Витязь в тигровой шкуре

Неприлично удалому унывать средь бела дня.
Горе тем, кто дел позорных не боится, как огня!

Есть ли что на свете слаще созерцания любимой?

Я сказал: "Такого счастья ждать доселе я не мог.
Коль меня ты полюбила, значит, так устроил бог.
Ты наполнила лучами сердце, полное тревог.
Буду я твоим, доколе не наступит смерти срок".

Знаю: женщины обычно пред мужчинами молчат,
Но молчать о тайнах сердца тяжелее во сто крат.

Тот, кто предан бренной жизни, свято чтит ее дары,
Но, познав ее измену, забывает про пиры.

Уж всего мне не припомнить. Много времени прошло.
О событьях лет минувших вспоминать мне тяжело.
Мир изменчивый и лживый непрестанно сеет зло,
Пламя искр его, навеки обреченного, сожгло!

Лишь тебе, Асмат, известно, как поблек я в цвете лет.
Был же я прекрасней солнца, как прекрасней тьмы рассвет.
Всякий, кто со мной встречался, восклицал: "Эдемов цвет!"
Ныне я - лишь тень былого, тень того, кого уж нет!

"Это дело, - молвил витязь, - сходно с притчею старинной:
Два каких-то человека шли дорогою пустынной.
Вдруг один, упав в колодец, стал захлебываться тиной,
А другой воскликнул сверху, воспылав душой невинной:

"Подожди меня, приятель! Нам не время расставаться!
Я пойду искать веревку, чтоб наверх тебе взобраться".
Тот, кто был внизу, в колодце, поневоле стал смеяться:
"Как могу не подождать я, если некуда деваться?"

Сострадания достоин также тот, кто в дни скитанья,
С милой родиной расставшись, обречен на увяданье.

Не годится звать любовью шутки взбалмошные эти.
То одна у ветрогона, то другая на примете.
Развлекаться столь беспечно лишь дурные могут дети.
Долг миджнура: если нужно, обо всем забыть на свете.

Есть любовь высоких духом, отблеск высшего начала.
Чтобы дать о ней понятье, языка земного мало.
Дар небес - она нередко нас, людей, преображала
И терзала тех несчастных, чья душа ее взалкала.

Объяснить её не в силах ни мудрец, ни чародей.
Понапрасну пустословы утомляют слух людей.

Кто два-три стишка скропает, тот, конечно, не творец.
Пусть себя он не считает покорителем сердец.
Ведь иной, придумав глупость, свяжет рифмою конец
И твердит, как мул упрямый: "Вот искусства образец!"

Что кому дано судьбою - то ему и утешенье:
Пусть работает работник, воин рубится в сраженье,
Пусть, безумствуя, влюбленный познает любви лишенья, -
Не суди других, коль скоро сам боишься поношенья!

Без слуги куда спокойней, чем с обиженным слугою!

Мы в Аравию поедем,
Мудрых там смирим речами.
Непокорных и строптивых -
Беспощадными мечами.

Недостоин мир доверья, в нём коварству нет границы.
Жизнь людей - одно мгновенье и быстрей очей зеницы.
Что гоняться нам за счастьем? Рок - судья земной темницы.
Лучше, коль, земли и неба счастье с нами до гробницы.

Молвят: "Зло недолговечно, а добро живёт века".

Поразмыслим, как добиться нам желанного исхода,
Сотня тысячи сильнее, - всё зависит от подхода.

Коль ты мудр, то знать ты должен, в чем же мудрость-то сама!
Муж, способный плакать тихо, добродетелен весьма.
Тверже скал держаться надо, хоть страданий будет тьма,
Все несчастье человека - это горе от ума.