Книга песчинок

Итак, что мы делаем, встретившись с непонятным? Правильно: тыкаем в это непонятное палками, обносим забором и запираем в курятнике. А некоторые, особо ушлые, с коммерческой жилкой, люди умудряются еще и "поднять бабла" (спасибо, реклама пиратских сериальных сайтов за это странное выражение).
Этот рассказ я, оказывается, уже читала (около 15 лет назад) и посчитала его тогда не заслуживающим внимания, а сейчас от него стало как-то грустно.

Ангелы, если вы это сейчас читаете, сидите-ка дома, не прилетайте к нам.
Мы вас тут измучаем, да ещё и наживемся.

Впервые читала Кортасара и впервые сталкиваюсь с таким в литературе, когда два совершенно разных сюжета рассказываются одновременно, почти перебивая друг друга. Сюжет о бое гладиаторов обрывается и в том же абзаце идет современный сюжет о любовниках и покинутой женщине, а потом в том же абзаце снова гладиаторы и так далее. Что-то в этом есть, во всяком случае такое изложение почему-то принимаешь. История гладиатора Марка и жены проконсула Ирины меня захватила, тогда как история Жанны, Сони и Ролана не тронула. Внешнее общее - рука умирающего, огонь, поглотивший тех, кто был причиной смерти других. Всем воздастся по заслугам? Всех ждет геенна огненная? Смерть-избавление и смерть-наказание? Я не очень-то уловила смысл. Наверно, к Кортасару надо как-то адаптироваться, что-то еще почитать.

Главного героя рвёт кроликами. Не разрывает. Нет, просто изо рта у него иногда рождается самый настоящий кролик. Мягкий, пушистый. Мех то серый, то белый, то черный. Но кролики самые настоящие — с хвостиком, ушками и желанием кушать травку.
⠀
Но это не мило. И забавного в этом ничего нет. И герой — не фокусник, достигший высокого мастерства в доставании кролика из цилиндрического пространства.
⠀
Кролики эти непростые, хотя и самые натуральные. Тут есть и кролик обиды, и кролик неумения простить и понять, и кролик затаенных слов, и кролик терпения.
⠀
И вот пишет он своё письмо в одну сторону, у которого наверняка никогда не будет ответа. То есть представляете, ваша глотка плодит меховые комочки, вы рассказываете об этом, но никому и дела нет, потому что... Ну, во-первых, потому что вы невыносимо одиноки. Если вам станет легче, все мы одиноки, даже женщины с дюжиной любовников или огромные семьи на три этажа. Это вот такое свойство человека, с которым надо смириться. Во-вторых, потому что кролики ваши и только ваши. Ну кому нужны чужие тайны, невысказанные претензии и проглоченные обиды?
⠀
В-третьих, нет никакого «в-третьих». Хватит и глубины осознания того, что ты один, ты сам себе и вселенная, и генератор тепла, и целеустремленность. И комочки твои, даже самые пушистые и воспитанные, тихие и с лучшим мехом, никому ненужны. У каждого свой шкаф с их скелетами и коробкой с травой для подкорма

В день рождения Кортасара я не могу себе позволить каких-то других великих дел в честь него, кроме прочтения его рассказа. Потому что я тоже аксолотль.
И Кортасар аксолотль, по сути. Поэтому вместо того, чтобы восхвалять Кортасара , я буду восхвалять аксолотлей, потому что это все равно одно и то же.
Когда мы встретились с аксолотлем первый раз, у меня не было к нему чувств. Они замирали, как и положено аксолотлям, и смотрели теми самыми глазами-бисеринками, которые так впечатлили Хулио. И даже когда один из них умер, у меня не хватило сил печалится, потому что ничего не изменилось. Просто один из аксолотлей перестал зависать где-то в толще воды. Остался второй.
И мне не хотелось бы, чтобы Кортасар узнал всю правду об аксолотлях, которая потом открылась мне. Не хочу рушить его мир и взгляды.
Аксолотли могут радоваться и любить. Как собаки.
Аксолотля зовут Валера, имя он получил после того, как начал проявлять свои чувства. Имя ему дала какая-то проходная совершенно девушка, оно и осталось.
Первый раз чувство возникло, когда у него от истощения стали торчать ребра. Он ничего не ел. Это меня пугало, потому что у мня тоже ребра торчат, и я не забываю о важности приема пищи. Мы пытались поговорить по этому поводу о том, что конкретно он хочет. И так получилось, что проблема решилась. Он ест с руки, когда кидаешь пищу перед носом, во время движения сбрасывает свое оцепенение и бросается вперед. Никто кроме меня так делать не смог, это довольно страшно. И постепенно у него стали возникать теплые чувства к рукам, он начал гладиться и поднимать голову, улыбаться.....
Хорошо, что этого не видел Хулио, он был бы поражен и шокирован тем, что оцепенение сброшено, что нет битвы со временем, не вызов это парение в пространстве и постоянное наблюдение.
Но вообще, если у вас никогда не было отношений с аксолотлями, то этот рассказ для вас будет пустым и так себе.
Найдите себе другие рассказы и связи.
А кто скажет, что это история, а не рецензия, тот пусть укусит себя за хвост.

Забавная история. Кто, в самом деле, управляет всем этим Вавилоном? Невидимое мировое правительство? непостижимые боги? бесконечное число тупых случайных развилок в пространстве-времени? Приведут ли нас эти неисповедимые пути к предположительному прекрасному Вавилону будущего? или к пропасти?
Каждый может думать как хочет, это ничего не изменит. Познать первопричины мы не сможем. Они по природе бесконечны.

Что и говорить, перспектива мрачная. Или счастливая? Кто знает?..
Так или иначе, а описание нашего мира -- нашего Вавилона -- автор дал весьма точное.

