
Ваша оценкаРецензии
Sh_mary25 марта 2025 г.Читать далееВ свое время мир «Дамского счастья» очаровал меня, а вот «Карьера Ругонов» усыпляла. Видимо, маркетинговые и рекламные ходы меня интересуют намного больше, чем политика. В случае с «Добычей» впечатления остались средние.
Здесь ушлый представитель семейства Ругонов Аристид, взяв себе фамилию Саккард (чтобы не светить фамилией более успешного на момент начала книги брата Эжена Ругона), наживается на спекуляциях с недвижимостью. Все эти хитрые сделки, планы, многоходовочные векселя для меня остались совершенно непонятными в виду того, что я в этом ничего не смыслю. Я понимаю, что на сделках с недвижимостью наживают себе миллиарды и по сей день. Но я человек простой и от такого рвачества далекий, поэтому мне оставалось просто разводить руками и задаваться вопросом «как вообще до такого можно додуматься?».
Другое дело разностороннее описание героев. Вот тут было увлекательно. Золя потрясающе владеет словом — его внешние описания героев рисуют в воображении максимально полную, объемную картинку. И он не просто дает внешнюю характеристику персонажам, но и подробно рассказывает, как они, грубо говоря, докатились до такой жизни. И если про Саккарда с его страстью к обогащению все более-менее понятно и так, то про Рене и Максима было интересно узнать подробнее, в какой именно момент их жизни случился надлом.
Здесь нет ни одного положительного персонажа, но наблюдать за их махинациями и греховными падениями все равно интересно. Вот так вот всякая мерзость привлекает внимание читателей))) В какой-то момент повествования восхваляют преданную горничную Рене, дескать, она сообщница ее кровосмешения (хотя тут я бы поспорила — кровь же у них разная), всегда рядом, всегда во всем помогает. А вот она взяла да и бросила свою хозяйку. Даже такая мелкая сошка и незначительный персонаж книги, а тоже охотилась за своей добычей, а как добилась своего, сразу уехала.
Описания природы и внешней обстановки не менее важны для сюжета, чем описание характеров. Взять хотя бы описание умопомрачительной туалетной комнаты Рене, да и просто ее спальню. Это как дополнительное раскрытие ее сущности.
Когда денег так много, что уже закончилась фантазия, куда и как их тратить, непременно наступает пресыщение и скука. Так стоит ли так рвать себя, чтобы получить как можно большую добычу?...
53370
-273C13 мая 2012 г.Скандалы, интриги, расследования!
Олигарх украл миллионы в строительном бизнесе!Коррупция в префектуре: программа "Доступное жулье"?
Мачеха легла в постель... с собственным пасынком!
Великосветский инцест.
Разврат в оранжерее миллионера: сенсационные фото!
"Символизм Золя поверхностен": интервью с доктором филологических наук Аристархом Дентал-Флосским.
Читайте в свежем номере Ругон-Маккаров!
53286
nastena03109 декабря 2016 г.История Золушки, рассказанная мастером натурализма.
Но где она живетЧитать далее
Вечная любовь
Уж я то к ней всегда готов
Вечная любовь
Чистая мечта
Нетронутая тишина
Нетронутая тишина
(из песни группы "Агата Кристи")У меня один вопрос: КАК?! Как такой банальный сюжет смог привлечь меня? Как романтичная история, слышанная мной уже не единожды и обычно вызывающая тошноту, смогла увлечь до такой степени? Как?! Хотя стоит немного подумать и ответ найдется сам. Это написал Золя. Все тот же прекрасный сочный язык, все те же великолепные описания, тропы и фигуры речи. Все то же оригинальное видение ситуации, пытающееся спрятаться за романтизмом, но прорывающееся наружу ощущением фатальности, безысходности, плохого конца. В жизни вообще бывают хэппи энды? Золя явно в это не верил.
Анжелика, еще одна веточка уже хорошо знакомой мне семьи Ругон-Маккаров. Сирота, отданная сразу после своего рождения в приют, оборванка без имени и фамилии. Уже в раннем детстве столкнувшаяся с темной стороной жизни, чуть не замерзнувшая до смерти на ступенях собора святой Агнессы. (Собора, который стал полноправным героем книги, а не только мощнейшим символом всего произведения!) Кажется, что счастье все же улыбнулось ей, попались добрые люди, не только приютившие сироту, давшие ей кров и пищу, но и назвавшие ее дочерью. Все хорошо, но вот только нельзя, ни тогда было нельзя, ни сейчас тем более, растить ребенка в вакууме, нельзя огораживать от грязного и жестокого мира, это та самая дорожка из благих намерений, а мы все знаем куда она ведет. И вырастает наша Анжелика красивой, чистой, наивной и крайне экзальтированной барышней. Ее настольная книга это христианские Легенды о святых и мучениках, она зачитывается ими, она живет ими и в результате искренне верит, что нет ничего лучше чем смерть. Ведь там нас ждет высшее блаженство и награда за все. Так что же может быть лучше чем умереть в расцвете сил, молодости, на высшей ступени счастья, будучи любящей и любимой?
