Человек в пейзаже

Рейтинг LiveLib

3,9

54 оценки

• 5
  35%
• 4
  33%
• 3
  22%
• 2
  9%
• 1
  0%

Ваша оценка

Отметить эмоции

Прочитали 59Хотят прочитать 115

Рецензии

• 

  bezdelnik7 февраля 2015 г.

  Это было нелегко. Повесть коротка, но продираться скрозь нее приходилось с боем. Построчно, разбираясь в каждом предложении, дешифруя обрывочные мысли. Как итог - в божественном замысле всего сущего меня опять не убедили.

  Это прекрасное и уютное произведение. Оно философское, про бытие, про живопись. Умного человека всегда приятно послушать. Так к тому же все эти откровения облечены в такую красивую форму задушевного разговора двух случайно познакомившихся людей, да еще диалоги эти описаны с прекрасным юмором и иронией, что невозможно не подпасть под обаяние текста.

  Но обаяние обаянием, а что в сухом остатке? Без огромных цитат никак, это целый трактат.

  Первая часть, короткая, о живописи. Проблема настоящего художника в отображении сути вещей, в докапывании до тончайших связей мироустройства. В терминах автора пейзаж - сиюминутное состояние природы, портрет - обобщенное, внутреннее состояние. Портрет моря, портрет горы - это внутренние состояния моря или горы, их сущность, которую невозможно постичь человеку в силу невозможности для него представить себе ощущения этих стихий. Портрет Человека, с большой буквы, как венец творения, к сожалению тоже невозможен. "Творение нам недоступно, только - страсти".

  Вторая часть, философская, длинная.

  • Мир создал Бог. Сначала мир был прекрасен. Потом Бог создал человека. Мир был хорош, пока человек не превратился в то, что он сейчас есть. В некотором смысле человечество - раковая опухоль на теле Земли, которая своим "культурным слоем" загаживает совершенное мироздание.

  • В начале было Слово. Оно же логос, знание. Знание о том, как должен быть устроен мир, его образ. По такому алгоритму работают художники - сначала в их голове образ, потом появляется творение (картина). Т.е. Бог - художник.

  • Бог сотворил Адама. Но в какой-то момент человек стал себя плохо вести. Т.к. как картину жаль уничтожать, Творец захотел ее подправить. И послал своего сына.

  • Бог - сирота.

  
  Он - отец единственного сына, и того отдал нам на растерзание.

  • Зачем человек был создан "по образу и подобию"? (Внимание!) Богу было скучно и обидно, что некому оценить его творение. Поэтому Он создал подобного себе, который был бы в состоянии оценить. См. 1

  
  Ну, оценка наша, допустим, ему не важна. Он выше этого... А вот не верю, что не важна наша оценка! Не то, что мы похвалим, а то, что - поймем! Понимание, неодиночество - в этом смысл творения, как и художественного создания.

  
  • Человек может воспринимать красоту природы в силу наличия в ней божественного замысла. Есть картина, значит есть Творец.

  
  Какое непонятное бескорыстие есть в этом слепоглухонемом существовании! [речь о камнях, деревьях, не обладающих ни зрением, ни слухом] Ведь все, что есть, связано между собою, не ведая об этой связи. А мы видим это - в единстве, которое никто из участников этого единства не ведает! Вы вышли на берег: плещет вода, песочек, камушки, лес отражается в воде, - вы знаете, что все это, конечно, не думает, как вы, но вы и представить себе не можете, до чего для себя отдельны камни и воды, для них нет целого! Они все в себе! Как те вещи у немцев. Но целое-то - есть! Вот в чем парадокс. Не вы его выдумали, и это нам не кажется, что все, что перед глазами, есть картина.

  • Процесс познания человека ограничен. Человек находится в замкнутом жизненном пространстве, из которого, в силу своей природы, ему не вырваться. См. 2

  
  Мы думаем, что реальность наша беспредельна, только, видите ли, мы ее еще пока не всю познали; на .самом же деле наша реальность - тот же диапазон, отнюдь не шире того, что мы слышим или видим. Мы живы лишь в этом диапазоне. И мы живем лишь в нем, мы живем совсем не в реальности, а лишь в слое реальности, который, по сути, если бы мы были способны вообразить реальные соотношения, не толще живописного слоя. Вот в этом масляном слое мы и живем, на котором нас нарисовали

  
  • Попытка выйти из этого слоя чревата сумасшествием для художника. Ибо там ничего нет, и в этом ограниченность и бессилие человека как творца.

