Рыбак из Внутриморья

Добро пожаловать в Омелас! Эти слова крупными буквами выгравированы на рекламном туристическом буклете. Солнце, горные пейзажи, морское побережье, вкусная еда и атмосфера постоянного праздника разлитая в воздухе. Яркие дома и старинные сады, улыбчивые люди, готовые всегда прийти на помощь. Всё это и много другое обещается потенциальному визитёру. Нас уверяют, что жителям Омеласа - города с прекрасной природой, развитой инфраструктурой и невысокими ценами - удалось невероятное. Они каким-то образом открыли формулу счастья. Теперь они счастливы 24 часа в сутки и семь дней в неделю. Поговаривают, что они открыли какой-то чудесный способ, но иностранцам его никто разглашать не собирается. Население Омеласа не только умеет радоваться и наслаждаться жизнью, но и бережно хранит свои тайны.

Далее можно ознакомиться с множеством положительных, почти восторженных отзывов от посетивших сей град туристов. Оказалось, что если правильно выбрать время, то можно стать свидетелем, а может, и участником, какой-то невероятно весёлой оргии. Ощущения, словно вы заново родились. Однако должна же быть какая-то теневая сторона? Не бывает всё так гладко… Услужливый Гугл подбросил парочку негативных отзывов. В них мало конкретики. Кто-то обращается к высказыванию Достоевского о бесценности слезинки ребёнка. Другая хвалит тех, кто проголосовал ногами и покинул Омелас и не принял цену, якобы уплаченную за безмятежное существование большинством жителей города. Несколько раз упоминается тот самый козёл отпущения, древний как подлунный мир. Упоминается философ Уильям Джемс. Один отзыв приковывает к себе внимание своим заголовком - «Скелет в шкафу». Автор почему-то вспоминает жизнь в тоталитарных странах. Говорит о том, что жители Омеласа - в общей своей массе самые обычные люди, такие же, как мы с вами. Они ни плохие и ни хорошие, в меру эгоистичные, занятые своими переживаниями и в общем-то не желающие никому зла. Люди эти знают, что пока они спокойно живут свои жизни, дружат, влюбляются, выбираются на пикники, где-то там материализуется настоящий ад. Они смутно догадываются, а может и хорошо понимают, что это неправильно и страдания причиняются невинным. Но поделать ничего не могут. Слишком сложно попытаться что-то изменить. Слишком привыкли они к установленному порядку. Слишком трудно выбраться из убаюкивающего кокона обыденности, неотъемлемой частью которой стало принятие целесообразности, как им кажется, сравнительно маленькой жертвы. Пойти на сделку с совестью, пожертвовать чем-то или кем-то ради высшего блага, как это ни раз бывало в истории.

Салем это шалом, это солям, это мир. Мелас. Омелас. Омелас. Ноmmе helas.

Как говорила одна много повидавшая на своём веку женщина, «особенно легко с жертвами примиряются те, кто в число жертв не попал». Однако и примирение это может оказаться лишь частичным, с самого начала каким-то ущербным. Справедливости ради, надо отдать должное тем жителям города, которые не готовы мириться с предлагаемым им раскладом. Почему? Возможно, всё просто. Голос их совести стал слишком громким и властным. Не исключено, что несогласные не верят в тот эффект, которому слепо доверяет большинство и боятся, что иллюзия счастья лопнет в один момент. А возможно, они надеются на лучшую, более справедливую жизнь вдалеке от Омеласа. Впрочем, это может быть не так важно, да и все эти причины вполне могут сосуществовать.

Ещё один вопрос кажется не менее занятным. С кем идентифицируют себя читатели? С большинством, которое принимает правила игры, мало задумываясь над тем, есть ли в них логика, или с теми единицами, кто не соглашается с происходящим? Второй вариант соблазнителен, не правда ли? Однако современные социальные науки нас, скорее всего, разочаруют. Большинство из нас, с высокой вероятностью, пополнили бы ряды внешне довольных жизнью жителей Омеласа. Но и здесь припрятано второе дно. Можно ли быть уверенным в том, что уйти из Омеласа означает проявить силу духа или выбрать из двух зол меньшее?

В заключение остаётся добавить, что это лаконичный и хорошо написанный рассказ.