В глазах Анжелики Катерина обладала непобедимой мудростью, которая сияла в ней и возвышала ее не меньше, чем красота, и девочке самой хотелось быть такой же, как она, тоже обращать людей в христианство, испытать ту же участь, чтобы ее заключили в тюрьму, чтобы голубь кормил ее и чтобы потом ей отрубили голову.У меня от ее рассуждений мурашки по коже бегали, ведь девушка была абсолютно искренна и я бы не сказала, что она глупа как пробка, это только результат воспитания и изолированности.
Но сначала нужно влюбиться, ведь умереть-то надо счастливой, а какое счастье без любви в 17-18 лет? Анжелика искренне верит, что нужно просто сидеть и ждать, и ее судьба найдет ее. И не просто судьба, а судьба в виде Прекрасного Принца, молодого, красивого, доброго, любящего, непременно знатного и богатого (нет, не подумайте о ней ничего плохого, деньги ее не интересуют, она бы их с радостью раздала нищим, просто принц же априори должен быть богат). Самое смешное, что дождалась она, все как в сказке. Чувства искренни, взаимны и безумно сильны, сильны настолько, что могу преодолеть любые препятствия, которые, конечно же, по закону жанра возникнут на пути у молодых влюбленных. Строгий запрет отца, разница в социальном положении, невозможность встреч - все это сможет преодолеть искренняя любовь. Наивно? Слащаво? Ну нет, это же Золя! А если вы мне не верите, вспомните в чем же заключалась Мечта... Счастливого конца не будет, "долго и счастливо" не будет, история Золушки обернется историей о религии, покорности и смерти.
Не могу не сказать пару слов о чете, удочерившей Анжелику, Гюбер и Гюбертина, именно их я виню и в том, как сложилась судьба у этой девушки. Мало того, что они вырастили ее такой, так они еще и посмели решать за нее, принимать те решения, которые не имеют права за вас принимать другие люди, даже родители. Это решение жить или умирать. Основываясь на своем опыте, они решают, что лучше пусть она умрет, чем молодые люди поженятся против воли его отца. Они сами пошли против воли родителей, когда поженились и мать прокляла их, оставив бездетными, поэтому они, несмотря на свою искреннюю и глубокую любовь к друг другу, никогда так и не были полностью счастливы. Я не буду комментировать этот бред сивой кобылы, верят они в него, ну и черт с ними, но не имели они права решать за Анжелику, что так ей будет лучше. Даже родители не имеют права на такие решения, тут каждый человек должен решать сам.
Они вышли из мастерской в глубоком отчаянии, но с твердой решимостью: они обрекли себя на долгое мучительное молчание, которое, если захочет бог, приведет их дочь к смерти; они приняли эту смерть.И как обычно переложили ответственность на Бога, мол как Бог захочет так и будет, очень удобная позиция.
И Гюберы ждали. Их слезы ничего не могли изменить. Они сами хотели этой смерти, они сами предпочли, чтобы дочь их умерла, но не нарушила долга, и, значит, бог хотел того же вместе с ними. Теперь уже не в их власти было вмешаться, им оставалось только покориться судьбе. Они ни в чем не раскаивались, но изнывали от горя.Эти люди стали мне отвратительны под конец. Да и вообще, почти все герои этой книги жутко безответственны в плане принятия решений, они сами принимают дебильные решения, а потом ждут чудесного знака, указания свыше, чуда, они перекладывют ответственность на Бога раз за разом, оправдывая себя, свои решения и свои поступки.
Монсеньер молился до самого вечера. Когда он вышел из церкви, он был бледен как смерть, измучен, но полон решимости. Он ничего не мог поделать, он повторил все то же ужасное слово: «Никогда!» Один бог имел право изменить его волю, и он молился, но бог молчал. Нужно терпеть.Отличная позиция! Сам решил сломать жизнь своему сыну, причем из чистого упрямства, сам довел девушку чуть ли не до могилы, но это оказывается не он так хотел! Как удобно! Когда уже люди научатся брать на себя ответственность за свои поступки и решения?..
