Мир на Земле. Фиаско

Опять неудобоваримый поток сознания и это очень грустно. То, что обычные фантасты расписывают на цикл из десяти романов, Лем выписывает в забористые сто страниц. Прочувствовать и проникнутся проблематикой не получается. Тема роботизации поднята очень интересная, но взахлеб рассказанная и закрытая. Многие из тем мне показались самоповторами из предыдущих частей цикла. Самым интересным элементом книги для меня стала раздвоенность Тихого и как он сам с собой общался. Не очень интересная книга, наполненная интересными элементами. Я бы пожертвовала сатиричностью и непревзойденностью Тихого в пользу линейного понятного сюжета, с подробным раскрытием каждой ситуации.

Не перестаю удивляться, как Лем умудряется в небольшие по объемам романы вмещать огромное количество информации. Как интересной и захватывающей, так кажется, что и совсем не обязательной. Неуловимыми штрихами автор сшивает самые несовместимые вещи. Неудивительно, что для такого изложения пригодился мастер неадекватных ситуаций звездный пилот Ийон Тихий.

Известный по "Звездным дневникам" космический авантюрист в последний раз появляется в произведениях Лема. Опытный астронавт, мастер нештатных ситуаций, насколько бы нелогичными и нереальными они не были, Ийон встревает, возможно, в свою главную аберрацию: проверить Луну на возможность ее... замыслов вооруженным путем захватить Землю. Вот такая незадача случилась в будущем, описываемом автором в этой книге.

В этом мире неимоверным путем (вот точно фантастика!) мировые государства договорились закончить гонку вооружений в пределах планеты (а она достигла уникальных минимизированных автоматизированных размеров, где уже и люди не нужны, зато все стихии подвластны искусственному управлению), отправив все производство оружия на Луну.

У каждой страны свой полигон, где сначала на компьютерах имитируется новое вооружение, а потом производится и испытывается. Одновременно в одной структуре есть не только производственная часть объекта, но и механизм, разрабатывающий уничтожение только что придуманного нового оружия. По идее должен соблюдаться вечный уравновешивающий обе стороны баланс и никто ни на кого не нападет. В теории...

А на практике никто толком ничего не знает. И надо бы послать с разведкой надежного человека. Уже, наверное, поняли кого. Да, Ийон Тихий, как всегда мастерски справляется с задачей, хотя и только ему ведомыми способами (не всегда применимыми остальными). При выполнении миссии пилот получает нестандартную травму - каллотомию - когда правое и левое полушарие мозга теряют связь друг с другом, и управляемые ими части тела начинают действовать по собственному усмотрению. Тот самый случай, когда правая рука не ведает что делает левая...

Ийона Тихого как могут лечат всевозможные врачи. Он сам перелопачивает кучу литературы и способов, чтобы понять, как избавиться от редкого недуга. Подчас происходящее приобретает забавный вид и характер. Собственно, все произведение не является в прямом смысле слова серьезной литературой. Как и всегда с Тихим)) Саркастическая, сатирическая, но увлекательная и, как ни странно, умная история об очередных похождениях знаменитого лемовского героя.

Кому понравились "Звездные дневники", понравится и "Мир на земле". Кто не читал, готовьтесь к убористо насыщенным мельчайшими событиями престранным будням не самого обычного человека, постоянно попадающего в самые неожиданные коллизии. Скажу честно, периодически зарывался в тексте, но каждый раз успешно выныривал и плыл дальше по нескончаемой реке фантазии Станислава Лема. Автор мастерски, где надо, и философии подсыплет, детективчик включит (а то и боевичок), масса мозгораздирающих диалогов о казалось бы несущественных проблемах, но всегда остроумно и убедительно раскрытых и доказанных.

Нестандартная фантастика в уникальном стиле гуру фантастики Станислава Лема. Чем несомненно роман и притягателен...

"Фиаско" - последний роман Станислава Лема. Название представляется очень символичным в контексте творчества писателя. Вот оно - окончательное крушение надежд, что питали герои его произведений на многих и многих страницах.
Добравшись до пика технического прогресса, человечество бороздит пустынную бездну космоса в поисках Собеседника. Планета Земля - словно единое живое существо, которому одиноко в холодном свете звезд. Оно посылает сигналы и импульса, но в ответ получает лишь равнодушное молчание, прерываемое радиопомехами. Тогда отростки, выпущенные Землей, ее щупальца - космические корабли - ищут инопланетный Разум на ощупь. Нащупать жизнь, ощутить живое тепло - желание человека с начала времен. Поиск искорки чуждого сознания в заполненной стигийским мраком Вселенной вызывает невольную жалость. Особенно потому, что главное слово здесь - "чуждое".

