Механическое пианино

При всей чрезмерности антиутопической ситуации книга заставляет задуматься, даже хотя написана больше семидесяти лет назад. Тогда, возможно, и правда боялись, что машины вытеснят из трудовых отношений человека. Сейчас же легко увидеть, как доступность нейросетей ставит под вопрос необходимость большого числа художников, дизайнеров, копирайтеров, иногда и вовсе юридических консультантов и врачей-диагностов, а также множества других профессий. И хотя понятно, что полностью все профессии, связанные с переработкой или созданием информации, не исчезнут, тенденция налицо.
Помимо того, что роман побуждает задуматься о том, насколько важно для человека быть нужным, он и не скрывает, что и нужность эта — палка о двух концах. Главный герой-то как раз нужен, он выдающийся инженер, у него ответственный пост. Вот только он на этом посту нужен не как человек, а скорее как винтик в машине. То есть и полезность, и созидательный труд становятся ничем, когда тебе в принципе не оставили вариантов. Если же ты осознанно выбираешь — даже если выбираешь путь разрушения, — то эта стезя приносит настоящее творческое удовлетворение просто потому, что ты её выбрал сам. То есть роман, помимо общегуманистского посыла, ещё и предостерегает общество не задавливать даже самые скромные порывы к самореализации, потому что никогда не знаешь, в каком виде: в руках какой секты или течения — расцветёт потом это желание приносить пользу и хоть на что-то влиять.

Книгу мне выбирала дочка. Ей понравилась аннотация. А мне понравилось содержание.

Коротко о сюжете. Действие происходит в недалёком будущем (относительно 50-х годов прошлого столетия), где ручной труд полностью заменён машинами. Люди делятся на две категории: инженеры, и те, кто "благодаря" машинам остался без работы. Нет, люди, которым не нашлось рабочих мест полностью обеспечены всем необходимым для жизни: каждой семье по стиральной машине и посудомойке, даже карманные деньги выдаются. Только вот как человеку прожить без самореализации?

Машины просчитывают всё: и сколько бытовой техники необходимо выпускать для полного людского счастья, и в какое русло направить способности отдельного индивидума: если интеллект невысокий, то в армию иди, дружок, служи там лет 25 на благо Родины, интеллект повыше - иди учись, авось в элиту попадёшь.

В ироничной форме автор раскрывает читателю обе стороны людского общества. И ни на одну он не делает ставку.

Главный герой - Пол Протеус, успешный инженер, женатый на самой прекрасной, как он считает, женщине на свете. Но что-то ему не то и не так. Бунтует душа героя. Хочется ему домик и огородик. Хочется просыпаться ни свет, ни заря и работать на земле, а "не вот это вот всё". Пол - хороший человек. Может, поэтому, он легко и просто становится марионеткой в чужих руках, а благодаря своему интеллекту прекрасно понимает, что им управляют. Причём, с двух сторон. И дело даже не в том, сможет ли он в итоге победить систему ( антиутопия же), а в том, сможет ли он стать хоть на мгновение по-настоящему счастливым.

Эта антиутопия не такая тяжелая (в эмоуиональном плане), как "Мы" или "1984", местами я хохотала. Манера и стиль изложения автора подкупили меня. Много второстепенных героев, которые в итоге соберутся в одной финальной точке, хотя изначально кажется, что пересечение это невозможно.

Курт Воннегут, однозначно, мой писатель. Спасибо дочке.

На книгу возлагала большие надежды, но они, к моему большому сожалению, не оправдались. Очень тяжело шло  Возможно, утопии это не моё.  Возможно, многое зависит ещё и от искусства переводчика. А может и дело во мне, так как сама люблю систему.  В повествовании нет безработицы, нет бедности. Люди получают установленный заработок и вроде все при деле. Да, есть нюансы. Ученых и инженеров ставят на высокие должности по показателям интеллекта и инициативности. Они занимают почетное место в обществе, получают большие деньги, привилегии, славу, самую лучшу страховку и льготы.

