Волны гасят ветер

Стругацкие иногда мне самому кажутся некими сверхлюдьми, но не за какие-то нереальные таланты, а за фирменное послевкусие и обдумывание, длящееся днями после прочтения их произведений. Вопросы, теснящиеся в голове, иногда могут спонтанно привести к перечитыванию некоторых горячо любимых их вещей, приходится быть аккуратным.
Для читателя важно начало книги, цепляющее, настраивающее на определенный лад. С этим у братьев полный порядок - "Стояли звери около двери" - хрестоматийное начало "Жука в муравейнике" врезается в память если не навсегда, то очень надолго. "Понять — значит упростить". С этих слов начинается наша текущая история, от которой невозможно оторваться. Короткая, хлесткая фраза, перифраз известного выражения, задающее тон произведения. Всё понять — стать нереально снисходительным, или же чем старше становишься, тем больше хочется упростить свою жизнь? Или ваш вариант.

В отличие от остальных книг трилогии о Каммерере эту лучше отдельно не читать на мой взгляд. Авторы расставляют здесь все точки над i , станут понятны предтечи прогрессорства, фантастическая живучесть Мак Сима в Обитаемом острове. Для этого используется экспериментальная для братьев форма документов и рапортов, создающая эффект мозаики. Частично это уже использовалось во второй книге цикла, но в качестве дополнений к основе, так сказать. Здесь же нет единой позиции — документы в хронологическом порядке, но от лица разных героев, а потому позволят читателю прочувствовать масштабы происходящего как бы объёмно, а также следить за логическими умозаключениями Каммерера. За счёт подобной формы кажется, что наблюдаешь за работой импрессиониста. Герои рисуются широкими мазками, сначала намечается контур, а потом если внезапно отходишь от картины, то видишь больше, чем показалось сначала. Особенно после определённой работы над текстом, обдумывание каждого документа. С учетом того, что экшена нет от слова совсем, логично, что читатель начинает снимать смысловые уровни послойно, форма подталкивает заниматься именно этим.

Всё произведение насквозь пронизано узнаваемыми и не очень цитатами. Очень люблю такие пасхалочки, доставляло у Дмитрия Скирюка, например. Смею надеяться, что распознал в "Волнах" довольно многое. Некоторые вещи Стругацкие называют сами, типа отсылке к рассказу Джека Лондона "Мексиканец" или ловля человечества "Над пропастью во ржи". В других приходится улавливать аллюзии по построению фразы: "...из тех сапиенсов, которым капли воды достаточно, чтобы сделать вывод о существовании океанов", - это же Конан Дойль с мыслями Холмса о существовании Атлантического океана по одной капле в "Этюде в багровых тонах". В третьих случаях - это достаточно бесящая формулировка: "как всем известно". Мне, например, запомнилось, что фраза "всегда была в запасе пара слов" - это из рассказа Бабеля об Одесском Короле, но я бы честно назвал подобные утверждения снобизмом братьев. Также здесь много упоминаний и взаимодействий с персонажами других книг о Полудне. Так как "Волнами" закрывается цикл мира Полудня, справедливо понаблюдать, что происходит с теми, кто встречал его рассвет. Пионеры уходят: Горбовский, Сидоров (Атос), Сикорски (Странник), Камилл...много их. Особняком стоит Майя Тойвовна Глумова - непростой персонаж, прошедшая путь от "Малыша" до "Волн". Кто же придёт им на смену? По первоначальному плану - сын Майи Тойво Глумов, в итоге ставший не сменой, а отдельной ветвью развития человечества. Не хочу пересказывать сюжет и поворот, приводящий к подобному, не буду лишать вас удовольствия. Особенно с учётом того, что сам сюжет построен сходно с американским детективом - два полицейских (Максим и Тойво) ищут доказательства существования вмешательства Странников в ход развития земной цивилизации. Это крайне логично, если проводить аналогии с земным институтом прогрессорства. К чему приведут поиски, и что станет ясно, когда выложат все карты на стол - вот любопытный момент.

