Актуальные проблемы современной лингвистики. Учебное пособие

Эта замечательная сказка существует в двух равноценных вариантах. Первый - классический (с вариациями) пересказ Афанасьева, второй - представленный здесь - редакция Алексея Николаевича Толстого. А есть же еще и третий вариант, именно эта сказка послужила Леониду Филатову для его шикарной сказочной поэмы "Про Федота-стрельца". И выбор имени главного героя говорит о том, что Филатов ориентировался на афанасьевский вариант, это в его сказке стрельца кличут Федотом, а у Толстого он уже Андрей.

В целом Толстой очень бережно отнесся к тексту Афанасьева, сохранив все сцены и связки, вот только имена поменял, превратив Федота в Андрея, Шмата-разума в свата Наума, ну, и сохранив Марью-царевну, которая у Афанастева с таким именем существовала только в одном варианте из четырех.

Сказка веселая, озорная и увлекательная, на первый взгляд, сказка как сказка. Но если вдуматься, что же может стоять за этим текстом, можно прийти к довольно неожиданным выводам и открытиям. По большому счету это - экзистенциальная сказка о смысле жизни. Мы все живем в перманентном состоянии - пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что. Причем, чем дальше по шкале исторического развития общества мы забираемся, тем актуальнее становится эта сказка.

Но, начнем по порядку. В старые времена, когда складывались классические сказки, общество было несколько иным. Мы все, европейцы, в смысле, вышли из индо-арийского котла, следовательно, все вынесли оттуда кастовую общественную систему. Она не была закреплена так жестко, как в Индии, но всё равно была очень сильной. После первоначального расслоения общества, судьба каждого члена социума от рождения была определена: сын смерда становился смердом, холопа - холопом, ремесленника - ремесленником, купца - купцом, дружинника - дружинником, князя - князем. Социальных лифтов не существовало, а точнее, почти не существовало. Иногда, крайне редко, случалось, как например, с Ильей Муромцем.

Кроме Муромца истории известно еще несколько впечатляющих случаев вознесения на верх социальной пирамиды: Годунов, патриарх Никон, полудержавный властелин Меньшиков, граф Разумовский, Ломоносов, наконец, Наполеон. Но все эти примеры лишь исключения, которые подтверждают правило - пойти туда, не знаю куда и принести то, не знаю что - неимоверно тяжело, практически невозможно.

Вот об этих древних социальных лифтах и рассказывает эта сказка, о людях, которые были рождены в одном сословии, но им выпадала удача в образе Марьи-царевны, они вооружались здоровой наглостью и талантом (клубок ниток и вышитая ширинка) и пускались в авантюрные приключения, либо добывая сами не зная изначально "что", либо - голова с плеч.

"Поди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что" - это корневая программа человеческой жизни, которая не предопределена заранее. Сегодня, когда социальные лифты работают намного эффективнее, чем в древности, с таким подходом сталкивается большинство молодых людей, вступающих в жизнь. Разве выбор жизненного пути это не "пойди туда, не знаю куда", а выбор жизненной цели не - "принеси то, не знаю что". И по прежнему, как в древности, везет далеко не всем, или, цитируя Кличко, "не только лишь всем", точнее, мало кому везет.

В древности же было всего два пути преодоления непреодолимых ступеней - военный и торговый. Оба отличаются высоким уровнем авантюрности, зависимостью от удачи, и наличием определенных талантов. При везении можно было рассчитывать на кормление при князе (путь Муромца) или на солидные барыши (путь Садко). Был еще третий путь - религиозная карьера, но в белом духовенстве существовала та же кастовость, а в черном - на верх иерархии поднимались представители родовитых и богатых семей. В монастырь еще не так просто было попасть, требовалась рекомендация, недаром же было так много калик перехожих, иначе говоря, бродяг, которые рады бы были осесть в монастыре при относительно сытной жизни, да кто ж их туда возьмет.

Ну, а всем, кто оказался или окажется в трудной ситуации, когда не понятно куда идти и что нести, советую перечитать старую сказку, посмеяться, да призадуматься, может что-то и придумается...

