Огни на равнине

В книге, написанной от лица рядового японской армии Тамуры, читателю предстоит погрузиться в события последних дней Второй мировой, наступивших для вооруженных сил страны Восходящего Солнца, когда-то захвативших филиппинский остров Лейта в ходе операции, являющейся частью "Большой войны в Юго-Восточной Азии и взглянуть на них глазами не просто отступающего человека, а лишенного поддержки, моральных и физических сил, раздавленного тяжестью предстающей картины бытия.

Когда-то цветущий остров в результате военных действий и деятельности человека превращается в место, усеянное горами разлагающихся трупов, источающих миазмы разложения, опустошенное, где среди растительных зарослей шныряют остатки японской армии, жаждущие прокормиться и пробиться к тому месту, где еще возможно рассчитывать на помощь собственного государства.

Блуждание Тамуры по острову в поисках спасения, с одной стороны, - это действительно физическое передвижение на пути к искомой точке, а с другой - душевное противостояние надвигающемуся хаосу и разрушению, способному каждого превратить в животного, пожирающего себе подобных, и как следствие лишенного самых простых моральных норм и устоев. Весь его путь - по сути поиск Бога, моральной поддержки в жутких условиях, способа не скатиться за черту, после которой нет возврата.

Как практически все книги японских авторов, эта тоже лишена динамики. Всё происходящее мы видим глазами героя, но почувствовать и прочувствовать весь ужас и трагедию возможно за счет тут и там разбросанных, упомянутых практически вскользь, без выпячивания и смакования, деталей, делающих картину поистине страшной, лишающей военные действия какого бы то ни было ореола романтики.
Беспощадная натуралистичность здесь тоже необходима, чтобы в очередной раз ярче и доходчивее показать, что война низвергает человека до самых низин бытия, переворачивая сознание и подталкивая к переоценке собственных ценностей, что и случилось с Тамурой.

Я всегда думала, что война - это пулеметные очереди, кровавые раны, смелые поступки. Это сражения, атаки - вообщем какие-то действия; борьба, где есть место и победителям, и побежденным.
В книге Сёхэй Оока все абсолютно по-другому. Мы увидим страшные картины глазами главного героя Тамуры - и их захочется стереть, убрать, закрыть на замок...
Здесь, на этих забытых Богом тропических Филиппинах, он переживет настоящий ад. И дело совсем не в боевых действиях...

Везде правит голод. И горстка побежденных японских солдат тщетно мечутся по острову, чтобы отыскать себе хоть немного еды. Тамуре уже все равно - он чувствует приближающуюся смерть, худой и изможденный. Он не боится. В его душе - кризис. Волнами прокатывается по телу то эйфория, то безразличие. Он пытается напомнить себе, что все еще человек, но теряет остатки себя, рассыпается в пыль.
Чувства и мысли - в смятении, и в какой-то момент стирается хрупкое равновесие между его внутренней сущностью и внешним миром.

Следующей приходит экзальтация. Он наслаждается красотой природы, вбирает в себя ее краски, дышит полной грудью.
Эти все переходы сменяются и превращаются в феерию разрозненных фрагментов. И становится немного страшно. И кажется, что вот-вот душа покинет это бренное тело. Все носит какой-то мистический оттенок до того момента, пока в этой пустоши не возникнут другие...

А люди хуже зверей. Все пороки и отклонения - как на ладони. Повсюду гниющие трупы, личинки, ужасающий запах. Здесь процветает каннибализм. И герой уже в одном шаге от того, чтобы не съесть себе подобного.
Вот что такое война... грязь, болезни и нескончаемый голод...
Ну очень тяжело было читать - много отталкивающих подробностей, поэтому людям брезгливым категорически не советую и пробовать. Ну а тем кто все же рискнет, будет предоставлена возможность пройти все этапы экзистенциального кризиса, виртуозно описанного автором.

Смерть никогда не обманывает, на нее всегда можно положиться. Бедолага рядовой Тамура хлебнул по полной военных действий на острове Лейте. И пусть попал он туда в момент, когда даже японское командование понимало нереальность выполнения своих приказов, честь и присяга обрекли на бессмысленную гибель тысячи людей. А самого Тамуру на долгую дорогу до Паломпона, единственного порта, оставшегося в руках японской армии. Разбитые, разоренные части, лишенные поставок, брошенные на произвол, обессиленные, больные, голодные...они понимали, что успеют лишь помахать на прощание тем, кто отплывает на Себу.