Лем скептически оценивает возможность Контакта. Человеческий разум погряз в привычных ему мерках, пробить этот кокон крайне трудно. Чуждость инопланетного Разума может оказаться таковой, что при встрече невозможно будет достичь взаимопонимания. И виной всему не то, что кто-то там злой, а кто-то добрый, просто-напросто эти существа - иные, и внешний облик - это лишь цветочки. Более того, человеку даже не приходит в голову, что этим "иным", возможно, совсем нет резона трепаться с какими-то пришельцами.

Каким бы ни было высоким техническое развитие, традиционные для человека иррациональные "ляпы" не исчезают. Доказательством тому служит начальный эпизод романа, где абсурдная конкуренция двух космодромов на Титане не просто мешает высокой производительности обоих, но и приводит к трагическим последствиям. Нелепость? Еще какая. Среди масштабных научных спекуляций в тексте Лем рассыпает подобные штучки, как хитрые бомбочки, причем не одну и не две. Вставная новелла о термитниках демонстрирует маниакальную жажду всюду совать свой нос и просто из любопытства нарушать заведенный порядок. А разрушение луны как стимул для установления общения? Интересно, найдется ли во всей вселенной идиот, гостеприимно распахивающий двери своего дома перед потрясающим оружием чужаком, который только что разбомбил его сарай? Ну а, собственно, к фиаско приводит предубежденность и банальная забывчивость, коей подвержены даже профессионалы.

В целом, роман получается пессимистическим по настрою. Он словно удрученно говорит: "Ну куда, куда мы пытаемся пролезть? Давайте сначала разрешим присущие нам проблемы..." И правда, прежде, чем искать контакт с Иным и вырваться за пределы, лучше бы найти понимание хотя бы друг с другом.

Тесно было Лему в любых рамках. Почти каждая его книга пытается вырваться из жанровых рамок, распахнуться, устремиться куда-то еще, стать чем-то другим. Вот и «Мир на Земле», строго укладывающийся, внешне, в сатирическую антиутопию, на самом деле таит в себе много при первом взгляде постороннего, а по факту – ценного и интересного.

На дворе стоял 1984 год, одно из последних обострений той холодной войны, Польша приходила в себя после отмененного в 1983 году военного положения, а Лем сочинял мир, в котором люди вроде бы отказались от войны и вооружений, но, как всегда, криво и коряво, оставив себе лазейки и возможности. И эти лазейки и возможности чреваты очень серьезными для мира последствиями.

Вооружениям больше нет места на Земле, поэтому их перенесли на Луну. Да не просто перенесли, а оставили там развиваться и самосовершенствоваться. Но не просто эволюционировать, а так, чтобы земные штабы толком не представляли – что же за арсенал у них есть на Луне. Всем хорошо. На Земле нет оружия, а у государств есть существенные запасы постоянно совершенствующегося вооружения. Только вот отсутствие контроля со стороны Земли приводит к тому, что то, что происходит на Луне становится для человечества полной загадкой. Опасной и страшной.

Главный герой – Ийон Тихий, прославленный космонавт – пытался провести на Луне разведку и выяснить глубину и степень проблемы. И тут все и понеслось.

Все описанное – не более чем затравка. Лем не был бы Лемом, если бы позволил себе выключить свое непередаваемое ехидство и не пройтись по феминизму, пацифизму, бюрократии, международному праву и т.п. и т.д. Его подход всегда удивляет меня неповторимой мизантропией, полным неверием в способность людей сделать что-то разумно и правильно. А вместе с тем он не оставляет какой-то затаенной надежды, где-то в самом уголке саркастической усмешки.

Как всегда, где-то на полях книги, не в самом ее центре, громоздится ворох точных и едких предсказаний. Особенно меня удивило по точности попадание в яблочко с падением наблюдаемого уровня грамотности и стремительным развитием пиктограмм для общения. Неужели в 1984 году уже были предпосылки? Очень любопытно – какие же?

Strannik102 рекомендовал мне эту книгу из-за пересечения ее тематики с легендарным Непобедимым (1964). Да, параллелей пруд пруди. Некроэволюция, наше непонимание иных принципов организации, антропоцентризм. Но и Лем, и мир сильно изменились за двадцать лет в промежутке. Нельзя было уже просто мечтать, слишком большой груз несбывшихся мечт накопился. Пришло время для скепсиса и иронии. И любопытно мне – будет ли когда-нибудь снова время рывка, когда ерничество уйдет на второй, третий план, а первым снова будут поиск и порыв?