Мои рецензии на другие части цикла "Ругон-Маккары":
"Карьера Ругонов"
"Его превосходительство Эжен Ругон"
"Добыча"
"Деньги"491,7K
JulieAlex29 ноября 2018 г."Ты будешь богат!"
Читать далееУ всех свои мечты, но у большинства это деньги. Время движется, а единственной надеждой на роскошное будущее остается лишь богатство. С этим можно поспорить, ведь еще есть любовь, дружба, семья... Но не для героев этой истории...
Лучшая книга автора для меня оказалась очень скучной. При всей словесной яркости, это довольно серое и невзрачное чтиво. Сюжет книги в потери последней человечности в погоне героев за деньгами и удовольствиями. Бесконечные описания платьев, роскоши, грязных сплетен ещё одна ступень по дороге вниз.
В центре повествования три героя. Аристид Саккар, его молодая вторая жена Рене и сын от первого брака Максим. Аристид мошенник, набравшись опыта на своей службе, составляет план быстрого обогащения путем различных афер, но денег на взнос нет. К его счастью первая жена умирает и он удачно жениться на богатой девушке в неудобном положении. Получив преданное, он проворачивает темные делишки и возвышается над всеми. Рене порочная и скучающая особа в вечных поисках развлечений. Вся ее жизнь бесконечная череда любовников, праздников, игр в карты и сплетен. Максим молодой человек среднего пола. Он больше напоминает прекрасную леди. Женственный и порочный с малых лет быстро находит в мачехе родную душу. В итоге получилась вполне предсказуемая книга. Мне были не интересны махинации Аристида, да и не увлекательно все описано. Рене и Максим словно две цирковые мартышки, за ними интересно наблюдать, но трогать не хочется. Была ещё и сестра у Аристида, звали ее Сидония, вот она мне приглянулась. Интересная и находчивая особа.
Финал логичный, но на мой взгляд автор пожалел своих персонажей. Цель книги обнажить некоторые пороки, чем и развлечь читателя. Книга может понравиться, но советовать не буду.
Знакомство с автором продолжу, ибо пока не теряю надежды найти что-то такое же прекрасное как "Дамское счастье".44975
marinesik29 августа 2025 г.Читать далееВот и закончила читать третью книгу из большого цикла Эмиля Золя, "Ругон- Маккары", "Добыча". Читала почти месяц. Это не детективы Агаты Кристи. Золя дается мне с трудом. Правда "Добыча" понравилась мне больше, чем "Его превосходительство Эжен Ругон". В этом романе автор подробно рассказывает о брате Эжена , Аристиде. События разворачиваются в Париже, куда Аристид подался за братом. В столицу его потянуло за возможностью разбогатеть. Он плут, пройдоха и хитрец. По рекомендации Эжена, Аристид меняет фамилию и женится. Наш герой сколачивает состояние на финансовых махинациях. Большое место в романе отведено жене, Рене, которая тоже не проч поймать свою добычу. В книге много подробных деталей описания Парижа. Золя непревзойденный мастер описания светского общества, нарядов и приемов. Все раскрашено в яркие краски, чем создает атмосферу лжи и лицемерия. В романе не найти не одного положительного героя. Несмотря на возникшие трудности с прочтение классики, сагу о Ругон-Маккарах продолжу читать.
41247
wondersnow13 июля 2022 г.Когда есть одна лишь мечта.