Борхес лихо расправляется со всякого рода бесконечностями. Надо будет почитать его биографию. Не удивлюсь, если он окажется математиком.

В принципе это всё о том же, о чём знаменитая история "Сад расходящихся тропок". Ну либо я всё неверно понял. Это очень может быть, автор не слишком стремится к однозначности восприятия.

Рассказ всего на две страницы. Прочитала и задумалась, о чём он был. Полагаю, что в рассказе каждый увидит своё и может быть несколько вариантов.

Немного о сюжете. В старом фамильном доме жили брат и сестра. Дом хранил память предков. У брата и сестры был чёткий распорядок дня. Встали, навели порядок в доме. Сразу вспомнилось: «Есть такое твердое правило, – сказал мне позднее Маленький принц. – Встал поутру, умылся, привел себя в порядок – и сразу же приведи в порядок свою планету». После наведения порядка приготовление еды, завтрак и до конца дня свободное время: брат ходил в библиотеку, сестра вязала. Так было до тех пор, пока они не услышали шум в дальних комнатах. Оказывается, дом захвачен неведомой силой. Брат и сестра начинают жить на меньшей территории, пока чужие не выселяют их полностью.

После прочтения следующие варианты символа «дом» пришли мне в голову:

• дом – это наша родина, наша земля (захватывать родину могут не только внешние враги, но и новые законы и новые правила, в которых сложно жить, но выбора нет);
• дом – это наше время и силы (вот только что было много времени и сил, а далее становится всё меньше и меньше, а потом и не остаётся вовсе);
• дом – это наша память или память о событиях или людях (которая постепенно стирается и исчезает совсем).

  Брат и сестра не борются с захватчиками. Может быть, понимают, что это бессмысленно и не тратят силы, если всё равно проиграют. Привыкают жить без обычных вещей, находят радости в других делах. Этот маленький рассказ своими намёками даёт возможность человеку отвлечься от повседневной жизни и подумать, а не захвачен ли его дом? И что можно назвать домом?

Ну что тут можно сказать... Очень необычный рассказ. Перечитала его несколько раз, потому что с первого раза воспринимала все слишком буквально и ничего не поняла. Хоть какие-то предположения появились только в самом конце, поэтому было приятно перечитать эти страницы, чтобы подтвердить свою версию, благо рассказ ну ооочень короткий. На самом деле очень забавно такой сюр воспринимать дословно - это рождает очень интересный поток сознания. Но поигрались, и хватит: что же хотел сказать автор эти? Что-то же хотел.
Вероятнее всего, кролики - метафора на эмоции, несказанные слова, не дающие покоя мысли. Они легко мрут от ложки алкоголя, одного кроля можно подарить (все-таки высказать все накипевшее, например). Наверное, в последнее письмо он вложил Андре одного или даже несколько пушистиков тоже. Ему жалко их убивать, он подкармливает их, лелеет. Эти кролики - все, что у него есть. Как же ему пусто...

Боялась брать полноценный сборник - вдруг все-таки не мой жанр. В принципе, можно было и рискнуть. Пока что впечатления о Кортасаре очень хорошие остались. Да, судить об авторе, основываясь на одном рассказе не стоит, но все-таки это лучше, чем ничего.

Вавилонская лотерея — это, с одной стороны, гипертрофированный принцип лотереи, с другой — иллюстрация того, как случай становится системой, а система — случаем. Вавилон — это даже не столько место действия, сколько символ глобальности, однако и в названии, и в тексте он также остаётся топонимом (в отличие от "Вавилонской библиотеки", где никаких топонимических ассоциаций уже не прослеживается).

Если следовать линии идейно-тематического развития цикла "Сад расходящихся тропок", этот рассказ как бы предваряет апофеоз кульминационного рассказа ("Вавилонская библиотека"): он развивает тему прогрессии до максимума, выводит из одной конкретной области (литературы) на вселенский уровень. Также здесь наконец замечаются элементы комбинаторики, которая является усложнённой формой существования прогрессии, вернее, новым уровнем.

Так что же представляет из себя вавилонская лотерея? Это «интерполяция случая в миропорядок». Все жизненные перипетии каждого вавилонянина определяются раз в 60 дней с помощью лотереи. Отныне все случайности систематичны, а любая система ненадёжна из-за этих систематических случайностей. Прогрессия в рассказе проявляется в том, что разыгрываются не только события, но и условия этих событий, время, место, обстоятельства, обстоятельства обстоятельств и т.д. — и так до бесконечности.

хитро вворачивает софизм Борхес (что только иллюстрирует отхождение идеи от реальной жизни всё дальше и дальше в свой умозрительный мир). Комбинаторика же вступает в силу после розыгрышей (если такое бывает, конечно): это жизнь, которая теперь становится системой комбинаций результатов лотереи. В такой ситуации и возникает парадокс, уже упоминавшийся ранее: закономерности становятся случайными, а случайности закономерны. Другой парадокс заключается в том, что жизнь перестаёт быть интерактивной. Если до этого исследовались интерактивные возможности литературы, то сейчас исследуется интерактивная невозможность жизни. Жизнью вавилонцев управляют "скрипты", "программистом" является загадочная Компания. Это вроде бы тоталитарная власть, однако получают ли выгоду от этой власти люди Компании?

Заканчивает Борхес, как водится, загадками и предположениями. В первую очередь ставится под сомнение правдивость текста, затем история лотереи и Компании и, в конце концов, само существование Компании. Ведь Компания по сути поднялась до уровня Бога, а принцип её действия — до природных процессов. То есть, заканчивается рассказ фактически теологическими предположениями.