Полное собрание сочинений. Том 18. Повести и рассказы. 1887-1891 гг.

"Именины" Чехова показывают нам один день супружеской четы у них в загородном имении. Жена беременна (но родит еще не скоро), муж - высокопоставленный чиновник, работает в суде. У мужа именины, все гости съехались к ним... Практически все происходящее мы видим глазами жены, словно сидим у нее в голове и слышим каждую ее мысль. Начинается все с того, что она становится невольной свидетельницей того, как ее муж флиртует с очередной курсисткой. Она знает, что этому не стоит придавать значения (позднее читатель поймет, что это не столь флирт, проявление "выпендрежного" чиновнечьего характера мужа), но все равно сердится, и злые, едкие мысли о муже и о нынешнем ее положении цепляются одна за другую, портя ей настроение и настраивая на определенное поведение в течении всего дня. Впереди ее ждет еще целый день с приемами, разговорами, загородными развлечениями типо прогулок на лодке... Все это дальше и описывается в рассказе со свойственным Чехову психологизмом, наблюдениями за природой, высвечиванием неискренности людей.
Нужно понимать, что то, что думает героиня - не плод дурного ее настроения, нет. Мысли ее последовательны, не возбуждены, хОлодны. Она - устала, устала от глупых ужимок общества, от того, как изменились они с мужем, как супруг фальшивит на людях, глупеет и самодурствует на службе.
Вечером супруги ссорятся, у жены начинается истерика, ей кажется, что вся ее жизнь - одна сплошная ошибка, у нее начинаются схватки... Больше спойлерить не буду.
***
Сейчас я читаю подряд сразу несколько ранних рассказов А. П. (1880-е гг.). В них язык более легкий, чем в поздних рассказах, но портреты не такие полноценные. За счет красочности природных и психологических "пейзажей" читать рассказ - одно удовольствие. А еще - здесь очень много сострадания человеку, не смотря на то, что писатель никому не симпатизирует. Все-таки в поздних его произведениях чуть больше презрения к человеческой глупости, от этого они "тяжелее".
Короткие рассказы продолжаю читать. Есть уже те, которые я не порекомендую, но этот - в списке тех, которые стоит прочесть. Правда, не в дурном настроении, а то Чехов (это касается людей с тонкой душевной организацией) может ввести в дисбаланс и заронить зерна депрессии и некоего "сплина" в душу... Надо уметь покрывать его "карты", "картой" здравого смысла и бодрости духа. А то потом выйти из этого состояния сложно (честно, я заметила, что после Чехова я закрываюсь от ближних и всем недовольна).

Этот рассказ - самое удивительное, самое проникновенное из всего, что я читал о женской красоте. Или о красоте вообще в контексте красоты женской.

Поэзия (неважно - в стихах или прозе) проникает в суть вещей и явлений, открывая восприятию невидимое - сердцевину видимого. Чехов, будучи поэтом в высшем понимании этого слова, входит в сферы столь тонкие, столь невесомые, что и человеческий язык на их пороге осыпается выцветший, оставляя путешественника немым и растерянным.

Трудно подобрать адекватное вступление для разговора о "Красавицах", поэтому буду тыкаться то с одной стороны, то с другой - авось, закрутится. Так что заранее приношу извинения за некоторую сумбурность и всякое такое.

Дальше...

По тексту АП особое внимание уделяет теме неопределимости красоты:

И в этом, кстати, есть нечто очень глубокое, так как "определить" значит "опредЕлить", т.е. положить какой-то предел. Но какой же может быть предел у истинной красоты? Но даже если отвлечься от теорий словообразования, тут есть, над чем ахнуть.

Потому что подавляющее большинство граждан все-таки сходу скажут, в чем же именно здесь или там - красота.

• В гармонии, разумеется. --

  Но что же это за объяснение, если при попытке пояснить, а что же из себя представляет гармония в контексте красоты, начинается путаница и хождение по кругу? Хождение, в результате которого получается схема "Это красиво, потому что не вызывает отторжения". Ну, сами понимаете - поди обрисуй четко категории, по которым внутренний акселерометр измеряет гармонию. Правильные черты - гармония. Неправильные черты - гармония. Пробуешь выстроить классификацию и натыкаешься на стену - а можешь ли ты вообще представить себе законы, которым подчиняются подобные материи? Кто знает, быть может, там яблоки падают вверх, а время идет вспять?

