
Азбука-классика (pocket-book)
petitechatte
- 2 451 книга

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Впечатления: "Пейзаж души" - мой первый опыт знакомства с поэзией Китая, да и еще написанной в 8 веке. Полезно все-таки в различных книжных клубах на Лайвлибе состоять, кругозор сразу шире становится, на книжные эксперименты тянет, за несвойственные себе книги берешься...)
К сожалению, не могу утверждать, что сборник меня впечатлил и что с китайской поэзией я таки познакомилась. Как бы переводчик не старался, но передать столь "необычный" для читателя вне Китая текст, сохранить его атмосферу и ритмичность, просто невозможно. Поэтому на выходе получились не оригинальные стихи Ли Бо, а краткий пересказ их содержания. Тут же и проблема того, что если читатель не знаком хорошо с Китаем и не является востоковедом, даже прочитав этот "пересказ", сложно понять о чем там речь. Поэтому большое спасибо составителю сборника за обьемные и подробные комментарии с обьяснениями буквально каждой строки, чуть ли не слова, стиха))) Похоже комментарии мне было даже интереснее и познавательнее читать, чем сами творения Ли Бо. Кстати, кто интересуется этой исторической личностью, то по его сборнику стихов можно отследить все передвижения поэта и узнать кое-что из его повседневной жизни.
Для себя я сделала вывод, что надо либо учить китайский и читать поэзию Китая в оригинале, либо вернуться к более понятным и близким английским поэтам. Знакомство с "Пейзажем души" буду считать любопытным опытом, но продолжать его и брать другие японско-китайские сборники для себя смысла не вижу.
Книга прочитана в группе "Чарующая Азия"

Эта книга настолько прекрасна, что сколько я ни старайся, всё равно не смогу передать своего тихого восторга.
Невероятно ёмкие, трепещущие, словно бабочки на тонких листьях, строки, филигранно отточенные, хрупкие, рождённые в колыбели природы.
Шёл на гору Дайтянь к даосу, да не застал его
На водопад собака лает,
Роса на персиках лежит,
Среди стволов олень мелькает,
Не слышен колокол в глуши.
Разбили мглу стволы бамбука,
С лазурных гор бежит ручей...
Кто скажет, где найти мне друга?
В пустынных соснах грусть сильней.
Весенним днём прихожу к омуту в ущелье Лофу
В теснине гор я песню напевал,
Сошёл с тропы, а дальше - нет людей,
Миную пади и отвесы скал,
Слежу, как извивается ручей,
Над камнями курятся облака.
Пришелец очарованный, в цветах
Был полон вдохновения, пока
Спускалось солнце на закат в горах
Я упивалась поэзией Ли Бо чуть больше двух месяцев, постоянно перечитывая особенно полюбившиеся стихотворения, наслаждаясь чувствованием автора природы. В них время как-то особенно застывает, погружая читателя в своеобразный транс и левитацию духа - то ли открывая вневременной пейзаж Китая, то ли погружая читателя в самое себя.
Стихотворения помимо всего метафоричны, несут в себе сакральный и символический характер, который очень доступно объясняется переводчиком С.Торопцевым после каждого стихотворения. Особенным смыслом наделены вода, луна и горы, описывая их - каждый раз с новым оттенком настроения - автор, будто воспаряет над зелёными долинами, размашистым жестом показывая читателю красоту Янцзы и Тунгового шалаша, водопад в горах Лушань, вершину Цзинтин, горы Небесных врат; показывает всеобъемлющую свободу, единение с самим собой как суть бытия, гармонию мироздания.
Красоты "Крутобровой" горы в Шу:

Китайская (!) поэзия. 8 век. Их классик, о котором большинство русскоязычных читателей и слыхом не слыхивало. Казалось, это нечитаемо. Оказалось - бесподобно. Возможно, это заслуга переводчиков. Но красота стиха неописуема:
Стихотворениям свойственны неспешность повествования и влюблённость Ли Бо в окружающий его мир (большинство строчек посвящено красотам природы).
Отдельное спасибо редакторам сборника за качественный комментарий к каждому стихотворению великого китайца.

Павильон разлуки — Лаолао
Нет в мире места горше для души,
Чем Лаолао — Павильон разлуки…
Весенний ветер знает наши муки
И ветви изумрудить не спешит!
747 г.
Лаолао (значащее название — скорбь, печаль; горечь разлуки; дальнее расстояние): беседка, построенная во времена Троецарствия на горе Лаолао к югу от Нанкина; в этих местах ранней весной, когда почки начинают набухать, становится ветрено, и в порывах весеннего ветра деревья зеленеют; тогда, по обычаю, расстающиеся друзья дарят друг другу свежие ветви ивы как знак того, что горько расставаться; слово «ива» омонимично слову «остаться».

В Сюньянском монастыре Пурпурного предела пишу, ощущая осень
Что-то осень мне тихонько шепчет
Шелестом бамбуков за окном.
Этот древний круг событий вечный
Задержать бы… Да не нам дано.
Я замру, от этих тайн вкушая,
В беспредельность дух послать могу.
Тучка, от Чжуннани пролетая,
Зацепилась за мою стреху.
Что сказать мне Тан-гадатель сможет?
Да и Цзичжу не отыщет слов.
Сорок девять лет уже я прожил,
Знаю: то, что было, то ушло.
Необузданность моя уснула,
Мир уже меняется давно,
Вот и Тао Цянь домой вернулся,
И созрело доброе вино!
750 г.
Спустившись со склонов Лушань, Ли Бо задумался о бренном и вечном, остановившись в монастыре Пурпурного предела (так назывались несколько даоских монастырей, сооруженных по приказу императора Сюаньцзуна в обеих столицах и в центрах округов страны для распространения даоского учения). Не случайно ему пригрезилась возвышавщаяся недалеко от Чанъани гора Чжуннань, излюбленная даосами, ведь Сюньян (совр. г. Цзюцзян в Цзянси, неподалеку от горы Лушань) был именно тем городом, где через несколько лет Ли Бо был заключен в тюрьму, облыжно обвиненный в участии в мятеже против императора. Быть может, зря он не поверил гадальщикам (Тан Цзюй: гадальщик-физиономист периода Чжаньго; Цзичжу: гадальщик ханьского периода Сыма Цзичжу), которые, как он писал в другом стихотворении, предупреждали — «не буди Дракона»?!

Волнение в ивах («Янпар»)
Спой мне песенку про ивы
Под Синьфэнов аромат,
Мило в ивах слушать с милой
Иволгу от Белых врат.
Птицы спрячутся в ветвях,
Ты войдешь в мою светлицу,
Как в бошаньских духовитых очагах,
Два дымка сольются, пламя разгорится.
726 г.
Янпар: мелодия Юэфу, записывавшаяся в разных списках разными иероглифами, она первоначально была детской, позже стала песней о любовном свидании; Ли Бо значительно удлинил текст и пятисловное стихотворение завершил двумя ударными семисловными строками. Синьфэн: так называлась местность в окрестностях Чанъани, славившаяся виноделием. Белые ворота: место в древнем г. Цзянькан (совр. Нанкин), где молодые люди пели друг другу любовные песни, в поэзии стало метонимом любовного свидания. Бошаньский очаг (жаровня): в специальную чашу на подносе выкладывают ароматичные ветви в виде мифической горы Бошань, подобные предметы находили уже в ханьских раскопках. Два дымка сольются: метафора любовного свидания.














Другие издания