Вторая мировая и японские солдаты. Грабят, насилуют, убивают, безропотно подчиняются обстоятельствам. И армейская машина, одна из самых жестоких - система, которая калечит души и убивает всякое подобие сочувствия и сострадания.
Призрачная сила вооруженных людей и ненависть населения, которое спасается бегством, оставляя пустыми жилища.
Всепоглощающий страх и сигнальные костры, как символ грядущего возмездия.

Рядовой Тамура образован, добр, доверчив, он тонко чувствует красоту. Вот только, оказавшись в бесчеловечных условиях, ему, так же как и остальным, приходится убивать. Жалкие попытки сохранить в себе что-то человеческое. Инстинкт самосохранения перекрывает все этические нормы. Подобно диким зверям для них возможно лишь выгода и сообщничество. И только от одного, последнего падения, сможет он удержаться. От каннибализма. Предложенная умирающим рука - последняя капля для сознания и разума.

Записки, находящегося на излечении в клинике для душевнобольных - вот что представляет собой рассказ Тамуры. Добровольное затворничество, размышления о месте религии в мире, о том кто есть Бог. Обличительный приговор прошлому и предостережение будущему.
Личный опыт рядового войны.

Это жуткая книга. Другого слова даже подобрать нельзя. При достаточно еще живых воспоминаниях о "Прощай, оружии" это произведение ужасает еще больше. На контрасте воспринимается острее. И кажется в разы сильнее, мощнее своего европейского "аналога". Тот же потерявший видение всякого смысла в войне герой, госпиталь, болезнь и потом нечто среднее между дезертирством, бегством от противника и от самого себя и каким-то религиозным, философским поиском смыслов. Но то, что подразумевалось у Хемингуэя под ужасами войны кажется реальным курортом по сравнению с тем, что на самом деле представляет из себя война.

Сразу предупреждаю вас, если у вас низкий порог чувствительности к неприятным физиологическим деталям, то эту книгу нужно читать с большой осторожностью. Богатое воображение сыграет тут злую шутку, потому, что многие сцены невозможно читать без содрогания. Но этот натурализм критически необходим. Иначе так и будет война казаться сентиментальной прогулкой по горам и равнинам филиппинских островов.

Но особенно ужасающим было ощущение превращения людей в ходячих мертвецов. Они и появляются перед глазами читателя уже в не самом человеческом облике. Но уровень падения, как морального, так и физического преодолевает все ожидаемые пределы. Конечно, разумом каждый из нас понимает, что война – это боль, страх, грязь и кровь. Но чтобы это было подобным зомби-апокалипсисом... Просто невозможно заставить свое сознание рисовать подобные картины. А именно так нужно представлять войну, чтобы никогда снова ее не захотеть. И в этом ключе этот роман, на мой взгляд, гораздо больше отвращает от самого образа войны, чем эталонный роман Хемингуэя. Конечно, кто-то может найти это красивым – печально пережевывать разрушительную силу войны, сидя на веранде миланского ресторана. Но вот ползать по болотам тропического острова под обстрелом авиации, под огнями партизанов, без еды и воды даже не неделями, месяцами – тут уж точно никакой романтики. Никто, ни один здраво и даже не очень здраво мыслящий человек не должен желать такой опыт для себя, для своего ближнего и даже для чужого человека. Так просто не должно быть никогда.

C.R.
Обложка в стиле серии, но абсолютно ни о чем. И даже странно было открывать такую яркую и радостную обложку и читать под ней этот текст.
Обложка издания на английском ближе к истине, но очень уж "приличная". Красное небо оригинальной обложки подходит уже гораздо лучше. Но вот черная обложка с "человеком" – она идеально попадает под суть книги. Вызывает экзистенциальный ужас.

Мрачная, тяжелая, невероятно депрессивная, но при этом честная книга.

И невысокая оценка не потому, что книга сама по себе плоха. Нет, написана она хорошо, ярко, образно, достоверно, иногда даже чересчур. Но вот читать эти яркие образы – тяжело невероятно.

Про события второй мировой, происходившие в южно-азиатской части планеты, мне уже доводилось читать. Уже были и Тан Тван Энг - Дар дождя , и Тан Тван Энг - Сад вечерних туманов , и Эка Курниаван - Красота — это горе . Но там события в Малайзии и в Индонезии рассказывались с точки зрения оккупированных. Здесь же повествование идет от лица оккупантов. И это уже далеко не те бравые вояки, которые в 1942 году захватили филиппинские острова, чтобы нести отсталым туземцам свою великую японскую культуру, глубокую философию, литературу, духовность, музыку, ̶б̶а̶л̶е̶т̶  и спасти их от какого-нибудь тлетворного влияния, и, попутно, разрушить их дома, забрать их ресурсы, отправить мужчин в трудовые лагеря, а женщин – в бордели.