«Она слышала, как ручей, ивы и травы, весь знакомый и любимый мир говорят языком её мечты, её надежд и желаний, и то, что она ежедневно поверяла этому миру, возвращалось теперь к ней, исходя от него».Читать далее__В некотором царстве (Французская империя), в некотором городке (Бомон) жила-была прекрасная вышивальщица, душа которой была поистине королевской (не мои слова, авторские). Златые волосы, фиалковые глаза, царственный стан – казалось, она сошла с древних полотен, её голова так и просила короны, а изящная шея – сверкающих бриллиантов. Заточённая с самого детства в маленькой мансарде,
ЭннАнжелика разговаривала с реками и звёздами, цветами и деревьями, птицы слетались на её зов, а бедняки видели в ней свою спасительницу... Вот так берёшься за очередной роман французского представителя реализма, а на тебя нападает – в данном случае лишь это слово верно описывает мои эмоции, честное слово – какая-то агрессивная диснеевская сказка, способная удушить своей прелестью. Впрочем, эта книга лишь притворяется таковой, на деле всё куда мрачнее (на то и Золя, c'est son fort).То, насколько проблемной была эта золевская принцесса, стало ясно практически сразу: унаследовавшая от своей бабки Аделаиды нервное расстройство, она, попав в дом к людям, чей склад характера кардинально отличался от ругоновского, на первый взгляд изменилась, она переборола свою "дурную кровь" и вместо того, чтобы поддаться греху, стала скромной прилежной ученицей своих трудолюбивых приёмных родителей, которые нежно любили друг друга и это внезапно появившееся
чудочадо. Всё бы ничего, но, во-первых, они не выпускали её из дома, во-вторых, они посчитали, что ей незачем учиться, а в-третьих, единственная книга, которую она читала и которая стала её настольной библией, была полна преданий о святых, коими она неистово восхищалась: «И девочке самой хотелось испытать ту же участь, чтобы её заключили в тюрьму, чтобы голубь кормил её и чтобы потом ей отрубили голову», – славная история и мечта интересная... Что же могло пойти не так, в самом деле? Да то, что эта нервная воодушевлённая девочка, которая принимала цветы и звёзды за чудо, ибо не знала элементарнейших вещей, до такой степени загорелась всеми этими сказками, что уверовала, что за ней стоят святые девы, которые всё за неё сделают. Само собой, она к тому же твёрдо знала, что ей предназначен суженый, да не абы кто, а самый настоящий принц на белом коне (и золота побольше, пожалуйста, на этом был особый акцент).Коня, к сожалению, не завезли, а вот принц и правда объявился, и был он богат, как король, и красив, как бог, – всё как по списку требований этой уверенной в себе мадам, ибо и правда, к чему скромничать? Удалец, надо отметить, попался под стать ей, такой же одухотворённый, тоже с самого детства уверенный в себе: несмотря на то, что Фелисьен рос у бедного дяди, он не хотел работать, ибо "смутно предчувствовал", что он знатен и богат (вот бы мне столько уверенности, как у этих двоих). Именно с появлением этого товарища я поняла, что это если не насмешка, то что-то очень близкое к ней, ибо наблюдать за этими брачными играми поначалу было очень смешно, они даже умиляли, а вот потом... Сначала автор мастерски продемонстрировал простую истину, которую многие не понимают: преследовать понравившегося человека нельзя, ибо его это может сильно разозлить, затем он намекнул, что, в общем-то, и местная красавица из знатной семьи тоже вполне подходит этому царевичу, ну и великолепный в своей символичности финал, который меня покорил, вот уж и правда «И жили они долго и счастливо» (нет). Ярая мечтательница определённо предчувствовала, что после свершившегося чуда вряд ли будет счастлива, потому и осуществила свою мечту, пополнив ряды откэровских покойниц. Эта сказка, как и многие другие, закончилась свадьбой, и с ней закончилось вообще всё, о чём иные прелестные истории почему-то умалчивают (а зря).
__Несмотря на очаровательные описания вышивания и природы, читать этот украшенный золотом роман было тяжко. Здесь каждый перекладывал ответственность на кого угодно – на бога, на святого, на ближнего, и сам при этом ничего не делал, а зачем, это забота небес (правда?). Анжелика была заранее обречена; запертая в своём чудесном наивном мирке, где птички завязывают ленты на её золотых локонах, она, избавившись от пагубного влияния наследственности, довела себя до погибели, до того воображаемый мир захватил всю её сущность; страшная участь, если вдуматься. Впервые в древе Ругон-Маккаров кто-то смог благодаря иному воспитанию стать другим, что, к сожалению, всё равно привело к печальному исходу. Взращённая на сказках, эта столь славная, но при этом такая глупая девица так и не поняла, что действительность может быть ничуть не хуже грёз, если взять дело в свои руки, а не надеяться на богов, святых и прочих.
«Торжество кончилось, она вышла из круга мечты и двигалась туда, в действительность».40739
nastena03106 января 2016 г.Развращающая сила богатства.
Деньги, деньги, дребеденьги,Читать далее
Позабыв покой и лень,
Делай деньги, делай деньги,
А остальное всё - дребедедень!Третий том цикла "Ругон-Маккары", как и два предыдущих (1, 2) привел меня в восторг. Хотя я уже даже не удивляюсь, скорее я удивлюсь, если вдруг произведение Золя не получит от меня высший балл. Уж слишком хорошо он пишет, от его описаний я получаю ни с чем несравнимое удовольствие. Причем не важно, что именно он описывает: Булонский лес, будуар светской красотки или квартал снесенных домов - все это моментально встает перед глазами и у меня не возникает ни малейшего желания, чтобы автор быстрее с этим покончил и перешел уже к героям и событиям. Иногда мне кажется, напиши Золя телефонный справочник, я бы и его читала, упиваясь языком и получая удовольствие)) Но в сторону шутки и восторги, перейду непосредственно к сюжету.
