Новеллы

Истинно так, это я по поводу названия своей рецензии. Ведь и паутинка - вещь очень тонкая, а как раз она и есть связующее звено этого миниатюрного, но такого глубокого рассказа. Хотя с его жанром не все сборники Акутагавы сходятся: где-то он значится как рассказ, где-то как новелла, а где-то как сказка.

Но давайте вспомним старую русскую песню "Было двенадцать разбойников, был Кудеяр-атаман, много разбойники пролили крови честных христиан..." Вот и в рассказе присутствует подобный разбойник, только зовут его Кандата, и кровь он проливал, скорее всего, честных буддистов. Но это не суть важно.

Я ведь недаром вспомнил про Кудеяра, он же замолил свои грехи и был прощен богом. С Кандатой происходит та же история, добрый и справедливый Будда, гуляя по берегу райского пруда, увидел глубоко на дне этого пруда - там и находился буддистский ад - страдает разбойник Кандата. И узрел он своим просветленным взором, что однажды Кандата пожалел и не убил маленького паучка. А, поскольку добро всегда побеждает зло, то в глазах Будды один малюсенький добрый поступок перевесил тьму злодеяний, совершенных разбойником.

И он решил дать Кандате шанс, спустив ему тонкую паутинку. Разбойник вцепился в неё и стал карабкаться вверх, но увидев, что за ним по той же нитке поднимаются и другие грешники, стал ругаться на них и прогонять - паутинка оборвалась и все низверглись снова в ад.

Кандата не воспользовался своим шансом, Будда его не простил, он узрел в нем потенциал к изменению, и дал шанс его реализовать. Но поведение Кандаты говорило само за себя - он, даже пройдя через мучения ада, так и остался ограниченным эгоистом, по сути он был всё тем же разбойником, и когда Будда осознал это, он порвал спасительную тонкую нить.

Все великие религии мира едины в трактовке добра и зла, как не вспомнить тут христианское: "Спасись сам и вокруг тебя спасутся тысячи". Это и происходило с Кандатой, его единственный добрый поступок давал шанс не только ему одному, но и бессчетному числу других грешников. Всё, что требовалось от бывшего разбойника - стать праведником - не грешить больше ни делом, ни помыслом.

Утешает то, что другие мученики ада тоже ведь совершали какие-нибудь добрые поступки, и всемудрейший и всесправедливейший Будда даст им тоже свой шанс, и кто-то из них спасет других и Кандату тоже - превосходство добра над злом всепоглащающе и всех детей божьих ждет рай. Именно такой вывод можно сделать из этой тонкой восточной сказки.

Акутагава знакомит нас с пациентом психиатрической клиники, который уверен, что его регулярно навещают каппы - жители страны водяных.
Рассказчик, если верить ему на слово, какое-то время назад гостил в этой удивительной стране, расположенной где-то под водяной толщей.
Он любезно готов поделиться подробностями своего пребывания в гостях у капп. Их уклад жизни, как быстро выяснилось, мало чем отличается от принятого в человеческом социуме.
Писатель не скрывает, что написанная история - аллегория на знакомое ему японское общество. Несложно расширить аллегорию на человеческое общество в целом. Водяным для самоутверждения и поднятия самооценки нужно создать образ врага. На эту роль неплохо подходят, например, выдры. Каппы с гордостью рассказывают своему человеческому гостю о славных победах, одержанных над выдрами. А то что в этих битвах погибло множество капп? Ну так ведь по имеющейся в стране водяных информации выдр от рук капп пострадало ещё больше. «Мы круче всех, и это главное», считают милейшие водяные существа.

Забавное и печальное, обыденное и сюрреалистичное настолько тесно переплетены в этой небольшой философский зарисовке, что не знаешь, какие эмоции испытывать при прочтении. Описание жития-бытия капп, диалоги, которые они ведут между собой, часто вызывают грустную улыбку.
Однако один момент особенно запоминается.

В стране водяных принято спрашивать у младенцев, которые вот-вот должны родиться, хотят ли они появиться на этот свет.

Не все маленькие каппы отвечают на этот вопрос положительно. Не всем хочется, долгие годы или как получится, нести на себе бремя жизни. Жизнь не кажется достаточно привлекательной, чтобы брать на себя разнообразные риски.
В этом эпизоде, должно быть, отразилось разочарование самого Акутагавы.