Рассказ прочитал по рекомендации Дмитрия Быкова. Чтение, по его мнению, обязательное для подростков. Нашему вниманию в очередной раз предлагается дилемма "слезинки ребенка" или, по-другому, "козла отпущения". Этично ли жить в прекрасном мире, построенном на страдании, пусть и одного ребенка? Ле Гуин подсказывает свой выход — уходить из этой цивилизации. Куда? Понятно, что в этом рассказе в художественной форме зашита оппозиция Первого и Третьего миров. Те пресловутые детишки, трудящиеся на азиатских потогонках за плошку риса, дабы нью-йоркеры могли носить крутые кроссовки. Или социальное расслоение внутри одной страны — работяги обеспечивают безбедное существование богатеям. Давайте сначала подойдём к вопросу логически. Есть четыре варианта: Всем хорошо; Всем плохо; Меньшинству хорошо; Большинству хорошо. Всем хорошо по условиям быть не может. Всем плохо быть может с лёгкостью — так было после Революции, когда решили освободить "козла отпущения", русский пролетариат. Меньшинству хорошо — уже лучше, но приводит к соцпотоясениям. Большинству хорошо. Собственно, так в рассказе. На самом деле, человеческая цивилизация уже это проходило, а Ле Гуин сознательно вынесла это за скобки: просто "козла отпущения" надо сделать "искупителем грехов людских". Он страдает, мы это ценим и превозносим его. Уход же из этой дихотомии, как предлагает автор, обесценивает жертву. Ребёнок в застенках продолжает страдать, но ты не хочешь пользоваться плодами его "искупления". На самом деле этот парадокс не имеет решения. Прекраснодушные идеалисты освободили бы ребенка, дабы он не страдал, и тем самым, по условиям рассказа, ввергли бы цивилизацию в пучину катастроф. Тогда бы страдало много людей и детей. Короче, как и хотел Быков, мне пришлось поломать голову над этой задачкой. 8(ОЧЕНЬ ХОРОШО) Этимология названия Омелас. Это Салем, штат Орегон только наоборот.

Забавно, но я всегда считала Урсулу Ле Гуин писательницей в жанре подросткового фэнтези. Это связано с тем, что самым известным и самым узнаваемым ее произведением является «Волшебник Земноморья» - интересный роман-фэнтези о приключениях волшебника Геда. Правда, проблема «Волшебника Земноморья» заключается в том, что написан он как сказка-легенда о могущественном волшебнике с присущими для таких историй чертами – быстрая динамика повествования, минимально необходимое раскрытие персонажей, множество эпичных событий и минимум объяснений и погружения в мир. Кто-то считает «Волшебника» наивным, кто-то скучным, для кого-то цикл «Земноморье» является символом беззаботного детства (жалею, что данный цикл не попался мне в детстве – я бы влюбилась в него на всю жизнь). Мне же в целом «Волшебник» понравился, но продолжать знакомство с творчеством Урсулы Ле Гуин желания не возникало – для меня в чтении фэнтези и фантастики важнее всего именно погружение в мир истории, мне важна мифология, история и подобное, и прочее, составляющее важнейшие части жизни героев. Может ли данный автор чем-то удивить в этом плане? Мне казалось, что нет. А потом я узнала о Хайнском цикле.

Хайнский цикл – это серия из нескольких романов, повестей и рассказов, объединенных между собой общим миром, общей вселенной, но мало связанных хронологически, так что порядок их чтения не имеет особого значения, читать практически с любого произведения. Что важно, написан он в жанре фантастики, что уже отделяет его от прочих произведений автора. События каждого из произведений цикла происходят на разных планетах, на каждой из которых автор рассматривает разные модели общественного устройства. В каждом из романов и рассказов есть «общие» для всего цикла моменты, определяющие его единство (Лига Миров, планета Хайн, в честь которой назван цикл, планета Земля, ансибль и т.д.), но в остальном произведения разделены местами действия, героями и невероятными временными промежутками между их сюжетами.

«Обделенные», первый роман Хайнского цикла, попавшийся мне в руки, повествует о двух планетах, две сотни лет назад отделившихся друг от друга. Первая, Уррас, богата ресурсами и комфортными климатическими условиями, жизнь на ней похожа на Рай, люди не испытывают вынужденных лишений и стихийных бедствий – люди на Уррасе могут позволить себе иметь предметы роскоши, могут покупать ненужные, но крайне дорогие вещи, общество делиться на бедных и богатых. Вторая планета, Аннарес, является полной противоположностью Урраса. Жизнь на Аннаресе трудна, ведь на планете (вернее, луне-спутнике) нет ни животных, ни обилия воды, ни комфортных условий – все, что добывают и изготавливают жители Аннареса, достается им большим трудом, ради малых достижений они вынуждены работать сплоченно, каждый обязан выполнять любую посильную для него работу. В обществе Аннареса нет богатых и бедных, нет нищих, нет власти, нет собственности – на Аннаресе равенство превыше всего. Две планеты имеют общую историю, но абсолютно противоположны друг другу – две сотни лет назад революционеры с Урраса добились признания и отделились от непонимающих их соотечественников, построив новый мир с новым государственным устройством на Аннаресе. Если говорить языком терминологии, то государственным строем на Уррасе является государственный капитализм, а на Аннаресе анархо-коммунизм.

