим, воздвигаем, сооружаем, но верховный архитектор – смерть, она создает вершины лишь затем, чтобы существовали пропасти.

Он, конечно, знал, что внешность обманчива, но ему никто никогда не сообщал, как еще можно судить о людях, если не по внешности.

Он совершал поездки, как это было принято, и смотрел то, что принято смотреть.

...ничто не вечно под луной, кроме наших иллюзий.

Итак, бесспорно: в гостях хорошо, а дома лучше; и Марвин поставил перед собой задачу наслаждаться привычным, что, как утверждают сентиментальные мудрецы, есть вершина человеческой мудрости.

- Я присмотрел себе виллу у Тирра-канала,- сказал кто-то.

• У канала Рузвельта, что ли?
• Тирра. Это старое марсианское название.
• Но ведь на карте...
• Забудь про карту. Теперь он называется Тирра. И я отыскал одно местечко в Пилланских горах...
• Это горы Рокфеллера? - переспросил Битеринг.
• Это Пилланские горы,- сказал Сэм.
• Ладно,- сказал Битеринг, окутанный душным, непроницаемым саваном зноя.- Пускай Пилланские.

Тут только и есть что белобрысые розовые роботы с телами из резины; они вполне реальные и все-таки чуточку неправдоподобны, живые – и все-таки говорят и действуют как автоматы, и весь свой век проводят в пещерах. У них немыслимые, необъятные зады. Глаза неподвижные, застывшие, ведь они только и делают, что смотрят кино. И никакой мускулатуры, развиты лишь мышцы челюстей, ведь они непрестанно жуют резинку.

– То, что совершает один человек, вы называете преступлением, – возразил Краггаш, – а то, что совершают многие, вы называете правительством.

..У здравого смысла, как великолепно знают лемминги, есть свои пределы.

Порядки устанавливает большинство.

Но вообще-то его поставили, чтобы снабжать энергией моторы, которые вращают молитвенные колеса.

...у Стены нет другой стороны.

Некоторые философы предположили, что космос ограничен кривизной в некоем высшем измерении.