Полное собрание сочинений. Том 18. Повести и рассказы. 1887-1891 гг.

Некоторые классики для меня остаются загадкой. Вот, думаю, вырасту и,как открою "Преступление и наказание"! Или, как открою "Вишнёвый сад", так и вовсе с ума сойду от восторга!

Но, чем старше становлюсь, тем меньше тянет к классике. Хотя, ради интереса, проверяю, не потеплели ли мои чувства)

Решила почитать коротенький рассказ Чехова "Жена" и в восторге не осталась. Какая - то мутная история, где главного героя все окружающие люди описывают как самого ужасного человека на планете, хотя мне он таким совсем не представляется, а его жена безудержно рыдает на протяжении всего повествования только лишь потому, что он захотел вместе с ней делать какое-то общее дело.

А она хотела делать это сама!! Кризис трехлетки, честное слово...

Не поняла я трагизма ситуации. Кажется, как будто все проблемы высосали из пальца и разложили это на страницах...

Да, написано атмосферно, что автоматически присуще классикам, и персонажи получились вполне реалистичными, но сюжет...Просто кусочек из жизни семейной пары, вырванный из середины и представленной на суд людской.

Может быть найдутся литературоведы, которые раскрою мне всю глубину и многогранность сия труда? Было бы интересно узнать иную точку зрения)

«Мне, как медику, кажется, что душевную боль я описал правильно,
по всем правилам психиатрической науки»
(А.П.Чехов о «Припадке» в письме А.Н.Плещееву)

Рассказ «Припадок» был написан Чеховым по просьбе А.Н.Плещеева для сборника, посвящённого памяти В.М.Гаршина, который в период обострения душевной болезни бросился в лестничный пролёт с 4 этажа. Кстати, незадолго до данного трагического события сам Антон Павлович поднимался по этой же крутой лестнице к писателю, но не застал того дома. В ответном письме Чехов сообщил Плещееву: «… есть у меня одна тема: молодой человек гаршинской закваски, недюжинный, честный и глубоко чуткий, попадает первый раз в дом терпимости».

«Припадок» является замечательной художественной иллюстрацией психического расстройства. Сверхчувствительность людей, о которых говорят, что они как будто без кожи, - одна из важнейших особенностей Пограничного Расстройства Личности (ПРЛ). В прежние времена такого диагноза, как и многих других, не существовало, что не могло не затруднять лечение. Более того, не сумела уберечь 33-летнего Гаршина от нелепой смерти и его жена – на тот момент единственная в России женщина с образованием врача-психиатра. Но вряд ли имеет большое значение точное название заболевания чеховского героя, тем более что расстройства достаточно часто бывают смешанными. Вполне возможно, что в рассказе речь идёт даже не о состоянии на грани между неврозом и психозом, свойственном расстройствам личности, а уже о приближении к психозу. В любом случае, наверное, не стоит чрезмерно романтизировать слишком уж тонкую душевную организацию человека, приводящую порой к тяжёлым депрессиям, к самоповреждениям или даже к суициду, как в случае с Гаршиным.

Кроме того, в «Припадке» рассматривается острая социальная тема – узаконенная проституция, затрагиваемая в своём творчестве и Гаршиным. Но у Чехова предметом изображения становится не само по себе это негативное явление, а его осмысление человеком гаршинского психотипа – студентом-юристом Григорием Васильевым, умеющим «отражать в своей душе чужую боль». Чехов вступает в своеобразный диалог с Гаршиным, глядя на проблему под несколько иным углом зрения. У Гаршина падшая женщина страдает от унижения её человеческого достоинства. Нечто подобное ожидает увидеть в домах терпимости и Васильев. Однако при столкновении с реальностью идиллическое представление о проститутках, вынесенное героем из книг, разрушается, что приводит Григория к душевной боли. Вместо ожидаемых страданий и печальной, виноватой улыбки «на каждом лице он читал только тупое выражение обыденной, пошлой скуки и довольства. Глупые глаза, глупые улыбки, резкие, глупые голоса, наглые движения - и ничего больше». И в результате долгих и мучительных размышлений надежда на спасение продажных женщин покидает студента, осознавшего собственное бессилие в борьбе с общественным злом: «истинное апостольство заключается не в одной только проповеди, но и в делах…».

Центром повествования стало исследование душевной боли человека без кожи - Григория Васильева, в образе которого отражены черты Гаршина. Герой «сторожит каждый свой шаг и каждое своё слово, мнителен, осторожен и малейший пустяк готов возводить на степень вопроса». Британский литературовед Дональд Рейфилд (автор самой полной биографии Чехова) охарактеризовал чувствительного студента так: «вполне в духе Гаршина, чист помыслами, горяч душой и находится на грани безумия». Психическое состояние героя раскрывается в соотнесении с красивым природным явлением – падающим снегом, сквозь призму которого можно увидеть настроение и душевную динамику впечатлительного молодого человека.

