Убийство на верхнем этаже. Убийство в винном погребе. Попрыгунья

Яркий представитель «Золотого века английского детектива» и один из основателей лондонского Детективного клуба Энтони Беркли имел репутацию автора, ломавшего традиции криминального жанра. Некоторые его книги надо признать весьма дискуссионными, и вышедшая в 1933 году «Попрыгунья» (название на языке оригинала: «Jumping Jenny») является одной из таковых... Всё началось с того, что писатель и криминалист-любитель Роджер Шерингэм был приглашён своими знакомыми на устроенную в его честь костюмированную вечеринку, участники которой должны были изображать либо знаменитых убийц, либо их жертв. Эксцентричное мероприятие завершилось весьма драматично – гибелью невестки владельца усадьбы (достаточно молодой женщины, имевшей ребёнка, но, надо признать, отличавшейся кошмарным характером), которая была найдена повешенной на крыше дома... Как сказано в издательском послесловии, «роман причудливо соединяет в себе смешное и ужасное, простое и нелепое». От себя добавлю, что в литературном отношении он смотрится совсем неплохо, фактически представляя собой «обратный детектив» (то есть такой, когда личность убийцы известна с самого начала) или, вернее, выглядя таковым до последней страницы... Моё решительное неприятие, однако, вызвала основная идея книги, по сути сводящаяся к тому, что если речь идёт о человеке с несносным характером (тем не менее, с юридической точки зрения никаких преступлений не совершавшим), то в моральном отношении его убийство должно быть признано вполне допустимым. (Этим произведение очень напоминает роман «Второй выстрел» того же автора, только если там мистер Шерингэм, занимаясь делом об убийстве, невольно пришёл к ошибочным выводам, то в данном случае он намеренно противодействовал расследованию: заставлял людей лжесвидетельствовать, фабриковал фальшивые улики и т. д. и т. п.; в чём фактически и преуспел...) – Полагаю, что если бы подобные принципы действительно были воплощены в жизнь, то в человеческом обществе возобладал бы «закон джунглей» – только и всего. Ну нельзя убивать человека только за то, что он кому-то не нравится! К этому надо добавить откровенную фантастичность обстоятельств совершённого убийства – как с фактической, так и с психологической стороны дела... Короче говоря, моя оценка данному произведению до последнего колебалась между двойкой с плюсом и тройкой с минусом, и лишь неожиданная концовка несколько подправила моё впечатление от книги, так что в итоге я решил округлить балл в большую сторону (хотя, может, и напрасно)...

Очередной детективный роман Энтони Беркли из серии о Роджере Шерингэме вышел в 1932 году. Повествование начинается с того, что пара молодожёнов, взявшаяся осматривать дом, в который въехала после свадьбы, заинтересовалась свежей кирпичной кладкой на полу винного погреба и в результате обнаружила замурованный труп. Как удалось установить полиции, убитой оказалась молодая женщина на большом сроке беременности, а преступление было совершено почти полгода назад... Данное произведение одним словом можно охарактеризовать как крайне неровное. – Первая его часть, посвящённая начальному этапу полицейского расследования, выглядит по-настоящему увлекательной, даже захватывающей, и если бы вся книга была выдержана в таком духе, то она стала бы подлинным шедевром детективного жанра... Но вот личность убитой удалось установить. Как оказалось, она преподавала в школе в одном из лондонских пригородов, причём примерно в это же время там кратковременно подвизался писатель и криминалист-любитель Роджер Шерингэм. Последний пытался описать взаимоотношения внутри педагогического коллектива в своём неоконченном романе, который полностью приводится во второй части детектива, оказавшейся до крайности скучной. По сути, сорок с лишним страниц текста можно свести к тому, что все преподаватели были друг с другом «на ножах»... В третьей завершающей части мы видим продолжение расследования, которым параллельно занимались и Скотленд-Ярд, и мистер Шерингэм. И вроде бы, долгое время всё это выглядело неплохо, но вот самая концовка оказалась абсолютно провальной – вялой и невразумительной, по сути, не приведшей ни к чему. Как глубоко верно было отмечено в издательском послесловии, роман кажется незаконченным... Таким образом, у автора в данном случае всё вышло по принципу: начал за здравие, а кончил за упокой. А жаль.

Перед нами сборник романов из цикла о Роджере Шерингэме. В котором он сам и писатель, пишущий в жанре детектива, и в то же время он нередко подкидывает идеи полиции в их расследованиях, в основном, своему доброму приятелю Морсби, инспектору Скотленд-Ярда.

Все три романа для меня читались с равным удовольствием, но, как водится, последний из прочитанных, "Попрыгунья“, воспринимается наиболее ярче. Что неудивительно, поскольку смерть одного из персонажей происходит в разгар одной тематической вечеринки. Костюмированная вечеринка, в которой каждый изображает одного из известных убийц, изобличенных и казненных. И мало того - повешенных в те времена, когда за такое вешали. В антураже дома, вернее, на крыше, поставлены даже три виселицы с повешенными двумя мужчинами и женщиной в виде соломенных чучел, обряженных соответственно в мужское и женское платье. В общем, атмосфера приподнятая. А Шерингэм случайно заглянул на огонек к друзьям и остался, пока обнаруженное тело не вынудило его вляпаться по самое не хочу.

Роман почти с самого начала начинается со сцены смерти, в которой обозначены, скажем так, и некоторые виновники происшедшего. Прием не нов, но всегда воспринимается на пять, тем более у Беркли все с изюминками. И уже с этой картиной в голове мы следим за дальнейшими событиями, среди которых и крутится Шерингэм, и вот ему втемяшилось, что на пересечении огней может быть брат хозяина дома, на которого неминуемо падет подозрение. И мы вместе с Роджером Шерингэмом наблюдаем за происходящим, при том, что фактов у нас изначально слегка побольше, и гадаем, придет ли следствие к тому, что мы знаем. Но у Беркли для нас запрятан в рукаве джокер.

Собственно, все три романа объединяет этот прием - тот самый неведомый джокер. И если с "Убийством в винном погребе" связывается подозреваемый в нем, личность достаточно сильная, но при этом некоторым образом если не отталкивающая, то почти на грани, "... на верхнем этаже", наоборот, показывает персонажа, в котором нет ощущения несущего зло, и даже мало-мальской антипатии к нему не возникает. В качестве подозреваемого мы готовы принять любое из действующих лиц, кроме того, кого автор любовно преподносит на блюдечке с золотой каемочкой. Но и вы же не забыли его излюбленный прием с джокером? Поэтому будьте начеку. Потому что золотая каемочка золотой каемочкой, но ведь может возникнуть и серебряная, вдруг, ни из чего, хотя вроде где-то что-то мелькало, но совершенно не было никаких оснований. Пока не поменялись некоторые ориентиры.