Американская повесть. В двух книгах. Книга 1

Давно хотел прочесть повесть Сары Орн Джуитт Страна островерхих елей (The Country of the Pointed Firs, 1896), и вот наконец-то я пришел к ней. К тому же, эту повесть в этом году выпустили в Доме историй в новом переводе. А это значит, что к писательнице у нас пробуждается интерес, жаль только, что больше ничего пока не переведено на русский. Это было прекрасно! Очень милый и трогательный текст! Я читал, и словно сам уходил в воспоминания, как будто они были мои. Но и провоцирует Орн Джуитт погружаться на фоне повести именно в свои воспоминания, ностальгировать по ушедшим временам, людям, событиям. Следует добавить, что если читатель будет искать здесь динамики и сюжета, то лучше ему и не притрагиваться к этой повести. Это совсем иного рода литература. Она не для тех, кому становится скучно от отсутствия динамики. У нее функция — погружаться в ностальгию, чувствовать эмоции людей, которые что-то в своей жизни потеряли. Это чистая и светлая проза, пропитанная божественным покоем. Да, от нее веет особым покоем и тишиной, при созерцательном настроении может пробить и слезу. И природа здесь и прибрежное местечко Лендинг-Деннет — такие же персонажи, как и люди.

Я настоятельно рекомендую эту повесть людям, любящим не сюжет, а умеющим чувствовать литературу, гурманам, для которых сюжет только каркас, а не смысл. Для таких гурманов эта повесть будет иметь даже исцеляющее свойство, как бальзам. Хотелось бы, конечно, чтобы у Сары Орн Джуитт и дальше переводили прозу, у меня все же есть такая надежда.

P. S. И любопытный факт: режиссер фильма Маяк 2019 года при создании диалогов между Робертом Паттинсоном и Уиллемом Дефо прибегал к прозе Сары Орн Джуитт. Если точнее, воссоздавал новоанглийский акцент того времени при помощи нее.

Первый томик собрания повестей различных писателей США XIX века прочтен. Резюме: мне очень понравилось! Довольно часто мне попадались на глаза такие слова, что американская литература слабая, неинтересная, несущественная. Что здесь на лайвлибе, что от различных классиков. К примеру, такое я читал у Кнута Гамсуна. Я же ничего подобного не увидел. Вполне себе достойная литература.

Итак, коротко о каждом авторе и произведении, от наиболее интересных до наименее: высшую оценку заслужили сразу четыре автора:

1) Герман Мелвилл и его повесть Бенито Серено. Понравилось, как автор создает интригу, набрасывая покров таинственности и загадочности на поведение капитана Серено, создавая в уме пришедшего ему на подмогу капитана Делано целые лабиринты и поспешные умозаключения, что же не так с этим Серено и его экипажем. Язык обстоятельный, напоминает Эдгара Аллана По. Читать одно удовольствие.

2) Джордж Вашингтон Кейбл и его повесть Госпожа Дельфина. Католический Новый Орлеан начала XIX века, креольская культура, пренебрегаемые высшим светом квартероны — очень колоритная обстановка. Интонация повести мягкая с важным посылом: влияет ли общество на натуру человека, подталкивая к преступности или греховности, и где проходит граница между виной человека и виной общества? Читать интересно, жаль что у Кейбла больше ничего из крупных произведений не переведено.

3) Стивен Крейн и его повесть Мэгги, уличная девчонка. Самая пронзительная история, жутко реалистичная и без хэппи-энда. Потрясает умение автора в кратких предложениях так законченно обрисовывать характеры персонажей, одной или двумя метафорами попадая прямо в самое сердце.

4) Сара Орн Джуитт и ее повесть Страна островерхих елей. Лиричная повесть без привычного сюжета, где персонажи — прибрежное местечко Лендинг-Деннет и его местные старожилы — погружают сознание в воспоминания, выводя вольно или невольно в ностальгию по прошедшим временам. Самый трогательный и милый текст, от которого хочется медитировать. Так и стоит перед глазами медленно покачивающаяся кресло-качалка в августовских лучах солнца, чья хозяйка давно почила. Кресло все еще есть, а человека нет.

Послабее будет Френсис Брет Гарт и его повесть Дедлоуское наследство. И антураж необычный, и характеры светлые, чистые, сильные, но несколько скомкано конец написан. Нет монолитности. Но крест не ставлю на писателе, почитаю его еще произведения.

Самым слабым произведением, на мой взгляд, является повесть Генри Дэвида Торо Ктаадн. Почему? В ней очень мало художественности. Больше похоже на отчет о путешествии автора к горе Ктаадн, что в Мэнских лесах, разбавленный размышлениями о жизни на лоне природы. Я не особо люблю документальную литературу, поэтому повесть уже не дочитывал, а пролистывал. Дальше — буду знакомиться с американскими авторами XX века во втором томе этого сборника.

Повесть Ктаадн (Ktaadn, 1848) известного американского писателя и философа Генри Дэвида Торо написана исключительно для тех, кто интересуется документальной литературой; по сути это даже не повесть, а очерк или путевые заметки. Ничего художественного в этом произведении я для себя не увидел. Сама же повесть была написана Торо еще до тех философских произведений, которые прославили его, и позднее была включена в сборник очерков и эссе Мэнские леса (The Maine Woods, 1864). В ней автор описывает свое путешествие в северо-восточные леса США и восхождение на гору Ктаадн. Мне близка картина мира, которую провозглашает Торо, как я понимаю, во многих своих трактатах и манифестах, что человек периодически должен уединяться на природе, уходить от общества. Сам испытываю тягость и духоту, находясь какое-то время в каменных мешках и городских шумных местах, поэтому для меня кровь из носу нужно периодически уходить в природу, пытаться сливаться с нею.

И думаю, постепенно я познакомлюсь с его известными работами, оставившими след для человечества; мне даже интересно, насколько Торо близок мне и моему внутреннему восприятию мира. Но конкретно эта небольшая повесть прошла мимо моего внимания. Да, автор передал моему воображению все эти нетронутые в его эпоху леса, чистые, полные рыбы реки, но меня его восхищение никак не тронуло, вероятно потому, что не явились для меня его дифирамбы величественной природе неким откровением. Ожидал литературного произведения, ведь это первая по хронологии повесть из сборника Американская повесть , а на деле — путевые заметки. Двигаюсь дальше в чтении сборника, попутно знакомясь с американскими классиками, о которых много слышал, но не читал.