На протяжении всего рассказа у Васильева прослеживаются симптомы, свойственные, в частности, и упомянутому ПРЛ: эмоциональная нестабильность, импульсивность, раздражительность, резкие перепады настроения, слезливость, неконтролируемый гнев, агрессивность, акты самоповреждения, суицидальные мысли и т.д. Чехов подробно описывает не только течение, но и постепенное приближение нервного припадка, чётко ощущаемое и осознаваемое самим страдающим героем, так как припадок этот был далеко не единственным в его юной жизни. И студент из личного опыта уже знал, что возникшая душевная боль не должна продолжаться дольше трёх дней. Именно так произошло и в данном случае, который оказался лишь очередным (к сожалению, не первым и вряд ли последним) эпизодом психического расстройства этого человека без кожи.

А закончилось всё так же неожиданно, как и началось. Финал же рассказа даже несколько ироничен...

«Спать хочется» — рассказ, написанный русским писателем Антоном Павловичем Чеховым, в котором он, основываясь на эпизодах из своего детства, знанием медицины и психологии, раскрывает перед нами трагедию обездоленного детства, сломленного бесчеловечными условиями жизни и отсутствием сострадания со стороны взрослых.

Основная мысль книги состоит в том, чтобы показать большую трагедию обездоленного детства, сломленного бесчеловечными условиями жизни и отсутствием сострадания со стороны взрослых.

В произведении поднимаются следующие темы: Тема бедности и трагедия детей, лишенных детства; Непосильный труд и эксплуатация детей; Социальное неравенство и безразличие общества; Одиночество и отчаяние.

Произведение с первых страниц погружает читателя в мрачный, безысходный мир городской бедноты, где свет тускл, а надежда почти отсутствует.

Действие рассказа разворачивается в небольшой комнате, служащей и мастерской, и спальней, что подчеркивает тесноту и замкнутость существования главной героини.

Сюжет разворачивается вокруг девочки-подростка Варьки, работающей нянькой в семье сапожников, которая истощена постоянной бессонницей и непосильным трудом. Она борется со сном, ухаживая за младенцем хозяев, который постоянно плачет. В своем бреду Варька ищет способы уснуть, и в итоге находит единственный способ… обрести сон.

Характеристика героев

Варька. Тринадцатилетняя девочка, изможденная, полуголодная, лишенная детства. Она — жертва обстоятельств, находящаяся на грани физического и психического истощения. Её мысли путаны, сознание тонет в бреду, что демонстрирует крайнюю степень усталости.
Хозяйка(сапожница). Жесткая, безразличная женщина, полностью сосредоточенная на своей работе и совершенно не замечающая страданий Варьки. Её заботит только собственное удобство и выполнение работы.
Хозяин ( сапожник). Аналогично хозяйке, он равнодушен к состоянию Варьки, озабочен лишь собственными делами и сном.
Младенец. Символ постоянного, изнуряющего шума и помехи. Его плач — последняя капля, окончательно лишающая Варьку рассудка.

Субъективная оценка

“Спать хочется” — как может вначале показаться по названию, не наивная беллетристика. А по сути, это многогранный рассказ, в котором тесно переплетается реализм происходящих событий с тонким психологизмом и философским размышлением о трагедии обездоленного детства и отсутствием сострадания со стороны взрослых.

После прочтения книга оставляет пустоту в душе и шокирует, просто не остается никаких слов, чтоб выразить свои эмоции. В рассказе не распознается привычный для нас Чехов — теократ и гуманист, он оборачивается в грозного моралиста, приводящего каждого из героев к тому, чего они действительно заслуживают, а уставшая Варька — простого человеческого сна. При этом, Чехов намеренно оставляет финал открытым, не рассказывая, что случилось потом…

Рассказ «Спать хочется» создает тяжелую атмосферу, в которой нет места свету и надежде. Читатель с первых строк ощущает безысходность положения Варьки.

Чехов использует мощный психологический прием: он позволяет читателю погрузиться в сознание Варьки, пережить её страдания, борьбу со сном и бредом. Это вызывает глубокую эмпатию и сочувствие к героине, а также шок от её финального поступка.

Автор в своем рассказе стремится показать причинно- следственную связь между поднимаемыми темами, и возникновения деструктивного психического состояния у подростка.