  
  Если он при этом еще и постигает, то, полагая, что идет вглубь, он идет поперек слоя, а слой-то узок, не толще масла, а что за ним?.. За ним грунт, за ним холст, основа, а за ним - пропасть, дыра, рваные края, а там - пыль, темнота, стека с гвоздем и веревкой, чтобы повеситься, бездарная подпись с бессмысленным названием... истинный талант в живописи никогда дальше немой догадки, что за красотой есть что-то, не пойдет, а мыслящий дурак - пойдет. Там, там они все - Леонардо, Эль Греко, и Гойя, и Ван Гог... все они вышли за диапазон, за пределы изображения и ничего, кроме безумия, за этими пределами не обрели...

  • В повести можно встретить эсхатологические мотивы, словно автор ожидает скорого конца света. Человек слишком близко подбирается к границе отведенного для него слоя.

  • Существование жизни - это ошибка, то, чего не должно было быть. Жизнь - вынужденная мера со стороны Бога, допуская которую он нарушил равновесие и гармонию. См. 3

  
  "Замысел всегда таит в основе своей допущение, то, чего не может быть". "Жизнь есть допущение". "Жизни - совсем уж быть не могло." "Страдания гения неизмеримы от этой борьбы с изначальным допущением, но тот и гений, кто много допустил." "Вода! - вот что изобличает в творении творца, в творце - художника. Из воды и вышла жизнь, что всем известно. Так вот не жизнь изумительна, а - вода! Она есть подвиг творца, преступившего гармонию во имя жизни. Не нам себе представлять, чего это ему стоило."

  Возражения.

  1. Всегда удивляет такой факт. Признавая себя венцом творения, считая, что мир создан для человека, верующие не считают такое убеждение гордыней. Быть по сути центром Вселенной - это в порядке нормы. В гордыне они могут обвинить атеистов, которые не верят в свое высшее предназначение, а скорее считают себя микроскопическими, никому ненужными тварями. Хотя какая тут гордыня - одно самоуничижение. И еще. Как только забывают про "неисповедимость путей" и пытаются объяснять поступки Бога, подкладывая, конечно же, человеческую основу, всегда получается самолюбивый, эгоистичный, порой закомплексованный образ Творца. Чем такие доказательства, лучше совсем без них - просто верить.

  2. Я бы посомневался в нашей ограниченности. Пусть у нас лишь 5 органов чувств, но мы уже научились фиксировать с помощью приборов такие физические процессы, которые наши органы заметить не в состоянии. Где тот потолок, в которой мы упремся? Пока говорить об этом слишком рано.

  3. Здесь самые непонятные утверждения. Почему в замысле каком бы то ни было обязательно должно быть какое-то допущение? Тут автор говорит: "Не только в творении, в любом обычном великом произведении найдешь ты эту ошибку... Что неверно в "Преступлении и наказании"? Что Раскольников убил старуху. Лизавету, вторую, он мог убить, но первого убийства совершить не мог - он не такой. Но был ли бы роман, если бы он был "по правде", без убийства старухи? Не было бы и романа." Вот уж совсем непонятно. А какой же Раскольников? Отчего он может убить беременную Лизавету, но не старуху, от которой один лишь вред всем по его мнению?

  Спасибо Zatv за рекомендацию, кажется, я хоть немного, но лучше стал понимать художников, их мотивы. Художники – те же философы, которые для самовыражения используют только визуальные методы, отчего и страдают непомерно.

  Читать далее

  38

  1,2K
• 

  Zatv4 октября 2012 г.

  Когда-то, давным-давно, один художник мне сказал: «Хочешь понять суть живописи, прочитай «Человек в пейзаже» Битова». И я до сих пор благодарен ему за эту рекомендацию.
  В этой небольшой повести изложена вся доктрина живописи, как вида искусства. И не только живописи. В ходе ответа на вроде бы незамысловатый вопрос о месте человека в пейзаже природы Андрею Георгиевичу пришлось подняться до вершин осмысления всего нашего бытия и окружающего мироздания.
  Мне кажется, что интеллектуальный уровень прозы достигнутый «шестидесятниками» не превзойден до сих пор. Не имея возможности издавать отдельными книгами свои размышлизмы, они вплетали их в ткань романов и повестей, тем самым, превращая последние уже в нечто более близкое к философии, чем к прозе.
  Михаил Веллер, чтобы опубликовать «Все о жизни» приписал к нему целый роман, а Михаил Анчаров вставил в «Самшитовый лес» исследование о расселении человека по Земле.
  Я бы сравнил «Человека в пейзаже» с сократическими диалогами, настолько велика в этой повести концентрация мыслей и идей. «Я восхищался его умом, я был им переполнен и подавлен», - цитата, наиболее точно отражающая мое отношение к этому тексту.