«В стране водяных» - не просто сатира в фантастических декорациях, но ещё и очень личное произведение писателя. Вскоре после его создания Акутагава совершит суицид.
Один из персонажей в стране капп, эксцентричный поэт, тоже совершает самоубийство, оставив всех гадать, зачем он это сделал. Не увидеть определённую параллель с жизнью автора трудно.
Также в истории, видимо, проявляется страх Акутагавы лишиться рассудка, как это случилось с матерью писателя.

Подводя итог, это немного гротескная, грустно-трогательная и проникающая в сознание история, которую можно прослушать за один час.

Вот так рассказ! Вообще не понятно как к нему относиться, но читать было очень-очень интересно. Автор специально оставляет читателя в подвешенном состоянии финалом истории, так что остаётся то ли оставаться в растерянности, то ли выбирать кому верить, а можно ли верить хоть кому-то? Можно гадать и стоить теории, где же правда, а кто врёт, а можно принять историю как цельнолитый объект, впитав в себя вместе с ощущением, что правды так и не получится узнать. Сколько реальных расследований оставляют сыщиков именно в таком состоянии, в то время как в литературе и кинематографе потребитель получает всегда результат и с ним ощущение катарсиса.
В любом случае стоит сказать, что рассказ как отшлифованный алмаз, каждая грань которого несет свой свет, ни одного слова мимо, всё отточено, и одновременно лаконично и поэтично. Очень красивый текст, в котором даже дровосек описывает место преступления возвышенно прекрасно, при том не отступая от истины ни на шаг. Начала тут читать книгу судебного медэксперта, так тот студентам советует подходить к описанию трупа творчески, вот примерно так же происходит и в этой новелле.
Рассказ по содержанию детективный: произошло убийство в бамбуково-криптометриевой чаще, тело найдено и идёт расследование. В начале вполне досконально описан допрос свидетелей, по которому заметен ход расследования. А потом начинаются признательные показания и вот они-то и мутят воду.
Описанное в новелле убийство происходит в Японии, поэтому как я вообще могла пройти мимо рассказа, конечно, никак, только время оставалось выбрать для чтения. Герои вполне знакомые: монах, самурай, разбойник. Действие, происходит явно ранее года написания 1922, ведь люди (в лице самурая) пользуются мечами и луком со стрелами.
Эта новелла стала вторым произведением автора и понравилась мне сильнее первого, хотя именно после первого я решила, что продолжу читать написанное Акутагавой, выбрав для продолжения знакомства, очень удачно на мой взгляд, такое неоднозначное произведение. Хотя мой путь в познании его творчества только начат, возможно, весь авторский вклад в мировую литературу настолько же неоднозначен - буду узнавать дальше.

Странная мне попалась повесть, которой я заинтересовалась, конечно, из-за жанра фэнтези. Хотя это скорее сатира, ведь фантастические существа, в стране которых проводит время рассказчик, живут почти как люди, с некоторыми отличиями, которые скорее роднят их с нами, являясь гиперболами и метафорами общественных пороков человечества. Во я загнула! Фантазия у автора впечатляет, а небольшой текст читается легко и с интересом несмотря на отсутствие каких-либо динамичных событий. Кроме того, хотя рассказ льется очень живо, но его начало и конец создают обоснованное сомнение в реальности фантастической составляющей книги.
Потихоньку изучая японскую культуру и мифологию я уже встречала описания японских водяных - капп, которые живут в любых водоемах и не против время от времени потопить какого простофилю. Но в повести автора про последнюю особенность капп не сказано, герой книги сам увязывается за каппой и попадает в страну водяных, живёт там, с интересом изучая этих разумных созданий и удивляясь отличиям их общества от человеческого.
Каппы скрываются от людей, но вот сами в наш мир наведываются регулярно и хотя у них есть своя культура - литература и музыка, но и человеческие поэты и музыканты, писатели и философы у них в чести, а некоторых они даже считают святыми. Мне понравились афоризмы из книги знакомого рассказчику философа Магга "Слово идиота".

