Сто лет одиночества. Повести и рассказы

Оговорюсь, что пишу рецензию на недочитанную книгу. Но есть две причины, почему так поступаю. Первая в том, что настоящая книга для меня -удивление, я ей не слишком доверяю, поэтому боюсь - вдруг мое восприятие дальше изменится, а очень хочется о нем рассказать. Вторая причина - в предельной концентрации впечатлений, которые остаются буквально от каждой страницы. Потому и рецензии можно писать на каждую страницу.
Часть моих восторгов объясняется тем, что не то что не искушена в этом жанре - впервые вижу. А ищу его давно. Мистический реализм - придумка смешать сказку с жизнью, чтобы показать насколько сказка реальна - это требует не только воображения - честности.
С прагматичной точки зрения тоже действует. Что может лучше запасть в душу читателей, чем гротеск, чем те нереальные, хотя и всамделишные картинки.
Читаешь - находишься под градом все новых и новых свертков с сюжетными подарками. Калейдоскоп событий - будто Маркес на самого себя пишет кракое изложение. Сознательно иду на кощунство - такой язык, такие вилюшки из слов - это сказка не только семантическая, но во многом грамматическая.
Не говорю о героях - очень многих полюбила.
Последнее, книга эта - для меня настоящий долгострой, о чем нисколько не жалею.

Я из тех читателей, что влюбляются в героев и еще долго после прочтения ищут черты наиболее полюбившихся в своих знакомых. Поэтому семейная сага – это мой формат. Мне нравится наблюдать, как герои множатся и в каждом новом потомке находить уже знакомые, мною отмеченные, фамильные черты. Вместе с ними я прохожу через все перипетии их жизни, присутствую при рождении, плетусь на задах похоронных процессий. «Сто лет одиночества» - это летопись рода, ошеломляющая, манящая, убаюкивающая, совершенно неожиданная.
Роман этот многоплановый, и мое отношение к нему неоднозначно, хоть я и с чистым сердцем заявляю, что это одна из тех книг, которые будоражат воображение, и еще долго не отпускают, к которым мысленно возвращаешься опять и опять.
Вначале повествование ведется неспешно, оно опутывает своей тягучестью. Создается впечатление, что ты отрываешься от своей реальности и медленно погружаешься в мир Макондо, небольшого поселения, затерянного где-то в дебрях Южной Америки. Там даже время течет медленнее, там сказка приходит в жизнь, вымысел переплетается с реальностью, легенды задокументированны материально, а реальные события становятся небылицами.
Примечательно, однако, что только первые поколения рода Буэндиа верят, а потому и видят чудеса. Потомки же их ослеплены собственными заботами и болями, чудеса уходят из их жизни. К концу повествования тебя охватывает чувство неизбежности. Одиночество представителей рода Буэндиа становится все более безысходным, пока не остается все лишь один. Одиночество же их всеобъемлюще, несмотря на неистовую страстность, поиски и жажду любви, родственные узы.
Потомки рода Буэндиа сменяют друг друга. К середине романа неспешное повествование переходит в череду естественных смертей, казней, убийств, с небольшими паузами на новое рождение, взросление, первую страсть и любовь.
Роман в равной части наполнен вековой мудростью и страстной любовью, иногда носящей кровосмесительный характер. Инцест, хоть и является явлением осуждаемым, здесь ожидаем, как будто даже оправдан самими героями, ведь кто другой кроме Буэндиа сможет не только вытерпеть такой накал, но и ответить на него такой же неистовостью.
Повествование пересыпается множеством труднопроизносимых, трудно запоминаемых имен. В прочем, как раз запомнить не так уж и сложно, ведь в семье Буэндиа принято давать своим детям имена отцов, дедов, дядь и теть, бабушек и прабабушек, сложно потом разобраться, кто есть кто. К тому же хронология событий иногда нарушается, автор то забегает вперед, то отступает назад, что с одной стороны создает путаницу, учитывая, что почти всех героев зовут одинаково, но в то же время придает роману очарование истории, рассказанной у комелька.
Несмотря на трагизм романа, я все время проверяла, сколько страниц осталось до конца, и чем меньше оставалось, тем медленнее я старалась читать, оттягивая тот момент, когда придется прощаться с Макондо. Герои – страстные, неистовые и в любви и в войне, верные слову, мистически связанные со своим родовым гнездом – абсолютно покорили меня.