Гланый герой книги Доктор Пол Протеус  является управляющим заводами в городе Иллиум. У него есть всё: отличная работа, шикарная жена, свой дом, машины, ожидается продвижение по службе. Но что-то ему в душе не даёт покоя. Зерно сомнения прорастает в душе, доктор начинает задумываться, нужна ли ему такая жизнь.

На другой стороне города, вдали от богачей, живут простые люди, у которых либо ПИ ниже, либо машины заменили их, и им пришлось уйти в полицию или вступить в Корпус Реконструкции и Ремонта (КРРах). В большинстве своём этих жителей сократили с работы, так как были изобретены машины, полностью заменяющие людей, представителей списанных специальностей. В отличие от людей, у машин был низкий процент брака, не было отпусков и отгулов, работа выполнялась точно и в срок. А жители потихоньку переходили в КРРахи или в полицию/военных.

Из-за безделия недовольство жителей росло. Власти старались пресекать сборища людей, дабы не было восстаний.

А тут появляются двое старых друзей, один из которых (Финнерти) уже полностью осознал, что его текущая жизнь совершенно не устраивает, и Пол, у которого только начал погружаться в мутные воды сомнений.

Не смогла проникнуться к персонажам симпатией. После прочтения не испытала вообще ни каких эмоций. Перечитывать не стала бы. 3 из 5.

Интересно видеть, как некоторые авторы видели будущее десятки или сотни лет назад. Но также интересно бывает увидеть, как некоторые, достаточно интересные идеи, оказываются ошибочными.

Здесь мы можем увидеть достаточно интересные, но все же, скорее ошибочные предсказания. Да, идея записать движения мастера на станке, а затем заставлять станок выполнять те же движения по записи, уже без мастера, крутая. Но, что касается станков, скорее в станки загружаются уже разработанные чертежи и формулы, по которым станок движется, но никто не записывает движения мастера. Никто не записывает движения художника чтобы повторить картину, скорее всего ее просто отсканируют и напечатают. Да, сейчас уже используют AI для того, чтобы создавать картины в стиле определенного художника, да, например, в гоночных играх используются записанные треки реальных гонщиков. Но, честно говоря, сходу не могу вспомнить где вот так вот в чистом виде используются подобные записи действий какого-либо профессионала для прямого использования машинами в производстве, в искусстве да, в играх да, но в производстве... Если можете привести пример, напишите.

Что касается описываемого будущего, то оно скорее всего еще не наступило. И вот прямо сейчас поднимаемые в книге вопросы начинают становиться все более актуальными. Куда денутся таксисты, куда денутся продавцы в магазинах, кладовщики, юристы, врачи и даже учителя, которых заменят машины? Можно ли и нужно ли внедрять безусловный базовый доход? Автор попытался ответить на эти вопросы. Поднимает тему сопричастности к чему-либо, проблему ранжирования людей по IQ, как некоего социального рейтинга и многие другие вопросы, которые уже много раз поднимались и продолжают подниматься вновь и вновь. Тут же вспоминается цитата из фильма "Я робот":

В целом читать было скучновато, да было интересно что будет дальше, но без особого восторга от происходящего.

Ну и в завершении описана картина, как по сути люди стали заложниками машин где возникли идеи революции и возвращения к миру без машин. Но, как не печально, история ходит по кругу. Какие бы ни были светлые идеи революций, на обломках старого тут же зарождается что-то новое, а точнее, может быть немного другое, но старое.

В своем первом романе, опубликованном в 1952 году, Воннегут рассказывает об антиутопическом будущем, где почти все рабочие места были рационализированы за счет повышения автоматизации. Но в момент, когда все кажется безнадежным, появляется спаситель. ОН дерзкий, неуклюжий, но привлекательный миллиардер, который, несмотря на отсутствие опыта в политике, пытается стать президентом. ОН немедленно изгоняет всех нелегальных иммигрантов и начинает войну против союза стран Ближнего Востока и Азии. В течение месяцев бедные в Америке снова ведут полноценную и значимую жизнь, а страна вступает в новый золотой век.