В "Добыче" главным героем выступает Аристид Саккар (урожденный Ругон, брат Эжена) и его семья. Хотя я не уверена, что данное слово применимо к этим людям. Они сожители, любовники, сообщники, но никак не семья, где люди думают и заботятся друг о друге:
Вечный вихрь, носившийся по квартире на улице Риволи и хлопавший ее дверьми, дул сильнее по мере того, как Максим подрастал, Саккар расширял круг своей деятельности, а Рене еще лихорадочней рвалась к неизведанному наслаждению. Все трое стали вести независимый и легкомысленный образ жизни. То был созревший, чудовищный плод эпохи.И снова я растеклась мыслею по древу)
Аристид Саккар после своей "оплошности" (попытки поддержать Республику, неверно просчитал, чью сторону надо занять, бедняга) переезжает в Париж:
Тотчас же после переворота Второго декабря Аристид устремился в Париж, куда его привело чутье хищной птицы, которая издали слышит запах поля битвы.И если его брат помешан на власти, Аристида интересует только одно - деньги, добыча, богатство. Все продается и покупается, его не интересуют дети, его не интересует молодая красавица-жена, ему не нужны друзья и женщины. Вся жизнь этого человека сосредоточена только вокруг того, как нажить себе состояние. И ему повезло, он пришелся ко двору, попал в нужное время в нужное место в широчайшем смысле этого выражения:
В то время Париж представлял для человека такого склада, как Аристид Саккар, интереснейшее зрелище. После знаменитого путешествия принца-президента, во время которого ему удалось зажечь энтузиазм в нескольких бонапартистских департаментах, была провозглашена империя. Газеты и ораторские трибуны приумолкли. Еще раз «спасенное» общество блаженствовало, отдыхало, отсыпалось под охраной твердой власти, которая избавляла даже от необходимости мыслить и заботиться о своих делах. Перед обществом стояла лишь одна задача — придумать, какими развлечениями получше убить время. По удачному выражению Эжена Ругона, Париж садился за стол, мечтая о пряной приправе к десерту. Политика пугала, как опасное снадобье. Усталый ум обращался к делам и удовольствиям. Имущие выкапывали зарытые было деньги, неимущие искали по углам забытые сокровища. В сутолоке ощущался глухой трепет, слышался зарождающийся звон пятифранковых монет, серебристый смех женщин, неясное звяканье посуды, звуки поцелуев. В глубоком молчании водворившегося порядка, в блаженно-пошлом умиротворении нового царствования носились заманчивые слухи, сулившие богатство и наслаждение. Казалось, люди проходили мимо одного из тех домиков, где на плотно задернутых занавесках мелькают женские силуэты и слышен стук золотых монет о мрамор каминов. Империя намеревалась превратить Париж в европейский притон. Горсточке авантюристов, укравших трон, нужно было царствование, полное авантюр, темных дел, продажных убеждений и продажных женщин, всеобщего дикого пьянства. И в городе, где еще не высохла кровь декабрьского переворота, росла, пока еще робкая, жажда безумных наслаждений, которая должна была превратить родину в палату для буйных помешанных, — достойное место для прогнивших и обесчещенных наций.После смерти первой жены (а точнее прямо на ее смертном одре) ему выпадет шанс жениться на девушке, чья репутация под угрозой, за что ее родные и готовы дать очень солидное приданое. А ведь Саккару как раз нужны деньги, чтобы наконец-то взяться за намеченный им грандиозный план. Он с радостью хватается за этот шанс и с головой уходит в спекуляцию. Его аферы, связанные со сносом домов и облапошиванием государства, находясь у него же на службе, мне кажутся, актуальными и поныне, и уж точно можно говорить не только о Франции... Как же точно Золя описал этого человека! Буквально несколькими фразами разбросанными про тексту он нарисовал яркий и точный портрет Алчности!
Весь его угловатый облик был воплощением завистливой нищеты; он являл собою одну из тех фигур, что бродят по парижской мостовой, мечтая о богатстве, вынашивая планы обогащения.
Самые простые деловые операции осложнялись, превращались в мрачные драмы, как только он прикасался к ним: он увлекался, он избил бы родного отца из-за пятифранковой монеты. А выиграв, он щедрой рукой расшвыривал золото.Даже обнаружив предательство самых близких, казалось бы, ему людей. он наказывает их исключительно финансово и тут найдя свою выгоду. Спокойствие его в финальной сцене романа - это последний штрих в облике этого человека.
