На самом деле книг о Первой мировой войне, написанных поддаными бывшей Австро-Венгрии и переведенных на русский язык, не так много. Самой знаменитой остается роман Гашека про бравого солдата Швейка. Можно вспомнить "Добердо" Матэ Залка, "Марш Радецкого" Йозефа Рота, еще кое-какие рассказы и новеллы чешских, австрийских, венгерских авторов. В целом их очень и очень мало. Потому роман "Добердоб" Прежихова Воранца особенно ценен. Хотя, несомненно, роман Лавро Кухара (это настоящее имя Воранца) уступает романам Гашека и Рота, но есть в нем подкупающая правда жизни. Роман без героя или, точнее, с коллективным героем пунктиром обозначает войну, показанную через судьбы нескольких словенцев, чехов, немцев, евреев, югославян. То, что начиналось как веселая прогулка (на маневрах солдаты перепились в лучших традициях гашековских рассказов) превратилось в безводный ад на плато Крас, а затем в пропахший марганцовкой лазарет (незавидная судьба ждала многих) и закончилось бессмысленной бойней во время восстания 1918 г. перед самым концом войны. Воранц по своим политическим симпатиям был коммунистом, боровшимся за свободу своей родины и во время Первой мировой, и во время Второй мировой войны. Однако его роман гораздо более точен и остер в характеристике героев, нежели "Добердо" другого писателя-коммуниста Матэ Залка. Хотя обилие героев может поначалу запутать читателя, постепенно каждый из них обретает индивидуальность, а характер по ходу романа приобретает все больше сложность. Никогда не заподозришь вначале, что немец Барфусс умрет, сражаясь плечом плечу с презираемыми им словенцами. Чех Янода совсем по-гашековски боится ревматизма и трагически покидает своих сослуживцев из-за раны. Словенцы Палир, Хафнер, Амун, Демарк, Дерводел и другие являют собой коллективный портрет словенского народа, его жизнелюбие, стойкость, упорство. В общем, роман рекомендуется всем, кто хочет немного больше узнать как о Великой войне 1914-1918 гг., так и о словенской литературе 20 в.
5 понравилось