Тема бедности и тема трагедии детей, лишенных детства. Бедность— осевая тема произведения, которая всегда была актуальна для мира рабов и господ. События произведения разворачиваются в период крепостной России XIX века, когда от безысходности и бедности крестьяне отдавали своих детей прислуживать в богатые дома. Хуже всего приходилось девочкам, так как с них выполняли полноценную работу, порой не посильную даже взрослым, забывая о том, что это обыкновенные дети, которые становились разменной монетой – подай т о, принеси другое, и при этом не забудь уложить спать ребенка…. При таком темпе работы и от постоянного хронического недосыпания, психика детей не выдерживала такую нагрузку, поэтому развивались физические и психологические срывы, приводящие нарушению целостности здоровья.
Трагедия детей, лишенных детства является основной темой произведения, которое вызывает сочувствие со стороны читателя. Варька — маленький человек с сильнейшим эмоциональным стержнем внутри, помогающим выносить тяжесть воспоминаний об утраченном счастье и мысли о приобретенных обязательствах. Таких, как Варька, детей, не познавших детского счастья, было несметное количество: счастье – родители, которых у них отнимали эпидемии, бедность и повсеместное пьянство, оставляя их сиротами и брошенными на произвол судьбы.

Тема социального неравенства и безразличия общества ярко выражена в рассказе А.П. Чехова через противопоставление двух миров: мир хозяев-сапожников, имеющих относительно устроенную жизнь, и мир детей – в лице Варьки, обездоленной девочки- прислуги. Это наглядно демонстрирует глубокое социальное расслоение общества. Положение Варьки как бесправной прислуги проистекает из её низкого социального статуса и бедности. Она вынуждена работать за еду и кров. Трагедия Варьки не является исключением, а скорее отражением типичного положения детей из низших слоев общества, которые вынуждены были рано начинать трудовую деятельность в тяжелейших условиях. Чехов показывает, что это не просто частный случай, а системная проблема, укоренившаяся в общественном устройстве. Чехов с помощью рассказа обличает равнодушие общества к страданиям низших слоев, особенно детей, и показывает, как социальное неравенство приводит к бесчеловечной эксплуатации и трагическим последствиям для тех, кто находится на дне социальной лестницы.

В рассказе Чехов акцентирует внимание на теме непосильного труда и эксплуатации детей, который раскрывается через образ главной героини, тринадцатилетней Варьки. Тема раскрывает бесчеловечные условия, в которых дети вынуждены работать, не имея возможности отдохнуть и развиваться. Это приводит к физическому и умственному истощению, потере человеческого достоинства и в конечном итоге к трагическим последствиям. А к чему может привести пытка «лишением сна» 13-летней девочки в течении двадцати четырех часов... И вот тут автор раскрывает себя как истинного врача и психолога в одном лице. Он показывает, что невозможность выспаться постепенно подводит главную героиню к галлюцинациям, помешательству и потере адекватного восприятия реальности. По сути, Чехов ставит неутешительный диагноз обществу, где царит произвол взрослых и нещадная эксплуатация беззащитных детей. Чехов через образ Варьки и её трагическую судьбу ярко и без прикрас показывает читателю ужасы непосильного детского труда и эксплуатации, которые ведут к полному разрушению личности и человеческой трагедии.
Тема одиночества и отчаяния является одной из центральных и пронизывает всё повествование, раскрываясь через судьбу главной героини Варьки. Она живёт в чужом доме, где нет никого, кто мог бы проявить к ней тепло, заботу или хотя бы немного сочувствия. У неё нет ни друзей, ни родственников (её родители умерли). Она полностью изолирована от общества. Особенно остро она ощущает своё одиночество по ночам, когда весь дом погружается в сон и только она остаётся наедине с плачущим младенцем и своими мыслями. В эти часы она предоставлена самой себе, и её измученное недосыпом сознание начинает блуждать между реальностью и фантазиями. Даже когда она видит в своих галлюцинациях умерших родителей, этот контакт — лишь плод её больного воображения, который не приносит ей облегчения. Эти видения лишь подчёркивают её глубокое желание быть не одной, но даже в них она сталкивается с нереальностью и невозможностью получить настоящую поддержку.

Повествование ведется от третьего лица, с глубоким погружением в сознание Варьки, что позволяет читателю пережить ее страдания.

Сюжет рассказа потрясает своей жестокостью по отношению к няньке и малышу.

Психологизм рассказа раскрывается через глубокое погружение во внутренний мир главной героини Варьки, её искажённое восприятие реальности под воздействием крайнего истощения, а также через демонстрацию психологического безразличия других персонажей.

