Избранное в двух томах. Том 2. Доктор Живаго

Я очень терпимый человек, но совершенно не переношу когда говорят про что то- я сам не читал/не смотрел/не пробовал, но слышал что вещь плохая, поэтому тоже так считаю. На Доктор Живаго мне попадались достаточно противоречивые отзывы, много было отрицательных с пометкой не читал, но…., а также достаточно много тех, кто не пробрался дальше десятой страницы/середины книги.
Могу сказать, что с самого начала книга напомнила мне Белую гвардию, я даже усомнилась, не начинала ли я читать эту книгу. Белую гвардию, к слову сказать, я тоже начинала читать еще в школе, но тогда не дочитала.
Пастернак для меня- в первую очередь поэт.

…Метель лепила на стекле
Кружки и стрелы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

На озаренный потолок
Ложились тени,
Скрещенья рук, скрещенья ног,
Судьбы скрещенья…

Это «Скрещенья рук, скрещенья ног,
Судьбы скрещенья.»- мне кажутся завораживающими.

Но сейчас я говорю о Пастернаке-писателе прозы. В целом язык романа не сложный, читается все произведение весьма легко. Но…в диалогах чувствуется большая натянутость. В реальной жизни вряд ли говорят- «Я была его детской пассией, той порабощающей страстью, которую скрывают, которую детская гордость не позволяет обнаружить, и которая без слов написана на лице и видна каждому». Не зная откуда такая цитата, что бы вы подумали? Такая некая пафосность уместна в авторских размышлениях, мыслях, но в устах героев, в диалоге, звучит напыщенно. Часто события в романе перескакивают во времени и местоположении, и не всегда четко объяснено что было в выпавших промежутках времени.
Роман изобилует персонажами, особенно в самом начале, очень много героев, и непонятно кто из них останется в центре повествования, а кого мы больше не увидим и не стоит на него обращать чрезмерное внимание. Часть героев при упоминании я искала в поиске ворда чтобы узнать, упоминались ли они ранее.
Основное действие разворачивается в годы революции, 10-20 годы. С самого начала чувствуется надвигающееся страшное, отсутствует абсолютно мирное время, неспешное. Уже идут восстания, бунты. Но двигаясь дальше по роману и сравнивая прошлое (то настороение и события которые были в романе) и настоящее (середина книгии, конец), начинаешь думать о прошлом как о мирном времени. Революция показана немного случайно, идеологически она не сильна подкреплена. Вспомнить можно хотя бы эпизод с разбежавшимися из мастерской матери Лары работницами- они не особо то хотели то уходить с работы, так просто надо было, вроде как все идут на забастовки и мы должны, стадное чувство. Надо отметить, что не смотря на сочувствие Живаго белым, белые в романе показаны более жестокими, более злой силой. Именно они подкинули человека с отрубленными рукой и ногой, о их зверствах рассказывается подробно. Хоть о красных и упоминается что они тоже грабили-убивали и далее по списку, но конкретных эмоционально окрашенных злодеяний за ними не видно.
Про Живаго…Мне показался данный герой резко неприятен. Мужчина, не умеющий брать на себя ответственность, плывущий по течению и вдруг вспоминающий о принципах в ненужный момент. Например эпизод у партизан, когда он под влиянием душевного порыва стрелял в мальчика, а потом подумал, что нехорошо это и спас его. Или эпизод в Варыкино, где он прятался с Ларой и Катей от возможного ареста. Необходимо было решать, что делать дальше. Не высказав своих предложений, он отказывался от предложения Комаровского, прекрасного зная что без него Лара никуда не поедет. И там же его позиция- да мы вместе, но не по настоящему, ответственность за твою дочь я не могу на себя взять. Когда Комаровский уговаривает Живаго обмануть Лару, Живаго думает о том, что –Она далась в обман и ни о чем не подозревает. Замечаете? Далась в обман. Не он ее обманул, а она сама далась в обман. У меня эта часть отзыва очень эмоционально окрашена, но герой действительно мне совершенно неприятен. Я не вижу с его стороны любви к кому бы то ни было, кроме себя. Совершенно неопределенная позиция-по отношении к общественной и личной жизни, полное отстранение от детей, я уже не говорю о любящих его женщинах.
Финал романа закономерный, как мне показалось.
Мой личный итог романа- надо уметь принимать решения и брать на себя ответственность.

Очень горжусь собой, что дочитала это произведение.