Роман в примечателен тем, как Воннегут правильно предсказал большую часть технологий и событий. Может быть, я один так увидел этот роман, но меня не покидали мысли о сравнении всего происходящего с книгой.
Думаю, что перечитаю это произведение через несколько лет, чтобы составить итоговое мнение по поводу происходящего.

Скажу так: если бы это был единственный роман Воннегута, вероятнее всего, я бы даже не запомнила его фамилии. Все это постоянно чем-то напоминало мне "Источник" Рэнд, но вот основная идея не то чтобы совсем уж противоположная, скорее, под другим углом выведена.
Что тут есть? Власть корпораций. Корпоративный дух. Гонка за лидером. Дауншифтинг. Бунт против системы. Революция. Реставрация.
И дело ведь совсем даже не в машинах - они в романе фоном проходят и частенько отказывают (да что уж там, постоянно!) - но в людях и только в них. Всю власть машин сводит на нет человеческий фактор. Протекция, продвижение, кумовство, симпатии и антипатии, нелепые церемонии... Любые установленные правила легко обходятся, нарушаются, но не дай бог изменить традициям, сказать/сделать что-то невовремя и неуместно! Заклюют, общиплют и из стаи изгонят незамедлительно.
Гораздо интереснее мне показалась линия с шахом Братпура - иноверцем-чужеземцем, свежим взглядом исследующим американское общество благоденствия. Вот тут, в великолепнейше абсурдных ситуациях, в метких замечаниях на придуманном, но вполне себе рабочем и запоминающемся языке уже можно узнать черты будущего Воннегута, грустно-ироничного, вдумчивого, наблюдательного критика и разоблачителя.

Чувствуется шероховатость, недостаточная отточенность первого романа Воннегута в сравнении с более поздним его творчеством, но это ничуть не умаляет достоинств книги. У Воннегута вообще плохих книг не получалось: странные - да, восхищающие - пожалуйста, а плохих - ни одной. И его утопичный мир механизмов, вытесняющих людей из всех сфер жизни в своеобразные гетто, очень правдоподобен. Он немного гротескный, но почему-то вызывает неподдельную грусть и легкий налет отвращения к человечеству, недальновидному, склонному всегда и везде разбиваться на группы, классы, касты. Потом бороться с классовостью, но лишь для того, чтобы устроить новое деление и вернуться в исходное положение, начиная взращивать новых лидеров для новых революций.

