Экспедиция "Тяготение"

Вот всегда думала, что американская фантастика пятидесятых годов немного мимо меня (тут же вспоминается такой себе опыт чтения Азимова). Но, как оказалось, в действительности всё очень даже неплохо: никаких тебе перфокарт и зловещих Советов. И, касательно именно этой книги, вполне себе реалистичная научная база, иной раз более правдоподобная вкупе с разговаривающими разумными каракатицами, чем некоторые современные представители твёрдой НФ. Это я про тебя, Цысинь.

Хол Клемент забрасывает нас в гущу событий, не размениваясь на лишние объяснения, и, по сути, нас ждёт полный опасностей и превозмогания приключенческий роман на очень необычной планете. Думаю, в далёком 53 году читатели оказывались немало поражены тем фактом, что один из главных героев "Экспедиции" - многоногий таракан-переросток с клешнями и присосками на лапках. Зовут его, кстати, Барленнан, и он вполне себе разумен, так ещё и капитан морского корабля (читай: плотика, собранного из грязи и палок).

Мыслят мореплаватели достаточно по-человечьи, что, на мой личный взгляд, для современной фантастики уже является моветоном. Но Клемент неоднократно старается привнести особенности даже не столько нечеловеческого существа, сколько инопланетного. Что у него, вне всякого сомнения, выходит, пусть местами и очаровательно наивным образом.

Книга вообще вся погружена в эту патоку гуманности и миролюбия. Это вам не злобные теории, вроде тёмного леса и прочие из разряда "уничтожь первый, пока не уничтожили тебя". Астронавт Чарлз с превеликим удовольствием заводит дружбу с маленькими существами, обучает их грамоте и знакомит с некоторыми научными концепциями, доселе им невиданными.

Месклин - планета с сумасшедшим осевым вращением, потому похожа на сплюснутый сфероид, и на экваторе имеет в сотни раз меньшую гравитацию, чем на полюсах. Никаким кислородом тут и не пахнет: метан и водород составляют основу всей жизни. Но даже такие смертоносные условия не могут помешать бравым покорителям космоса выполнять свою работу.

Только вот незадача: исследовательский зонд рухнул на одном из полюсов, куда человечество вместе со всеми своими высокими технологиями добраться не в состоянии. Только и остаётся, что положиться на смелость и благородство членистоногих. Барленнан тоже таракан не пальцем деланный и за свою помощь спросит у этих подозрительно чересчур умных "человеков". И эта тяга обеих сторон к интеллектуальному развитию и пониманию вселенной - ну прелесть что такое!

Книга вызывает приятно щемящее чувство ностальгии по тем временам, в которых ты не жил. Это прямо-таки добротная ретро-фантастика, устаревшая в хорошем понимании слова, без кинескопов и прочей аналоговой техники. Какая-то добрая и искренняя, без излишнего пафоса и нарочитых терзаний. Не похожая ни на какие боевики, не имеющая ни пошлых романтических линий, ни любимого бунта угнетённых. Самая большая опасность тут - это неприветливая природа самобытного мира. А двигатель прогресса - разум и умение правильно распорядиться имеющимися возможностями. Запланирую, пожалуй, продолжение знакомства с автором. Это было очень просто, но не менее увлекательно.

Если кто-нибудь когда-нибудь спросит у меня интересную фантастику о необычных планетах, я не задумываясь посоветую Хола Клемента. Причудливая астрономия – и так моя страсть, но этот автор просто взрывает мозг.
Есть в нем что-то от Жюля Верна, популяризировавшего естественные и технические науки. В принципе, ничего удивительного – Клемент с юности зачитывался Верном и ценил в его творчестве именно вклад в просвещение читателя. Его собственные книги тоже наполнены информацией об астрономии, физике и многом другом, но зато в какой неожиданной форме это подаётся. Клемент не только просвещает читателя, но и учит его мыслить нестандартно. А также он учит понимать, но это уже из области этики.