Почему человечество по Стругацким оказалось в тупике? Почему в мире Полудня наступает закат? Для себя я частично вижу объяснение в институте семьи, а также в акцентах авторов не на личной жизни персонажей, а на работе. В рецензии на Стажёров я уже размышлял о том, что её величество Работа является основной валютой и инструментом. Она затмевает и делает неважной личную жизнь, а жаль. Ребята. сделанные из титана, как Быков или Жилин; прогрессоры-исследователи как Горбовский или Максим Каммерер - они либо одни, либо довольствуются случайными связями, либо с трагичной влюбленностью (Юрковский, Майя Глумова). Тойво должен был получаться счастливым исключением из правил - любящая жена, каждодневный созвон с матерью (чего не понимают его коллеги, кстати). Тем ярче его драма, когда восприятие меняется столь радикально. Одиночки по натуре не способны создавать счастливое общество, и Стругацкие это демонстрируют читателям, когда новая группа сверхлюдей из 433 существ не может объединиться, а расползается кто куда по космосу, оставляя человечество как инкубатор для появления новых одиночек.

Попытался припомнить сцены секса или чего-то похожего у Стругацких, но кроме "Ваши ковры прекрасны, сударыня" или "Я страстно и длинно обнял её…Всю", - в голову ничего не приходит. Шутки, чтобы скрыть неловкость от описания моментов или неумение? Очередная любопытная мысль, пришедшая во время написания рецензии. Обнимаю вас...всех.

Трилогия о Максиме Каммерере - 3/3

Ещё в "Жуке в муравейнике" мне не давала покоя очевидная малонаселенность Земли Полудня.
Поискал в интернете: Первушин в 2020-м году в "Мире фантастики" утверждает, что "В Мире Полудня на Земле и других планетах проживает пятнадцать миллиардов человек". Где-то он эту информацию нашёл, скорее всего у авторов.
Но все мы знаем, как недостоверно бывает "официальная", декларируемая информация. И надежной проверкой такой информации всегда служит статистика.
И если фанаты по косвенным данным высчитали население Культуры Бэнкса, почему бы не посчитать реальную численность Человечества Полудня по статистическим данным, предоставленным авторами.
В этом нам поможет один из документов романа.
"Документ 4
КОМКОН-2
«Урал-Север»
РАПОРТ-ДОКЛАД
№ 013/99
Д а т а: 26 марта 99 года.
А в т о р: Т. Глумов, инспектор.
Т е м а 009: «Визит старой дамы».
С о д е р ж а н и е: фукамифобия, история Поправки к «Закону об обязательной биоблокаде»."
Слово автору документа:
"2.По-видимому, первый отказ от фукамизации, открывший целую эпидемию отказов, зарегистрирован в родильном покое поселка К'сава (Экваториальная Африка). 17.04.81 года
...
Эпидемия отказов, то вспыхивая, то угасая, продолжалась вплоть до 85 года, так что на момент принятия Поправки общее число «отказчиц» составило около 50 тысяч (примерно 0,1 процента всех рожениц)."
Собственно, вот все необходимые данные, чтобы высчитать ежегодную рождаемость в Мире Полудня.
За четыре полных года количество рожениц составило 50 миллионов. Так как многоплодные беременности составляют всего 1-2% случаев, считаем, что родилось 50 миллионов детишек. По 12,5 миллионов в год. Много? Вовсе нет.
На сегодня на Земле 8,25 миллиарда жителей. При этом ежегодно рождается 140 миллионов новых людей! В 11,2 раза больше, чем в Мире Полудня.
При прочих равных Человечество Стругацких примерно в 11.2 раза меньше текущего населения Земли и составляет всего 736 миллионов человек.
Да, можно вводить поправки на долгожительство. Но, чтобы сравняться с текущей численностью человечества, срок жизни в Полудне должен быть в 11 раз дольше. Чего, как мы знаем, не произошло. Живут там примерно до ста пятидесяти. А Мак Сим в 89 лет уже, очевидно, отошел от дел и ваяет мемуары.
Доразвивались.
Дальше можно только конспирологически спекулировать, чем вызвано падение численности. Прививками УНБЛАФ и растормаживанием гипоталамуса микроволновыми излучениями, излучателями на орбите или всё-таки "огромная куча радиоактивной дряни" в Северной Атлантике это результат применения ядерного оружия по несогласным жить при коммунизме? Судя по высчитанной численности населения, несогласных было много.
Вот ещё один аргумент в пользу малочисленности: "мне удалось установить, что за рассматриваемый период по рассматриваемым маршрутам переместилось в обе стороны 4512 человек, из которых 183 человека (главным образом, члены экипажей) совершали полные рейсы неоднократно." Речь про два популярных маршрута: "Земля-Кассандра-Зефир и Земля-Редут-ЕН 2105". Даже понимая, что человечество Стругацких понятия не имеет, что такое туризм, это всё равно очень мало даже для исследовательских экспедиций.
Когда начинаешь смотреть на события романа, вооружившись убеждением, что народу на Земле меньше миллиарда, аргументы продолжают появляться. КОМКОН-2 некий аналог ФБР, МСЧ; спецслужба будущего. ЧП в поселке (десяток домов) на берегу Баренцева моря. Каммерер, президент сектора "Урал-Север", отправляет на место оперативника: "...стоял человек и следил за глайдером. Лицо его показалось Тойво знакомым, и ничего удивительного в этом не было: Тойво знал многих аварийщиков — наверное, каждого второго." Негусто там у вас с персоналом и количеством филиалов. Все друг друга знают, а Урал-Север отвечает и за Северо-Запад России.