В очередной раз поражаюсь удивительному чутью писателей-фантастов. Ощущение, что они не просто придумывают, но программируют мир и развитие НТР в русле их собственной, подчас больной, фантазии, постепенно переходит у меня в убеждение. Вот и любимый мной Воннегут в далёком 1952 г. с пугающей точностью описал многое из того, чему можно быть свидетелем сегодня. Так, словно он просто выглянул в окно и записал увиденное.
Итак, Илиум. Город заводов и умных машин. Роботы выполняют практически всю работу: режут, строят, упаковывают, регулируют движение... Человек, не просто здесь винтик системы, он просто не нужен. Военных, детективов, врачей, механиков блестяще заменяют машины. Единственное, что на первый взгляд, ещё остаётся за человеком - это мышление. Но и тут осечка. Немногие из привилегированных, те, кто ещё не выброшен в трущобы Усадьбы, названной так словно в насмешку над живущей там голытьбой, инженеры и управленцы сами денно и нощно ломают голову над тем, какую бы ещё машину изобрести, чтобы заменить людей, в том числе и самих себя (Бад Колхаун), как экономически невыгодных. И постепенно машины уже сами решают, кто может ползти по иерархической лестнице, а кого выкинуть на обочину жизни.
Ничего не напоминает? Кондукторов заменили сначала компостёры, а потом более "умные" валидаторы, рабочих-сборщиков - механические "руки", лоцманов - GPS... Классический пример технологической безработицы из курса экономики средней школы. Но ведь проблема не только в том, что делать с человеком, потерявшим себя, человеком, утратившим то, чему посвятил не один-два года жизни - ставшим маргиналом. Проблема ещё и в постепенном выветривании культурной формации. И автору здорово удаётся это доказать на примере войны. Философствующий парикмахер видит в ней единственную возможность, проявить личную доблесть, независимость от решений машины, которая с детства определяет в этом мире твоё будущее. На войне нет правильного и неправильного - поступил так или иначе и если выжил, то никто тебя не осудит, а может и наградит. Здесь мужество важнее твоего числа ПИ (Показателя Интеллекта), а подняться вверх по социальной лестнице можно за счёт своей храбрости, а не за счёт степени родства с власть предержащими. И вроде многое верно, но лишь пока отставной сержант не начнёт свою историю. И вот горстка солдат лежит в окопе, враг неизбежно наступает, что прилив. И страшно и холодно. И вообще домой хочется, какая уж тут атака. Генератор не работает, а я вам не царь Леонид, чтоб на полчища "персов" бросаться. Но тут наконец прибывает капрал с запасным блоком питания и тут уж роботы, да лазерные пушки пошли косить супостата. И вот тебе, пожалуйста, Серебряная Звезда.
Утрированно, но правда. Кому нужны сегодня Болконские под Аустерлицем, Моресьевы, Нахимовы или Маши Порываевы?! Сегодня войны ведутся руками кибернетиков и "журналистов" (как не вспомнить Яна Флемминга с его "Завтра не умрёт никогда"). Как ранее растворилось (или начало растворяться) понятие врачебной этики, аристократической гордости, так и сегодня уходит в небытие воинская честь. Отсюда и Абу-Грейб, Сонгми, Алхан-Юрт... Практически всегда после поражения в проигравшей стране наблюдается резкий скачок рождаемости. Раньше матери своим детям могли хотя бы сказать, пускай и с презрением, что их отцы были победителями, подонками, но победителями. А сегодня?
Воннегут видел и другое. Рухнувшую систему образования, где твой уровень определяет не творческая составляющая работы, но ничего не значащее число набранных баллов, а судьи, соответственно, счётные машины; деградацию "синих", да и "белых воротничков", ведь к чему напрягаться, когда за тебя всё проверит и исправит автоматика; духовное разложение общества в эпоху "серийности" культуры, когда массовость одной усиливает разрыв с элитарностью устремлений другой части общества. Да что там. Воннегут даже предвидел, что на смену централизованному сопротивлению (будь то мафия, терроризм или коллаборационизм) придёт дисперсное, в виде множества автономных ячеек, связанных идейно, но не формально-организационно, чтобы не сдавать в случае провала всю организацию (чем Вас не Аль-Кайда? да, и ближневосточный терроризм в целом).
Однако, люди не склонны менять образ жизни. Нарождающаяся революция мертво рождённа по сути. Новоявленные луддиты не собираются кардинально что-то менять. Это большие дети, разломавшие игрушки с тем, чтобы начать их чинить как только экстаз от разрушения и ощущения своей силы и значимости начнёт спадать. И доктор Протеус понял уже когда слышал ворчание старого кондуктора:

И тем не менее он переходит на сторону "повстанцев", словно не видя её драматического конца. Переходит, возможно, потому, что единственный из всех персонажей ещё не определился, чего же он ищет и какую из жизненных троп выбрать. Может не случайно и фамилия у него - Протеус. Подобно древнегреческому богу Протею он не имеет своего лица, его считают "своим в доску" и инженеры-технократы и повстанцы и простые обыватели Усадьбы. Но сам он мечется между ними, отчаянно пытаясь найти своё место, понять, зачем он в этом мире. Но всё шатко и ему не на кого опереться: враги становятся соратниками, друзья оборачиваются врагами, правда, в которую веровал его великий отец - становится несправедливостью в глазах сына, любовь на поверку оказывается лишь разменной монетой.
Неизменны лишь ложь, предательство, тщеславие и гордыня, семейственность и секс, как основные социальные лифты. Хотя судя по К. Воннегуту и они изменятся, став едва ли не главными добродетелями.

P.S. рекомендую перед чтением романа ещё раз погуглить слово "технократия" и освежить в памяти идеи Веблена и Говарда Смита. Гротеск первого детища Воннегута проступит прямо таки невидимыми чернилами под УФ лампой.