Сюжет: в стране гражданская война, люди поделились на красных и белых (коммунисты и монархисты). Творится бойня между своими, потому что нет однозначного мнения чего надо народу.
Параллельно с этим показано развитие судьбы Юрия Андреевича Живаго. Доктора, верного своей профессии. У него жена Тоня (настоящая, верная, решающая проблемы, интеллектуальная, помогающая ему). И через время у нашего доктора появится Лорочка (создающая проблемы, воздушная, чувственная, хозяйственная дама).
Живаго будет на войне. И доктором и в атаке...
У него родится много детей...

Будет ли все хорошо?...

Размышления: по прочтению эмоции были разные: иногда захватывало, иногда нет.
Не прониклась я к доктору. Нет в нем стержня. И к детям он своим не тяготит. Про них ни слова, они просто есть, они как...последствие секса. Он находил утешения в объятиях женщин. Страдал от того, что понимал, что не прав, но сделать...ничего толком не делал.

И вот написала и понимаю, что произведение более многогранное, чем кажется.

Живаго послали в атаку, но как может убить доктор, который давал клятву Гиппократу - не навреди. Юрий стреляет в дерево, но рикошетит в человека, которого потом сам Юрий и спасает.

Но ведь делать свое дело в тёмные времена - это ведь тоже надо иметь стержень. Значит он был. Стержень тот.

А женщины. Они ведь украшали его жизнь. И каждую он по-своему ценил. И каждая ему на своём этапе по-своему помогла. Говорят же, дети от любви лишь появляются. От жаркой, страстной, когда голова окончательно отключается. Значит страсть была ай да ну. Отдавался он целиком.

По представлениям Пастернака Юрий был справедливым и честным. В моменте. По отношению ко всему в рамках локального пространства. Вероятно я соглашусь.

Но если выходить на уровень системы...а не субъекта...на уровень института семьи всей страны, то это...недопустимо.

Но кто сказал, что на войне вообще нет недопустимого..и кто сказал, что мозг во всех этих условиях не туманится.

Написала я все это и подняла оценку. Было 3.5; сейчас 4.