Автор как истинный знаток детской психологии делает акцент на исследовании внутреннего мира главной героини, Варьки. Он убедительно и достоверно показывает, как отсутствие сна приводит к физическому и психическому истощению. её тело не слушается, глаза слипаются. По мере нарастания усталости, сознание Варьки деформируется. Она начинает путать реальность со сном, видеть умерших родителей, старую бабушку, разговаривать с ними. Эти “сны наяву” являются классическим симптомом депривации сна и демонстрируют потерю контроля над сознанием. Её мысли становятся отрывистыми, несвязными. Под воздействием усталости и бреда внешний мир воспринимается Варькой избирательно. Она слышит только те звуки, которые раздражают (плач младенца), и видит только то, что мешает ей спать. Младенец из невинного существа превращается в её сознании в источник мучений, причину её страданий и единственную помеху сну. Крайняя степень отчаяния и деградации сознания приводит к тому, что Варька теряет базовые человеческие инстинкты и моральные ориентиры. Устранить раздражающий фактор в лице младенца становится единственным “логичным” способом прекратить свои мучения и обрести желанный покой. Кульминация отчаяния Варьки выражается в чудовищном поступке…Это не акт зла, а результат полного психического истощения и отчаяния, когда мозг, доведенный до предела, выбирает самое страшное “решение” проблемы, чтобы обрести желанный покой.
Таким образом, Чехов демонстрирует, что одиночество и абсолютное отчаяние, порожденные невыносимыми условиями жизни, приводят к трагическому слому личности, доводя человека до состояния, когда он теряет последние остатки здравого рассудка.

В то же время автор анализирует внутренний мир людей, которые являются частью социума и для которых свойственны эмоциональная закрытость и равнодушие. Владельцы не видят в Варьке личность, а рассматривают её как инструмент для выполнения задач. Их мысли сосредоточены на собственных потребностях: спокойном сне и выполнении обязанностей. Они не проявляют сочувствия к Варьке и не замечают явных признаков её истощения. Более того, они критикуют её за медлительность или неаккуратность, не осознавая, что это результат её чрезмерной усталости. Это образ людей, которые настолько погружены в свои проблемы, что перестают замечать страдания окружающих. Их отношение к Варьке шаблонно: дать указание, отругать, заснуть. В их общении с ней нет ничего личного, эмоционального. Их безразличие граничит с эмоциональной глухотой.

Таким образом, рассказ “Спать хочется” — это глубокое психологическое исследование того, как крайняя нужда и депривация могут разрушить человеческую психику, довести ее до безумия и страшных поступков, а также того, как социальное безразличие может стать фоном для такой трагедии.

Мораль рассказа состоит в том, чтобы обратить внимание читателя на призыв к состраданию и осмыслению условий жизни обездоленных. Он показывает, к чему может привести равнодушие общества и эксплуатация, доведенная до крайности. Мораль произведения заключается в том, что безысходность и отчаяние могут толкнуть человека на самые страшные поступки.

В произведении понравилось: глубина психологического проникновения Чехова в сознание измученного человека, которое передается через детальное описание состояния Варьки и умение автора показать трагедию одним, но очень сильным штрихом.

Что не понравилось. Поразительная жестокость и безысходность концовки рассказа. Хоть это и является художественным приемом, финал оставляет гнетущее впечатление…

Авторский стиль, язык повествования. Язык повествования Чехова лаконичен, точен и выразителен. Он использует минимум слов для создания максимально яркой и объемной картины. Стиль реалистичен, без прикрас, что усиливает драматизм сюжета.

Автор рассматривает произведение с точки зрения христианской символики. К материальным символам можно отнести: образы и тени, лампадку, калошу. К одушевленным – ребенка, сверчка, людей с котомками, ворон и рыбу. Символичные цвета: зеленый, серый, черный.

Рассказ учит быть внимательным к окружающим, особенно к тем, кто находится в уязвимом положении. Он показывает, что человеческая жизнь и психика не безграничны в своей выносливости и что равнодушие может привести к катастрофическим последствиям. Это предупреждение о социальной несправедливости и ее губительных последствиях.

В целом, “Спать хочется” — это один из самых пронзительных и трагичных рассказов Чехова, который с безжалостной правдивостью обнажает социальные проблемы своего времени и вечную тему человеческого страдания. Он оставляет глубокое впечатление и заставляет задуматься о ценности человеческой жизни и ответственности общества за своих самых слабых членов.

Удивительно как такой маленький, я бы даже сказала, совсем крохотный рассказ может оказаться таким интересным. Интересным не в плане какой-то интриги, сюжетных ходов и прочего – главный спойлер написан в аннотации, к сожалению. Думаю, не знай я финал истории, то эмоций у меня было бы больше. Интересным рассказ для меня стал потому, что заставил задуматься о том, кто же виноват в том, что случилось. Доведенный до отчаянья человек совершил страшный поступок? В современном мире Вареньку бы положили в психиатрическую больницу, мать лишили родительских прав, вменив ей невыполнение родительских обязанностей, поступок Вареньки широко бы освещался во всех новостных лентах, обсуждался сотнями комментариев, где ругали бы всех и вся, начиная от родителей, заканчивая компьютерными играми. О смягчающих обстоятельствах бы упомянули вскользь, но до конца дней своих Варенька носила бы клеймо убийцы младенцев, жалости к ней бы никто не проявил. Однако в комментариях к книге я читаю, что в основном поступок Вареньки оправдан в глазах читателей – не ее вина, вина тех, кто поставил ее в такие условия. Мы ведь не будем удивлены, если доведенный до отчаянья зверь бросится на человека? Вполне очевидная реакция, скажем мы. Но зверя пристрелим. И с Варенькой будет также, мы ее поймем, но второго шанса не дадим. Любое живое существо, лишенное удовлетворения базовых потребностей, способно на страшные поступки. Рано или поздно терпение кончается у всех.