В начале путешествия по миру романа может показаться, что «Обделенные» являются очередной историей о плохом и хорошем с четким разделением между добром и злом. На самом деле структуру романа мне хочется назвать изящной – в «Обделенных» чередуются главы «Аннарес» и «Уррас», поочередно рассказывая о жизни каждой из планет.

Главный герой, ученый-физик Шевек, вырос на Аннаресе и является патриотом своей планеты. Мы видим коммунистическое общество аннарасти изнутри, с точки зрения постоянно растущего и меняющегося персонажа – сначала детский сад и школа-интернат, куда родители добровольно отдают своих детей, после институт, многочисленные работы, как связанные с физикой, так и «неспециализированные», которыми занимается каждый житель Аннареса, а после семейная жизнь и даже революция. Мы погружаемся в жизнь общества Аннареса «с головой», мы понимаем как героя, так и большинство жителей планеты, мы начинаем сопереживать проблемам этого общества, мы радуемся маленьким победам, которых достигает Шевек и его революционный Синдикат.

Одной из побед Шевека становится посещение планеты-соседа. На самом деле это большой шаг в истории обеих планет – отделившийся Аннарес когда-то поставил условие, что никто из пришельцев не ступит на его поверхность. Это стало действовать и в обратную сторону, когда жители Урраса стали запрещать соплеменникам посещать другие планеты и покидать собственную. А Шевек взял да и улетел на Аннарес. Аннарес, мир, сильно схожий с нашей Землей (нынешней, потому что в романе есть собственная «разрушенная» Земля), мы видим с точки зрения «чужака-инопланетянина». Что-то его удивляет, что-то кажется нелогичным, что-то восхищает – все-таки миры слишком отличаются друг от друга.

Урсула Ле Гуин не показывает одно идеальное и одно ужасное общества. Нет, каждая из глав, посвященных мирам-планетам, рассказывает и о достоинствах, и о недостатках каждого из них. На Уррасе нет тех, кто занимается грязной работой за минимальную заработную плату? Людей по должностям сортирует компьютер? Посмотрите, как легко лишить неугодного человека любимого дела, как легко убрать с глаз долой неудобных и возмущающих спокойствие уррасти. На Аннаресе женщины являются «предметом роскоши», они не имеют права трудиться и работать? Посмотрите на девушек, которые довольны таким положением в обществе и имеют в чем-то власти гораздо больше, чем мужчины.

Но не только модели общественного устройства исследует в своем романе Урсула Ле Гуин. Важным вопросом «Обделенных» является вопрос свободы личности и свободы человека. На Аннаресе, на первый взгляд свободном и равноправном, свобода сильно ограничена. Неугодных обществу заставляют молчать, изгоняют все дальше и дальше от цивилизации, подвергают гонениям и травле (правда, в «мягком» варианте – на Аннаресе с трудом понимают термин «насилие»). Иронично, что именно планета, на которой свобода и равенство, настолько сильно ограничена свобода отдельно взятого человека, если он не попадает в рамки общества. Уррас же, с четким классовым делением на богатых и бедных, по большей части просто не обращает внимания на возмутителей спокойствия.

А ведь помимо Урраса и Аннареса в Лиге Миров состоят множество других планет. Например, кратковременно в «Обделенных» появляются прогрессивные миротворцы с планеты Хайн (а может не миротворцы, слишком мало нам дали о них информации). Или же земляне, живущие на практически разрушенной ныне планете, с ужасной экологией и невозможными условиями для жизни. И это только планеты, населенные обычными людьми. В следующих произведениях Хайнского цикла появляются и раса гермафродитов, и раса с ярко выраженными ментальными способностями, и неизвестно кто еще.

Хайнский цикл поражает своей яркостью и индивидуальностью даже несмотря на то, что ознакомилась я только с одним романом и нескольким рассказами из цикла. И одновременно Хайнский цикл интригует. Чем еще сможет удивить автор? На какие еще темы она готова порассуждать в своих произведениях?