Гениальная идея и революционная мысль были похоронены безжалостно плохим исполнением.
Господи, такого феерического коктейля я еще не читала. До последнего слова романа, я так и не поняла, а что собственно, произошло то? В чем идея и в конце, то концов, где внятное завершение романа?
А как хорошо все начиналось: Доктор нейросоучастник Рендер лечит людей путем выстраивания новой реальности у пациента в мозгу. Пациент не просто видит сон, он его проживает, как реальность. Во сне с человеком происходит то, чего он боится больше всего. И, пережив этот негативный опыт, он преодолевает свои психические расстройства. Но работа доктора необычайно опасна, ведь при сеансе доктор и пациент сливаются разумами, и если, не дай бог, что то пойдет не так, пострадают оба - доктор тоже получит ту же фобию.
Но Рендер считает себя просто высококлассным доктором, Творцом, как он себя называл. Но и доктор человек. В прошлом, потеряв жену и дочь в автокатастрофе, он всю свою извращенно-странную любовь перенес на сына. Маниакально искал недостатки во всех школах, куда переводил сына, заставлял 10-ти летнего мальчика читать труды мастистых психиатров, историков, докторов, слушать классическую музыку и никогда, повторяю, никогда даже не спросить у сына - а надо ли то ему. И, на попытки друзей указать ему на жестокость по отношению к сыну, реагировал болезненно и агрессивно.
Но тут жизнь Рендера меняется - он знакомится с прекрасной и красивой женщиной, доктором психологии Эйлин Шалот. У которой только один недостаток - она слепа от рождения. Эйлин Шалот просит доктора "научить видеть" через сеансы виртуального лечения, и он соглашается. Эксперимент не имеющий аналогов должен вписать имя доктора Рендера золотыми буквами в историю психиатрии. Но не сложилось. Что то пошло не так. Но я так и не поняла, что.
Пишу рецензию, и понимаю, что читая ее, многие не понимают, почему такая низкая оценка. А я скажу - линия Рендер и окружающие переложена какими то мифами, легендами, несвязными обрывками воспоминаний, каких то писем, стенограмм.
В общем, по ходу, надо прочитать повесть, из которой потом вырос этот роман.

После прочтения у меня сложилось довольно противоречивое впечатление. С одной стороны, повествование очень понравилось: сюжет, необычный мир, интересные персонажи, разговоры и размышления героев. С другой- я, признаюсь, не совсем поняла, что авторы подразумевали под Карлтоном Люфтойфелем- человеком, уничтожившем мир и обожествленным, вокруг которого образовалась новая религия, особенное недоумение у меня вызвало его воскресение и другие чудеса, с ним связанные. Ведь не случайно его имя созвучно с именем Люцифера, тогда получается, что церковь этого Бога Гнева- церковь дьявола?
Очень интересны и необычны персонажи, с которыми встречаются герои во время своего паломничества: говорящая сойка, люди-насекомые, люди-ящеры, а, например, мыслящая машина Супер-М очень похожа на сфинкса из легенды, только наоборот: вопросы задает не она, а ей. В принципе, вся книга- такой сфинкс-перевертыш: все не такое, каким кажется на первый взгляд, и, по крайней мере для меня, она так и осталась загадкой.

Книга, начинавшаяся так заманчиво и многообещающе, закончилась странным сумбуром и обрывками видений.

К сожалению, я не поняла романа. С одной стороны, завязка вполне ясна. К маститому врачу-нейросоучастнику, Чарльзу Рендеру, обращается врач-психиатр Эйлин Шаллот, желающая развиваться в этом направлении. Нюанс в том, что она слепа от рождения, и дабы стать полноценным нейросоучастником, ей необходимо "обучиться" зрению, заиметь этот опыт в полноценном формате, дабы мочь творить сны как врач, чтобы не испытать самой травмы навалившегося зрения при слиянии сознаний с пациентом. И Рендер берется за эту задачу, прекрасно осознавая риски, но в глубине души надеясь на основе этого опыта написать выдающийся научный труд.

А с другой стороны, с момента начала сеансов Эйлин и Чарльза я начала чувствовать, что что-то не так, где-то упускаю важные мелкие детали и не в полной мере осознаю происходящее. Вставки с человеком вдоль дороги, мифологические переложения, сюжет с сыном меня еще больше запутали, признаюсь.

