Цитаты из книги The Double

Внезапная перемена в настроении Тертулиано Максимо Афонсо, которую мы только что наблюдали и которая так поразила учителя математики, была не чем иным, как самым обычным соматическим проявлением психической патологии, известной как гнев кроткого человека.

Я понял, почему вам так неинтересно жить. Почему. Потому что вас ничто не удовлетворяет. Я бы мог удовлетвориться очень немногим, если бы оно у меня было.

Ты становишься скептиком. Насколько мне известно, скептиком никто не рождается.

[...] Для многих людей самой горячей молитвой перед отходом ко сну является не общепринятая Отче наш и не вечная Аве Мария, а такая: избави нас, Господи, от всякого зла, а пуще всего от гнева кротких.

Роль здравого смысла в истории рода человеческого состоит в том, чтобы рекомендовать быть осмотрительными и кушать полезный куриный бульон, особенно в тех случаях, когда глупость уже взяла слово и вот-вот возьмет в свои руки бразды правления.

Хуже всех стен такая дверь, от которой не было и нет ключа, и он не знает, где искать этот ключ и существует ли он вообще.

...потерпите, со временем ваше горе пройдет, и это действительно так, со временем все проходит, но бывает, что время не торопится смягчить боль, а бывает, к счастью редко, что время останавливается и боль остается...

Ох уж эти проклятые слова, нам кажется, что мы произносим только те, которые считаем необходимыми, но вдруг у нас вырывается некое словечко, мы и сами не понимаем, каким образом, и мы даже потом не всегда можем его вспомнить, но благодаря ему направление разговора резко меняется, и мы начинаем утверждать то, что ранее отрицали, и наоборот...

Плакать о пролитом молоке бессмысленно, во всей этой истории хуже всего пришлось кувшину, который упал и разбился.

Она мне нравится, она мне нужна. Люди женятся и с меньшими на то основаниями.

Вопреки тому, что считает необходимым здравый смысл, проявить твёрдость воли всегда трудно, гораздо проще быть неуверенным, нерешительным, колеблющимся.

Всегда хочется переложить вину на кого-то другого, особенно когда самому не хватает мужества дать достойный отпор.

Иногда при появлении счастья мы не кричим, не шепчем никаких слов, не смеёмся, не плачем, а просто спрашиваем себя,почему его не было раньше, а когда оно вдруг появляется перед нами, как сейчас, когда мы его уже не ждём, тогда мы, скорее всего, не знаем, что же нам теперь делать, плакать или смеяться, и нас охватывает тайная тоска, и мы боимся, что не сумеем с ним справиться.

Нравится вам это или нет, но главным образом ряса делает монаха монахом.

согласиться с каким-либо доводом далеко не всегда означает принять его, обычно люди объединяются под сенью какого-то мнения, словно под зонтом

Для людей ностальгического темперамента, ранимых, плохо приспосабливающихся к обстоятельствам, одинокая жизнь является тяжелейшим наказанием, однако сколь ни мучительно бывает это испытание, оно крайне редко выливается в душераздирающую драму, от которой леденеет кровь и волосы встают дыбом. Как ни странно, обычно люди такого склада терпеливо сносят муку одиночества.

Он скорее меланхолик, вечно погруженный в себя, скорбно рассуждающий о скоротечности жизни и постоянно пасующий перед тем запутанным лабиринтом, который представляют собой отношения между людьми.