«Не читал, но осуждаю» (спойлер, нет)
Пытаться рассказать про эту книгу и не написать при этом реферат на 20 страниц невозможно.
И говорить про сюжет подробно нет смысла: это – программное произведение, которое мы «проходили» в 11 классе. Думаю, более или менее, сюжет знаком всем. История доктора Живаго: детство-юношество-зрелость. И сначала перед читателем предстаёт юный Юра, похоронивший мать и начавший самостоятельную жизнь: хоть и был он пристроен в достаточно комфортные, почти тепличные условия, но при этом остался с хаосом внутри, с незатянувшейся раной на месте материнской фигуры. И хаос этот был созвучен происходящему вовне – на дворе 1905 год со всеми вытекающими событиями. И дальше-дальше: взросление мальчика, возмужание, метания и выборы, отказ от выборов и попытки плыть по течению, не сопротивляясь бурной реке истории, и женщины, дети, встречи, иногда фатальные… А на фоне личной истории/трагедии – история России до 1929 года. Тут будет и Первая мировая, и гражданская война, просто бесконечно длящаяся, и тяжелые послевоенные годы, и становление советской власти со всем тем, что она с собой несла.
Это – эпично. Это одна из тех книг, которую при здравом подходе нельзя прочитать за условную неделю (чисто технически, конечно, можно, но не надо так делать). Эту книгу читать непросто. Не только из-за событий, которые в ней описываются: тяжелых, местами мрачных и жестоких, но и потому что это – постмодернизм и символизм. Поэтому текст Пастернака будет плотным, образным и можно залипать на каждом абзаце. Это та книга, которая требует и душевных сил, и времени, и желания в нее погрузиться, и нужно выделить под неё читательское пространство. Это одна из тех книг, которые требуют уважения к себе, безотносительно от того, как читатель впоследствии оценит этот опыт. И это говорит для меня о многом.
Для меня это стало безусловным 11/10, при том, что персонажи мне опять были неприятны почти все, и то, как написано чисто с литературной точки зрения – не моё, а мысли Пастернака на разнообразные моменты, особенно исторические или философские, казались спорными. Плюс множество (невероятное!) персонажей опять люто выбешивало, и я могу найти добрый десяток причин, почему это – плохо и не надо это читать. Опять же эта история с Нобелевской премией и участием ЦРУ…
Но это было настолько «плохо», что я по факту потом прочитала и биографию Пастернака, и «Расшифрованного Пастернака» Соколова, и посмотрела сериал, и съездила в Переделкино и на кладбище к могиле Б.Л., и не перестаю думать о «Живаго» спустя время.
Живаго получился всех живее, и «похоронить живаго» не получилось)
Это – великолепно, вот что)))
Я очень понимаю, почему вокруг книги впоследствии развернулось целое действо. Потому что Борис Пастернак вложил в эту историю столько внутренних сил, эмоций и энергии, что роман стал артефактом. И именно это открывает просто бесконечные возможности. Идеально читать эту книгу в компании – в читательском клубе или с единомышленниками, потому что тут есть просто десятки вопросов, которые нуждаются в обсуждении, как простых бытовых или отношенческих, так и глубоких, требующих особого осмысления. И сложно сказать, какой темы не коснулся Пастернак. Пожалуй, только по теме еврейства прокатился по очень широкой дуге, несмотря на то, что почти вся критика заявляет эту тему, как одну из ключевых романа. Мне так не показалось. При желании можно додумать-довытаскивать смыслы, опираясь на образы и фамилии, но сам текст не предоставляет именно этой теме особого пространства.
Но вот остальное, насущное, Б.Л. пытался так или иначе препарировать. Именно поэтому желательно, читать книгу в компании, чтобы было в кого поорать. А поорать захочется непременно. Да, и честно говоря, это столь великий роман, что человеку, каким бы подготовленным читателем он ни был, тяжело будет остаться с ним наедине – раздавит.
Конечно, стоит помнить, что «Доктор Живаго» - образец модернистского романа. Поэтому, если сразу не подхватит и не понесет, тексту надо дать время и привыкнуть, дабы вчитаться, и тут я очень понимаю Анну Ахматову, которая написала: «Встречаются страницы совершенно непрофессиональные. Полагаю, их писала Ольга. Не смейтесь. Я говорю серьезно. У меня... никогда не было никаких редакторских поползновений, но тут мне хотелось схватить карандаш и перечеркивать страницу за страницей крест-накрест. И в этом же романе есть пейзажи... я ответственно утверждаю, равных им в русской литературе нет. Ни у Тургенева, ни у Толстого, ни у кого. Они гениальны, как „рос орешник“».
Всё так. Совершенно нереально прекрасные описания природы, отражающие и внутренние состояния героев, и мир вокруг, соседствуют с обрывочными, хаотичными наслоениями диалогов. И периодически я слышала то Паустовского, то Достоевского, то Пушкина, то Булгакова – всё же Ю.Л. был прекрасно знаком с произведениями русской литературы. Но первый, кто постучался мне в голову с самого начала – Маяковский. Какие бы ни складывались между гениями отношения, Владимир Владимирович очень повлиял на мастера и его творчество. Очень.
Ещё, «Доктор Живаго» - это символистский роман. И этим он тоже прекрасен. Вообще, если тест интертекстуален (а он таков) и в нем звучит вот эта смысловая полифония (а она звучит!), для меня этот текст уже интересен, о чем бы и о ком бы он ни был. Потому что его интересно разгадывать, к нему интересно присматриваться, в нем интересно искать скрытые смыслы и крутить образы туда-сюда. И проводить параллели. Например, с Евангелием, разбирая на крупицы тот пласт, что касается пути Спасителя. Или дискутировать стоял ли за образом Евграфа ангел-хранитель (или это был товарищ Сталин, учитывая какую роль сыграл он в судьбе Б.Л,), и была ли Лара самой Россией, или кто скрывался за образом Патули (есть варианты, но мне нравится думать, что за Антиповым-Стрельниковым стоял Маяковский).
Это вот главное. «Доктор Живаго» столь живой роман, что он позволяет в жить внутри себя – он открывает простор для мыслей.
И каждый читатель, абсолютно каждый, может найти что-то очень своё, тут есть за что зацепиться. Кому-то будет интересна мирская суетная жизнь российской интеллигенции в кризисные времена – очень познавательная, и, что греха таить, очень узнаваемая: все эти бабули, продающие вещички на блошином рынке, все эти побеги в провинцию от голода и посадка огородиков – привет вам, «святые 90-е», мы тоже прошли свой виток этой истории. Кому-то станут близки страницы, посвященные размышлениям о судьбах родины, кто-то потеряется в перипетиях гражданской войны, партизанщины, и тому, как дивно складывались и переплетались судьбы героев.
Это одна из тех книг, которую надо перечитывать. И это одна из тех книг, которые насыщают надолго.