Жизнь полна неожиданностей — эта сентенция, несмотря на банальность, остаётся тем не менее верной. Это я к тому, что с глубочайшим удивлением (и величайшей радостью и восторгом!) обнаружил, что серия историй о пилоте Пирксе, рассказанная Станиславом Лемом в цикле "Рассказы о пилоте Пирксе", вовсе этим циклом не исчерпывается, а продолжается двумя вполне полнометражными повестями. Позор на мою седую голову, потому что Станислав Лем для меня в мире научной фантастики фигура на первых ролях (вместе с братьями Стругацкими). И я самонадеянно считал, что о творчестве Лема знаю довольно много. Стыдобища...

Творчество Лема, равно как и творчество других маститых, настоящих больших писателей-фантастов из жанра НФ, для меня от прочих плодовитых научных и ненаучных фантастов отличается прежде всего тем, что и Лем, и Стругацкие, и Азимов, и другие неназванные здесь авторы весьма уважительно относятся к своему читателю. Точнее даже не к своему, а к любому, взявшему их книги в руки (а своим для них этот читатель становится как правило уже своей собственной доброй волей). Они не склоняются снисходительно с высоты своего масштаба к тому, кто открыл их книги, а терпеливо и дружески берут его под локоток и ведут его с собой, ведут туда, к себе, наверх. Тот же Лем — он не стесняется быть умным и не опасается того, что его в этом заподозрят или обвинят, вовсе нет. Он берёт совершенно серъёзные и абсолютно научные постулаты, и вполне понимаемо выкладывает их перед читателем, разжёвывая и объясняя вполне себе сложные и не всегда с наскоку понятные моменты и пункты. И подталкивая читателя порассуждать вместе с собой над совсем нехилыми вопросами, типа — основные закономерности развития разума и различного уровня развития цивилизаций. И вообще о Внеземном (и земном тоже) Разуме и о сути Жизни вообще, в целом, во вселенском масштабе. Постулируя перед читателем и для читателя основные пункты рассуждений по этим вопросам, освещая и раскрывая точки зрения разных специалистов, и в том числе и свою собственную, точку зрения учёного-социолога. И нисколько не сомневается в том, что и он, и все эти космологи и астрофизики, астробиологи и темпорологи будут и поняты и приняты читателями, вполне доверяя в этом всем тем, кто прикасается к его книгам.

Другая особенность и ценность творчества Станислава Лема и иже с ним заключается в том, что его/их книги, как правило, плотно нашпигованы научными сведениями из самых разных областей и отраслей науки или техники, или любой другой познавательной сферы. Однако эта высокая плотность, эта чрезвычайная начинённость самыми разными точными сведениями, самой разной информацией, вовсе не делает чтение его/их книг занятием утомительным или скучным. По крайней мере, человек любознательный почерпнёт (даже и сейчас) в книгах мастеров этого уровня множество интереснейших и увлекательнейших фактов, и откроет множество самых разных дверей для самостоятельного движения, самостоятельного развития в том или ином направлении.

Однако помимо чисто познавательной ценности есть ещё и третья составляющая — как правило перед Главным героем (а вместе с ним и перед читателем) будут поставлены чрезвычайно непростые задачи нравственного и этического свойства, причём порой на самом высоком уровне постановки, формулирования такого рода задач — на уровне, что называется, теологическом и антропософском. И оставляя читателя перед возможностью самому сделать тот или иной Выбор в этой самой высоконравственной дилемме. И переворачивая порой ракурс, под которым обычный рядовой читатель видит сформулированную автором проблему, таким образом, что точка зрения или кардинально меняется, или просто приходит понимание, что эта проблема вовсе не имеет однозначного решения...

Не скажу, что всё и точно в этой книге я понял и запомнил, но ведь наверное Станислав Лем вовсе и не ставил перед собой задачу вдолбить в голову своего читателя твёрдое знание по тем или иным затронутым в книге вопросам. А скорее всего он просто хотел, чтобы его читатель умел мыслить самостоятельно, был способен "различить в лесу деревья, а из наличия деревьев вывести существование леса". Чтобы было понимание, что наш маленький по космическим меркам шарик с названием Земля для нас, для человечества, является и колыбелью, и единственным домом, и что запасного дома у нас попросту нет...