Женщина и мещанская среда, бунт женщины против мещанского устройства. Две самые сильные вещи русской литературы на эту тему, безусловно, "Гроза" Островского и "Леди Макбет Мценского уезда" Лескова. Так было до 1891 года, когда вышел рассказ Чехова.

Антон Павлович объединил эти два произведения в одно, заметно притушив страсти, бушующие в первоисточниках. Но уменьшение уровня надрыва и патетики только подчеркнуло обыденный трагизм рассматриваемой автором проблемы - отсутствие свободы выбора в мещанской среде. Эта несвобода глобальна, она касается не только женщин, все действующие лица рассказа рабы сложившегося порядка.
И в своей несвободе они нечестны и лживы.

Первый в этом ансамбле - Матвей Саввич, человек трусливый и жестокий, как большинство трусов, но пытающийся предстать богобоязненным. Он соблазняет соседку - солдатку Машеньку, винится, дескать, согрешил, и спешит на путь исправления, благо к тому времени и Машенька ему разонравилась и муж Вася из армии домой вернулся. А Машенька-то влюбилась по-настоящему. Да Матвей Саввич-то тут причем? Побаловались и хватит, пора и честь знать. И нет во всем случившемся никакой его вины, просто баба такой дурой оказалась. Но, он-то - Матвей Саввич - человек хороший и правильный, и после гибели родителей он сердобольно подбирает сиротку Кузю.

Однако, с Кузей все не так просто. На людях Матвей Саввич вроде заботливый и радеющий за мальчонку, а стоило тому потерять шапку, как появляется совсем другой Матвей Саввич, сыплющий словами: "свиненок", "поганец", а вот Кузька оказывается "с выражением ужаса на лице, точно боясь, чтобы его не ударили сзади".

Второй ханжа - хозяин постоялого двора Дюдя, ни в чем не осуждающий "честного" Матвея Саввича, но клеймящий позором бедную Машеньку.

Третий - горбун Алёшка, измывающийся над нелюбимой и не любящей молодой женой.

И два женских бунта - бунт Машеньки, пошедшей на убийство постылого мужа и бунт Варвары, пустившейся в загул и живущей в ожидании его раскрытия, но отмахивающейся "А, пускай!" Хотя в Варваре есть потенциал и "леди Макбет" тоже, взять хотя бы ночное предложение Софье извести Алешку и Дюдю.

А Софья - пример терпения и безысходности, единственно возможного варианта существования в этом мире Дюдь, Алешек и Матвеев Саввичей - торжествующих ханжей и Тартюфов.

Пользователи ЛЛ, не пропустите этот рассказ!
У каждого третьего из вас (на самом деле - у каждой третьей, не сочтите пока ещё за шовинизм) на аватарке изображено кошачье, а главная героиня любовной линии этого рассказа - Кисочка!

Давайте, раз так, и начнём с Кисочки, чтобы поскорей от неё избавиться. Её линия вторична, она присутствует только во внутреннем рассказе. Это молодая женщина, каких-то семь лет назад бывшая в своей гимназии королевой, окруженной толпой кавалеров. Сегодня она проживает унылую, пустую и одинокую жизнь в несчастливом браке. Кисочка ещё молода, добра, привлекательна. Её вчерашние воздыхатели, сегодня делают успешную карьеру, живут в культурных столицах. Свободные не только от уз брака, но и от уз совести.

В тяжёлую для себя минуту, о которой и повествует внутренний рассказ, Кисочка, поддавшись соблазну любви, ставит всё на кон (как оказалось - на зеро). Конечно же она терпит сокрушительное поражение, будет жестоко разочарована, предана. Она лишится не только столь вожделенной любви, но и той светлой памяти о прошлом, которая освещала до тех пор её жизненный путь (О свете и дорогах мы ещё поговорим). Но последствий её падения мы уже не увидим, это останется за кадром. Кисочка дала, что могла и больше никому не интересна.

Вообще, участь образованных женщин (была?) незавидна. Со школьной скамьи сразу замуж, и будь добра, соблюдай приличия! Зачем тогда было учиться?! Вся святость брака, обет супружеской верности полностью лежат на её хрупких плечах. Приходится выбирать между репутацией (и самоуважением, но это не обязательно, хотя Кисочка как раз из порядочных) с одной стороны и личным счастьем с другой. Но велик шанс потеряв одно, не получить другое. Женщинам хочется большой и светлой любви, но не хочется на сеновал. Другой, возможно, в той же ситуации повезёт больше чем Кисочке (как например Дуне в "Станционном Смотрителе"). Тут важно не то, повезёт или нет, а то, что от самой женщины ничего не зависит, её судьба полностью в руках мужчин.