Томас Сэмюэл Кун, тогда ещё скромный бакалавр в области физики, начав посещать лекции по истории и философии науки, внезапно обрёл свое признание — и стал одним из величайших философов ХХ века. Собственно, он столкнулся с проблемой, абсолютно неизбежной для всей истории науки — проблемой неупорядоченности макро- и микроуровней научного знания. Вот есть научный процесс как некое глобальное движение. Есть фрагментарные открытия, которые совершаются в той или иной науке — но между ними, до Куна, не было проложено мостика. И мостик этот Кун создал, назвав его «парадигмой».
Рецензировать это произведение невозможно без его пересказа, а именно им заниматься не особо хочется. Скажу коротко — это одно из самых значимых произведений в области философии науки ХХ века. Кун работает с актуальной ему проблематикой и, самое главное, подходит к ней не с общефилософский, а с конкретных позиций естественных наук — прежде всего тех, в которых он понимает, т.е. физических. Неслучайно и Ньютон, и Максвелл с его электромагнетизмом уверенно поселяются на страницах его даже не сказать чтоб книги, а скорее большой статьи.
«Парадигматический» подход в науке действительно оказался тем самым элементом, благодаря которому здание науки стало выглядеть если и не совсем уж крепким, но в котором по крайней мере начали угадываться основные контуры. И да, сама концепция, что знание есть лишь элемент чего-то большего, некоей парадигмы — действительно прорыв для того времени.
Из минусов — книга достаточно суха, если не сказать нудна. Всю концепцию автора можно было уместить страниц на 20, т.е. просто написать статью. Но автор решил раздуть объём, и получилась книга. В результате даже большим поклонникам Куна будет тяжеловато дочитать её до конца — слишком большое количество самоповторов, и примеров, которые играют на концепцию автора. А так книга обязательна для прочтения всем молодым учёным. И не очень молодым — если раньше её не прочитали.

Такая совершенно замечательная книга, но как же о ней рассказать?

Ну что ж, попробую.

Верите ли вы в прогресс? Верите ли вы в постоянное поступательное накопление знания, от меньшего к большему, от худшего к лучшему, от менее правильного к более правильному и все время вперед к победе?

Я вообще-то верила, но уже давно некоторые сомнения в эту веру закрадывались.

И вот пришел Томас Кун (довольно давно пришел, в году еще 1962), и объяснил все про парадигмы, скачки, научные революции.

Восхитительно объяснил, умно, четко, потрясающе интересно, и так захватывающе, что оторваться невозможно. Невозможно также не согласиться, настолько теории Куна - историка и теоретика науки, убедительны и разумны.

Он и сам произвел некоторую революцию в области философии науки, а также сильно повлиял на теоретиков постмодернизма. Да да, связи между физикой, астрономией, историей и литературой меня всегда восхищали, и получив очередное напоминание об этой замечательной книге в "Справочнике по постмодернизму", я уже никак не могла откладывать и дальше давно намеченное прочтение.

Окей, сразу обозначу один важный момент: я не имею специальных знаний в области филологии, языковедения и т.п. Да и моя специальность относится к общественным наукам, а не к гуманитарным в любом их виде, поэтому это и не удивительно. Так что я читала эту книгу, имея школьный уровень знаний об этой теме и обычное любопытство.

О чем эта книга?

1. О том, что такое метафоры.

2. О том, насколько обширны владений метафор в любом стиле речи.

3. О том, как можно понимать метафоры и по каким признакам классифицировать их.

4. О том, какие точки зрения есть на роль метафор в языке (субъективные и объективные мифы).

5. О том, как метафоры играют на восприятие тех или иных явлений и событий.

Мешало ли пониманию всего этого то, что я толком была не знакома с темой? Нет, вообще никак. Единственной проблемой было предисловие русского издания, оно написано более профессиональным языком, чем сама книга, так что если вы захотите проверить будет ли вам интересна эта книга, подойдёт ли вам ее стиль и все в таком духе, то сразу читайте первую главу, для такой проверки она подойдет значительно лучше.

Из одновременно и плюсов, и минусов то, что:

1) эта книга написана в 1980 год, то есть почти 44 года назад,

2) эта книга написана американскими авторами.

Не могу сказать, что эта книга устарела, нет, особенно если рассматривать ее как классику литературоведения. Да, какие-то моменты сейчас кажутся ошибочными (я имею в виду оценочные суждения об обществе, то что могу оценивать плюс-минус справедливо), но это не рушит восприятие книги.

