Relics. Раннее и неизданное

Сарай номер XII, выкрашенный алой краской, проживает свою сложную и неповторимую жизнь.
Это жизнь существа иного порядка, но как и человеческая, она полна размышлений - о смысле бытия и о том, что же он есть на самом деле.
Однажды сарай осознал, что он существует - и будто он только на время стал сараем и только на время остановился в этом месте, где-то среди гаражей, будок и складов.

И хоть ни страна, ни эпоха не указаны, они легко угадываются - ведь в жизнь сарая номер XII вплетены черты советского обихода, будь то описание того, что в нем хранилось, или задворок продуктового магазина, или то, что на заведующей магазином - белый халат.
Его товарищи - подобные ему, собранные из досок существа - оккультно настроенный гараж и философический сарай по соседству - также заняты осознанием себя.
Конечно, в том, что они думают, много иронии - как это часто бывает у доброго, но язвительного Виктора Пелевина - например, будто смысл жизни каждого сарая в том, чтобы стать гаражом.
Однако, однажды становится ясно, что неповторимости их внутреннего мира противостоит некая страшная и угнетающая воля, разлитая в этом мире повсюду.
Она воплощена в чудовищной старой бочке - и нераздельно связана с идеей квашения и брожения, поднимающихся в рассоле пузырей и скрытых в его глубинах мертвых огурцов.
Соседей, сараи 13 и 14, бочка и отупение, которое она несет в себе, не подавляют - а напротив - сконцентрированное в ней кажется им правильным и практичным, однако сарай номер XII принять этого не может.

Объёмной и грузной бочке в противовес - забытый прежним хозяином обруч на стене - и то, и то круги, символизирующие вечность.
Когда-то сарай номер XII считал себя равноправным проплывающей в небе луне.
Теперь же, время от времени, он, подавленный чужой и страшной волей, останавливал свой взгляд на этом обруче - чтобы однажды вспомнить самое важное - то, что он итак всегда знал.
...
Рассказ Виктора Пелевина "Жизнь и приключения сарая номер XII" был написан в 1991 году.

Совершенно случайно нашла этот небольшой рассказ в аудио. Послушала. Удивилась тому, что написан он в 1993. Не, с одной стороны понятно, что к игуанам из "Тайных видов на гору Фудзи" нужно тоже было откуда-то прийти, с другой - слушаешь все это и понимаешь, что без упоминания того, что это ранние 90-е, история воспринимается абсолютно сегодняшним днем. И никакие отсылки и пасхалочки здесь ни при чем. И вся эта хитрая заумь в замом конце тоже.

Женщины хотят нормальной жизни с обычным, естественным бытовым комфортом настолько, что готовы воскрешать мертвых. Женщины так хотят любви и родственную душу рядом, что готовы смотаться за ними на тот свет. А с бубном или без... это вторично.

Излишне злободневное эссе с изящной деконструкцией понятия "совок" и его последующей реабилитацией.
Чем-то напомнило фразу из старой колонки Голубицкого: "лохом мошенники называют простодушного, доверчивого, законопослушного человека. В этом смысле, я, безусловно, лох".
Так и в "Джоне Фаулзе" Пелевин называет совком не серость и зашоренность:
"Совок – вовсе не советский или постсоветский феномен. Это попросту человек который не принимает борьбу за деньги или социальный статус как цель жизни. Он с брезгливым недоверием взирает на суету лежащего за окном мира, не хочет становиться его частью и, ...живет в духе, хотя и необязательно в истине. Такие странные мутанты существовали во все времена, но были исключением. В России это надолго стало правилом. Советский мир был настолько подчеркнуто абсурден и продуманно нелеп, что принять его за окончательную реальность было невозможно даже для пациента психиатрической клиники. И получилось, что у жителей России, кстати, необязательно даже интеллигентов, автоматически – без всякого их желания и участия – возникал лишний, нефункциональный психический этаж, то дополнительное пространство осознания себя и мира, которое в естественно развивающемся обществе доступно лишь немногим."
В таком ключе совком называться даже как-то комплиментарно что ли.
Ну и спасибо эссе за знакомство с термином homo faber.
6(НЕПЛОХО)

Очень пелевинский рассказ со всеми характерными плюсами и минусами.
Среди плюсов: оригинальная идея, живой русский язык с удачно изобретёнными словечками, занимательный сюжет и прочее, за что я Пелевина люблю.

И минусы всё те же, за которые Пелевина не люблю: политика и злободневность.
Пашу Мерседеса хорошо помню. Это была очень яркая личность. Если кому-то не лень, можно найти в интернете Павла Грачёва. Я не буду. Как говорится "умерла так умерла", тем более что он, кажется, и правда умер прежде времени. Незачем тревожить его прах.
"Большая восьмёрка" и сегодня ещё жива, хотя без интернет-помощи сегодня не назову страны, в неё входящие. А уж выражение "семёрка с половиной" кануло в Лету безвозвратно.
"Идейный Сосковец криминального мира" -- загадка посложнее. Был какой-то Сосковец. Олег Николаевич, кажется. Думаю, кроме профессиональных политологов, его вряд ли кто сегодня вспомнит.
А уж "Междуляшкисов и Лупояновых" и в интернете фиг найдёшь. Их настояще имена давно забыты. И навсегда.

Нет, не пишет Пелевин нетленку. И удачные словечки получаются от этого одноразовыми. А могли бы и русский язык обогатить, если б не шли в комплекте со всем этим тленом, чепухой и томлением духа.

Ну и странный эпизод: юная подруга Кобзаря работает в "салоне-имиджмахерской". Не верю. Не может подруга криминального авторитета где-то работать. Не для того она предназначена.

Короче говоря, прочитал я этот рассказ случайно. Но совершенно закономерно убедился в очередной раз: не хочу больше Пелевина.