Существуют в любительской астрономии неразрешимые казусы, не укладывающиеся в привычную нам картину планет земной группы, вращающихся вокруг звезды и вокруг своей оси под углом. А если планета не будет наклонена? Или лежит на боку? Или самый известный пример: планета в системе двойной звезды. Как она будет себя вести? Как будет выглядеть ее небо? Но самое главное, что волнует абсолютно всех: на что может быть похожа жизнь в таком странном мире?
И Хол Клемент создаёт модели всё новых планет с самыми невероятными условиями, он населяет их разумной жизнью, и это нельзя назвать просто богатой фантазией. Нет, все выкладки и гипотезы научно обоснованы, здесь нет ничего голословного и выдуманного только интересного сюжета ради. Напротив, сам сюжет вытекает из особенностей заданного места.
Перед нами встают миры и цивилизации, родившиеся в ни на что не похожих условиях. Планеты-гиганты, иная гравитация, плотность и состав воздуха, иные погодные и климатические режимы. У нас будут своеобразные проводники – земные исследователи, изучающие эти необычные планеты и постепенно вводящие нас в курс дела. Кроме того, будут и эпизоды, раскрывающие происходящее с точки зрения коренных обитателей. Но читателю, чтобы успевать за героями и сюжетом, мало просто понимать все эти объяснения. Чтобы, параллельно с персонажами, размышлять, строить планы и гипотезы, придется научиться мыслить иначе, вывернуть свой мозг и привычную картину мира наизнанку. Больше нельзя оперировать привычными реалиями – они там просто не работают. Надо всегда помнить иные законы физики, вытекающие из них иные законы биологии и вытекающие из них обоих иные законы морали. Это поначалу сложно, однако гибкость мышления – вещь тренируемая, и вскоре вы вместе с персонажами сможете искать разрешение разных сложных ситуаций.

Немного о входящих в книгу произведениях и этике первого контакта

В книгу входят три романа, два из которых относятся к одному циклу, хоть сюжетно и не связаны.
События "Экспедиции Тяготение" разворачиваются на самой странной планете, какую можно себе представить: она огромна, имеет метановую атмосферу и форму приплюснутой линзы и вращается с чудовищной скоростью, из-за чего гравитация там в 700 раз превышает земную. Можно представить, какими выносливыми должны быть ее обитатели, они легко перекусывают железо, но дерево и кости там такой плотности, что их не разрезать даже лазером. А вообще они весьма милы и помогают землянам с их небольшой проблемой. Первый контакт тут, можно сказать, пошел в обратную сторону.
Планета в "У критической точки" обладает неустойчивой атмосферой невероятной плотности, за несколько часов уничтожающей любой металл и выпадающей каждую ночь в виде конденсата в серные моря. Никакой человек не смог бы там прожить ни секунды, но, конечно же, в ходе несчастного случая капсула падает на планету, и ее приходится спасать при помощи местных жителей.
И последний, больше всего понравившийся мне "Огненный цикл", хотя непонятно, почему он цикл, если это один роман. Планета в той самой системе двойного солнца. Раскаленный ад, совершенно непредсказуемые изменчивые пейзажи, непонятно как связанные между собой странные цивилизации с массой необъяснимых табу в культуре, и бредущие среди этой красоты абориген, потерпевший крушение посреди пустыни, и земной астронавт, не успевший на челнок. Естественно, чтобы выжить, им придется перехитрить природу и противников. А для этого надо действовать сообща.

И это ключевой момент во всех произведениях Клемента. Пусть у нас захватывает дух от инопланетных пейзажей, пусть мороз продирает по коже от понимания, насколько эти места могут быть опасными, пусть обитатели этих миров совсем на нас не похожи, истинные дети своих причудливых земель, но они разумны, они мыслят, чувствуют. Любые различия можно преодолеть и достичь понимания, за которым стоит и дружба отдельных представителей, и контакт целых цивилизаций, а инопланетяне могут хотеть контакта не меньше людей и, несмотря на низкий технический уровень, так же могут мечтать о звездах. И ведь они тоже достойны этих звёзд.
Клемент рисует удивительно оптимистичную картину разумного космоса, причем, космоса живого, очень густо заселенного. Нет бесконечного холодного пространства – жизнь кипит везде, и надо всего лишь достичь понимания. Взаимного понимания, ведь с другой стороны нас тоже будут пытаться понять – несмотря на все различия. И лишь тогда, когда человек сможет дружить с гусеницей, космос станет единым. А человек сможет. И гусеница сможет. Ведь, в конце концов, оба они – отличные ребята.

На самом деле этот роман является внецикловым и к месклинитской трилогии Хол Клемент - Звездный свет (сборник) отношения не имеет. На первый взгляд. Но если чуть вдуматься и всмотреться, то сразу обнаружишь общие принципы и закономерности.