Русский перевод оказался вполне так замечательным и точным, по крайней мере именно такое впечатление возникает при сравнении текста на английском и русском языке. И нет, для этого не нужно искать оригинальную версию этой книги, просто здесь сохранены оригинальные примеры и приведены их переводы (как буквальные, так и, скажем так, литературные, в зависимости от контекста, часто приводились оба варианта одновременно с помощью примечаний). Да и американская культура, как и английский язык сейчас достаточно близки и понятны и многим русскоговорящим, схожестей достаточно много для того, чтобы не тормозить на каждом примере (хотя это можно делать из интереса и любознательности). Так что авторы-американцы не становятся причиной непонимания этой книги: отличный перевод и понятные доводы не дают этому случится.

В целом это скорее научное исследование с множеством примеров, которое может быть понятно и "левому" читателю, а не яркий научпоп, рассчитанный на тех, кто не в теме. Если вы изучаете эту тему, то могу посоветовать эту книгу, возможно, вы найдете здесь что-то новое. Если вы наткнулись на эту книгу случайно, как и я когда-то, и вам стало интересно, то тоже могу посоветовать эту книгу, наверняка вы удивитесь тому, насколько много метафор окружают нас в обычной жизни

Книга об эволюции науки, рассмотренной именно как популяция научных идей-организмов. Есть некоторая ирония в том, что автор многократно подтрунивает над учебниками, но узнал о его книге я как раз из университетского курса (и всего через 10 лет прочитал).

Итак, автор призывает нас отринуть скучное представление о науке как об общественном механизме накопления фактов об окружающем мире. Перед нами очерк социологии науки, попытка понять то, как популяция ученых производит революционные сдвиги в своих представлениях о реальности (часто вопреки своим желаниям просто работать).

Базис – люди косные и традиционные существа, новшества их пугают. Ученые ничем от людей в этом плане не отличаются. Все ученые готовы защищать усвоенные во время учебы концепции до самой смерти, даже если какой-нибудь аутсайдер или юноша бледный со взором горящим предложит концепцию, которая связывает известные факты куда лучше. Только после смены поколений у нового подхода есть шанс стать очередной ортодоксией.

Автор при этом проявляет себя настоящим агностиком, постоянно подчеркивая, что нельзя утверждать, что новая концепция, родившаяся во время научной революции (а-ля копернианская;работы Лавуазье в химии; Ньютона, а затем Эйнштейна в физике) ближе к познанию основ реальности. Просто она теперь устраивает ученых больше, чем прежняя, она кажется более продуктивной. Любопытный подход, лишенный эмоциональности и напоминающий подход энтомолога, нежели социолога.

В целом автор рисует симпатичную и полностью эмпирическую схему развития любой науки. Сначала продолжительный допарадигматический период, когда каждый заинтересовавшийся предлагает свою концепцию развития данной отрасли знания. Многие науки вышли из этого состояния еще в античности, начав полагаться на математический аппарат. Другие (почти все науки о человеке, в том числе, пожалуй, и история с экономикой) все еще находятся именно на этой стадии схоластических споров об основах. Затем выкристаллизовывается определенная парадигма, некий набор аксиом, которые разделяются почти всеми и заучиваются новыми поколениями во время подготовки.

Но эти парадигмы не лишены недостатков, они объясняют не все явления, которые начинают рассматриваться как аномалии. И есть вероятность (но не предрешенность), что когда-нибудь из анализа этих аномалий кто-нибудь выведет новую парадигму этой науки. У ученых уходит почва из-под ног, наступает период безвременья, когда никто не понимает направления движения. Но потом кто-нибудь формулирует новую догму, и начинаются обычные ("нормальные" в терминологии автора) исследования. И так до нового накопления аномалий и всплеска творческой активности.

Все это голая эмпирика, не учитывающая почти никакого контекста. Однако выглядит очень правдоподобно. В некоторых науках первоначальная концепция продержалась тысячелетия, в других пару столетий, но почти везде хоть одна смена состоялась. Вот только интересно – как дальше-то? Будет ли новый виток?