Рене. Молоденькая красавица-жена. Украшение высшего света. Тряпки, драгоценности, любовники, кутежи, гулянки - только из этого состоит ее жизнь. (И снова от романа Золя у меня ощущение "вне времени"; сколько таких красоток каждый день заполняют событиями колонки светской хроники по всему миру?..) Но ей все время чего-то не хватает, пресыщенность и скука преследуют ее. Она никому не нужна и никто не нужен ей. Душа требует чего-то, а чего непонятно и тогда она старается найти утешение во грехе и чем страшнее, по ее мнению, грех тем лучше. Несмотря на всю ее кажущуюся никчемность и пустоту, мне было ее жаль. Возможно, попади она в другое общество, в другую семью, найди она утешение в чем-то более высокодуховном (неважно, в чем именно: может быть в религии или в детях), ее жизнь была бы прожита совсем по другому. Ей не хватило сил сопротивляться окружению, но и до конца ему уподобиться она не смогла:
Рене вносила в свой грех весь пыл искалеченной души. Она тоже катилась по наклонной плоскости и скатилась до конца, но не против воли. Желание пробудилось и стало ясным слишком поздно, когда она уже не хотела бороться с ним, и падение стало неизбежным. Оно внезапно предстало перед ней, как необходимое избавление от скуки, как редкостное, изощренное наслаждение, которое еще могло пробудить ее усталые чувства, ее увядшее сердцеИ когда в конце книги она смотрит в зеркало и не узнает себя, ты понимаешь, что для этой еще молодой, еще красивой, богатой женщины все кончено:
Перед ней развертывалась вся ее жизнь; она вновь переживала длительное смятение, затянувшее ее в круговорот золота и плотских наслаждений сперва до колен, потом по пояс и, наконец, по самые губы; теперь она чувствовала, что волны захлестывают ее, перекатываясь через голову, бьют ее частыми ударами по затылку. Как будто отрава разливалась по всему телу тлетворным соком, изнуряя его; точно опухоль, росла в сердце постыдная любовь, а мозг туманили болезненные капризы и животные желания. Этот яд впитали ступни ее ног из ковра ее коляски, из других ковров, из всего шелка и бархата, среди которых она жила с тех пор, как вышла замуж. И другие шаги заронили, вероятно, сюда ядовитые семена, которые взошли в ее крови и переливались теперь в ее венах. Рене хорошо помнила свое детство. Когда она была маленькой девочкой, в ней говорило лишь любопытство. Даже позже, после совершенного над нею насилия, толкнувшего ее на дурной путь, она хотела избежать позора. Несомненно, она исправилась бы, если бы осталась под крылышком тети Элизабет, училась бы у нее вязать. Пристально вглядываясь в зеркало, чтобы прочесть в нем то мирное будущее, которое от нее ушло, Рене как будто и сейчас еще слышала мерное постукивание длинных деревянных спиц. Но в зеркале отражались лишь розовые ноги и розовые бедра какой-то странной женщины в розовом шелку; вот этот тонкий шелк натянутого трико — это ее кожа, да и вся она создана для любви кукол и паяцев. Да, она только кукла, большая кукла, из разорванной груди которой сыплются опилки. И вот, когда вся жизнь с ее гнусностью прошла перед глазами Рене, в ней заговорила кровь ее отца, кровь буржуа, которая всегда вскипала в ней в минуту кризиса. Ей, дрожавшей при мысли об адских муках, следовало бы жить в строгом сумраке дома Беро. Кто же оголил ее?Конечно, сложно ее не осудить, но и не пожалеть ее я не могу. Нельзя сохранить душевную чистоту, купаясь в помоях. Нельзя быть честной и верной, наблюдая изо дня в день, как все совокупляются со всеми. Совокупляются у сводниц, в чьих домах есть два разных входа, чтобы все было чинно-благородно и никто не был увиден. Совокупляются на широких диванах в отдельных кабинетах ресторанов (ведь не зря же они такие широкие). Совокупляются за закрытыми дверями чиновничьих кабинетов, когда мужу нужен орден или назначение. Какая тут любовь! Тут даже страсти нет! Только выгода и разврат!
И Максим - сын Аристида - плод этого общества. Красивый, развратный, женоподобный, слабый, никчемный, идущий на поводу у любого, кто сильнее его (а таковыми являются практически все). Ему, по моему, вообще все равно, что происходит. Лишь бы были оплачены счета (его в отличие от отца добыча денег не интересует, только возможность их тратить), да соблюдены все внешние приличия. О нем даже сказать особо нечего. Ничтожество.