  Идем далее. Очень показательно сравнение женской красоты с красотой природы - это выводит за рамки обсуждения половой вопрос и поднимает планку самого обсуждения на необозримую высоту, делая рассказ всеобъемлющим. Ибо речь теперь не только о женской красоте, но - по аналогии - о красоте вообще, намек на что можем предположить в словах об "особенном чувстве, которое возбуждается в человеке созерцанием настоящей красоты".

  Посмотрите, как действует это поразительное явление - в какой-то момент созерцатель растворяется в ощущении красоты и "забывает о себе самом". Этот фрагмент может быть расценен как нивелирование возможных "корыстных" причин непонятной грусти - "зависти к ее красоте" и сожаления, "что эта девочка не моя и никогда не будет моею и что я для нее чужой".

  Вообще при упоминании автором грусти при виде красоты, мне сразу вспоминается предание о том, что душа, прежде чем попадет в этот мир, созерцает мир тот, а потом всю жизнь тоскует по забытому великолепию неизъяснимой и странной тоской. Как у Достоевского в "Сне...":

"Солнце пекло мне и в голову, и в грудь, и в спину, но я не замечал этого и только чувствовал, как сзади меня в сенях и в комнатах стучали по дощатому полу босые ноги". Ощущение красоты буквально_ выдергивает из этого мира, обнуляет его воздействие. Вижу в этом еще один повод говорить о неотмирности, надмирности красоты, ее высшем происхождении.

Машя "исчезла в темной двери и вместо ее на пороге показалась старая, сгорбленная армянка с красным лицом и в зеленых шароварах". В контексте разговоров о мимолетности и скоротечности - сами понимаете.

Завесу тайны над законами, по которым формируется гармония, приоткрывает нам следующая фраза: "Весь секрет и волшебство ее красоты заключались именно в этих мелких, бесконечно изящных движениях, в улыбке, в игре лица, в быстрых взглядах на нас, в сочетании тонкой грации этих движений с молодостью, свежестью, с чистотою души, звучавшею в смехе и в голосе, и с тою слабостью, которую мы так любим в детях, в птицах, в молодых оленях, в молодых деревьях"; и нас особенно интересует пункт "чистота души", которую автор прозревает через смех и голос красавицы. Получается, своими корнями красота так или иначе уходит в сферы душевно-духовные. Да, говоря о Маше, автор не говорит о чистоте души. Но не говорит и о ее нечистоте. А кроме того мы действительно наблюдаем два разных выражения красоты - красоты, простите, статичной, канонической, не требующей дополнительного раскрытия, и красоты динамической, раскрывающейся в совокупности изменений и движения. Есть над чем подумать, в общем. Я уже плыву, если честно, а потому ставлю напротив этого пункта галочку-напоминание и перехожу к следующему, на сегодня заключительному.

Обе встречи с настоящей, чистой красотой, пронзающей душу, происходят в одном и том же формате - и с Машей, и с красавицей на станции автор сталкивается, так сказать, проездом, находясь в движении. Не Маша приехала и уехала, не дочь/сестра начальника пришла и ушла, а автор встречает их на своем пути и ошеломленный встречей продолжает путь. А красавицы остаются там, позади; они словно бы представляют собой какие-то вечные, недвижимые образы, мимо которых можно пройти, но которые сами мимо не пройдут - они незыблемы и постоянны. То есть пространство для выводов - необозримое; есть смысл занести в блокнот еще одну напоминалку.

На этом все. Если вы это дочитали, жму руку вашей вовлеченности.

Fin.

⚠ P. S. Уже после написания рецензии один мудрый человек указал на деталь, которая выводит рассказ на новый уровень:

Я совершенно не обратил внимания на столь важную вещь. Раскладывать масштабно выводы я сейчас не буду, но вкратце суть в следующем. Увидеть красоту нам мешает гордость, однако красота - такая могучая сила, что в состоянии пробить в стене гордости брешь. Тогда мы "забываем о себе" и отдаемся чистому восприятию прекрасного. Это, кстати, к разговору о низменных страстях, которые мешают смотреть чисто, и о том, как от них избавиться - оставляя за порогом гордость, которая заставляет желать обладания.