Так и осталось впечатление, что прочла я нечто очень выдающееся, глубокое и серьезное, но понять не смогла. :-(

В этой книге мы попадаем в постапокалиптический мир, который едва выжил после ядерной войны. Люди в большинстве своём стали или мутантами, или калеками. Описания нового мира - страшны и тревожны. Честно говоря, я рассчитывала, что на этом фоне произведение будет антирелигиозным. К сожалению, нет. Хотя надо отдать авторам должное, книга полемична и старается не давать прямо категоричного ответа на вопрос, вредит ли миру религия с её идолопоклонничеством или нет. Но здесь есть и другие существенные недостатки. Книга нудная, сюрреализм просто ради сюрреализма мне никогда не нравился, если он не злободневный - он бессмысленный, с моей точки зрения. А конец, в котором авторы окончательно расстаются с реалистичностью и выдают читателям волшебное чудо, - это и вовсе какая-то внезапная чушь.
Ради полемики о религии почитать книгу можно, ради сюжета - не стоит.

Еще после "Князя Света" я к Желязны отношусь немного с опаской. И не зря! Вот смотрите сами. Есть психотерапевт, потерявший почти всю семью в автокатастрофе и немножко повернутый на теме самоубийства. Есть суперсовременная технология конструирования снов, которая используется, чтобы вытащить наружу неких внутренних демонов. Есть подмастерье - от рождения слепая дама, которая тоже хочет научиться конструировать сны (у нее, кстати, есть собака-поводырь-мутант Зигмунд - единственный луч света в этом туманном царстве). Ну как, вы уже догадываетесь, чем дело кончится, если этот коктейль как следует взболтать? Конечно, все же посмотрели "Начало". Так вот фигушки. Кончится не этим. Мало того, я вчера вот дочитала до последней строчки, и затрудняюсь сказать, чем кончилось-то. Как-то там все туманно и намеками-намеками, все как Желязны любит. Но, впрочем, очевидно, что кончилось плохо. И все же хотелось бы немножко разъяснений, для тех, кто в танке.

Вообще после прочтения книги чувствуешь себя немножко... недогадливым, скажем. К чему там множество каких-то несвязных эпизодов - наверняка, это кусочки пазла, только вот куда их приткнуть? Такое ощущение, что автор напихал в текст массу ему одному понятных ассоциаций, и для него-то, конечно, все просто и логично, а читателям приходится долго и безрезультатно поломать голову. Хотя, может, это просто ограниченный кругозор? "Князя Света" и "Создания света, создания тьмы", например, невозможно постичь без глубокого знания соответствующих мифов, не удивлюсь, если и тут какая-то узкая специализация нужна. Так хоть бы, я не знаю, редакторские сноски какие делали, что ли. А то непонятно же :(

Сны - штука хитрая: весьма тонкая, невероятно интересная и очень, очень хрупкая. А ещё очень загадочная, несмотря на свою обыденность. Загадка заключается в том, что, несмотря на достижения прогресса, с легкостью разрешающие все вопросы бытия, мы не понимаем, почему спим и зачем помним сны. В художественной литературе сон - это благодатная тема для воплощения разных задумок. Сны «Светланы» Жуковского и пушкинской Татьяны, сон-обращение к прошлому Обломова и утопический сон о будущем Веры Павловны, жуткие видения от Гоголя и ночные кошмары от Достоевского... И это только крошечная часть общей территории литературных сновидений, всегда освещаемой зыбким светом незаходящей полной луны. «Повелитель снов» органично вписывается в эту территорию, заявляя своё право не только на место в стране снов, но и на управление машиной, создающей сновидения. Творить сны - тоже интересная штука, не менее любопытная, чем их просто смотреть. Главное - не забыть, что приобретая в обозримом будущем возможность изменять, корректировать и совершенствовать сны, мы не приобретаем автоматически право быть творцом, повелителем, мастером снов. Где-то там, за пределами границы территории снов остаются чудеса науки, предсказанные фантастами - умные автомобили, сами разрабатывающие маршруты, ракеты, устремляющиеся к другим планетам, собаки с встроенным даром речи. А здесь, в долине снов, можно некоторое время побыть таким, каким хочет быть тот, кто находится у пульта управления машины сновидений. Только не нужно забывать, что любую машину можно обмануть, отключив контроль управления, а у пульта может находиться даже неразумное существо. Повествование - словно предостережение для тех, кто слишком доверяет достижениям прогресса, не подозревая, что «защиту от дурака» можно обойти. Как перепрыгнуть через ограду шоссе - чтобы хоть так приобрести свободу воли. Наяву это было? Или во сне? Это был прыжок через границу шоссе или границу окна? А то, что происходит на протяжении всего повествования с Творцом снов - это было во сне? Или наяву? Или же обе эти реальности, полные символов и недомолвок, перемешались, когда Творец снов нарушил главное правило созидания - не тащить за собой в страну грёз реальные образы, не впадать в соблазн излишней самоуверенности. Ведь спор за первенство, за обладание титулом Мастера снов приводит лишь к тому, что тонкий лёд на озере, символизирующий спокойствие - такой же хрупкий, как и сны - в конце концов трескается, обнажая беспомощную суть души.