Довольно смутно мною понятая история рода Буэндия от самого основания до полного исчезновения. Это огромная семья с более чем вековой историей, которую очень трудно проследить главным образом из-за постоянного повторения имён и цикличности происходящего. Честно говоря, местами я терялась, о ком именно читаю, потому что здешняя Санта-Барбара закручена не хуже настоящей. Здесь всё наполнено любовью и страстью, но это не любовь мужей к жёнам, и даже не любовь сыновей к матерям. Это прячущиеся по углам братья с сёстрами и стыдящиеся своих чувств племянники с тётками. Среди всего этого бедлама бродят призраки предков, будто бы забывшие о том, что они теперь в ином мире.
Насколько я поняла, главные две проблемы, даже проклятия этого рода (ну, помимо очевидного одиночества в заголовке) - это запретная любовь и грех созидания во имя разрушения. Все одноимённые члены семьи страдали от невозможности справиться со своими чувствами, а потом заполняли опостылевшую жизнь бессмысленными занятиями, которые сводились к беспрерывному круговороту действий, закольцовывающих само время...
Вообще, мне очень понравился жанр мистического реализма. Я безоглядно верила во всех этих призраков, в знаки свыше, в визиты смерти, встречаемые на страницах романа. Но именно из-за них я и затрудняюсь в понимании концовки с расшифрованным предсказанием и вообще всеми этими тайнами Мелькиадеса. Был ли вообще этот городок с его странными жителями, когда-то сбежавшими от мистической бессонницы, или на самом деле это поглощённый той самой бессонницей одинокий город-призрак...

Это книга, вызывающая протест, противоречащая привычке не читать, если не захватывает с первых страниц, вызывающая внутреннее неприятие, но заставляющая читать, продираться сквозь чащу слов, читая дальше, бояться. Да, именно бояться. Одиночества. Потому что склонность к одиночеству, по-моему, внутри человека, можно быть или стать одиноким и быть окруженным множеством людей одновременно.
Вторая такая книга. Которая вроде бы и не нравится, но впечатляет сильно. И вряд ли буду перечитывать, но наверняка в памяти останется, если не содержание, то внутренне восприятие, след.

"... всегда помнить, что прошлое ложь, что для памяти нет дорог обратно,что каждая миновавшая весна невозратима и что самая безумная и стойкая любовь всего лишь скоропреходящее чувство."

"... прошлое разрушалось бесконечно, поглащая само себя, готовое каждое мгновение кончиться совсем, но так никогда и не кончая кончаться."

В этой книге все пропитано болезнью и смертью. Даже цветы - они, раздавленные людьми, несущими гроб, рассыпаются в прах.
Не спасает даже надежда полковника, превратившаяся скорее в привычку.
А конец? Это должен был быть гимн человеческому упорству и способности не сдаваться в самых сложных жизненных обстоятельствах? Уж не знаю. Но самое последнее слово замечательно охарактеризовало суть всей книги.
В общем, если у вас все плохо, просто прочтите "Полковнику никто не пишет". Гарантирую, там все гораздо хуже.

когда я читала эту книгу, хотелось ее неоднократно бросить, часто психика не выдерживала жуткого одиночества всех героев, их мещанство, ограниченность, повторение ошибок друг друга, эта невозможность вырваться из порочного круга, изменить течение жизни. но, дочитав ее до конца, я увидела полную картинку и восхитилась прозорливости маркеса, его таланту. удивителен сам замысел, ведь история одной семьи показывает историю человечества. сразу вспоминается философская концепция тютчева, который считал, что мир, рожденный из хаоса, обречен на гибель. в этой книге показано зарождение семьи, ее жизнь и полное вымирание. каждое поколение повторяет ошибки предыдущего, их судьбы удивительно похожи, они сами создают их такими, давая одни и те же имена. здесь нет места любви, один-единственный ребенок, рожденный в любви, завершает род и, наконец-то, расшифровывает их историю.