К 1985-му году Мир Полудня превратился в общество, одержимое, если коротко, экстрасенсорикой. КОМКОН-2 видит во всём этом происки Странников, занимающихся на Земле прогрессорством, на самом деле это всё дело рук люденов. Сверхлюдей, вылупившихся из Человечества.

Вещь, безусловно, программная и этапная.
8(ОЧЕНЬ ХОРОШО)

Книга завершает трилогию о Максиме Каммерере и цикл "Мир Полудня". В ней встречаются отсылки на многие произведения этого цикла, как бы подводя итог.

Максим уже в довольно преклонном возрасте, ему за восемьдесят, но удивительные события в его жизни заканчиваться пока не собираются. Речь пойдёт о неком Великом Откровении, которое постигло Каммерера (и других людей), и как события к нему привели.
Книга построена достаточно странно: сухие отчёты и документы, собранные рассказчиком, перемежаются с обычными сценами, которые рассказчик называет "реконструкциями" - то есть, разговоры и события, которым он не был свидетелем, но предполагает, что так произошло. Это довольно странно на фоне обычных докладов, записок и прочего - для чего-то "предполагаемого" сцены слишком художественные, можно даже сказать, малодостоверные, если их восстанавливали только по имеющимся фактам. В таком случае их наличие в книге смотрится несколько чуждо.

Сюжет тоже вызвал некоторые вопросы. В центре его - один из сотрудников Каммерера Тойво Глумов. Он ищет доказательства того, что на Земле действуют прогрессоры загадочной цивилизации Странников - подобно тому как земные прогрессоры изменяют ход истории других планет. И почему-то тем, кто считает нормальным влезать в судьбу других рас и миров, подобное вмешательство в собственный очень не по душе. Это острый моральный вопрос: почему то, что считают нормальным делать с посторонними, неприемлемо для нас? Явно мало кто задумывался над этим прежде, но когда это случилось, позицию принятия такой помощи извне практически никто не принимает. И зачем тогда КомКон?

Произведение мне не особо понравилось, заявленная тема раскрыта не до конца, построение повествования тоже не совсем продумано, да и сама история оставила скорее тягостное ощущение, чем завершённости.

