Ну, кто любит скелеты в шкафу? Налетай-выбирай, скелеты отборные от британки, которая долго писала в стол, и лишь пятый её роман, который я собственно и рецензирую, был опубликован и включен в шорт-лист Букеровской премии 2003 года. Роман этот отчетливо скандинавский, хотя Морралл и англичанка. Мрачный, но с изумительным буйством цвета. Далее - по пунктам, почему мне понравился, хотя и не должен был. Ложь. Невинная, милая, ползучая ложь умолчанием. Сама я ей очень увлекаюсь. А вот в этом романе показано возмездие за неё. Страшно, жутко, правдоподобно.
Но тогда мы не разговаривали друг с другом. Не разговаривали как следует. Мы упустили возможность. Теперь, когда уже слишком поздно, мы вновь собираемся вместе. Собираемся, так и не приобретя привычку говорить то, что на самом деле думаем.
Безумие. Скользкое, тревожное чувство. Это как если ты боишься высоты, идешь-идешь, глядь - а под тобой пол стеклянный, и страх ударяет тебя под коленки - голова кружится. И то, что должно быть надёжным, что секунду назад было твёрдым и прочным, вдруг становится таким хлипким, небезопасным, рассыпающимся в прах. У Китти никогда не будет детей. Это сводит её с ума. Вина, страх и чувство собственной неполноценности, сжирают её заживо, как пираньи.
Они сказали, что в том, что произошло, не было моей вины. Но так ведь случается не со всеми. Только со мной. Значит, должна в этом быть и моя вина.
Инфантилизм. Крайняя его степень. Мне кажется, что Китти хочет быть даже не ребёнком, а плодом. После всех своих эмоциональных травм хочет вновь слиться с матерью в одно целое, получить доступ в тот тайный мир, где мать - и время, и пространство, и начало, и конец. Живопись. В книжке упоминаются и Дали, и Ван Гог, но я вижу скорее тревожную симметрию Эшера. Картинку, на которой маленькая девочка, гонится сама за собой по пыльной анфиладе комнат, в надежде и страхе, что за следующим углом поймает себя за юбку.
Очень жаль, что переведён только один её роман. У меня такое чувство, что я нашла свою "Апрельскую ведьму", и она мне понравилась.
77 понравилось