В этом коротком рассказе с детективным сюжетом Акутагава показывает, что любое наблюдаемое или переживаемое нами событие обретает физическую форму в виде слов только после того, как оно проходит по извилистым коридорам нашего сознания. Лишь преломившись через особенности мировоззрения и пропитавшись нашими предпочтениями и предубеждениями, оно выходит во внешний мир.
Следовательно, каждое дошедшее до нас из прошлого описание очевидцев в первую очередь представляет собой результат их субъективного восприятия. К тому же автор, записывая свои впечатления, вольно или невольно делает выбор - что ему доверить бумаге, а о чём лучше умолчать. В подобных текстах нам открывается лишь одна из граней, а далеко не целостная фигура, другие грани которой остаются в тени. Но перейдём непосредственно к сюжету...
Итак, что же произошло в роще, где «растёт бамбук вперемежку с молоденькими криптомериями»? В связи с обнаружением в лесу мёртвого тела судейский чиновник выслушивает ряд показаний.
С самого начала понятно, что показания свидетелей противоречат друг другу и никак не складываются в стройную картину. К примеру, дровосек сообщает, что на убитом мужчине был головной убор, какие носят в столице (видимо, речь идёт о Киото), но тёща убитого утверждает, что её покойный зять не из столицы («он самурай из Кокуфу и Вакаса»). Однако подобные несоответствия меркнут перед показаниями разбойника Тадземару, исповедью жены покойного и рассказом его собственного духа. Каждый из них добровольно признаётся в совершённом, объясняя мотивы, которые им двигали. И разбойнику, и молодой женщине, и духу покойного, указавшему на самоубийство, казалось, можно верить. Они ведь не пытаются себя оправдать, напротив, дают «признательные показания». Их слова звучат убедительно, но очевидно, что три разные версии одного и того же события не могут быть одновременно истинными… если только речь не идёт о трёх параллельных реальностях. Мы видим, как каждое новое свидетельство только запутывает всё ещё больше, вместо того чтобы прояснить произошедший трагический случай. Даже рассказу самого убитого нельзя доверять. При этом в противоречивых показаниях можно отыскать и точки соприкосновения. Так, муж в некоторой степени подтверждает слова супруги о том, что она увидела в его глазах.

«В чаще» ненавязчиво напоминает об относительности любой истины. «Что я знаю?», задавался вопросом Монтень… Мне, как правило, кажется подозрительной излишняя самоуверенность, с которой иногда вещают некоторые современные так называемые эксперты, часто вставляя такие слова, как «естественно», «само собой», «без сомнения». Уместнее было бы их заменить на «возможно», «по моему мнению», «не исключено», «можно предположить» и т.д.
Как писал Платон в «Государстве», «мнение – это нечто среднее между знанием и незнанием... нечто, расположенное между существующим и несуществующим, между реальным и мнимым» (цитата недословная).

«В стране водяных» Рюноскэ Акутагавы оставляет очень необычное впечатление. В начале кажется, что это просто сатирическая фантазия о мире странных существ «Каппа», где всё устроено наоборот. Но по мере чтения понимаешь: именно в этой перевёрнутости и скрыта главный посыл повести. В стране Капп дети сами решают, стоит ли им появляться на свет, рабочие диктуют условия капиталистам, а поэты уходят из жизни, когда чувствуют творческую пустоту. Эти гротескные образы неожиданно точно отражают многие парадоксы реального общества.

Акутагава показывает, насколько странными могут быть наши собственные нормы и убеждения, стоит лишь взглянуть на них со стороны. Его фантастический мир — не попытка уйти от действительности, а способ высветить её слабые места. И именно это ощущается особенно ярко: за фантастическими ситуациями угадывается усталость автора и его попытка разобраться в природе человеческой нелепости и противоречий.

Повесть написана легко и читается быстро. Она заставляет задуматься о том, что мы считаем «нормальным», а что — «безумным», и насколько эти границы условны. Одновременно иронично, и печально. Ведь «В стране водяных» это зеркало человеческого безумия.

Небольшой рассказ в основе которого некоторое подобие расследования преступления.
Один труп и три человека, признавшихся в содеянном.
Но рана на трупе всего одна и убийца тоже может быть только один.
Вопрос в том, кто врёт и зачем.
Позиция двоих, из тройки признавшихся, мне понятна, а вот относительно третьего большой вопрос.