Томаса Куна можно назвать человеком, который сказал: «А король-то голый!». А король, вернее, королева – это Её Величество Наука. Могу себе представить, как рассердились некоторые его коллеги-ученые, когда их серьезные научные проблемы назвали игрушками-головоломками, запихнули эти головоломки в какую-то парадигму (да что это такое, и с чем её едят!?) и сказали, что цель научного сообщества – играть в эти игрушки, а вовсе не совершать открытия (боже упаси, а вдруг все пошатнется и рассыплется с таким трудом собранный лего парадигмы). А то, что наука может претендовать на истинное знание реальности, по мнению Куна, и вообще является иллюзией, потому как истину ни в какой микроскоп увидеть нельзя, а интерпретация увиденного на совести все того же научного сообщества, руководствующегося привычными ему схемами.

Но и это еще не все. Оказывается, учебники (а также научно-популярные книги) пишут для того, чтобы внедрить в умы текущую парадигму, а о существовании в предшествующий период каких-то теорий, не соответствующих текущему состоянию науки, в них замалчивается, из чего создается впечатление, что наука развивается поступательно и накапливает знания. Автор же считает, что это совсем не так, наука, по его мнению, движется от кризиса к кризису, от революции к революции, в результате чего происходит смена парадигм, как правило, совершенно несовместимых между собой. И еще: совершенно непонятно куда все это предприятие движется, Кун не склонен считать, что у науки в целом есть какая-то конечная цель или более или менее внятный план развития.

Все это не значит, что Томас Кун относится к науке плохо или считает ее ненужной. Напротив, он говорит, что она развивается и достаточно успешно, приносит пользу и позволяет получать знания о мире. Не видит он ничего порочного и в описанном им кризисном способе развития – это нормально. Просто он желает донести мысль, что наука не непогрешима и предложенное научным сообществом видение мира не может являться объективным, оно всегда носит черты парадигмы, через которую нормальная наука смотрит на мир.

Вот и получилась у меня «Структура научных революций» за три минуты. В книге все эти идеи подкреплены подробной аргументацией, это работа серьезного ученого, а не критикана-любителя. Но научное сообщество вздрогнуло, Куна обозвали «релятивистом», исповедующим «иррациональные» и чуть ли не «мистические» взгляды. Это не удивительно. Нормальная наука всегда сопротивляется и защищает свою парадигму. Читать было местами сложновато, потому как я слишком давно изучала физику (про химию вообще молчу, я ее терпеть не могла), и уследить за мыслью автора, когда он приводил конкретные примеры, не всегда получалось, но это не мешало восприятию идей в целом. Рекомендую всем, кто немного интересуется, как в этом мире все устроено.

Вот те на! Вот так так! Вот так штука, эге-ге-ге! Сказ про то, как мужик ловко протроллил всё учёное сообщество. Прямо завидно становится, когда я понимаю, как он веселился: насобирал массу лулзов, посмотрел на баттхерты академиков, смачно плюнул в лицо всем позитивистам и умиротворённо передал своё дело дальше (вон, как Фейерабенд ловко продолжил дело "отца"!). На протяжении всей книги я представлял себе довольную физиономию Куна (подозрительно напоминавшую мне троллфейс), когда он тонко и изящно опускал учёных ниже плинтуса. Вот это талантище был! Вот это — размах! Это вам не школьников на имиджбордах гнобить, это кое-что покруче будет! Короче, даже если в книге отбросить все вумные мысли и идеи (а их там — сами понимаете — предостаточно), то она всё равно сама по себе читается, как хороший юмористический рассказ. Смело могу рекомендовать к прочтению даже лицам, страдающим всяческими хроническими болезнями почек и других внутренних органов. Да даже женщинам рекомендую, прости меня Господи! кончил и закурил