Бросим Кисочку плакать в беседке над морем. Для этого они обе, по-видимому, и созданы. Перейдём к действующим (бездействующим?) лицам основной части рассказа - мужчинам.

Их двое - инженер Ананьев и студент фон Штенберг. Там случайно ещё врач затесался, который и передаёт нам этот рассказ. Его диагноз в конце «ничего не разберешь на этом свете!» - вряд ли требует медицинского образования.

Герои расходятся в своих взглядах на проблему сердечной холодности и душевного пессимизма.
 
Логика студента проста. Мы умрём, за нами исчезнут и плоды наших трудов, мыслей, чувств. Погибают целые народы, цивилизации. Ничего не остаётся даже от них, куда уж там нам! Короткая логическая цепочка приводит фон Штенберга к уверенности, что раз так, то и нет смысла жить, работать, любить. Напрасна мораль, высокие чувства. От нас не останется и следа, так почему мы должны сдерживать свои животные инстинкты в попытках соблюсти какие-то нормы какой-то морали какого-то общества, о котором не вспомнят уже наши внуки. Такой вот нравственный нигилизм.

Его оппонент, инженер Ананьев, не может переубедить студента, так как у него вообще нет логических цепочек, а есть цепочка пустых бутылок на столе. Да и как ему объяснить свою позицию, когда она идёт не от холодного рассудка, а от горячего сердца. И тогда инженер рассказывает ту самую, постыдную для себя сегодняшнего, историю про себя и Кисочку. Грустный пример того, как имея в молодости тот же пессимистический настрой, идущий от "многие знания", он проявил сердечную холодность и эгоизм по отношению к Кисочке. Ананьев поведал студенту и врачу, как сегодня жалеет о своём низком поступке и о своей трусости после него. И как в целом жалеет о тех бессмысленно прожитых годах, когда, как и сегодняшний студент, он полагал, что достиг предела в понимании жизни. И сердце его было столь же холодно, как и рассудок.

Таким образом, мне показалось, что инженер олицетворяет Канта с его "моральным законом внутри нас", в то время как студент скорее подвержен идеям Ницше о сверхчеловеке.

Что мы вообще знаем о персонажах? Не мало: профессию, имена, возраст, внешность, национальность.

Профессия - это единственное, что их объединяет. Они инженеры-железнодорожники. Прокладывают дорогу, которая может как соединять, так и разъединять людей. Каждый человек прокладывает дорогу для себя, но иногда они пересекаются с путями-дорогами других. Мы можем просто пройти мимо, а можем пригласить идти с нами и либо вывести к свету, либо завести во тьму.

Другие же характеристики созданы для контраста и подчеркивают пропасть между героями.

Национальность. Немец имеет чёткую позицию, сухость общения, немногословность, педантичность. Тот же приём использовал Пушкин в "Пиковой Даме", и даже требуемые немецкие качества сходны. Студент видит только свою правоту. Это холодный философ, чей разум преобладает над чувством. Выпитый алкоголь вызывает желание закончить беседу и идти спать.

Противостоит ему в споре человек русский. Он косноязычен, но при этом общителен, горяч. Он пытается понять собеседника. Выпитое ещё больше развязывает ему язык. Ему хочется поспорить, доказать свою правоту и совершенно не хочется спать. любил хорошо поесть, выпить и похвалить прошлое

Имя. Фон Штенберг - звучное, жесткое, прямое как шпала. С другой стороны, Ананьев - мягкое, нежное, душевное.

Внешность. Вот это студент:
...некоторая грубость и сухость черт лица...
...Загорелое, слегка насмешливое, задумчивое лицо, его глядевшие немножко исподлобья глаза и вся фигура выражали душевное затишье, мозговую лень...
А это инженер:
...Инженер Ананьев, Николай Анастасьевич, был плотен, широк в плечах и, судя по наружности, уже начинал, как Отелло, «опускаться в долину преклонных лет» и излишне полнеть...
...Движения его и голос были покойны, плавны, уверенны, как у человека, который отлично знает, что он уже выбился на настоящую дорогу...
…загорелое, толстоносое лицо и мускулистая шея...

И наконец несколько слов об огнях. Ананьев и фон Штенберг глядят на огни вдоль рельс, но ассоциации у них появляются разные. Студент представляет огромный лагерь филистимлян, величественный в своё время, но совершенно нелепый сегодня, когда уже нет ни филистимлян, ни народов с ними воевавших. Инженер же видит в огоньках мысли людей. И, говоря шире, самих людей.
В середине внутреннего рассказа Ананьева зияет черная темнота. Темнота беседки, темнота дороги, по которой Ананьев с Кисочкой идут в город, темнота его жизненного пути. Ни огонька, ни звёздочки. Тогда ещё Ананьев не видел других людей, не видел чужих сердец, не видел своего сердца. Темнота вызывает страх.

