East

Если на свете есть колдовство, то, полагаю, оно должно обитать на Крайнем Севере, там, куда люди не могут добраться.

– Она должна уйти. Это ее направление. Ее выбор.
Я взглянул на Ольду. Потом перевел взгляд на пустой дверной проем. Я потерял самое дорогое. То, что ничем не заменить.

Жизнь – странная штука, и наяву я отправляюсь в Ледяную землю не с медведем, а за медведем.

Я любил старинные волшебные истории, но в жизни мне не хотелось разговаривать с животными, которые приходят с таинственными просьбами в дождливые ночи. Такие приключения подходят для сказок, там и должны оставаться.

" Я всегда была уверена, что любопытство способно разрушить всё".

Север, восток, запад и юг пронзит стрела,
Ветер-бродяга треплет волну, сводит с ума,
Пашню морей вздыбит- к звезде вскинет буйки.
В дальних морях этой звезды ждут моряки.

В тот день я спросила Тора, представляет ли он, где мы находимся.
Он допил последний глоток пива из кружки и посмотрел на меня с неким подобием улыбки.
Глаза его почти смеялись.
– Hafvilla.
– Где?
– Hafvilla. Это старинное слово, – пояснил Тор. – Викинги использовали его, когда нужно было сказать, что они окончательно заблудились.

Радость моя невыразима, она горит во мне, словно маленький кусочек солнца.

Мне было нечего предложить ей. У меня даже имени не было.

Способов определять направление существует столько же, сколько на свете моряков.

Белый медведь- одинокий странник, он никогда не ходит в стае или даже с подругой. Передвигается на четырех лапах, а уж если встанет на задние лапы, то может оказаться и десять футов ростом. Он живет обонянием. Саами так говорят: "Упадет иголка с сосны. Ястреб ее увидит. Олень услышит. А белый медведь унюхает." У него черные глаза, черный нос, на каждой лапе по пять черных когтей. Всё остальное белоснежное.

У него был ужасный характер и отвратительные манеры, и все это вместе зависело от того, сколько он выпил. Если слишком мало, то он был невыносим, если слишком много – беспечен и невыносим.

Луна сквозь дверь.
А в ее свете…
Надежда.

Призрачный странник на троне кочующем, севера царь,-
Властвуй, медведь одинокий!
Каждому встречному смерть приносящий ныне, как встарь.

Казалось, сердце замерзло у меня в груди. Ночью было слишком холодно даже для разбитого сердца.

Сказать, что мама была просто суеверна, – это все равно что назвать великий буран 1539 года легким снегопадом.

– Они остались бы живы, если бы я был рядом и защитил их. Но они умерли. Как Гест и Горан. И я умер бы, если бы ты меня бросила.

– Я не могла тебя бросить. Ведь ты спас мне жизнь. Это обычная вежливость в ответ на доброе дело.

Тор вдруг запрокинул голову и рассмеялся. Это был беспечный искренний смех, и мне он понравился, хотя я знала, что Тор пьян.

– Я рад, что ты вежливая, – сказал он.

Он твердо верил, что, если истина неизвестна, бумага должна оставаться пустой.

Когда вы несчастны и делаете что-то скучное, время едва тащится. Но когда вы счастливы, оно несётся быстрее, чем лыжник с заснеженной горы.

— Понимаешь, это часть цикла. Мы должны охотиться, чтобы выжить. Неуважением было бы охотиться, когда ты не голодна, и приносить смерть неоправданно. Я пою слова извинения за то, что взяла жизнь тюленя, и прошу послать его душу в мир иной.