Совсем непросто написать отзыв на прочитанную книгу, если она — книга — ни на гран не принадлежит к разряду книг художественных, и потому ни в коей мере не обладает ни достоинствами, ни недостатками худлита. По сути книга представляет собой научный очерк, научную статью, основной темой которой является история Науки и философия Науки. В книге автором рассматриваются самые общие закономерности, присущие научному познанию как части общечеловеческой культуры. Пытаться здесь рассуждать по сабжу вероятнее всего было бы самой удачной попыткой выглядеть глупо, смешно и нелепо. Сразу хочется предостеречь возможных читателей о том, что читать текст, и — главное — воспринимать и понимать его совсем непросто. Книга написана весьма научным языком со всеми особенностями этого стиля изложения. И потому, как мне кажется, обычный, случайный и рядовой её читатель, не принадлежащий ни к какому научному сообществу, будет вникать в текст статьи с некоторыми затруднениями, вполне понятными и объяснимыми — мозг простого взрослого обывателя, пусть и много читающего, но читающего преимущественно беллетристику, пусть и много общающегося с разными умными людьми, однако не людьми из Науки, детренирован в понимании специальной терминологии, и потому скользит, препинается, спотыкается и падает, вновь поднимается, возвращается к предыдущему предложению или абзацу, а то и к целой странице, морщит в усилиях лоб и чешет заатылок — в общем этот самый мозг скрипуче пытается вникнуть в суть излагаемого. И это, пожалуй, самое важное и самое существенное препятствие, мешающее в полной мере насладиться игрой ума автора книги, а также ощутить, вкусить всё то восхищение перед людьми Науки, которое дОлжно вкусить и испытать.

Не знаю, буду ли я перечитывать эту книгу ещё раз, самонадеянно думается, что сейчас, когда я её только что прочитал и мой полузасохший мозг напитался и расправился, я смог бы с меньшим трудом понимать читаемое, а значит и лучше понять, усвоить и присвоить его. Потому и оценка в четыре звезды — это оценка не автору, а оценка мне, мне, мне...

Томас Кун -- один из основоположников современной философии науки, его взгляды всем известны, но захотелось узнать обо всём из первых рук.
Узнал. Как и ожидал, согласился с Томасом Куном во всех деталях, потому что его взгляды и так уже составляют основу моего мировоззрения -- в сочетании со взглядами Поппера и Фейерабенда.

Форма изложения обычная монотонно-философская. Слова у Куна проще, чем у Канта, это хорошо, а то в "Критике чистого разума" я полностью запутался на странице 47. В этой книге понял не более трети, но это обычное дело, когда речь идёт обо мне и философии. Привык давно к этому.

Автор чрезмерно давит эрудицией:

Может быть, и хорошо известно, спорить не буду.
Тем не менее интересно было бы узнать, какая часть читателей Куна знает, о чём речь? Какая часть физиков слышала об этом Малюсе и его работе о двойной рефракции? Лично я не знаю об этом ровным счётом ничего.

Томас Кун предполагает, что я запоминаю всё с первого раза близко к тексту. Поэтому он, подобно любому другому философу, пишет фразы типа "как было с тремя известными предвидениями, рассмотренными в конце VII раздела [и т.д.]". Искренне завидую людям, которые в середине IX раздела без запинки могут повторить эти три предвидения. Мне не дано, к сожалению.

Книга, конечно, великая, что и говорить. Но как же всё-таки хорошо, что Томас Кун написал только "очерк"! Если бы он сподобился родить "полноценную книгу", я бы вряд ли смог дочитать её до конца.

Идеи эти, разумеется, должен знать каждый, но читать именно эту книгу не рекомендую.
Автор сам пишет, что изучать науки по первоисточникам не следует. Для этого есть учебники, которые гораздо проще и эффективнее введут любого желающего в курс дела.

Томас Кун выдвигает тезис, что наука развивается не линейно и последовательно, как нам рассказывают школьные учебники, а скачкообразно, переживая кризисы и революции. При этом происходит смена привычных парадигм.
Иными словами, любую теорию можно опровергнуть, если даже не сейчас, то в будущем, когда появятся необходимые данные для этого. И всё это благодаря учёным.
Для меня учёные предстали в этой книге очень деятельными и упорными, не просто людьми, изо дня в день переливающими растворы в лабораториях или шуршащими страницами пыльных справочников. Хотя, может, это только у меня такие стереотипы.

В книге достаточно много примеров из физики, мне, как человеку, плохо её знающему, было сложновато продраться сквозь термины и опыты. Но всё равно любопытно)

Сейчас, конечно, книга не производит такого ошеломляющего впечатления, как в 60-ые годы, когда она была опубликована. И язык кажется слишком сухим для научно - популярной литературы. Но прочитать стоит, если вас интересует развитие науки.