И в самом деле: перед нами предстаёт ещё одна совершенно необычная планета с неповторимыми погодно-природными условиями и с невероятными особенностями существования — Абьёрмен (такое вот имечко у планетки) вращается вокруг двойной звезды Альционы из звёздного скопления Плеяды.
А по законам и канонам небесной механики формирование планеты в системе двойных звёзд — явление практически невероятное.
И потому конечно же эта необычная система стала объектом внимания землян.

А планетка-то к тому же ещё и обитаема — потерявшийся на её горячечно-вулканической поверхности молодой космонавт-психолог обнаруживает вполне разумное существо, находящееся на довольно высокой ступени развития.
Мало того — Дар Лан Ан становится спутником Нильса Крюгера в их вынужденном тысячемильном путешествии.
А дальше — больше: цивилизация Абьёрмена вовсе не едина и тайна одновременно-параллельного существования на одном планетоиде двух различных разумных рас становится предметом горячего интереса и яростного изучения.

Таким образом, мы имеем в одном романе сразу несколько тайн и загадок — это происхождение самой системы, это необычная природа планеты, это и две разумные расы, и тайна точного знания абъёрменцами даты своей смерти, это и те буквально галактического, если не вселенского масштаба гипотетические опасности, которые проистекают из самого существования разумных цивилизаций на этой планете…

И конечно же Хол Клемент находит ответы и разгадки на все интересующие землян (а заодно и читателей) вопросы и тайны.

Данный роман (1953) является частью цикла, хотя может читаться и как самостоятельное произведение. Вместе с тем – это произведение спасла дата издания, поскольку оно рисковало именоваться постмодернистским в виду, заложенного в него конструкта.

Дойдя до нас в статусе научно-фантастической истории, которая правомерно претендует на попадание в альков классики интеллектуальной жанровой литературы, могу сказать, что тут слились интересные темы.

В этой книге затронуты вопросы взаимодействия существ из разных сред обитания, непонятных оппонентам до степени изменения мышления. Кроме прочего, мышление претерпевает переход в подвижное состояние и по причине разницы в коммуникации.

Комбинированный способ общения путем обмена вербальными сообщениями, сопряженными с движениями частей тела, что оправдано гравитацией планеты, где произошел контакт. Хорошо описана разница поведенческих реакций и попытка осмыслить летающих существ.

Чувствуется, что данным романом, в существенной мере, вдохновлялись С. Дилэни при написании «Вавилон-17» (1966), а равно Ч. Мьевиль воплотивший «Посольский город» (2011). И речь именно о вдохновении, о попытке осмысления деталей, работе с важным.

Это очень симпатичная добрая научная фантастика! Временами мне казалось, что я читаю Ефремова или еще какую советскую фантастику о благородных рыцарях мысли - инженерах и стремящихся к знаниям отважных инопланетянах) Как и в Ефремовской Туманности Андромеды в этом романе нет ровным счетом никакого конфликта, все думают о деле, заботятся друг о друге, не ищут способа обмануть и не собираются идти по головам. Сюжет прост как палка - они все время идут к цели, преодолевая препятствия не без помощи новых друзей. Интересные приключения и никаких тебе любовей-морковей, сплошная твердая НФ. Но при этом страницы шелестят шустро, незаметно втягиваешься в одиссею инопланетянина Барленанна и переживания "наших" космонавтов-исследователей. Удивительный персонаж этот Барленнан - капитан мореходного судна, торговец и авантюрист! Столкнувшись с пришельцами, здоровенными и совершенно не похожими ни на что им виденное прежде, он принял их существование как очередной факт и даже решил помочь в исследованиях (не лишая себя выгоды). Хотя, тут с автором не поспоришь - во-первых, это мощная инопланетная психика, во-вторых пришельцев Барленнан встретил на краю света, где лишь немногие из его племени швартовались. Ну раз уж это край света, где даже сила тяготения в 800 раз меньше, то почему бы там не встретиться какому-нибудь чуду-юду). Барленнан, его помощник и летчик Лэкленд неплохо прописаны, а вот остальная тусовка - статисты, но это не портит впечатления.
Вообще говоря, сам мир Месклина физически продуман очень хорошо, форма планеты, атмосфера, действие законов физки - не зря автор бакалавр астрономии и магистр химии. Так же хорошо продумана физиология - особенности языка, определяемые сознанием и особенности психики, определяемые строением тела месклинитов. Единственное, что показалось непродуманным, так это способ передвижения месклинитов - гусеницей. Если там такая адская сила тяжести, что они шебуршатся практически в распластанном состоянии и даже о бросании речи не может идти, то поднимать тело и швырять его вперед опасно, болезненно и трудновыполнимо. Уж лучше двигаться как ракообразное - ножками. В этом свете картинка на обложке выглядит более правдоподобной.
Холл очень старался сделать инопланетянина не москвичом в гарольдовом плаще, а другой формой жзни, но тут вышло у него не шибко гладко. Люди и месклиниты понимают друг друга буквально с полуслова, их сотрудничество удивительно успешно, да и друг с другом они общаются исключитально на волне дружбы и взаимоуважения! Даже финал, который должен был добавить каплю интриги и щепотку конфликта, даже он вышел добрым, светлым и таки победила дружба! Тут просто необходим смайлик - вот он!