Да будет свет!

Это рассказ о зависти - зависти неудачника к фартовому мастеру своего дела.
Все в этой жизни есть искусство - любое ремесло, любое занятие, любое отношение к жизни есть искусство, и есть люди творящие и есть люди прозябающие.

Не важно о чем идет речь: о сочинении рассказов или музыки, о тачании сапог или о выгонке самогона, о воровстве, в конце концов. Есть мастера и есть вечные неудачники, у которых руки не так заточены.
Именно в ракурсе последнего из упомянутых искусств - воровства - и построен данный рассказ.

Есть некий фельдшер Ергунов, вроде бы законопослушный член общества, пусть и пьяница и хвастун, но не более того. И есть маргинальные элементы, как то Калашников и Мерик - настоящие воры-конокрады.

Они сталкиваются ночью на постоялом дворе. Ергунов сразу понимает, кто перед ним, и сразу же прогибается, ставит Калашникова и Мерика выше себя. Да, он их боится, но не только это, еще они для него являются очень серьезными авторитетами. Он - "полноценный" член общества - хочет быть с ним на равных. Нет, не снизойти до них, а, наоборот, возвысится. Он хочет им понравиться, похвастаться перед ними, привлечь их внимание.

Вот в этом и проявляется его зависть, они могут жить иначе, не так как он, им это дается легко и естественно. А он все время находится в противоречии с самим собою - он вынужден держать себя в рамках приличия, соблюдать общественные нормы, в то время, как его внутренний запрос совсем иной. Он хочет быть свободным от общества, но на это у него нет таланта, поскольку он - трус.

И эта трусость определяет всё. А Мерик может жить не оглядываясь, не быть никому должным, брать все, что ему понравится. Конечно, он постоянно рискует, стоит ему попасться и колоды и путь в Сибирь ему гарантированы. Зато как красиво он живет, как фартово рискует, как бабы его любят. Вон, Любка, готова жизнью заплатить за его любовь.

И что такое Ергунов в сравнении с Мериков, в его же - Ергунова - глазах? Так - жалкий неудачник, трус и бесталанная немочь. Мерик Егрунова и страшит, и впечатляет. На самом деле фельдшер очень хотел бы хоть в чем-то походить на Мерика, обладать хотя бы толикой его удали и лихости, но... нет в нем той силы и того таланта. Он может, разве что, напиться.

После того как Мерик оставил фельдшера без докторской лошади, жизнь последнего пошла под откос, его уволили из больницы, и он оказался на пороге своей мечты - вольной жизни.

В результате Ергунов стал тем, кем и хотел быть - прожигателем жизни и вором. Но снова - масштаб личности. Если Мерик и Калашников воровали лошадей, то Ергунов промышляет старыми самоварами, если те красиво гуляли и кутили, то этот горько пьянствует.

И в финальной сцене, когда горит двор Чирикова, Ергунов, который догадывается, что это, может быть, дело рук Мерика, снова ловит себя на зависти к этому бесшабашному цыганистому мужику. Потому как вор из него - Ергунова - так и не получился, а так - всего лишь жалкий бесталанный воришка...

Этими словами заканчивается рассказ.

Но это лишь слова, слова, слова.
А по сути, так заканчиваются многие рассказы Чехова.
Так начинается, проходит и заканчивается и наша жизнь.

И снова врач.

И снова бессмысленность. Лечишь, лечишь. А люди всё равно все больные. И общество больное. И класс этот мерзкий, который вырвался из мужиков, но никогда, никогда не доберётся до интеллигенции, тоже болен. Потому что вырваться из мужиков было для них не средством, а целью. А достигнув цели, куда идти дальше? Да и зачем? Все эти писари да фельдшера.

И дворянство больно. И как ни странно у тех и у других одна болезнь - хроническое скотство. Похоже, неизлечимое. 

И снова всё вокруг пошло. Претензии скотов, кумовство, их самомнение и тут же уничижение. Раболепство перед вышестоящими, самодурство перед нижестоящими.

И снова всё вокруг скучно. С кем поговорить? Даже предводитель, даже мировой судья и те не понимают. А вокруг всё та же рутина, пьянство, грязь, плохое лечение. И сам ты скучен.

Интеллигенция тоже больна. Хроническое недомогание. Слабость в мышцах. Размягчение позвоночника. Наказать провинившегося? Жаль его. Да и руки марать не хочется. Потребовать причитающееся? Стыдно. Объяснить, рассказать, попытаться что-то изменить? Нет сил.

А душа ещё не очерствела. И потому - истерики. То по морде кулаком, то голос дрожит, то убежал со стыда. Со стыда за другого. А то и апатия. Пропади, мол, всё пропадом! И этот класс тяжело болен.