Повествование начинается в 1944 году на филиппинском острове Лейте. Японской армии уже везде приходится несладко, но мужественный японский народ под началом богоподобного императора, благодаря многолетней военно-пропагандистской закваске, всё ещё надувает щеки и отправляет на оккупированные территории всё новых и новых мобилизованных. Они, конечно, уже не так хороши, как в первые годы войны: плохо обучены, слабы здоровьем, частично даже демотивированы, но когда это останавливало высшее военное руководство? Людей отправили, задачи им поставили, а то, что не смогли их обеспечить ни оружием, ни лекарствами, ни продовольствием, - кого волнуют такие мелочи?

Да, мы видим разрозненные, разбросанные по тропическим джунглям жалкие остатки некогда великой армии, у солдат которой только одна цель – как-нибудь добраться до последнего форпоста японцев на этом острове, и попутно не умереть от многочисленных тропических болезней, регулярных американских авианалетов, филиппинских партизан и, самое главное, - от голода!

Тема голода, пожалуй, - основная в книге. С продовольствием настолько туго, что... Вернее, не так – продовольствия нет совсем! И, если в начале солдаты еще как-то обходятся грабежом деревень и сбором подножного корма (в ход идут и любые съедобные корешки, и травки, и гусеницы, и свежая падаль), то под конец везде уже процветает самый махровый каннибализм. И описано это всё весьма подробно и впечатляюще...

Интересно, что в начале книги ГГ, повинуясь встроенному, наверное, в каждого японца удивительному умению, умудряется любоваться окружающей его природой.

Под конец же, любой новый пейзаж изучается исключительно с утилитарной целью: есть ли там укрытие, нет ли там партизан, найду ли я там хоть что-нибудь съедобное...

Можно, конечно, сказать, что ГГ – ненадежный рассказчик, который и пишет-то свои записки из психушки. Но тут обращаемся к личности Автора и узнаем, что он «в 1944 году был призван в японскую императорскую армию и после минимальной боевой подготовки был отправлен на фронт на Филиппины. В январе следующего года сдался в плен армии США и был послан в лагерь военнопленных на остров Лейте». То есть совпадение с событиями в книге – 99,9%. Не обязательно, конечно, перед нами автобиография, но то, что многое взято из личного опыта Автора, – несомненно.

В целом, повторюсь, книга написана весьма талантливо, но произвела на меня крайне гнетущее и беспросветное впечатление. Схожие по общему настрою Эрих Мария Ремарк - На западном фронте без перемен ,  Эрнест Хемингуэй - Прощай, оружие! Рассказы. или  Генрих Бёлль - Город привычных лиц (сборник) - просто милые и добрые истории.

Скажу лишь одно: не оккупируйте – и не оккупируемы будете!

Сцена из фильма "Полевые огни" (1959), снятого по данной книге. Реж. Кона Итикава

Это самая неяпонская японская книга, из всех японских книг, которые я читала, но при этом самая азиатская. Парадокс.

На моем умственном литературном азиатском континенте Япония находится особняком, примерно так же, как это обстоит и в реальной жизни. Есть Азия - буйство цвета, звуков, запахов, духоты, варварских обычаев, социальных и экономических контрастов. Есть Япония - сдержанная, монохромная, холодная, абсолютно неевропейская и максимально неазиатская. Япония - это Япония. Роман "Огни на равнине" Сёхэя Ооки неяпонский, слишком уж он ощущается на коже и на языке. Может быть, это потому, что действие происходит на Филиппинах, а может по какой-то другой, неизвестной мне, причине.

Итак, Филиппины, остров Лейте. Где между 1941 годом, когда японцы оккупировали страну, и 1944, когда американцы их оттуда выбили, но вероятнее всего 1944, потому что в романе описывается поражение японской армии и отчаянные попытки императорских солдат спастись от филиппинских партизан и их американских союзников. Учитывая придыхание, с которым японские авторы обычно пишут о своей нации, своей армии и своем императоре, повествование сразу ошарашивает: рядовой Тамура, подхвативший легочную инфекцию, не может найти себе места ни в родной части, ни в госпитале. Никому не охота с ним возиться, его банально нечем кормить, поэтому капитан взвода дает ему винтовку, гранату, шесть картошин и отправляет выживать самостоятельно в филиппинских джунглях. Весь роман - это и есть история такого выживания.