Также как Кинг для меня - гениальный психолог, Станислав Лем - гениальный футуролог. Написанный в 1985 году роман "Мир на Земле", как и другие произведения автора, словно глядят в будущее, настолько всё написанное похоже на настоящее или вот-вот приближающееся будущее. От этого читать становится еще интереснее и страшнее. Гонка вооружений, крах экономики, "мир" на Земле, мнимые мировые соглашения, вирус, - всё это с долей иронии и неизбежности происходящего. Всё где-то было, есть и будет снова.
Отдельно хочется отметить прекрасное чувство юмора автора, перепалки Ийона с левой рукой бесподобны.

P.S. После любого произведения автора вздыхаешь и грустишь). Как сказал один из героев произведения: " Человеку приятнее думать, что он - центр вселенной и не хочет понимать, что звездам нет до него никакого дела".

Поставила бы 5, но концовку мой перегруженный научными терминами мозг, в части спуска Ийона понял не до конца)).

P.S. ещё одно - от "подойди братец родимый" мурашки по коже.

Зубодробительно твердейшая научная фантастика и, наверное, самый неоднозначный фантастический труд польского мэтра данного жанра. Учитывая, что он стал для него последним художественным (после чего он перешел на критику и философию, в чем, признаться, хороший мастер), складывается впечатление, что Лем постарался впихнуть в этот роман сразу несколько разных идей, которые у него накопились, а бросать рука не поднялась.
Книга причисляется к циклу "Рассказов о пилоте Пирксе" (последняя 12-я часть), но, во-первых, это явно не рассказ, а куда больший труд, во-вторых, Пиркс здесь проходит "пунктирной линией" и непонятно, про него ли этот сказ. Можно предположить, что начальные главы "Фиаско" - это неоконченный рассказ про Пиркса, его последнем приключении на Титане, где он погибает, но в последний момент сохраняет себя (точнее, фиксирует в полумертвом состоянии) при помощи странной технологии ветрификации. И все... Потом повествование резко переносится на много лет вперед и, по сути дела, начинается другая книга. О межзвездном полете землян к неведомой Квинте с целью установления контакта с высокоразвитой цивилизацией.
Зачем эта экспедиция по пути захватила с Титана старые капсулы с ветрифицированными телами погибших покорителей спутников Юпитера остается только догадываться. Спорное решение автора. Лем решил захватить своего любимого героя Пиркса в дальний полет? Но тогда почем он его обезличил? Удается реанимировать только одного из замурованных, и кто он - не знает никто, ни он сам, ни новейшие медицинские достижения. Пиркс ли это? Все его начинают звать Марк Темпе. Удивило: при наличие хоть капли крови, любого кусочка тела, можно же было по ДНК определить кого оживили? Или нет?
Восставший из смерти в итоге становится полновластным членом экипажа и принимает непосредственное участие в попытке контакта с квинтянами. А это, вкупе с рассуждениями о необходимости, смысле и возможности контакта человечества с другими цивилизациями, уже третья часть романа. Заканчивается сложноподанная история и вовсе скомканным финалом, где думай, что хочешь. Вероятно, Лем, зная, что это его последняя фантастическая сага, лепил тело книги, как перо ляжет. И в этом минус книги.
Вызывают недоумения или, как минимум, вопросы постоянные отклонения течения повествования в практически научные рассуждения, то о принципе работы шагохода (Диглатора), то о природе и использовании коллапсаров (черных дыр), или принципе движения звездолета и вероятности и вариативности нахождения в бескрайнем космосе братьев по разуму. Я ощущал себя, как студент, которого водят по различным лекториям и заставляют прослушать определенную лекцию. И не всегда на космическо глобальные темы. А уж чем они связаны между собой - сам допетривай. Вот, например, к чему здесь небольшой рассказ о стране термитов и рыжих муравьях? Или о поисках золота в таинственных пещерах?
Сложно читается, но, то ли я такой фанат Лема, и готов читать все, что он пишет, то ли его философские отступления настолько любопытны и пронзительно точные, что даже при таком салатном сюжете книга все равно достаточно интересная.
Только не для тех, кто ищет здесь, например, тех же захватывающих дух приключений пилота Пиркса, что были описаны в ранних работах польского фантаста. Нет, это роман-рассуждения, роман-притча, книга для мозгов, предрасполагающая к размышлениям о роли человечества в космосе и о том, так ли нам нужны чужие расы, возможен ли вообще с ними контакт, по крайней мере такой, чтобы обе стороны друг друга поняли и не поубивали, случайно или специально.
Для узкого круга любителей фантастики и не для всех почитателей творчества Лема...