Да кому же жить дальше если все больны? В том то и дело. Фельдшер-то, скотина, размножается. И дети его будут фельдшерами. У предводителя тоже семья. А врачи эти нежные, нервные всё сами живут. И подохнут в одиночестве. Что Рагин, что Астров, что Овчинников. Всем одна дорога.

Неприятность? Это не болезнь, а лишь симптом. А рецепт? Рецепт написан чётким почерком, а всё равно неразборчив. Да и кому разбирать?

Глупо, глупо, глупо...

Наверное, это один из самых страшных рассказов, которые я читала в последнее время. Не подумайте, что в нём происходят какие-то ужасы, просто девочка не может нормально поспать. Чехов, как никто другой, умеет всего несколькими скупыми штрихами проникнуть в душу читателя. Начинается всё, казалось, спокойно:
«Нянька Варька, девочка лет тринадцати, качает колыбель, в которой лежит ребенок»
Но сразу мы начинаем предугадывать, что очутились в эпицентре человеческой драмы:
«Ребенок плачет. Он давно уже осип и изнемог от плача, но всё еще кричит и неизвестно, когда он уймется. А Варьке хочется спать. Глаза ее слипаются, голову тянет вниз, шея болит».

Девочка не может хотя бы немного отдохнуть, и этот ад повторяется изо дня в день. Она должна убирать комнату, мыть лестницу, топить печь, ставить самовар, чистить калоши. Но тяжелее всего ей приходится из-за маленького ребёнка хозяев, за которым она должна смотреть. Он очень плохо спит по ночам, плачет и не даёт Варе уснуть.
Хозяева предпочитают не замечать страданий Варьки, а может и правда не понимают, что происходит с девочкой. В этом особенный ужас. Духовная глухота во много раз страшнее физической. А здесь в центре оказалась девочка тринадцати лет.
Хотела написать, что всё заканчивается трагедией, но всё описанное в этом рассказе есть одна сплошная трагедия. Жизнь не оставляет Варьке выбора. Она должна либо погибнуть сама, причём в физическом смысле, либо погубить другого, того, кто пока ещё ни в чём не провинился.

Завершая «личный моб» чтения Чехова, хочется отдельно выделить именно этот рассказ, так как на меня он произвел наибольшее впечатление. Узнала я о нем из книги Дональда Рейфильда и хотя там он назван довольно слабым, все же отмечается, что для спасения голодающих принес больше пользы, чем любые воззвания (тут как-то плохо верится в достоверность информации, ведь как можно проверить, что помогло чтение именно этого рассказа?)

В любом случае, на мой взгляд, это история не только о голоде, на меня большее впечатление произвела именно семейная драма и характер главного героя, хотя, конечно, поднимаемая проблема бедственного положения крестьян и помощи им играет не последнюю роль.

Но, знакомясь с Павлом Андреевичем, от лица которого идет повествование, достаточно быстро видишь в нем общее с мужем Кроткой Достоевского, те же «паучьи» черты, желание властвовать, потребность в близости, которая причиняет вред жене.

Но Чехов не был бы Чеховым, если бы у рассказа была однозначная трактовка, тут все более зыбко и при желании произведение можно понимать совсем иначе, ведь потребность в контроле часто прикрывается заботой и даже любовью.
И как не вспомнить прекрасный образ Иудушки Головлева, который тоже весьма явно просматривается в главном герое данной истории.

Но если Салтыков-Щедрин показал нам своего героя как на ладони, так высветив все его отрицательные черты, что при всем желании сочувствовать ему было сложно, то Павел Андреевич отчасти вызывает понимание, можно его даже пожалеть, не зря история подана именно с его точки зрения, ведь люди отлично умеют оправдывать себя в любой, даже самой нелицеприятной ситуации.

Ну и как же без Толстого нашего Льва Николаевича. Конечно, рассказ о голоде сразу напоминает его «воззвания»: тут и общая с ним тема «бесполезных» врачей, которые лишь тянут соки из народа, неправильность благотворительности, ведь эти крохи ничего не меняют в сути вещей, даже отголоски Крейцеровой сонаты, по крайней мере, именно она мне вспоминалась, когда описываются ссоры между супругами.

Тут опять встречается любимый Чеховский прием – «правильные» речи в устах пустых, неприятных людей, но странное дело: сейчас такая писательская игра даже стала мне нравиться, словно это маскарад и нужно угадать, кто скрывается под маской.

Примечательно, что этот рассказ освещает неизвестные мне ранее подробности о возможности удержать рядом жену при помощи паспорта. Ведь, как оказалось, у замужних женщин не было своего личного паспорта до 1914 года, они были вписаны в паспорт мужа (как дети до совершеннолетия в паспорт отца), а заграничный паспорт муж мог отозвать, таким образом принудив жену вернутся из поездки.

Подводя итог, всем советую это произведение, оно точно стоит того, чтобы с ним познакомиться.