Басурман. Колдун на Сухаревой башне. Очерки-воспоминания

Хотя аннотация подсказывает, что центральной фигурой романа должен быть Великий князь Московский (и всея Руси, как он сам себя позиционирует) Иван III, однако хитроумный Лажечников если и старается именно его вывести в центр внимания читателя, то делает это как бы исподволь. Ну вот как бывает, что смотришь куда-то и боковым зрением видишь что-то более важное, нежели то, что находится в центре поля зрения. Так и в нашем романе — всё-таки главной центральной персоной книги стал иностранец Антоний (Антон), отправившийся на Русь, в Москву в качестве иноземного искусного врача, лекаря. И конечно, то недолгое время, которое он провёл на Руси, в Московии, мы лицезреем на фоне Москвы и москвичей того времени — конец XV века (если взять за основу дату взятия Твери, то это 1485 год). Уже позади стояние на Угре и освобождение Руси от монголо-татарского ига, но окончательное взятие и покорение Казани пока что ещё впереди.

Дальше...

И вот в это то «интересное» время в Москву приезжает простой лекарь. Ну как простой — вообще-то по происхождению он совсем не простой, но в силу ряда обстоятельств (о которых идёт речь в первой части романа) Антон не всё знает о своём происхождении и о том, почему он фактически вынужден покинуть родину. И будучи поселенным на постой к одному из ярких и богатых московских бояр, Антон, конечно же, встречается (глазами, взглядом и только лишь) с красавицей дочерью боярина Анастасией. И, конечно же, встреча взглядов приводит обоих именно туда, куда и должны прийти герои романа — к взаимному чувству. Но ведь Антон католик, т.е. с позиций православия он басурман.

А между тем, как лекарь Антон принят великим князем (впрочем, уже тогда Ивана III в некоторых документах называют царём и даже императором) хорошо, и пользуется его расположением. Однако же имеются у него и недоброжелатели. Вот на всей этой возне вокруг самого Антона и его взаимоотношений с Анастасией и построена вся интрига книги.

Конечно, роман построен в традициях своего времени. Однако его стилистика вполне удобоварима для современного читателя. В особенности для такого, который интересуется историей государства российского и нюансами московских реалий той поры. Да и просто написано достаточно интересно.

При чтении этого неоконченного произведения Лажечникова мы попадаем во времена правления императора Российской империи Петра II. Вернее на стык конца правления императрицы Екатерины I (жены Петра I) и начала недолгого царствования Петра. И поскольку содержание этого произведения состоит из четырёх писем некоторых российских знатных и именитых россиян, то конечно мы имеем возможность вовсю погрузиться в присущий тому времени эпистолярный стиль и слог. Впрочем, вовсю не получится, ибо писем всего четыре. Однако если перед этим мы читали другие романы Лажечникова (например, "Басурман"), то это неоконченное произведение станет изрядным дополнением к ним…

Дома тишина, только воробьи трещат где-то внизу, у кормушки. Мерцает елка, кошки спят уютными клубочками. А я читаю старинный роман о приключениях еще более давних.

Длинная витиеватая история никак не может начаться, петляя во времени и пространстве, заполняется множеством героев, осыпает старым жемчугом ушедших слов и оборотов. «Построил лицо сообразно случаю» - в записную книжку и вечное пользование. «В чаду дружеских ласк» - изумительно же. А сколько всяких жуковин, решеток с ершами, тапканов, пупыт и санников! Пять минут читаешь, пятнадцать рыщешь в интернете. Стиль, слог, речь, причуды наших предков сами по себе удовольствие.

Но главное – история. Москва еще деревянная. Но Аристотель Фиорованти уже разработал проект Успенского собора, Софья Палеолог привезла плоды византийской учености (и попугая), Федор Курицын на свою голову увлекся дипломатией, философией и религией, по Руси бродит первая ересь (теперь и у нас как в Европе!), а Афанасий Никитин вернулся из Индии. И все это на фоне собирательства земель и бурного государственного строительства. Лес рубят, щепки пищат, но все же упорно пытаются выжить и даже наладить личную жизнь.

Лекарь (но и дворянин) Антон Эренштейн прибывает ко двору властителя дикой Московии, Ивана III. Его определяют на постой к боярину классического разбора, тот со всем семейством ждет чучелу заморскую, страшного клыкастого колдуна. Басурмана фактически отселяют в отдельную половину дома, двор разгораживают тыном, слугу выделяют по принципу «кого не жалко». В общем, ужас и смятение. Вот только приезжает не чудище, а ангелический юноша с высокой душой и рыцарскими идеалами. Что будет дальше – уже понятно. Любовь, коварство, политика, попытки взаимопонимания и поэзия старинной прозы. Как же странно все было, как давно.

Примеч. жуко́вина. 1. старин. перстень с камнем, укреплённый в гнезде лапками, сходными с лапками жука.