Если мы протянем цепочку дальше, станет понятной для нас всеобъемлющая жалость, о которой говорит автор. Она может являться не необъяснимым эмоциональным феноменом, а закономерным следствием освобождения от гордыни, которая загораживает от нас других людей. Получается схема: "истинная красота рассеивает гордость, человек отворачивается от себя и кроме чистого восприятия красоты - поворачивается к окружающим его людям и начинает их жалеть. А ведь жалость - это что-то очень близкое к любви. Впрочем, все эти рассуждения (как и многие другие, навеянные рассказом) заслуживают отдельной статьи.

В начале рассказа Ольга застает своего мужа Петра, гуляющего с молоденькой девушкой, и невольно ожидаешь, что Ольга узнает что-то нехорошее, например, она поймёт, что он ей неверен.
Однако вскоре автор успокаивает нас мыслями самой же Ольги о том, что ее муж, хоть и пользуется расположением женщин, никогда не шёл на что-то бесчестное. Тем не менее, далее нам через Ольгу и немного через дядю мужа Ольги, Петра, преподносится точка зрения о том, что Пётр мало уделяет своей жене внимания и доверия, закрылся от всех, в том числе от нее, неискренен с людьми и даже с ней. Все это происходит несмотря на ее беременность и уже достаточно большой срок.
В итоге после того, как гости покидают супругов, Ольга пытается поговорить с мужем, но ничего не выходит, они ссорятся. Из-за этого у Ольги случается выкидыш.
Для меня этот рассказ стал напоминанием о том, что разменивая свою жизнь на какие-то глупые обиды, на стремления казаться лучше, чем мы есть, на желание завоевать расположение ненужных нам людей и на прочие пустые вещи, мы рискуем потерять то, что на самом деле является очень дорогим, дороже всего для нас. Не ценя этого самого дорогого, считая, что оно всегда будет с нами, мы можем подвергнуть себя опасности потерять это.
Многие постоянные в нашей жизни на самом деле являются переменными. Стоит чаще вспоминать об этом, ценить то, что имеем, и не гнаться за тем, что нам в действительности совершенно не нужно, а продиктовано лишь средой, обществом или даже нашими собственными неправильными выводами.

"Мне было тогда не больше двадцати шести лет, но я уж отлично знал, что жизнь бесцельна и не имеет смысла, что всё обман и иллюзия, что по существу и результатам каторжная жизнь на острове Сахалине ничем не отличается от жизни в Ницце, что разница между мозгом Канта и мозгом мухи не имеет существенного значения, что никто на этом свете ни прав, ни виноват, что всё вздор и чепуха и что ну его всё к чёрту."

Ну вот же, вот же я - двадцатичетырехлетний студент Штейнберг со своей "мозговой ленью" и мыслями о бренности, ничтожестве и бесцельности жизни, неизбежности смерти и проч. И считающий, что лучше уж мыслить так, чем не мыслить вообще. И рядом тоже я - прожженный опытом инженер Ананьев, пытающийся сказать, что все эти мысли хороши и естественны в старости, когда они - продукт собственного страдания, внутренней работы и накопленного богатства, что все эти думы - издержки и спутники молодости, и что "все эти высокие мысли" - нормально и вполне себе гармонично могут сочетаться с какой-нибудь низостью. А меж Штенберга и Ананьева - тоже я, случайный путник, многое выслушавший этой ночью в их споре, но не увезший с собой ни одного решенного вопроса.

"Ничего не разберешь на этом свете!"

О послевкусии. С нежеланием оторвав взгляд от последних строк, первым делом я подумал вот о чем: "Антон Павлович, простите меня за то, что не познакомился с Вами раньше." И в тот же миг эту мысль погубила другая: "Но как же это все-таки своевременно!"
Глаза налились влагой не от горечи или счастья, но от удовольствия от прочитанного. Незнакомое чувство заполнило меня целиком.
Умом понимаю, что рано и глупо причислять Чехова к числу любимых писателей после одного лишь рассказа и смутного воспоминания о "Хамелеоне", но сердце, как всегда, с умом не в ладах. Я восхищен!

"Мысли каждого отдельного человека тоже вот таким образом разбросаны в беспорядке, тянутся куда-то к цели по одной линии, среди потемок и, ничего не осветив, не прояснив ночи, исчезают где-то далеко за старостью".

