
Электронная
5.99 ₽5 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Всё же Гиппиус это отдельная вселенная и её надо любить. От этой любви отрастают жабры, позволяющие купаться в её текстах, нырять в них и наслаждаться ими, как воздухом, которым дышишь.
У меня в организме такой любви, к сожалению нет. Быть может поэтому книга мне совершенно не понравилась.
Пожалуй мне симпатичен слог, которым "Мемуары Мартынова" написаны - устаревший, витиеватый, то романтично возвышенный, то перемежаемый откровенно простецкими и народными словами, интонациями и фразами. Ещё бы героя не мотало вслед за этим слогом то вверх, то вниз - от вершин романтичности и идеализма до глубин чего-то плоского, порочного и.... как описать ту степень аскетизма, когда суровость, выдержанность и непритязательность души перерастает в похожесть человека на прошлогодний сухарь? Вот Мартынова на эту границу периодически выводило. Ещё не бесчувственный истукан, но уже и не трепетная ромашка.
п.с. Я всё никак не могу выудить из памяти название другой книги, которую я читала и которую мне ужасно сильно напоминают эти "Мемуары...". Даже структура текста та же самая - поступательное взросление мальчика. Только там, в другой книге больше на тонкое восприятие и взросление души внимание обращали, а здесь всё больше о плотском, о мирском. И вроде даже временной исторический период тот же самый. Бог с ним, вспомню - дополню отзыв. Почему я вообще об этом разговор завела - сюжет этот вообще ни разу не новый и не уникальный.

Книга о любви. В первую очередь именно о любви, а о любви к кому - тут это главной роли не играет. Несколько рассказов, очень автобиаграфичных ("Зачем выдумывать? Невыдуманное, настоящее, только на первый взгляд кажется бледнее выдумки, да и то не всегда."), написанных от лица Мартынова, "мужской ипостаси" автора. Написано исренне, красиво, может быть, не так уж много, но о любви вообще не надо много писать, потому что опиисать ее довольно сложно, а от десятков страниц, с крайне подробными описаниями взглядов, движений веет какой-то пошлостью. А Гиппиус несколькими случайными строками, маленькими обзацами и редкими диалогами ("Ты - поэзия моей жизни. Уедешь - приедешь, и я всегда знаю, что ты где-то со мной.") задевает за живое. И книга становится уже не просто книгой, а чем-то живым, со своими мыслями и чувствами, что уже неловко закрыть ее и положить на место, думаешь, а не обидиться ли она на такое пренебрежение по отношению к себе?
"А первая любовь - она, говорят, на небе у ангелов записана. Есть такие у них для этого книги". Наверное, пишет в них Занаида Гиппиус.

Сборник рассказов Зинаиды Гиппиус на любовную тематику. Страсти, влюблённости и прочая красота, и всё это от мужского лица, прошу заметить. Есть и об однополой любви (гадость-то какая!). Может быть, написано действительно легко и талантливо, но это определённо не то, что мне интересно. Вопрос вкуса, в общем.

Я заметил, что иногда вино приводит меня в особое настроение... или состояние. Вино действовало не опьяняюще, не затуманивающе, а как бы обратно: проясняюще. Я чувствовал всего себя стянутым в один крепкий узел; чувствовал - трудно это объяснить! - и упругим, готовым к прыжку, и прозрачным. Внутри тоже прозрачнело: словно мутная, мокрая бумажка с калькоманийной картинки начала соскальзывать. Вот-вот, казалось, она соскользнёт... я готов, я жду. Вино хрусталило меня: чувства и мысли, опрозрачненные, становились совсем приготовленными... к чему - я не знал, к тому, что обыкновенно, не являлось.
Это настроение было беспокойно, а я его любил, даже мимолетное. Приходило оно и не от вина, так, неизвестно от чего. Но в последнее время чаще "хрусталило" меня именно вино.

Полной ясности, конечно, всё же не будет. Франц говорил правду, самая непонятная сторона в человеке - его сторона... любовная. Франц говорил - непонятная для другого. Прибавлю: и для самого себя.

В романах всё происходит быстро, гладко, просто. В жизни - бесконечно сложнее, неуклюжее, мелочнее, - смешнее. Но у нас произошло, как в романах. С небывающей простотой и непреодолимостью. Оттого, должно быть, что она почувствовала эту непреодолимость и не сопротивлялась.
















Другие издания