Рядовой Тамура совсем не патриот, он не рвется умереть во имя Родины, в нем нет ничего самурайского. Это совершенно обычный испуганный человек, которого больше всего на свете интересуют его личные страдания: голод, болезни, душные джунгли, болота, партизаны. В отчаянии он блуждает по лесу, принимая то и дело противоречащие друг другу решения. То он решает сдаться на милость американцам, то вернуться в часть, то спрятаться в лесу и вести жизнь отшельника. Любое событие подталкивает его в сторону, противоположную той, в которую он шел. Он действует, повинуясь не разуму, но инстинктам - голоду и страху. Читатель мечется вместе с Тамурой по джунглям, довольно быстро утомляясь. С одной стороны, этот персонаж был мне близок, потому что я бы тоже не побежала умирать за родину, которая к тому же меня предала, с другой - мне хотелось найти в нем хоть что-то положительное, но увы. Нет в рядовом Тамуре ни положительного, ни чего-либо мало-мальски примечательного. Замысел автора здесь понятен: раскрыть негероя на войне. И это, честно говоря, действительно получилось.

Увы, здесь отвратительная композиция. То, что главный герой не вызывает симпатий, отталкивает не так, как факт, что мысли и события скачут, аки блохи. Здесь нет единого выстроенного сюжета. Если отбросить линию солдата, пытающего выжить во враждебных джунглях, то перед нами ряд зарисовок на тему негероической войны. Какие-то более удачны, какие-то менее. Заглавные огни на равнине, появившиеся в самом начале произведения, ни как не раскроются. Тема борьбы филиппинских партизан с японскими оккупантами, с этими огнями как раз связанная, тоже плавно сольется. Эпилог невыразимо лишний, как по мне, и портящий общее впечатление. В любой истории нужно уметь ставить точку, и в этом романе ее надо было поставить на острове Лейте.

В итоге мне скорее не понравилось. Скучно и очевидно, но язык великолепен. Рука не поднимается поставить такому языку плохую оценку. Много натуралистических сцен, видимо призванных шокировать неподготовленного читателя, но вряд ли способных поразить стрелянного воробья. Из плюсов - шикарные описания природы и свежий взгляд на японскую военщину. Из минусов - исторический аспект практически не раскрыт, нет четкого сюжета, затянутость при довольно маленьком объеме. Из этого мог бы получиться шикарный рассказ или даже не менее шикарная повесть. Роман же выдохся.

Очередной пример того, что мы с японцами не всегда совместимы. Конкретно мне не всегда удается понять и прочувствовать всю глубину глубин их чувств и размышлений. Чужая душа - потемки, как говорится. Но иногда в этих потемках удается разглядеть что-то интересное, что может сблизить, а иногда - нет. Так у меня и случилось в этот раз.

Герой и рассказчик "Огней на равнине" - рядовой Тамура, японский солдат, один из десантников импереаторской армии, заброшенный вместе с однополчанами на один из филиппинских островов. Заболевший туберкулезом, ослабленный, голодный и никому не нужный он оказывается предоставлен самому себе в сердце японской армии. А та находится в положении настолько плохом, что даже слово "отчаянное" не до конца отображает всю глубину положения. Военные интенданты не позаботились о провианте - солдаты оказались вынуждены сами добывать себе пропитание. А возможности оказались чересчур ограниченными - сворованная с полей филиппинских крестьян картошка, червяки, гусеницы, придорожные травки... Оборванные и изможденные, не верящие никому, как живые трупы бродят японские солдаты по острову. И массово умирают. Не только от ран, пуль и тропических болячек, но и от голода и истощения. Порой доходит до каннибализма. А офицеры так и не соизволяют позаботиться о подчиненных. А подчиненные? Мрут как мухи. Вот в такой "радостной" обстановке рядовой Тамура плетется сначала в военный госпиталь, а потом, когда его отказываются там принять, а сам госпиталь разбомбила американская авиация, отправляется в глубь острова, чтобы потом отправиться на побережье, откуда вроде как должны эвакуировать японских солдат.

В такой обстановке человек способен превратиться в животное, насмотреться разных галлюцинаций, испытать совершенно незабываемые ощущения, а что творится у него в голове - лучше вообще не представлять. Да и не надо представлять - Тамура сам все подробно расскажет. Именно его мыслям посвящена эта повесть о войне, скорее лирическая, чем эпическая. Книга написана очень по-восточному - размеренная, подробно описывающая разные мелочи, нашлось там место для огромного количества случайных событий, описанных до тошноты подробно. Все это привело к тому, что сюжет развивается очень и очень медленно. Единственный плюс этого - ты под конец книги как будто вместе с Тамурой бредешь через влажный филиппинский лес.