  В цитатнике приводятся наиболее интересные, на мой взгляд, места.
  Как и полагается в диалогах, в тексте два главных действующих лица: автор-писатель, от имени которого и идет повествование, и реставратор, художник - Павел Петрович.

  Читать далее

  19

  652
• 

  papa_Som14 марта 2013 г.

  Сразу видно, что Битов, в отличии от Ерофеева, не алкаш, иначе он бы не перепутал такую значимую дату в истории последней советской антиалкогольной кампании, как её начало. Каждый уважающий себя бухарик со стажем знает, что горбачёвский Указ начал действовать не с 1-го июля, а с 1-го июня. В тот знаменательный день, как сейчас помню, были мы на туристическом слёте где-то на Карельском перешейке, мне было 23, я играл в волейбол за сборную большущего завода и выпить мог столько, сколько можно или сколько было. Так вот, 31 мая 1985 года, ровно в 24.00, к нам подошёл секретарь Комитета ВЛКСМ Андрюха, классный парень, и сказал: "Всё, парни, не пьём - Указ. Не подводите меня..."
  А ещё видно, что Битов не очень разбирается в импрессионизме. Каждый уважающий себя любитель этого направления живописи знает, что Сезанн не писал картин с одной точки, в разное время суток и года (хотя, тут я, вполне возможно, что не прав, см. P.P.S.) Этим увлекался Клод Моне, серии которого ("Стог сена" и "Японский мостик") были аналогичны, по сути, работам главного героя - Павла Петровича. Пейзажи же Сезанна, как раз наоборот, похожи на огромную панораму, т.к. складывается впечатление, что каждый из них дополняет предыдущий (хотя, это уже лично моё мнение).
  Единственное, что приходит на ум - все эти ошибки автора намеренные, дабы показать читателю (а м.б. и цензору) некоторую нереальность происходящего?

  Дальше...

  Впрочем, хватит о мелочах. Книга хороша - это факт. В ней о многом и, в тоже время, об одном - о Сути. Сути вещей, событий, мыслей, знаний, веры. Она об авангарде и импрессионистах, о гении и неудачниках, об искусстве и хамстве, о смерти и познании мира, о предательстве и доброте, о водке и времени. Размышления и монологи Павла Петровича, очень сильные и по-философски ёмкие, именно об этом:

  
  

  • Что начинается?
  • Время, мать его! Водка кончается - оно начинается. Они перетекают. Там нет зазора...

  
  
  ... не было у Него такой задачи, чтобы мы поняли. Была задача, чтобы просто жили. Жили

  • Бога жаль! - сказал он и, круто, по-мужски смахнув предательскую слезу, заиграл желваками, - Нет, ты не знаешь! Ты не знаешь! Ведь он - сирота!
  • Семион?..
  • Бог сирота, болван. Он - отец единственного сына и того отдал нам на растерзание. Каково ему, от вечности лишённому родительской заботы, той же участи подвергнуть дитя единокровное!

  ое!



Финал я не понял, скажу честно. Да и по стилю изложения он проигрывает остальным частям книги. Какофония букв, фраз, словосочетаний и предложений не донесла до меня никакого смысла, хотя я его и пытался понять, перечитав концовку дважды. Или "Хаос - это наша жизнь", на это намекал Битов? Но это банально...

P.S. Пьют в книге, кстати, вполне даже культурно - в реалистичном количестве, согласно правилу повышения градуса и вполне пристойные напитки, а не как Веничка в электричке Москва-Петушки - чёрте что, чёрте в каких объёмах, безо всякого соблюдения правил и как-то, по-балаганному, нереально... :0)
P.P.S. Наверное я слишком самоуверенно обвинил Битова в отсутствии знания импрессионизма. Что-то глодало меня и беспокоило, после такого опрометчивого заявления и пришлось залезть в интернет, чтобы внести ясность. Скорее всего, автор, сравнивая работы ПП и Сезанна, имел ввиду цикл работ художника, объединённый общим названием "Гора Святой Виктории". Эти картины, хоть и не написаны с одной точки, но показывают один и тот же объект в разное время года и суток. Так что, приношу глубочайшие извинения Андрею Георгиевичу...