После войны Хол работал в средней школе и его книга, как мне кажется, имеет целью рассказать школьникам о физике в увлекательной форме. Не столько научить предмету, сколько увлечь им. Но и взрослые тут не заскучают. Мне вспоминается выпендрежно "научный" Марсианин, заигрывающий с читателем посредством непритязательного юморка и лишенного психологического оформления настолько, что глазные яблоки упираются в надбровные дуги. А этот текст показался мне очень гармоничным во всех аспектах. Нет, здесь не будет повода уржаться или сделать вид, что вы из коробки и изоленты можете состряпать космический корабль, но будет повод подумать, какую бездну знаний накопили люди, и как много могут дать даже те знания, которые кажутся нам примитивными. Словом, приятное чтение для школьников и всех, кто любит НФ

Ударим по Ефремову разумными членистоногими! Интересно, что (бы) подумал об этой книге Иван Антонович? «В штыки бы, наверное, принял. Так сказать, в багинеты», как говорилось в одной старой книге? Наверняка, учитывая его непоколебимую уверенность в обязательной антропоморфности любого разума.

Однако более склонные к экспериментам Стругацкие позволили книге Хола Клемента «Экспедиция «Тяготение» себя увлечь. До такой степени, что перевод этого романа на русский сделан Аркадием Стругацким под псевдонимом С.Бережков.

Представьте себе плавильный котел, в который вы засовываете томики « Многорукого бога далайна » (хитин! хитин!), « Марсианина » (проблемы путешествия по сильно пересеченной местности иных планет), « Гавани ветров » (летатели!) и, пожалуй, « Кон-Тики » (плоты!), и вы сможете примерно представить себе разнообразие и насыщенность сюжета.

Буйное, но строго научное воображение автора создало мир с меняющейся гравитацией, а изрядный литературный талант позволил придать размах внешне простой истории о путешествии на плотах. Поэтому читать о скитаниях плоского, разделенного на сегменты Одиссея с планеты Месклин поразительно интересно. И о вмешательстве "богов" (в роли которых выступают земляне, порой довольно косорукие) тоже.

А главное – это просвещенческий пафос. Написанная в 1954 году книга на самом деле говорит не об инопланетной психологии, проблемах первого контакта с человеком или вопросах прогрессорства. Она о тяге к знаниям, о жажде понимания нового. Правда, в традиционной американской упаковке – с обязательным практическим применением полученных знаний.

Старая добрая фантастика, даже очень добрая. Сюжет простенький - путешествие (экспедиция), я такое люблю. Земляне, исследуя новую планету, упустили из виду важный момент и теперь не могут вернуть ракету с ценным оборудованием и данными. Им берётся помогать местный торговец и капитан корабля. Вот вам и путешествие через пол-планеты, если не через всю.
Книга набита сведениями из физики, которые я честно пропускала мимо мозга. Конечно, это важная часть повествования - надо ж было придумать невероятную планету с огромным тяготением и расписать, как там что будет или не будет работать и кто там будет жить. Но мне вполне хватило для воображения местных жителей (кстати, их всё время рисуют крабами, а в книге гораздо чаще попадается сравнение с гусеницами, по-моему).
У автора интересный подход к теме контакта с инопланетянами: сам контакт остался за кадром, а книга начинается с момента, когда общий язык уже найден, и местные даже говорят по-английски. Такой оптимизм прямо умиляет! Особенно забавно по контрасту с путешествием по планете: со всеми местными племенами одни конфликты. Вот про опасности во экспедиции и стычки с местными я читала с удовольствием - напоминает какие-то любимые в детстве книги про первопроходцев. А технические моменты вроде устройства подъёмника добавляют элемент производственного романа. Тоже неплохо, если без перебора, а тут - лично для меня - автор удержался на грани.
Некоторую долю интриги добавляет рассказ от лица инопланетянина и намёки на его "коварные" планы, но в итоге получается сплошная милота. Так что да, это определённо одна из самых добрых книг в жанре классической НФ.

