Сказки зарубежных писателей

Он взглянул на корзинку и сейчас же сообразил, что, наложив ее доверху, тем самым лишится почти все цветов.

Коня вам не требуется - у вас очень длинные ноги, так что вы отлично поскачете и на своих двоих.

— Ах, как здесь хорошо! — воскликнула восхищенная Мари.
— Мы в лесу Детских рождественских подарков, — сказал Щелкунчик.

Дети отлично понимали, что родители в это время расставляли купленные для них игрушки; знали и то, что сам младенец Христос весело смотрел в эту минуту с облаков на их елку и что нет праздника, который бы приносил детям столько радости, сколько Рождество.

Без этого собора нельзя было даже представить себе города. Да разве могло что-нибудь случиться с этой каменной громадой? А ведь когда-то собор был разрушен пожаром.

— Чепуха! — огрызнулся Волк. — Я же сказал, — во всем виновато Правительство. А если кто мне не верит, я того съем.

Волк был весьма практичен, и никогда за словом в карман не лез.

— Что до меня. — сказал Дятел, а он был прирожденным философом. — то все объяснения излишни. Жизнь такова, какова она есть. А сейчас она ужасно холодна.

"Вода, либонь, ніжніша за твої тендітні долоні, та все-таки вміє шліфувати тверде каміння, хоч і не відчуває болю, який відчуватимуть твої пальці. Вода не має серця, тож не карається від страху й страждання, а тобі доведеться терпіти".

– Знал я на своем веку и богатство и бедность. Беден я был, когда был богат, богат – когда беден. Были у меня раньше каменные палаты, да зато и сердце в моей груди было каменное. А теперь у меня только домик с печью – да зато сердце человечье.

- Тирле упал! Тирле! Он влез на спину Дирле, а Пирле толкнул Дирле, и Тирле упал!

«готовила своему супругу очень любимый им соус из потрохов»

Когда она, радуясь от всей души, глядела на своего любимца, у неё вдруг защемило сердце: а что, если все, что рассказал крестный, - история про Щелкунчика и про его распрю с Мышильдой и ее сыном, - что, если все это правда?

Мари, наверное, до сих пор правит в стране, где повсюду можно увидеть сверкающие Рождественские леса, прозрачные Марципановые замки и другие всевозможные чудеснейшие вещи. Просто нужно уметь их видеть.

АККА: Люди были, есть и будут нашими врагами.

АККА: Наши деды, прадеды и прапрадеды завещали нам никогда не доверятся человеку, будь он маленький или большой.

АККА: Ты первый человек, от которого мы видели добро, и стая позволяет тебе остаться с нами.

Сабака лает -- ветер носит.

АККА: Одному тебе со всеми не сразиться; но в лесу и в поле живут не только наши враги, у нас есть и друзья.

Она читала ниже своего достоинства обижаться на всякую болтовню.