Некоторые фразы в рассказе показались нереалистичными и написанными как бы для усиления эмоционального фона.
Но на деле вызвали у меня лишь недоумение.
Например:

Несколько ироничный рассказ о буддийском монахе, страдавшем серьёзным недостатком, слишком большим обвислым носом.

Постараюсь не спойлерить, подробно не пересказывая далее сюжет.

Вообще слушал некоторые рассказы этого автора ранее, они мне нравились своей глубиной смыслов. Хотя этот текст немного проигрывает предыдущим, но всё равно в нём скрыт тоже интересный смысл.

Он собственно о том, что люди - существа, над которыми довлеют привычки. Такое впечатление, что большинство из них изменения пугают. Или приносят им как минимум психологический дискомфорт. Настолько сильный, что порой побуждает их отказаться от каких-то позитивных изменений в пользу уже привычных для них обстоятельств.

Может быть эта черта характерна на для всех и всегда. Возможно, она даже больше была распространена в традиционных патриархальных обществах. В более значительной степени, чем в современном мире, живущем более динамичной жизнью, подталкивающим людей к развитию и совершенствованию. Для меня этот вопрос остаётся открытым. Интересно будет услышать в комментариях по этому поводу мнение моих друзей.

Но в любом случае понятно, что даже в современных людях подобное инертное отношение тоже можно нередко встретить.

У меня есть небольшой список японских авторов — уважаемых и давно почивших, с которыми непременно нужно познакомиться, но оказывается не так-то легко просто сесть и прочесть всех по очереди. Поэтому два-три раза в год я открываю очередного автора и чаще всего думаю: "А ведь стоило так не затягивать", и вот опять. Это опять также относится к странному совпадению, где я отдаю предпочтение именно тем японским писателям, которые покончили с собой. Такая необычная тяга, работает в восьми случаях из десяти.

Сюжет.
Герой сей повести встречается взглядом с каппой (разновидность японских водяных) и бросается за ним вдогонку, в итоге попадая в другой мир. В мире этом абсолютно всё вызывает у него отрицание, но понемногу он привыкает. К тому, как поступают с безработными каппами, к тому, как проходят у них роды, к тому, как работает власть, и это неудивительно, ведь в чём-то подобный взгляд определённо привлекает.

Самое интересное в том, что мир капп не особо отличается от людского, помимо того, что здесь все привыкли называть вещи своими именами и не скрывать жестокость. Это к тому, что если государство сокращает рабочие места, многим людям и не остаётся ничего помимо того, чтобы медленно умирать без каких-либо средств к существованию. И "гуманный" способ, используемый каппами, в извращённом смысле таким и видится.

Автор показывает на примере несуществующих созданий, как оно всё устроено и как именно работает. Задаётся вопросами есть ли польза от самоубийств и приводит ли оно к тому, чего желаешь. И если судить по одному из персонажей, решившим проверить это на себе, оно не конец жизни, может, лишь земной, но необходимого ты не получаешь, застряв в собственных чувствах и желаниях. Настоящий круговорот самоубийства в действии, не иначе. И печально осознавать, что сам Рюноскэ, понимая эту простую истину, всё же выбрал такой способ уйти из жизни.

Я с неким трепетом отношусь к японским книгам, где затрагивается данная тема. Отчего-то мрачность рассуждений, гнетущая атмосфера самих произведений и в целом знание, что автор всё-таки закончил, как и его персонаж, добавляет особой пикантности написанному. Не назвала бы себя такой уж любительницей драмы и трагедии, но как же часто она привлекает к себе внимание. В данной повести она особо хороша, показанная с двух сторон: умершего и его "друга".

И к завершению мне уж больно сильно хотелось упомянуть прекрасного каппу Магга. Его взгляд на обыденные вещи, разговоры о неправильном и ненормальном, даже его книга — всё в нём так и кричит, до чего же он замечателен. Практически уверена, что оценка повести вскочила благодаря ему и некоторым его изречениям. Остальные персонажи блекли на фоне Магга. Привожу несколько примеров:

Мир жесток и несправедлив, в нём так много черноты, что иногда ужасающе хочется сбежать, но человек на то и человек, чтобы получив относительное спасение броситься в объятья того, от чего летел сломя голову. Главный герой вернулся к тому, что казалось более рационально, чтобы всю оставшуюся жизнь жалеть об этом. Так люблю ли я драму? Определённо.