Поскольку человек по своей натуре эгоцентричен и склонен измерять мир вокруг себя соразмерными себе величинами, то попытка представить себе мир совершенно отличный от человеческого представляет собой своего рода задачку, успешное решение которой приносит редкое удовлетворение. В какой-то мере интерпретация мира месклинитов предвосхищается подход к изучению животного мира, когда перед исследователем встает задача изучить образ бытия и жизненное пространство животного не с точки зрения человека, вдруг ставшего этим зверем, а с точки зрения существа, никогда не бывшим человеком. Как капитан месклинитов с трудом постигает понятия «прыжок», «падение», «бросание», по определению отсутствующие в их рутине из-за чудовищной (для человека, разумеется) силы тяжести, так и читателю придется представлять обстоятельства существования иной формы жизни, где атмосфера состоит из водорода, а брошенные предметы падают быстрее, чем человеческий глаз способен это увидеть.

Повествовательный ритм напоминает размеренное дыхание в скафандре, от которого порой запотевает прозрачная сфера. Ничего лишнего, порой даже слишком аскетичное повествование, развивающееся с неизбежностью любого циклического действия – вдох и выдох, препятствие и преодоление, рассуждение и озарение. Читатель силится рассмотреть дальше открытого ему зрительного поля, но скафандр тут же запотевает, едва дыхание учащается, и внимание пытается убежать вперед. Приходится снова входить в неспешный шаг сюжета, которым ведет автор.

Выходит эдакая роуд-стори в танке по пересеченной местности в компании покрытых панцирем членистоногообразных торговцев, первейшей ценностью для которых оказываются не дорогие экзотические товары, а Знание вместе с сопутствующими ему приключениями и выгодой. Инопланетян можно было бы заменить на людей-аборигенов с дикого острова, к которым просвещенный европеец приехал с факелом, призванным зажечь яркое пламя в сухих полешках их черепушки, однако дидактическая функция необходимости нести просвещение была бы в таком случае слабее, поскольку эти самые сухие полешки уже горят совершенно иным пламенем, которое самому европейцу не мешало бы изучить, да кто стал бы этим заниматься в пятидесятые годы прошлого века, да и сегодня идея об изучении опыта «диких людей» увлекает лишь определенную группу ученых. В случае же с месклинитами по чистенькой повествовательной формуле выводятся следующие результаты: человек должен стремиться к извечному развитию, не останавливаясь и не принимая науку как сухую данность, а также на пути к Знанию любые преграды преодолимы и конфликты решаемы, поскольку просветительский огонь должен гореть ярко и светить всем желающим, а не чахнуть в настольных лампах избранных ученых грибов. Одним словом, французское просвещение утирает слезы и аплодирует из прошлого.

Как только я начал слушать эту книгу, сразу возникло впечатление, что я слушаю что-то советское, советски дотошное, советски въедливое, советски нудное. Вместе с тем, как это ни парадоксально, сюжет захватил и не выпускал вплоть до последних страниц. Удивляет это ещё и потому, что в отличие от 99% фантастики (да и вообще большинства жанров), здесь нет конфликта, как и нет какого-либо абсолютного и даже относительного зла. Мыслящие ракообразные совершают турне по своей планете, чтобы достать для людей результаты их исследований (анализы, пробы – не суть важно, что именно) с ракеты землян на полюсе, где на их планете гравитация превосходит все мыслимые и немыслимые представления о ней, а также и гравитацию на экваторе означенной планеты. Честно говоря, мне это сложно представить, ведь чтобы иметь сколько-нибудь ощутимую разницу между гравитацией разных участков поверхности тела, эти участки должны находиться на сильно разных расстояниях до центра тела. Как я себе это представляю (а в физике я плаваю со школьных времён), любое вращающееся тело сплющивается у полюсов за счёт центробежной силы, которая тем больше, чем дальше от полюсов. Диаметры Земли через полюса и на экваторе различаются почти на 43 км (что в сравнении с самими диаметрами довольно-таки мало).
В то же время сила притяжения обратно пропорциональна квадрату расстояния до центра Земли, поэтому разница между ускорением свободного падения на полюсах и экваторе у нас составляет
всего 0, 04 м/с².