Ключевой сценой, отразившей всю суть романа, всю трагедия Рене и всю "прелесть" высшего общества, стал бал-маскарад, устроенный Аристидом, с царившими на нем двумя королями того времени (и не только того, к сожалению) Алчностью и Похотью:
А когда подняла глаза, снова увидела в раскрытую дверь танцоров, проносившихся в фигуре котильона. Все смешалось в оглушительном шуме. Рене в первую минуту ничего не могла различить, кроме разметавшихся юбок и черных ног, топтавшихся и кружившихся на месте. Голос Сафре кричал: «Меняйтесь дамами! Меняйтесь дамами!» Пары проносились в желтой пыли; каждый кавалер, протанцевав три-четыре тура вальса, бросал даму в объятия соседа, который передавал ему свою. Баронесса Мейнгольд в костюме Изумруда из объятий графа де Шибре попала в объятия г-на Симпсона; тот кое-как поймал ее за плечо, и кончики его пальцев в перчатке соскользнули ей за корсаж. Графиня Ванская, вся красная, звеня коралловыми подвесками, одним прыжком бросилась из объятий г-на де Сафре на грудь герцога де Розан, обняла его и, заставив кружиться пять тактов, повисла на руке г-на Симпсона, который только что перебросил Изумруд дирижеру котильона. Г-жа Тессьер, г-жа Даст, г-жа Лауранс, сверкая, точно живые драгоценные камни, бледным золотом топаза, нежной лазурью бирюзы, яркой синевой сапфира, на миг запрокидывались на протянутую руку кавалера, потом неслись дальше, попадали то лицом, то спиной в другие объятия, кружились со всеми мужчинами, находившимися в гостиной. Г-же д'Эспане удалось возле самого оркестра схватить на лету г-жу Гафнер; она не захотела ее отпустить, и теперь Золото и Серебро вдвоем влюбленно кружились в вальсе.P.S.: Прошу прощения за столь длинные цитаты, но это тот случай, когда из песни слов не выкинешь)
38525
strannik10228 ноября 2015 г.Читать далееПо сути, эта книга точно соответствовала бы чтению её в рамках игры "Открытая книга" — Эмиль Золя для меня пока ещё терра инкогнита и его авторский литературный стиль — неоткрытая книга, которую, судя по первому впечатлению предстоит ещё открывать и открывать.
Прежде всего, его литературный язык максимально точно совпадает с моими личными и индивидуальными способностями и возможностями воспринимать письменный текст. Мастерские описания картин внешнего мира наполнены запахами и звуками, цветом и вкусом, тактильными и чувственными образами и ощущениями и формируют картину мира, воспроизводимого Эмилем Золя, целиком и полностью — наверное сценаристам и режиссёрам, вознамерившимся снимать фильмы по книгам Золя ("ладно-ладно, пока по единственной прочитанной тобой книге" — возражает мой внутренний оппонент и критик) и придумывать самим ничего не нужно, просто выполни всё то, что у автора книги написано, расставь предметы внешнего антуража так, как они стоят в книжном изложении и одень героев точно в соответствии с описаниями, и пусть они ещё говорят так, как нужно говорить в тех ситуациях, в которые их поместил Эмиль Золя — вот собственно и всё, фильм будет обречён на успех. Тем более, что и фабула романа, его событийный и идейный ряд тоже и актуальны и интересны, и волнующи и привлекательны, да ещё и максимально — насколько это позволяет статус жанра — наполнены эротизмом и чувственной негой. И потому Эмиля Золя, при наличии соответствующей вакансии, вполне можно было бы назначать если не на должность Творца, то тогда его ближайшего помощника и соавтора — творимый им мир наверное является точной зеркальной копией мира реального.
Другая сторона романа — в нём с безжалостным раскрытием показаны все признаки падения нравов и всё обнищание духа, произошедшие во Франции в годы правления Наполеона III — вторая половина XIX века. Как там в марксизме — налицо явный кризис буржуазного общества и буржуазных общественных отношений. И в голове сразу Маяковский "Ешь ананасы, рябчиков жуй..." — и точно, подсказывает память, скоро грядёт Марсельеза и Парижская Коммуна, и Вторая империя падёт! И детальные и буквально пошаговые инструкции как поучаствовать в финансовых и деловых аферах и наварить при этом солидный куш и откусить изрядный кус делают чтение этих мест отчасти любовного романа совсем не скучным, но, напротив, оттеняют страсть и содом и гоморру...