Эта часть, наконец-то, оправдывает для меня существование "Обитаемого острова" (который мне совершенно не понравился, но после него размышления о прогрессорах имеют больший вес) и намного глубже мыслями, чем "Жук в муравейнике" (и, кстати, еще больше похоже на Лема, мне порой казалось я Йона Тихого перечитываю, а не Стругацких). Но, боги! Какая же неудобоваримая форма у сего произведения! Зачем? Зачем так все усложнять? Чтобы подростки потом с умным видом философствовали, что сложный роман прочитали? Или так очень удобно было обогнуть острые углы, не объяснять большую часть деталей, ссылаясь что фонограмма повреждена, доклад не читаем, рапорт засекречен? Я понимаю, что Странники интересны ровно столько, сколько мы про них ничего не знаем, как только все карты лягут на стол - игра закончится. Но тогда вопрос - почему нельзя было нормально раскрыть люденов? Столько воды намутили, а по факту, какая-то третья импульсная, пропадают эмоций и они мигрируют. Как-то это тупо. Сразу почему-то вспомнилось Тед Чан - История твоей жизни , когда девчонка познала четвертое измерение и выпала из человеческого понимания времени. Окружающим она объяснить ничего не смогла, но продолжила жить как положено. А эти какие-то неадекватные эксперименты проводят с животнообразными чудищами и фукамифобией. Вот реально, вместо того, чтобы придумать что-то понятное и сильное, создается куча шума из ничего. Лично для меня идея погребена под мусором. Я просто окончательно поняла для себя, что у меня совершенно разное мировосприятие с авторами, ни они, ни я не виноваты, это просто разный взгляд на жизнь.

Завершаем цикл обзоров на «трилогию Максима Каммерера». Предыдущие рецензии:
Часть 1 (Обитаемый остров)
Часть 2 (Жук в муравейнике)

Я все-таки не могу себе отказать в постыдном удовольствии процитировать (и дополнить) рецензию одного из наших современников:

Скучно! Вот если бы было от лица Тойво. Да от первого лица в настоящем времени написано, да несколько томов приключений, да бесплатно на АТ выложено, да авторы бы в каментах еще отвечали. А то конгресс, немцы какие-то…

В общем, вы поняли. Люди Полудня XXI века не готовы к пессимистичному завершению саги о космической госбезопасности и к роману-в-документах.

Форма как содержание

Старый (89 лет!) Максим Каммерер пишет мемуары. Это уже не романтический юноша с Саракша и не циничный сыщик КОМКОН-2. Это старик, который пережил конец эпохи и хочет оставить свидетельство о своем времени — пока историю не переписали другие.

Форма романа — дневник-воспоминание, перемежающийся служебными документами: рапортами, письмами, инструкциями. Стругацкие намеренно ломают привычную структуру приключенческой фантастики. Она им больше не интересна. Здесь нет динамичного сюжета, нет экшена, нет традиционного финала. Есть расследование, которое ведет не к триумфу, а к капитуляции. Это роднит роман с другим подобным высказыванием (только более масштабным) — «Фиаско» Станислава Лема.

«Волны гасят ветер» написаны в 1985 году — на пороге заката СССР. И это чувствуется в каждой строке: усталость, разочарование, понимание, что светлое будущее не только не наступит, но и было невозможно.

Прогрессоры как жертва прогрессорства

Максим Каммерер возглавляет секретную операцию «Визит старой дамы» — расследование возможной прогрессорской деятельности Странников на Земле. Странники — это легендарная сверхцивилизация, которую человечество ищет веками и не может найти. Но Максим подозревает: они уже здесь. Они действуют. Они нас... улучшают?

Идея проста и ужасна: что, если есть цивилизация, которая относится к человечеству так же, как человечество относится к отсталым планетам? Что если прогрессоры Земли — сами объект прогрессорства?

Эта точка зрения переворачивает всю идеологию Мира Полудня. Земляне считали себя вершиной эволюции, носителями разума, которые несут свет отсталым мирам. А теперь выясняется, что они — дети. Которых кто-то воспитывает. Без их согласия.

Людены как Новые нелюди

Напомню, что цикл начинался с описания Нового Человека (его образчиком был сам Максим). Логично что и завершаться он должен на этой идее. Но вот только в романе расследование приводит Максима к шокирующему открытию: Странники — это не инопланетяне. Это (в том числе) бывшие земляне. От новых людей мы переходим к Новым нелюдям и в этом эпитафия Стругацких всему их оптимизму по поводу рода человеческого.

Среди людей есть те, у кого в мозге присутствует «третья импульсная» — спящая структура, которая может быть активирована. После активации человек превращается в людена — сверхчеловека с колоссальным интеллектом и паранормальными способностями.

Но есть проблема: людены теряют интерес к обычным людям. Навсегда. Они воспринимают homo sapiens как взрослые воспринимают маленьких детей — с жалостью, снисхождением, но без возможности равного общения. Примерно, как вы воспринимаете людей, подключенных к тик-току.