Мне не влом посчитать разницу радиусов планеты Клемента, у которой гравитация на экваторе составляет 3g, а на полюсах – 700g. Получим систему уравнений:
3g=m/R²
700g=m/r²
где R – радиус экватора, r – радиус полюса.

Тогда из первого 2100g=700m/R²,
Из второго 2100g=3m/r².

Тогда 700m/R²=3m/r², и наоборот:
R²/700m=r²/3m,
R²=700mr²/3m,
R²=700r²/3,
R²≈233,3...r²,
R≈√233,3...r²,
R≈15,275r

То есть, планета у Клемента является блинчиком, диаметр которого почти в 15,3 раза больше, чем его толщина. Это даже не оладушек, это именно блинчик, лепёшка, в масштабе сковороды диаметром 15 см
и толщиной в 1. Я не очень (точнее, совсем не) разбираюсь в физике и астрономии, но что-то подсказывает мне (и нет, это не мой внутренний круглый цыплёнок), что все обладающие значительной массой тела принимают форму шара на протяжении всего процесса их образования. Так происходит со звёздами и с планетами. Астероиды сильно меньше, на них никто не обращает внимания, чтобы требовать от них круглый дресс-код. Но не обладая внушительной массой, астероиды и не могут удерживать атмосферу. Будучи очень большим, блинчик Клемента бы обкрошился по краям, но штука в том, что никакие бы силы не позволили бы ему вырасти большим в такой форме. Да и как, собственно, мог бы удерживать атмосферу (и какую по форме?) блинчик? Скорее всего газ сбивался бы в шапки к полюсам. В книге Таскер прекрасно описаны планеты с частичной атмосферой, находящиеся в приливном захвате со звездой, и этот кусок атмосферы сбивается к обращённой к звезде стороне. Несмотря на то, что у этой почти психоделичной планеты Клемента есть почти психоделичное имя — Месклин, которое на слух звучит абсолютно психоделично, всё же не верится, что бакалавр астрономии писал бы заведомую чушь. Учитывая плотность метана, из которого преимущественно состоит атмосфера потенциального блинчика, и предположив какую-нить лёгкую звезду, вокруг которой выплясывает это некруглое безобразие, а также его большую-пребольшую массу, можно было бы получить относительно правдивую нафантазированную картину рассредоточения атмосферы, но… господин бакалавр астрономии, он же магистр химии, Гарри Клемент Стаббс сам написал статью «Whirligig World», где подробно расписывает характеристики своей планеты (кажется, я её нашол здесь, и сейчас изучаю. Присоединяйтесь).

Что же касается отсутствия конфликта – с самого начала и вплоть до самого конца автор держит нас в напряжении тем, что у совершенно рационального, предельно вежливого Барленнана были «свои планы» относительно экспедиции. В итоге оказывается, что эти планы совершенно не противоречат намерениям и возможностям землян, и каждый уходит довольный со своим пряником. Описания же и препоны самого путешествия позволили автору раскрыть (или, вернее, воплотить) подробности о населении воображаемого блинообразного мира, за которыми было не менее интересно следить. Так интересно, что этому не смог помешать даже чтец – с его «хребЁтами», «гипотЕзами», «наискОсями» и абсолютно недотягивающий интонациями, которые не были «не теми» – их вовсе не было. Если он и начинал предложение за здравие, то на середине фразы в большинстве случаев естественная для смысла интонация сдувалась и улетала в никуда. ДимКа – имя этого человека, или, как он ещё себя величает, Дмитрий В. Знайте его и остерегайтесь. Тем не менее, мне, можно сказать, воспитанному на синтезаторе речи гугл (и предпочитающему старый добрый синт многим выпендрёжникам), это не помешало. Честно говоря, лучше никак и без интонирования вовсе, чем с не тем интонированием, как у Князева в «Шаровой молнии». В плюсы ДимКе можно, впрочем, зачесть скрипучие и басящие голоса мыслящих ракообразных.