И личные судьбы героев книги, и все пороки высшего парижского света, и великолепные описания, точные портреты героев и персонажей, крутая (как сказали бы теперь) фабула — всё это делает книгу интересной, вкусной, красивой, волнительной и побуждает задаться целью заняться судьбами Ругонов Маккары всерьёз, тем более, что серия из 20 романов позволяет вовсю и в полной мере насладиться творчеством Эмиля Золя. Так что будет чем заняться в 2016 году помимо бега в Долгой прогулке :-)
38240
strannik10210 мая 2016 г.Мечты иногда сбываются
Читать далееНа сей раз Золя уводит линию повествования и от Парижа, и от Плассана. Хотя названия и того и другого пару раз всплывают в книге, но так ненавязчиво и буквально впроброс, что кажется, что автор нарочито ввёл их в текст романа, дабы привязать события к Ругонам-Маккарам.
Опять мы волей автора сталкиваемся с религиозно окрашенной темой, опять перед нами мелькают фигуры в сутанах и рясах, соборы и другие церковные здания и сооружения, опять кто-то экстатически верит и страстно молится... Однако поскольку всё это исходит из под пера Золя, то и тема не кажется уже вторичной и навязчивой, и все описания нескучны.
В принципе, отчасти сюжет перекликается с романом "Проступок аббата Муре" — молодые юноша и девушка, зарождение страстной любви, препятствия и преграды, томления духа и томления тела, и даже хэппи энд со знаком минус. Не знаю, для чего Эмиль Золя решил спустя 13 лет ещё раз пройтись по однажды уже использованному сюжету, видимо были веские причины и основания. Но для нас это не так и важно, потому что если отбросить в сторону все эти умствования и оставить в чистом осадке только чтение великолепно выполненного литературного произведения, то и удовольствие получается чистым и полным.
PS Но вот если рассмотреть всё происходившее в романе с точки зрения визуализации мечты, то картинка получается впечатляющая...
37990
losharik9 мая 2024 г.Читать далееПродолжаю знакомство с третьим поколением семьи Ругон-Маккаров и на это раз речь идет об Аристиде Ругоне, взявшего себе из деловых соображений псевдоним Саккар, чтобы его имя не ассоциировалось с именем брата - Эжена Ругона. Чего нельзя отнять у Ругонов, так это их хищной деловой хватки, они издали чуют запах добычи, чуют, где можно поживиться и половить рыбку в мутной воде. После государственного переворота 2 декабря, приведшего к реставрации монархии, бывший республиканец Аристид Ругон покинул родной Плассан и устремился в Париж, где, не без помощи брата, депутата парламента, собирается сделать блестящую карьеру и разбогатеть. Должность помощника смотрителя при дорожном ведомстве в ратуше глубоко оскорбила Аристида, он то надеялся, что брат сумеет раздобыть для него министерский портфель, но как оказалось в дальнейшем, для умного человека такая должность сулила большие перспективы.
В то время в Париже разворачивалась грандиозная реконструкция города, массово сносилась старая застройка и возводились новые кварталы. Аристид Саккар, в силу своих должностных обязанностей, был в курсе планируемых работ и начал спекуляции с недвижимостью. Он покупал, предназначенные под снос дома, а затем, с помощью взяток членам комиссии, добивался государственной компенсации, значительно превосходившей стоимость дома. Для его афер Саккару нужен был стартовый капитал и тут очень удачно подвернулась выгодная женитьба, семья Беро оказалась в щекотливом положении, им срочно требовался муж для дочери Рене. К девушке прилагалось столь выгодное приданое, что делец Саккар не смог устоять.
Но Аристид Саккар не единственный представитель семейства, представленный на страницах этого романа. Его сын, Максим Саккар, тоже занимает важное место в повествовании. От Ругонов Максиму достался ум, который он не стремится использовать по назначению. В плане жизненной энергии он сильно отличается от старшего поколения. В отличии от отца и дяди, Максиму не надо кулаками отвоевывать себе место под солнцем, оно ему досталось по наследству. Обладая андрогинной внешностью, до определенного возраста Максим вел себя скорее как девочка, чему во многом способствовали светские дамы, наряжая хорошенького мальчика в платьица и забавляясь с ним как с куклой. С возрастом это прошло, мужская природа взяла свое, но какая-то женская избалованность и самолюбование остались.
Автор в очередной раз с большим мастерством описал парижское светское общество, царящие в нем нравы, его праздность, распущенность, лицемерие, безудержную страсть к роскоши, стремление на всем делать деньги. Здесь нет ни одного положительного персонажа, никто не вызывает сочувствия, хочется сказать, вашу бы энергию, да в мирных целях. Ругоны, безусловно, люди со способностями, вот только направлены они не на общественное благо, а на личное обогащение.
36424