Людены покидают Землю. Они создают свою цивилизацию — ту самую, которую человечество искало как Странников. Они возвращаются на Землю инкогнито — не для завоевания, а для поиска новых людей с «третьей импульсной». Это похоже единственная их мотивация. Они тихо забирают потенциальных людей из тик-тока, активируют их способности и уводят навсегда.

Человек разумный как личинка космического эгоиста

Максим сталкивается с Тойво Глумовым — сыном старой знакомой, молодым прогрессором. Тойво ненавидит прогрессорство — он видел, как оно ломает судьбы, как навязывает чужую волю, как превращает людей в инструменты чьих-то планов. И вот у Тойво обнаруживают «третью импульсную». Ему предлагают стать люденом.

Максим хочет, чтобы Тойво согласился — но остался агентом человечества среди людей. Чтобы стал шпионом в новой расе. Чтобы принес себя в жертву ради безопасности Земли.

Но разве это не то же самое прогрессорство, которое Тойво ненавидит? Разве Максим не манипулирует им так же, как людены манипулируют человечеством?

Стругацкие ставят вопрос ребром: имеют ли земляне право вмешиваться в судьбы отсталых планет, если сами являются объектом вмешательства? Кто дает санкцию на добро? И можно ли творить добро без согласия тех, кому его навязывают?

Арка героя: от деятельного борца к пассивному наблюдателю

В «Обитаемом острове» Максим действовал. Он сражался, ломал систему, выбирал. В «Жуке» он работал, выполняя чужой план. В «Волнах» он бессилен и бездеятелен.

Он не может остановить людей. Он не может запретить Тойво стать люденом. Он не может изменить то, что человечество — не венец творения, а промежуточная ступень эволюции.

Финал романа трагичен: Тойво принимает предложение и уходит к люденам. Он исчезает из жизни Максима навсегда. Он становится одним из них — тех, кто смотрит на людей как на детей. Ему скучно играть в спецслужбы и быть агентом детей среди богов.

Максим пишет мемуары, потому что хочет, чтобы правда была зафиксирована. Не героическая легенда (которую напишут другие), а горькая правда: человечество проиграло. Не в войне — в эволюции.

Скука как проклятие богов

Стругацкие вкладывают в уста Горбовского ключевую мысль: «Не только люди неинтересны богам, но и другие боги им неинтересны».

Людены не создают свое общество. Они не строят империю. Они просто... исчезают. Каждый уходит в свою трансцендентность. Они слишком уникальны, чтобы найти общий язык даже друг с другом. Это горькая ирония: человечество мечтало о встрече с Высшим Разумом. А Высший Разум оказался... одиноким (по человеческим меркам) и непостигаемым.

Контекст времени: 1985 год

«Волны гасят ветер» — это прощание Стругацких с утопией Мира Полудня. Роман написан в период позднего застоя, когда стало очевидно, что советский проект исчерпан. Перестройка еще не началась, но все уже чувствуют ветер перемен.

Стругацкие показывают, что коммунистическое общество — не финал истории, а стадия. Что человечество Полудня, с его прогрессорством и уверенностью в своей правоте, — это подростковая фаза цивилизации.

Кроме этого, людены — это более широкая метафора элиты, которая перестала нуждаться в народе. Которая ушла в свои небеса и оставила остальных доживать. Через пять лет после выхода романа СССР развалится. Очевидно, что через некоторое время после Контакта общество Полудня тоже ждут драматичные и тяжелые перемены. Но эту историю Стругацкие уже нам не рассказали. Им это стало не интересно.

Для людей XXI века

«Волны гасят ветер» сегодня читается пророчески и не из-за политических аллюзий. Мы живем в мире, где технологическая элита все дальше уходит от обычного человечества. Где трансгуманисты мечтают о «загрузке сознания» и слиянии с машинами. Где "люди-кентавры" (человек + большие лингвистические модели) вполне могут совершить рывок вперед по сравнению с остальным человечеством, желавшим когда-то полететь в космос, но застрявшим в ленте соцсетей.

Вопрос Стругацких актуален как никогда: что именно случится, когда часть человечества станет больше, чем человек? Останутся ли они людьми? Останутся ли они с нами?