Хол Клемент – писатель из так называемого Золотого века фантастики. Он известен в нашей стране гораздо меньше, чем, например, Роберт Хайнлайн или Рэй Брэдбери. Тем не менее в библиографии писателя можно найти немало интересных работ, самой признанной из которых и является «Экспедиция «Тяготение». По жанру роман можно отнести к «твердой» научной фантастике и поджанру ксенофантастики.

По сюжету экспедиция землян отправляется на планету Месклин, где условия максимально суровы. Планета движется по сильно вытянутой эллиптической орбите и сама имеет необычную форму. В результате этого на экваторе сила тяготения равняется 3-4G, а на полюсах 700-800G. Добавим к этому температуру в полторы сотни градусов Цельсия ниже нуля, океаны из жидкого метана, атмосферу с преобладанием водорода и получим место, где точно не захочет жить ни один человек. Однако вопреки ожиданиям землян на Месклине имеется вполне развитая биосфера и даже разумная жизнь. Месклиниты внешне напоминают членистоногих – что-то среднее между раком и гусеницей длиною чуть более фута. Живут они как раз-таки ближе к полюсам, в зонах максимальной гравитации, вследствие чего их тело по крепости превосходит сталь. Помним же про 700G… В самом начале романа между землянами и месклинитами устанавливается первый контакт. Проходит он максимально мирно, что довольно редко для фантастической литературы. Один из учёных-землян, Чарлз Лэкленд, заводит дружбу с торговцем-месклинитом, Барленнаном, и они обмениваются сведениями о культуре и достижениях своих цивилизаций. Да-да, абориген без особых усилий выучил английский язык. Результатом этого общения стало то, что Лэкленд попросил Барленнана помочь найти ракету, потерпевшую крушение в зоне высокого тяготения. По понятным причинам сами земляне не могут отправиться в те регионы, а на ракете находится дорогостоящее оборудование, содержащее важные сведения о физических явлениях на Месклине. Храбрые маленькие аборигены с энтузиазмом отправляются в путь.

Хола Клемента нередко называют фантастом-технарем. Очень много внимания он уделяет подробностям культуры и физиологии месклинитов, а также физике их планеты. Кого-то такое обилие научных данных может утомить, но лично мне было интересно читать про особенности жителей планеты, столь непохожей на нашу. Например, для них не существует понятия прыжка и полета, а падение даже с совсем небольшой высоты может оказаться смертельным. Их корабли состоят из множества скреплённых друг с другом плотников (иначе не пережить гигантские волны этого мира), а дома не имеют крыш. Все это помогает создать цельный образ чуждой нам культуры. Способствует этому и хорошая научная составляющая романа. Автор объясняет происходящее с точки зрения физики, химии и биологии.

Большая часть романа посвящена путешествию команды Барленнана к потерянной ракете. Это довольно простой и линейный квест, похожий на классику приключенческой литературы. Однако на своем пути месклениты встретят немало опасностей, что делает роман динамичным и нескучным.

Минусом романа для меня стала некоторая нереалистичность образа месклинитов. Я совсем не про описание физиологии существ живущих при запредельном тяготении. В моей голове не укладывается тот факт, что живые организмы, сформировавшиеся в столь отличных от наших условиях, имеют столь сходное с нами мышлением. Хотя и этому факту я попытался найти логичное объяснение.

Довольно необычным для фантастики того времени был мирный первый контакт. К тому же, именно человечество выступает здесь в роли венца творения. Месклениты многому хотят научиться у технически развитых людей. А что если убрать всю фантастическую составляющую и под этим углом посмотреть на роман. Более технически развитая держава встречает слаборазвитых аборигенов. Это ли не история столкновения европейцев с многими племенами туземцев. Однако это лишь мое мнение, и не обязательно правильное.

Итог: «Экспедиция Тяготение» – интересный образец ксенофантастики. Хотя месклениты и получились излишне человечными, за их приключениями было интересно наблюдать. Роман изобилует научными подробностями, поэтому подойдёт для неспешного вдумчивого чтения.