Цитаты из книги It Can't Happen Here

«Среди представителей физического труда должен быть какой-то процент негодяев и обманщиков».

«Когда Бэз приступит к делу, не будет парадов раненых солдат. Фашисты понимают, что это окажет дурной психологический эффект. Все эти бедняги будут запрятаны в соответствующие заведения, а на сцену выйдут здоровые молодые люди в форме – скот для убоя».

«Делегаты снова занялись своим основным делом – принялись снова спасать нацию и перегрызать друг другу горло».

«В России, полагал он, запрещено все то, что делает его работу приемлемой: уединение, право мыслить и критиковать, кого ему заблагорассудится".

Уиндрил «В атаку»

«Можете называть меня социалистом или другими бранными словами, только бы вы держали другую ручку пилы и помогали мне перепиливать огромные бревна бедности и нетерпимости».

«Америка – это единственная свободная страна на Земле! И, кроме того, наша страна слишком огромна для переворота! Нет, нет! Здесь, у нас, это невозможно».

«Через несколько лет под видом заботы обо всех нас диктатура Бэза Уинтдрипа будет регламентировать все решительно, начиная с того, где нам молиться, и кончая тем, какие детективные романы нам читать».

«Его программа и программа Лиги не во всех деталях совпадают. Но он принял на себя обязательство считаться с нашими указаниями и советами, и, во всяком случае, до избрания мы будем безоговорочно поддерживать его – своими деньгами, своей преданностью, своими голосами ... и своими молитвами. И пусть господь бог ведет его и нас через пустыню не праведной политики и грязного, алчного капитала к сверкающему великолепию земли обетованной! Да благословит вас бог!».

«Лига забытых людей» предупреждала политических деятелей и все правительство, что нам до смерти надоело положение обездоленных и что наконец нас больше пятидесяти миллионов; что мы не хнычущая толпа: мы обладаем волей, голосом и правом голосовать, чтобы заставить с собой считаться! Мы достаточно ясно и определенно заявили всем политическим деятелем, что мы требуем – да, да, мы именно требуем – определенных мероприятий и что мы не потерпим никакого отлагательства».

«Знаете, я уверен, что самый лучший мессия из всех – это него, отец Дивайн. Он не обещает кормить обездоленных в течение десяти лет – вместе со спасением он сразу раздает жареные куриные ножки и шейки. Как насчет того, чтобы сделать его президентом?».

«В наши дни появилось множество мессий, и каждый так и норовит схватить тебя за горло».

«Не сколько сокрушался о тяжелом положении рабочих, сколько презирал прижимистых эксплуататоров, засевших в своих конторах и зловонных фабриках».

Уиндрип «В атаку»:

«Я слишком хорошо знаю Прессу. Почти все редакторы таятся в своих грязных норах; эти люди не думают о семье, об интересах общества, о радости прогулок на свежем воздухе и помышляют лишь о том, как бы всех оболгать, улучшить собственное положение и набить свои бездонные карманы, извергая клевету на государственных деятелей, готовых отдать все для блага общества и всегда легкоуязвимых, так как они находятся у всех на виду в ослепительном сиянии трона».

«Уолт Троубридж, вероятный кандидат Республиканской партии на пост президента, страдавший чрезмерной честностью и не желавший обещать чудес, упорно твердил, что мы живем в Соединенных Штатах Америки, а не на усыпанном золотом пути к Утопии».

«Я боюсь, что он честный фанатик! ... Он (* священник Прэнг) так ... гуманен, так благороден, что большинство людей охотно предоставило бы ему управлять решительно всем, а в стране таких размеров, как наша, эта работа не из легких».

«Уже не осталось легковерных людей, которые верили бы в осуществление хотя бы одной из них (благородных теорий)».

«Благодаря магии радио эфира Прэнг достиг такой власти, по сравнению с которой любая историческая корона должна была казаться жалкой мишурой».