Максим Каммерер в финале трилогии — это не герой, который спас мир. Это свидетель, который видел, как мир изменился без его участия. Который понял: есть процессы, которые нельзя остановить. Есть эволюция, которая не спрашивает разрешения.

И единственное, что можно сделать, — это записать. Оставить свидетельство для тех, кто придет после.

Путь героя через всю трилогию

От наивного юноши на Саракше до старца-мемуариста — Максим прошел путь от слепого действия к умудренному созерцанию. От веры в свою правоту к пониманию ничтожности своих возможностей.

В «Обитаемом острове» он учился, что мир жесток. В «Жуке в муравейнике» он учился, что даже правильные люди совершают ужасные поступки. В «Волнах гасят ветер» он узнал последнее: что человечество не вечно. Что оно — переходная форма. Что боги уходят, оставляя детей, потому что им стало скучно.

Вердикт: «Волны гасят ветер» — это не фантастика. Это философский трактат о пределах гуманизма, об эволюции разума, о том, что происходит, когда утопия осознает свою временность. В каком-то смысле самая грустная и самая взрослая книга Стругацких. И, возможно, самая пророческая.

Мои рецензии книг Аркадия и Бориса Стругацких
Град Обреченный
Отягощенные злом
Пикник на обочине

Ну вот и закончилось мое путешествие в мир Максима Камерера. А он мне очень полюбился. Даже жаль расставаться.
Эта книга, пожалуй, мне понравилась меньше всех из цикла про Максима. Хотя, казалось бы, тут есть всё, чтобы получить удовольствие. Она оригинально написана - в виде описания различных архивных документов, связанных с делом. Параллельно мы читаем различные диалоги действующих лиц и мемуары Максима.
Мне было скучновато. Возможно, чего-то не поняла. А что еще больше возможно - мозгов не хватило :) Где-то даже приходилось перематывать и слушать книгу заново. Терялась нить повествования.
Зато тут масса отличнейших цитат, которые можно выписывать бесконечно.

И юмор! Фирменный, тонкий, очаровательный! :)

Книга озвучена Диомидом Виноградовым. Замечательная работа. Отличные музыкальные и звуковые вставки, позволяющие разделить текст на логические цепочки.

№1/1
Д а т а: 25 января 19 года.
Т е м а: "Горе от ума"
Заметки на полях по поводу хорошей книги "Волны гасят ветер"
Не читала первые три части трилогии о неком Максиме Камеррере, что мне никак не помешало насладиться книгой. Чем больше читаю, тем меньше внимания обращаю на сюжет, и здесь он не главное. А истерию по поводу спойлеров вообще не понимаю. Форма непривычна, но весьма кстати, прекрасно отражает суть замысла.
А главная идея книги - разделение человечества на людей и люденов, и развеивание мифа о равенстве людей. Что особенно подчёркнуто развитием действия в будущем объединённого человечества предоставившего всем людям равные условия развития, максимально раскрывающие все заложенные в них потенциалы на благо общества. А тут БАМ, не все одинаково равны. Особенно интересно и актуально то, что главная причина неравенства в разуме и сознании. Да, не все люди одинаково умные. Какое поразительное открытие!)) Это и счастье человечества и его проклятие. И это неравенство - трагедия в каждом конкретном случае, в трагедия - лишь форма отношения человека к проблеме.
Второе, идея "фукамизации" и борьбы с ней. Человек постоянно изменяет себя и свою среду, часто необратимо, руководствуясь благими намерениями, но кто знает к чему все это приведёт. Так вот фукамизация это очередная провалившаяся попытка сделать людей равными.
Третье, свобода воли. Существует ли она, когда так много примеров манипуляций и подчинения, когда человек сам не знает причин по которым он поступает так или иначе, потому что причины скрыты.
Четвёртое. Факты и их интерпретация. Из любого набора фактов можно сделать совершенно противоположенные выводы, каждый из которых будет правильным и правдивым. Мне понравился представленный процесс сбора данных, построение на их основе теорий и их опровержение. И незаконченность этой истории. За это и люблю хорошие детективы.
Пятое. Правду говорить нелегко и неприятно, а уж выслушивать и подавно. Другой вопрос что есть правда, которая одна для всех далеко не всегда.