В последнее время я часто пишу про книги, что все зависит от того, с какой из сторон на них смотреть. Так - не очень, а так - замечательно. Но "Фиаско" побило все рекорды, и мое мнение оказалось на двух граничных полюсах сразу.
О чем этот роман? Я даже не знаю, что важнее: вопрос ли о чем или ответ, что в этом романе еще есть. О чем? О возможности контакта. Ответ (спойлер!) - смотрите название. Что есть еще? Давайте посчитаем. Тема... ответственности? Когда и должны ли мы рисковать жизнью ради другого. Жизнь... Что есть жизнь? Как могла бы выглядеть технология воскрешения из мертвых (подробно), с какими проблемами пришлось бы столкнуться врачам? И это не стандартные этика и перенаселение. Но что если из-за технических проблем есть возможность спасти только одного (да эти люди и так мертвы уже долгие годы!), что будут чувствовать люди, которым дадут право выбора и хотят ли они иметь это право? Самоосознание. Что есть я? Память, нейроны, комбинация белковых клеток? В какой момент я перестаю быть собой? Кого из двух героев воскресили? А точно ли воскресили одного?
Много букв? Подождите, но ведь закончилась только вторая глава. Впереди столько вопросов - межзвездные перелеты (подробно), проблемы пространства-времени, терраформирование (хотя уже даже не терра - формирование климата, атмосферы своей и чужих планет). Роман лишь приближается к середине. Давно мне так не хотелось прочитать книгу.
И давно мне так не хотелось книгу бросить. В какой-то момент забываешь, что диалоги существуют. Нагромождение однородного текста, описания, не приносящие нового, но убивающие желание читать, термины, термины, термины, заумные слова, абзацы, которые нужно перечитывать снова и снова. Четыреста страниц превратились в жестокое испытание.
Есть и еще один минус. В отношение будущего человечества я далеко не оптимист. Я готова поверить, что нам никогда не покорится космос, что братьев по разуму мы не найдем, а если найдем, то резко окажемся на нижних ступенях эволюции. Я могу поверить в то, что мы не сможем найти общий язык не то, что с инопланетянами, но и с самими собой, зайдем в тупик, сами себя уничтожим... Продолжать можно долго. Это печальные исходы. Они кажутся мне реальными, хотя я продолжаю надеяться на лучшее. То, что предлагает Лем... Вернемся к названию романа. Фиаско по всем фронтам. Человечество просто не заслуживает интереса ни с чьей стороны, оно жестоко, оно должно быть уничтожено. Роман заставляет ненавидеть человека, который совершает ошибку за ошибкой, а расплачиваться за них будут все. Даже не ненавидеть, а презирать. Несчастные квинтяне вызывают жалость - они случайно попались на глаза человечеству, а вот люди... В серии книг Карда об Эндере несколько раз поднимается вопрос ксеноцида. Другие же расы задаются вопросом, как можно общаться с нами, если война - единственный язык, который нам доступен. Выход же видится в приоритете личности над толпой. Личность способна понять и сделать правильный выбор. Так вот, человечество Карда, несмотря на несколько актов ксеноцида, оказывается просто святым и идеальным. Ведь в сравнении с Лемом у них была и мотивация, и причины. А человечество Лема навсегда погрязло в своей закостенелости, эгоизме и нежелании думать, разрушающем все живое и неживое.
Лем умеет подкинуть пищу для размышлений. К сожалению, что он не желает дарить читателю - так это веру в светлое будущее.

Осторожно, спойлеры и пафос!

Пожалуй, это одно из самых трагичных прочитанных произведений. События так затянули, что я готовилась к экзамену, думала о концепциях образования, являющихся компонентами философских систем великих мыслителей, как вдруг меня пронзала мысль: "о чёрт, они же разрушили ледяное кольцо!" Периодически было жаль, что Лем писал в восьмидесятые, а не сейчас и мир будущего наполняли допотопные бобины и тому подобное, но с другой стороны мне они милы, потому что переносят в те детские вечера пятнадцатилетней давности, когда папа читал мне классиков жанра и мы смеялись, что на столах кают-компаний транс-галактических лайнеров валяются логорифмические линейки.
Почему-то всё время вспоминалась "Ложная слепота", я невольно сравнивала эти две книги и Лем выигрывал. Ведь и у него текст пестрит философскими, социологическими, физическими и многими другими гипотезами, но читается гораздо более приятно. События и переживания вызывают эмоциональный отклик, сопереживание. Да и изъясняются персонажи более подобающе составу уникальной экспедиции, для которой отбирали лучших из лучших.
Описания космических пейзажей потрясающи. Ледяной аммониевый лес на Титане вызвал у меня, любительницы зимы и снега примерно такое же восхищение, как тютчевский лес, околдованный чародейкою-зимою. И мне действительно кажется прекрасным описанное ниже зрелище:

Но я не говорила о главном. О контакте. Всяческие попытки межкультурных и особенно межпланетных диалогов всегда были мне интересны. С детства я мечтала о контакте землян с инопланетным разумом. Или хотя бы о том, чтоб появилось какое-то доказательство того, что помимо нас во вселенной сейчас имеются хоть какие-то живые существа. Эта книга просто размазывает подобные мечты по стенке, предварительно отразив в множестве кривых зеркал.
Мы не можем договориться с собственными близкими, мы смеёмся над обычаями других народов, не понимаем людей других эпох. А теперь возведём все эти непонимания в десятую степень и получим абсолютную невозможность контакта с инопланетянами. Ведь может случится даже так, что нам ответят "да", а мы услышим "нет", неправильно интерпретировав ответ, ведь всем известно о разночтении утвердительных и отрицательных жестов даже на просторах Европы, что говорить об иных мирах.
Я не понимаю, почему в составе экспедиции небыло культуролога или этнолога. Ведь он не позволил бы кавитировать Луну, поскольку она могла оказаться священным объектом, а не чем-то далёким, как предположили учёные. И написав это, я снова осознаю, что пытаюсь рулеткой измерить давление.
Я не понимаю, как представители такого гуманного человечества будущего могли совершать такие чудовищные разрушения. Почему любые сомнительные действия квинтян они расценивали как враждебные? Неужели человеку настолько необходим враг, что наведя порядок на Земле коллективное бессознательное отправляется искать этого врага на другие планеты, даже того не осознавая. Почему пилот в последней главе поступил так безрассудно и вправе ли мы осуждать человека, совершившего катастрофическую ошибку в столь непростых и нечеловеческих обстоятельствах? А самое актуальное и пронзительное в описанных событиях то, что снова и снова из-за горстки, которая не сумела договориться, страдают тысячи и миллионы.
Думаю, что если от населения Квинты хоть что-то останется, и если в их культуре есть такое явление как поговорки, то неминуемо возникнет что-то вроде: "незванный гость хуже землянина". Мне очень жаль, что не описано возвращение экспедиции домой. Хотя, вполне отчётливо могу представить себе видения разрушающейся планеты, от которых учёные не раз проснутся в холодном поту, если пулю себе в лоб не пустят, потому что силу опустошения и отчаяния, которые неминуемо их накроют я представить не в сосстоянии. Да, это вам не "Магелланово облако" с его: " Мы везем вам научные труды неизмеримой ценности, созданные за время полета". Эта экспедиция привезёт фотографии разрушенной Луны, искорёженной планеты, её погибших воимя великого контакта жителей и ни с чем не сравнимую безысходность антропоцентризма и вселенского непонимания.

Человечество давно размышляет о Контакте. Контакте с иным разумом. Наша Вселенная бесконечно огромна, величины межзвездных расстояний сложно осмыслить, когда свету, скорость которого кажется нам мгновенной, необходимы тысячелетия, чтобы преодолеть их. И, наверняка, и в других системах и галактиках есть жизнь и разум, не может же быть, чтобы мы, земляне, были одиноки в бесконечности Вселенной...

Во многих фантастических книгах и фильмах инопланетные жители похожи на нас, мышлением или внешним обликом. Ведь люди, фантазируя на эту тема все-таки подходят с человеческих позиций. Лем во многих своих книгах пессимистично показывает идею контакта, ведь ищут аналогоги человечества, а не действительно иной разум, который понять ьне способны. Идеи Лема разделяет персонаж "Фиаско" монах- доминиканец Араго, единственный, кто предостерегал экипаж корабля от опрометчивых действий.

Команда корабля подходила к ситуации на Квинте с чисто человеческих точек зрения: у них война, разные лагеря и тд... А может все не так? Почему-то никому из экипажа подобная мысльне пришла в голову... И эта странная позиция, либо контакт, либо война, приведшая к трагедии...

И все же, кто такие квинтяне? Это так и осталось загадкой. Возможно, стоит поразмыслить над рассказом- вставкой о профессорое, нашедшем архефакт в колонии термитов. У такого мастера, как С. Лем не может быть случайных эпизодов.