Свет полной луны освещает долину снов. Главное - не перепутать, где источник света, а где кнопка, выключающая машину сновидений.
Сладких снов.

Книги постапокалиптического жанра в большинстве своём похожи друг на друга и прискорбно предсказуемы: в них выживают. Делят жизненно необходимые ресурсы и изрядно попорченное наследие погибшей цивилизации, строят новые поселения и планы возрождения человечества. Особо въедливый автор постапокалиптической фантастики способен дать сто очков форы социологу в описании взаимоотношений в малой группе, диетологу - в том, касается составления рациона должной питательности из продуктов сомнительного качества в недостаточном количестве, обставить врача по части медицины, уделать инженера оригинальным техническим решением, обскакать экономиста в обосновании новой формы товарообмена и, в конце концов, оставить с носом писателя-реалиста, который при таком раскладе и вовсе остаётся не у дел.
"Господь Гнева" не об этом.
Потому что для изувеченных обитателей мёртвого мира самым важным вопросом может стать вопрос о существовании Бога, который этот мир убил.
Это - вера.
Потому что потребность найти Бога - в церкви или наркотических грёзах - может стать насущнее хлеба, и безрукий и безногий человек отправляется в странствие, чтобы взглянуть в лицо Господу Гнева.
Это - поиск.
Потому что под взглядом художника расцветает даже мёртвый мир, потому что механические сфинксы требуют загадок с той же яростью, с какой их мифические предшественник требовали ответов, потому что чудеса происходят, потому что возможно узреть Господа - он не всевластен.
Это - вдохновение.
И, в конечном счёте, это - фантастика. Неутомимая, неутолимая, вопрошающая, верующая, сомневающаяся, ищущая. Настоящая.

В отличие от амберского цикла, "Ночи в одиноком октябре" и "Принесите мне голову прекрасного принца", это произведение Желязны мне не понравилось. Предполагаю, что отчасти это связано с тем, что актуальная для 60-х годов прошлого века проблематика "познания сознания" сейчас выглядит несколько архаичной. Жаль, что автор не стал развивать проблему сознания человека и машины, хотя намеки на эту проблему были.
Произведение не самое обычное и воспринимается довольно сложно - оно состоит из отдельных зарисовок, в которых напрочь отсутствуют объяснения происходящего. Догадайтесь, мол, сами, что это за мужик в пальто с воротником, и что у них там происходит с собаками. Даже подсказок не дают.

Господь Гнева

Я не так хорошо знакома с творчеством Роджера Желязны, чтобы вычленить, к чему он приложил руку в этом романе. Поэтому мне "Господь Гнева" показался стопроцентно Диковским: наркомания, безумные машины, фееричный постап полный разных мутантов и поиски Бога.

У Фрица Лейбера в одной из повестей цикла "Ночь волка" есть очень толковый монолог на тему поиска того конкретного человека, который нажал на кнопку и тем самым привел человечество на грань существования. Герой Лейбера размышляет о том, что не было одного конкретного человека, который принял решение уничтожить врагов, а заодно и весь мир, ядерной боеголовкой. Он-то точно знает, так как он и был одним из тех, кто жал на пуск в подземных бункерах, а теперь пытается выжить в радиоактивной пустыне.

В "Господе Гнева" тот, кто стал причиной мирового апокалипсиса, хорошо известен. Более того, теперь он Бог. Люди, цепляющиеся за жизнь на обломках прошлого мира, отвергли старых богов из-за их непригодности и стали обожествлять Карлатона Люфтойфеля, создателя бомбы, которая и устроила последний глобальный бадабум. Правда, история умалчивает, сам он нажал на кнопку или ему помогли. Но факт в том, что Служители Гнева, адепты новой религии, жаждут получить подлинное изображение лика своего истинного Бога, и поэтому оправляют художника-калеку (попрошу заметить, безрукого и безногого) в Странствие - на поиски Карлатона, дабы сфотографировать, а затем запечатлеть лик божества на фреске. За ним увязывается один из немногочисленных христиан Пит, подгоняемый в путь тайным наказом своего духовника и собственным беспокойством за калеку. Он тоже ищет Бога, христианского Бога, но по-своему - при помощи многочисленных запасов наркотических веществ.

Мастер сновидений

Во втором романе постапокалиптики нет, зато еще раз поднимается тема человека-Бога, на этот раз в вполне мирных декорациях.