«Доктор Живаго» – сложная вещь. Автор проводит читателя из дореволюционной России, с ее православно-патриархальным укладом через события 1905 года, через первую мировую, через февральскую и октябрьскую революции 1917 года, к Гражданской войне и первым годам нэпа. Все это преподносится на примере трагичных судеб очень разных людей, людей разного воспитания и из различных слоев общества.
Некоторые персонажи пройдут насквозь повествования, некоторые мелькнут и исчезнут в небытие. Сами персонажи в общем-то довольно символичные, как некие схемы. Именно поэтому мне было трудно вчитаться в этот роман. Особенно доставляло, что автор постоянно «подвозит» все новых и новых персонажей и их жизненные истории, и я как читатель просто не могла сообразить в какую же сторону мне смотреть и что тут основное, а что не очень. Уж очень громоздкий клубок человеческих образов и судеб. Хотя, скорее всего, в этом и есть задумка автора. Книга эпохальная, что тут говорить...

Понравился искренний, очень реалистичный взгляд доктора Живаго на историю тех лет, очень отличный от того образа, который внушался в советское время в виде истории в школе. Понятно, что такой взгляд на революцию и революционеров, на красный террор, сталинские концлагеря – вот все это не могло порадовать советских критиков и роман долгие годы был под запретом.

Минус книги для меня – это схематичные, несколько картонные основные персонажи. Лара и Тоня – для меня эти две женщины неразличимы. Они одинаково думают и одинаково разговаривают. И обе испытывают непонятное пристрастие к этому странному «идолу» Юрочке. Хотя странным «идолом» в романе поименован другой персонаж - третьестепенный Прохор Притульев, за которым на трудовую повинность следуют две его сожительницы. Но вот этот доктор Юрий Живаго - это еще одна боль и недоразумение этого романа. Это тип Эшли Уилкса из «Унесенных ветром»: человек-декорация.

Безвольный, бесхарактерный субъект, плывущий по течению. Он умен, образован, отличный врач-диагност. Он честен в своих оценках происходящего вокруг, но… Он абсолютно неприспособленный к жизни человек. Не умеет позаботиться ни о себе, ни о своих близких.

Потом доктор умирает (сердце), но после него остаются стихи. Стихи, конечно же, жемчужина романа.

В романе есть мужские персонажи, также как и доктор дворянского происхождения, и которые весьма таинственным образом приспосабливаются и живут при СССР припеваючи, являясь поддержкой и опорой для своих семей и друзей. Это Самдевятов и Евграф Живаго. Было бы интересно почитать роман об их судьбе и становлении в реалиях того времени, но – увы, они всего лишь схематичные «благодетели» доктора и Лары.

Несмотря на некоторые трудности, я довольна, что прочла роман. Так как был повод задуматься о трагичной, весьма неоднозначной истории России тех лет.

Мне сложно дается выразить мнение о книгах общепризнанных великими, особенно когда мое мнение не соответсвует мнению большинства. Меня посещают сомнения касательно моего качества чтения, глубины понимания, исторических знаний.

Книга больше рассказывает об эпохе первой половины двадцатого века в России, нежели о жизни самого Живаго. Несмотря на то, что он жертва обстоятельств, История не давала ему какого-либо выбора и описание его жизни — это зеркало времени, у меня не возникло ни симпатии, ни сожаления в конце, ни к нему самому, ни к другим героям. Мне показалось, что исторический фон имеет намного больше веса, чем сами персонажи. Да и само описание исторических событий вышло слишком абстрактным, чтобы по-настоящему к ним проникнуться. Я сравнивала эту смесь истории с персонажами с тем, как это сделано в Война и мир , и у Толстого, на мой взгляд, вышел лучший баланс.

В "Докторе Живаго" есть один из моих любимых типов повествования, когда персонажи и события, на первый взгляд не связанные между собой, оказываются частью большого целого. Но и опять это было сделано слишком очевидно и без удивления.

И все же, я рада, что не бросила чтение этой книги и пополнила свой запах прочитанных книг классической литературы.

До чего же тягомотная писанина.... мне казалось, что пройдёт вечности полторы, пока этот роман наконец закончится... И вроде бы, я ведь люблю такие сюжеты. Мне нравится описание жизни людей на большом промежутке времени, как вырос, с кем общался, с кем сошёлся, с кем разошёлся, как жизнь потом сложилась. То есть по всему выходит, что это мой жанр. Если взять сюжет в кратком пересказе, то с ним всё хорошо и мне интересно. Но как же невероятно скучно было всё это по крупицам вычитывать из кучи ненужных слов! Отвратительно, просто кошмар. Возможно, худшая книга года для меня.

Загодя, только по названию, поглядывая на брутального автора, решила для себя, что Юрий Живаго будет моей литературной любовью. Обманул, мерзавец, не стал.

