Современная литература что ли. )) Где-то как-то мемуарно-автобиографичное. Юмор-сатира и т.д.
Кто не слышал про Довлатова... Я тоже слышала, но до сих пор вот не читала. )) Ну, просто я не люблю всю эту эмигрантскую тусовку и литературу. Но тут, копаясь в библиотеке на полках, в поисках, чего бы взять почитать, я обнаружила там собрание сочинений Довлатова. В четырех томах. И тут меня озарило, что я же ничего не теряю - если возьму почитать в библиотеке. )) И вот... Взяла последние два тома, потому что тут - по оглавлению - вроде было что-то вроде рабочих записей - моя тема - и не особо политизированное...
В третьем томе вот помещены это что-то автобиографическое - "Ремесло" - повествование о становлении, так сказать, молодого оппозиционно-диссидентского писателя, повесть "Иностранка" и рассказы - тоже на автобиографическом материале и про эмигрантскую жизнь.
Как ни странно, но прочитала с интересом и удовольствием. )) Действительно, хорошо написано... Думаю, что у Довлатова было - не так уж часто встречающееся - чувство абсурда. Ну, по моим рассуждениям, это, конечно близко к чувству юмора, но все же не совсем оно. Просто способность ощущать именно абсурд жизни - не важно, кстати говоря, какой, социалистической, капиталистической... Абсурда везде хватает. )) (и я хоть сейчас ликвидировала пробелы в образовании и знаю, откуда взялось это - про трубадуров режима - что Радулова любит вставлять у себя )) )
А относительно эмиграции - как мне показалось - Довлатов был вообще параллельно... В смысле, ему было все равно. Ни каких-то там политических мотивов, ни идеологических соображений... Просто плыл по течению. И даже описал это все дело исключительно едко - как редко кто из охранительского (как сейчас выражаются) лагеря способен... Но либеральная сторона предпочла не заметить и проигнорировать, с большей же пользой можно признавать в своих рядах автора, который сейчас считается культовым (и прямо уже классиком). Собственно, у Довлатов неоднократно везде проскальзывает, что просто в какой-то момент это все дело с эмиграцией, с обязательным стремлением в Израиль и далее - стало модным. Вошло в обязательный набор, который положено иметь уважающему себя индивидууму... Из того же ряда, что пресловутые "стенка-хрусталь... (и не помню, что там было дальше - ковер? )) )". Ну, это приятно контрастирует с истерическим позированием с заламыванием рук и слезными стонами Ахмадулиной и Долиной. Ну и, не забываем классическое (что даже до меня дошло, при всем моем не-чтении автора )) - "ну, а кто написал четыре миллиона доносов?")
«Современная литература – невзрачный захламленный тоннель между прошлым и будущим…» * «Я был озадачен. Я решился продать душу сатане, а что вышло? Вышло, что я душу сатане – подарил». «Как-то меня вызвал главный редактор: - Слушайте, кто ваши друзья в Ленинграде? - Трудно сказать. В основном начинающие писатели, художники… А что? - Да ничего. Я тоже бог знает с кем дружу…» «Его литературные данные составляли оптимальный вариант. Ведь полная бездарность – нерентабельна. Талант – настораживает. Гениальность – вызывает ужас. Наиболее ходкая валюта – умеренные литературные способности». «Мы поменяли не общественный строй. Не географию и климат. Не экономику, культуру или язык. И тем более – не собственную природу. Люди меняют одни печали на другие, только и всего». «Как эти ни удивительно, даже спички бывают плохие и хорошие. Так что же говорить о нас самих?!» «…Эти люди добивались свободы и получили ее. Хотя свобода – тоже не профессия. Поэтому желательно быть еще и квалифицированным специалистом». «Если дать творческую свободу петуху, он все равно будет кукарекать». «Боголюбов говорил о нас: - Диссидентов мы тут не потерпим! Спрашивается, почему же их должен был терпеть Андропов в Москве?» «Мы – не хризантема. Нас можно изредка вытаскивать с корнем, чтобы убедиться, правильно ли мы растем. Мне кажется, нам это даже полезно». «Слов нет, КГБ – зловещая организация. Но и мы порой бываем хороши. И если мы ленивы, глупы и бездарны – Андропов не при чем». «- Ты не антикоммунист. Ты приспособленец. Думаешь, ты переменил убеждения? Ничего подобного! Ты переменил хозяев». «Всеми силами он боролся за демократию. Он говорил: - Демократию надо внедрять любыми средствами. Вплоть до атомной бомбы!» «Короче, Лемкус подвергся гонениям. Его лишили права заниматься идеологической работой. О другой работе Лемкус и не помышлял». «Всем, у кого было счастливое детство необходимо почаще задумываться о расплате. Почаще задавать себе вопрос – а чем я буду расплачиваться?» «С Караваевым Маруся познакомилась в аптеке. Он пригласил ее на демонстрацию в защиту Сахарова. Маруся сказала: - С кем я оставлю ребенка? Караваев рассердился: - Если каждый будет заботиться только о своих детях, Россия погибнет. Маруся возразила: - Наоборот. Если каждый позаботится о своем ребенке, все будет хоршо». «- И что тут говорить о будущем? Это в Союзе только и разговоров, что о будущем. А здесь – живешь, и ладно…» «- Безнравственно и стыдно предаваться адюльтеру, когда вся хельсинкская группа за решеткой!» «- Самый ходовой товар в Америке – иллюзия…» «- Нормальный человек – он и в Москве свободен. - Много ли ты видела нормальных? - Их везде не много». «Хлопали, вопросы задавали. Скоро ли в России коммунизм построят? Он отвечал: - Не будем чересчур спешить. Давайте разберемся с тем, пардон, что есть…» «- Такое ощущение, что коммунизм для него уже построен. Не понравится чья-то физиономия – бей в рожу! Так все начнут кулаками размахивать! Думаете, мне не хочется кому-нибудь в рожу заехать?!» «В травмпункте врач спросил: - Чем это вас саданули – кирпичиной? - Ботинком, - говорю, - Наверное, скороходовским ботинком? Когда же мы научимся выпускать изящную советскую обувь?!» «Память наша – как забор возле бань. Чуть ли не каждый старается похабную надпись оставить». * «Тут я умолкаю. Потому что о хорошем говорить не в состоянии. Потому что нам бы только обнаруживать везде смешное, унизительное, глупое и жалкое. Злословить и ругаться. Это грех. Короче – умолкаю…»
41 понравилось