Потрясающий рассказ, хоть и маленький. Речь в нём идет о княгине, которая представляет из себя тот тип людей, достигших достаточно высокого положения в обществе, но не благодаря своему труду или таланту, а по стечению обстоятельств. Уверовав в свою исключительность и в свое превосходство, княгиня считает, что одним только своим появлением она вносит в сердца людей свет и тепло, что ее невозможно не любить, что никто не делает для людей больше чем она. Поскольку это очень далекое от истины суждение, княгиня периодически сталкивается с иными оценками ситуации, как например в этом рассказе столкнулась с описанием от доктора. Но и это укладывается в логику княгини: объясняя всё неблагодарностью тех, для кого она делала столь много, княгиня чувствует себя непонятой и неоцененной по достоинству, что позволяет ей считать себя еще более благородной и чуть ли не святой. При этом нахождение в таких грустных, и потому таких сладких для нее грезах, заканчивается очень быстро, после чего вновь княгиня чувствует себя прекрасной и всеми любимой.
Ничто не способно ей открыть глаза на то, что вся нарисованная ею картина -- это ложь, которой она прикрывает свой эгоизм и оправдывает свою эксплуатацию окружающих. Такой человек никогда уже не поймет, что всё то, что отличает ее от любого другого человека, который по ее мнению должен быть счастлив от одного только знакомства с ней, -- это удачный случай, благодаря которому она получила деньги и власть над людьми, вынужденно потокающими ей и зависящими от ее настроения.
Несмотря на то, что соответствующие черты характера княгини чрезмерно гиперболизированы, гротескны, не получается не проводить аналогии между главной героиней и многими теми людьми, которые в прошлом и в настоящем в разных частях мира сосредотачивали в своих руках деньги и власть. И пусть Мария Антуанетта, видимо, никогда не говорила приписываемую ей фразу про "Если у них нет хлеба, пусть едят пирожные!", тем не менее, окажись на месте французской королевы описываемая в рассказе Чехова княгиня, наверняка она смогла бы изречь что-то подобное.

Для того чтобы маленький Будда не познал зла и печали, его отец изолировал сына от внешнего мира. И именно в этой изоляции маленький Будда достиг сингулярности, став основателем самого крупного учения о просветлении и пробуждении.
________________________________________________________________

Культурный банкет в культурной столице. Собрались все верхние коржи общества, дабы чинно покутить и слегонца прибухнуть наиаристократичнейшими пойлами гальских виноделов. Поскольку в каждом винишке есть лишь доля винишки, а все остальное этиловый спирт, некоторые уважаемые лица набухиваются до состояния, извиняюсь-таки, поросят, вследствие чего обыденные разговоры о погоде и предстоящих родах графининой кошки плавно переходят в жаркие обсуждения острополитических ситуаций в мире и дискуссии относительно внутриполитической конъюнктуры страны. Яблоком раздора стали дебаты, касающиеся пожизненного лишения свободы. Дело в том, что вечер сей происходил в XIX веке, когда пожизненный арест был экзотикой сродни самым ярым гуманистам, а всех нашкодивших казнили по средствам примитивной виселицы или гильотины, а то и вовсе с доброй помощи четырех лошадей. В правом углу стола расположился моложавый, а вследствие чего - амбициозный, студент, почерпнувший знания на юридическом факультете и алкоголь на торжественном фуршете, который декламирует, что пожизненный срок есть более цивилизованный и нравственный метод по отношению к окаянному, нежели варварская казнь. В левом углу стола расположился его оппонент – виновник сего торжества – не менее набубенившийся товарищ Банкир, убежденный в зависимости индивида от общества, попросту стадности, и как следствие невозможности осужденного коротать пожизненный срок в одиночной камере. Между подбуханными представителями аристократического общества разгорается нешуточный спор, единственный выход из которого – поиск правого по средствам силы мышц или филейного ножа. Но следует напомнить, что ребята собрались культурные, да и потчевались далеко не боярышником, а потому решают выявить правого без поножовщины, вследствие чего устраивают практический эксперимент. Молодой юрист предлагает себя в качестве испытуемого, которого изолируют от общества на 15-летний срок в сарае Банкира. В любой момент испытуемый может потребовать прекращения эксперимента, что докажет правоту Банкира. Однако же в случае добросовестной отсидки полного срока Юрист выходит победителем спора и в качестве награждения получает 2 миллиона рублей.

Для того чтобы узнать результат эксперимента отправьте любое сообщение по номеру 9999 или же прочитайте рассказ Чехова «Пари».