История жизни врача и поэта Юрия Живаго на фоне трагичных событий первой половины ХХ века. Его страсти и слабости, лишения и утраты, любовь и привязанность. Его судьба через призму жизни всей страны.

Редко остаюсь равнодушной к персонажам. Не прикипела ни к малохольному Живаго, ни к импульсивной Ларе, ни к подонку Комаровскому. Они словно проживают черновик, не дорожа и не ценя ничего вокруг: а, ладно, перепишу. Нет. Живём сразу набело. Без корректора и ластика.

А болела душа за Павла Антипова. Бедный мальчик, он всю жизнь пытался перекроить судьбу и создать лучшую версию себя. И при этом всегда сворачивал не туда. Вся жаль-боль моя на Патулю растратилась.

Сложное для восприятия произведение. Масштаб - от исторической хроники до христианской философии. Калейдоскоп персонажей как карусель закружит и свяжет всех накрепко. Своеобразность прозы без финальных стихов не раскроется полностью. Как это всё переварить?

Переварить сложно, до финала читала лишь для статусности: поставлю, мол, галочку в список жизненных высот). Но сейчас понимаю, что это было нечто значимое.  Спасибо Пастернаку, мне этого значимого хватит на ближайшие лет десять.

Про этот роман я услышала давно. О том, что он - из "запрещенной литературы", а потому… А потому его кинулись читать многие, но не я. Когда кинулись писать "острые произведения", издавать "запрещенные книги" и вокруг этого всего поднимались шум и суета, зачастую оказывалось, что кроме того, что произведение "острое" или "запрещенное" больше никаких достоинств и не оказывалось. Но сейчас это всё поспокойнее, к тому же Пастернак - это вроде как классика или около ого, ну вот я ознакомилась.
Роман написан прекрасным русским языком, последняя глава - стихи - прекрасные стихи. И… Ну и всё в общем-то. Остальное мне явно не пришлось по душе.
Это оказался, по моему мнению, конечно, огромный роман о маленьком человеке в обстоятельствах, которые сложились в России с начала 20-го века; основное повествование заканчивается до Отечественной войны, дальше - просто бегло, как сложились судьбы оставшихся. Общее ощущение - нудное, многословное резонерство, можно сказать, извините, соплежуйство. И постоянно всё так Тоскливо до крайности. И ни одного персонажа, за кого хоть как-то переживательно. Ощущение, будто описано существование призраков-теней, пыльных и сумеречных. Пастернак описывает "маленьких" неидеальных людей, попавших в эпоху жёстких перемен. И эти люди просто тащатся по жизни, как умея, приноравливаясь к обстоятельствам. В целом - почему бы и не написать бы об обычных, не героических людях. Да, и у красных, и у белых далеко не все были герои-рубаху-порвать. Советская литература очень романтизировала, конечно, "красных", хотя в реальности бывало всякое, ведь по обе стороны зачастую оказывались люди, попавшие туда слчайно, люди одного круга - читай образования и воспитания. Но если бы персонажи Пастернака не рассуждали так ложно-многоначительно и многословно! На каждый чих - рассуждения, оправдания… Характеры… Ну пара характеров, может, и была, да автор обрисовал их мельком, тенями. Их "не видно". Те же, кого он сделал главными героями… Какие они? - а никакие. Вспоминались строчки Лермонтова

(М.Ю. Лермонтов "Дума", 1838)

И от этого всего даже те обстоятельства, в которых можно бы и нужно бы попереживать за героев, оказывались эмоционально никакими. И прекрасный с точки зрения языка текст оказался… ни о чём. Жил, протащился по жизни, как случилось и получилось, помер. Всё.
Зато я теперь могу сказать, что читала, да. И составила вот такое мнение.
Пастернак - прекрасный поэт, для меня им же и останется.

На мой, абсолютно дилетантский взгляд, "Доктор Живаго" - роман вялый и чересчур слащавый, абсолютно бестолковый с точки зрения сюжета и перенасыщенный описанием окружения главного героя. Если сравнивать с литературой аналогичной тематики, то шолоховский "Тихий Дон" много сильнее по всем составляющим. Читатель, не пресыщенный качественной литературой, вполне может купиться на громкую известность книги и начать искать то, чего в ней нет - исторические параллели, критику советской власти или любовную драму. И найти, при желании...

Набоков, кмк, правильно сказал:

- так же (или почти так же) он говорил о Достоевском, Толстом, Чехове, Шекспире и Тургеневе, с чем я категорически не согласен... :0)