В недалеком светлом будущем психотерапия вышла на новый уровень. Особо одаренные терапевты могут стать Творцами — специалистами, которые сопровождают пациента во сне, моделируя сновидение на основе малейших колебаний эмоций спящего. Тем самым из глубин сознания и подсознание на поверхность извлекаются страхи, комплексы, неврозы, навязчивые идеи. Словом, все то, что мешает человеку жить и наслаждаться жизнью, и над чем позднее можно работать при помощи традиционных психологических методик. Главный герой, Чарлз Рендер, один из лучших Творцов. Во сне он подобен демиургу, созидающему свой отдельный мир. Так его и воспринимают немногочисленные пациенты, которых мы может встретить на страницах романа. Сам же он всегда старается подчеркнуть, что он всего лишь человек, Рендер, а все, что он создает по ту строну сна, остается там.

Сюжет начинает закручиваться после встречи Рендера со слепой от рождения девушкой, которая мечтает о том, чтобы стать Творцом.

Постапокалипсис после третьей мировой. К слову, в 1976 уже обошлось без СССР, хватило Китая.. ну и "главный злодей" (кто нажал на большую красную кнопку), по совместительству Господь гнева, — с явно говорящим немецким именем, хотя и американец.. (вообще немецкий занимает тут особую роль, философы, Фауст упоминаются не редко). Не удивлюсь, если тут есть еще какие-то менее явные отсылки, которые я не считал в силу своей (недо)эрудированности, но хватает и явных, фактически цитат.

Если говорить о сюжете, то после ядерной войны (и нейропаралетических газов или типа того), люди сменили философию и начали обожествлять "главного злодея" как Господа Гнева, ибо ваши добрейшие христиане вон до чего мир довели. Но христианство полностью не исчезло и пытается тоже как-то выживать. Один из главных героев, иконописец церкви Гнева, отправляется на поиски Господа Гнева, чтобы запечатлеть его лик. Вот только он калека без рук и ног, но у него есть коляска с приводом и запряженной коровой, и "руки" манипуляторы — вокруг его паломничества и строится большая часть сюжета. Такой своего рода американский Андрей Рублев (Тарковского), с выкрученной иронией. (громко сказано конечно, но сравнение само напросилось, и тема чем-то похожа и без дурочки тут тоже не обошлось, например)

Честно говоря, было местами скучно, центральная часть немного выпадает из начала и конца. И если этот паломник думал, зачем он все это делает, то я невольно задавался вопросом, зачем я это читаю, но Ф.Дик умеет все переворачивать концовкой, и в этот раз не разочаровал, да и в целом было терпимо. И уже второй раз замечаю за Диком заимствование своих же произведений, в этот раз можно сказать, что это один мир с рассказом «Великий К», не обошлось старого компьютера (тут это Супер-М), который знает ответы на все вопросы (т.к. после апокалипсиса просто многое "забыли"),

, хотя в данном случае представлено все более иронично.

К концу все переворачивается так, что может и с натяжкой, но появляется возможность интерпретации,

. Хотя это может извращенная версия, явно конечно об этом ни кто не говорит, но на мысли наталкивают. А вообще концовка как минимум забавная, что уже неплохо.

Почти не ощущалось, что книга написана двумя авторами, хотя иногда было чувство, что они дразнят друг друга. Например, в конце одной главы накаляется обстановка, т.к. ГГ окружает толпа мутантов, а в другой оказывается, что мутанты добрейшие "люди", в одной главе идет речь о собаке, которую хотят продать ГГ, после ее не упоминают несколько глав, а потом она снова появляется и оказывается ее подарили и все это время она была "с нами". А еще в некоторых главах явно чувствуется чуть больше иронии.

Хотя есть мнение, что Дик начал её в 1964-м, а Желязны дописал в 1975-м, ну не знаю, психодел наверное Диковский, все остальное могли написать оба, в принципе. За какие куски текста, кто отвечает, мне не докладывали, опирался только на ощущения и сам факт соавторства))

Для такого объема тут немало человекоподобных мутантов, так что не Чайной Мьевилем едины, деды уже все придумали. Мир, как обычно, не выглядит особо проработанным, и может даже были какие-то не очень логичные странности, но широкими мазками общая картина складывается. И конечно, без психоделического опыта не обошлось, и судя по всему это не просто галлюцинации, а своего рода духовные видения, хотя конечно все интерпретации отданы на откуп читателю.

«Убик» пока все еще самая увлекательная и вывернутая наизнанку книга Дика, что я читал (не так уж и много), «Господь гнева» может чуть скучнее «Симулякров», но примерно на этом уровне и, по-моему, неожиданнее концовка. С «Человеком в высоком замке» и «Мечтают ли андроиды» не сравниваю, т.к. они, по-моему, более серьезные и глубокие по содержанию, да и читал давно. А как-то вычленить Желязны у меня не получилось, возможно это и проявление мастерства. Вообще забавно было читать после «Гласа Господа» Лема.