"Огни на равнине" сложно назвать приятным и расслабляющим чтением. Действия в книге тоже не особо много. Несмотря на то, что это роман о пути, книгу скорее можно назвать статичной. Но даже та небольшая толика экшена, которой нашлось место в книге, способна хорошенько встряхнуть читателя.

Как итог - хороший роман об одиночестве, но очень на любителя. Сильный, но очень неприятный. Как порой бывает правда.

Начинается чем-то парадоксально, похоже на «Поправку-22», только наоборот и без сатиры. 1945 г. Филиппины. Рядового Тамуру отправляют в госпиталь с пайком, там его быстро выписывают без пайка, в своей части Тамура тоже не нужен и он плетется назад в госпиталь, где его, разумеется, не принимают, и он вливается в общество таких же отверженных полубольных солдат, на которых не хватает еды. Он видит, как распадаются привычные связи и зарождаются новые, фальшивые, но необходимые. Он созерцает природу острова Лейте: долины, лесные чащи, горные вершины, реки. Он наблюдает за небесами, отмечает восходы солнца и красоту луны. Контрастом выступает грязь человеческого существования, отвратительная трагедия войны. Герой пробует себя в роли своеобразного Робинзона, хотя и недолго и без приложения труда, но вторжение ему подобных развеивает эту иллюзию покоя на лоне природы. Тамура вспоминает юношеское увлечение христианством, но его стремление к кресту, увенчивавшему местный храм, приводит к очередному ужасному видению – преступлению японских солдат, осквернившему храм. Постепенно в герое замирают чувства, он выгорает изнутри, ничему не удивляется, не ужасается, безразличен к своей жизни. Даже относительно счастливый исход ничего для него не меняет. Последние страницы романа переносят нас вслед за героем в Японию: кратко рассказав, как он вернулся домой и кто его встретил, Тамура объясняет, где он находится сейчас и почему сделал такой выбор.

Война для рядового Тамуры превращается в один сплошной акт богоискательста. Попав в составе японской армии на Филиппины, Тамура оказывается больным и неспособным вести дальнейшие военные действия. Командир отправляет рядового в больницу, чтобы тот не висел на балансе с трудом добывающего себе пропитание отряда.

Тамура начинает свой поход в неизвестность, сопровождаемый страхом за собственную жизнь и терзаемый неумолимым голодом. Ему стоит многое пройти, прежде чем познать самое дно отчаяния, одиночества и человеческой подлости.

Японская армия быстро превращается в разбросанные шайки разбойников, налетающих на деревни и разоряющих царящий в округе рай. Бурная растительность как будто призвана подчеркнуть окружающее героя безумие. Среди раскидистой зелени Тамура переживает приступы галлюцинаций, впадает в полное отчаяние и возрождается вновь. И каждую секунду он должен решать для себя - а продолжает ли он оставаться человеком?

Многие его соотечественники превращаются в органическую массу, дающую пищу мухам и зелени. Оставшиеся в живых ищут возможность спастись, пусть и за счет другого человеческого тела. И только Тамура бредет куда-то без цели, подхватываемый потоками. И только Тамура в результате спасается, чтобы навеки обречь себя на добровольное изгнание.

Оока хорошо рисует, как воздействует на образованного и думающего человека творящееся вокруг. Тамура пришел на войну, а в результате убивает совсем не противников. Он корит себя за содеянное, вновь и вновь сдирая коросты с заживающих ран. "Огни на равнине" - очень яркая книга, не для быстрого прочтения. Она требует сопереживания и черствости, чтобы дожить до последней главы.

В этой книге автор переплавил свой собственный опыт, полученный во время второй мировой войны, в форму художественного произведения.
У меня сложилось впечатление, что за паттерн, образец для структурирования и анализа пережитого на филиппинском острове он взял книгу англичанина Даниэля Дефо. Неудивительно что мне, так любившей в детстве ту самую зеленую книжку со страшными иллюстрациями, периодически голос рассказчика казался голосом "бедного, бедного Робинзона Крузо" ("Куда ты попал, Робинзон? Где ты был?") Одинокий, печальный человек, с тоской мечтающий вернуться к людям, но вместе с тем смертельно страшащийся этих самых людей.
Кто-то справедливо охарактеризовал роман как "странное произведение, похожее на бред". Так наверное и должно быть - война - это безумие, бред. Герой не рассуждает здраво, его мысли путаются, сознание туманится.
Лишь в эпилоге, в главке "Дневник сумасшедшего", герой мыслит четко и логично. Это , пожадуй, самые здравые мысли, которые мне доводилось слышать либо читать за последнее время.