Древнерусская литература

Мы все, так или иначе, слышали о тверском купце Никитине, и о предпринятом им путешествии в XV веке в далекую тогда почти не доступную Индию. Про это мы еще в школе проходили в курсе истории. Но вот сама книга, написанная отважным путешественником, не слишком популярная среди читателей. Оно и понятно, тексты такой давности сегодня кажутся суховатыми и наивными, но зато в них живет дух времени, и если на него настроиться и суметь уловить, то такое чтение может оказаться очень даже интересным и увлекательным, а главное - познавательным. Здесь познаешь не новое и неизведанное, а комплекс представлений людей иных эпох об окружавшем их мире.

Жанр "хожений" был довольно популярен на Руси в условиях не слишком богато развитой литературы. Но, как правило, в таких произведениях описывались странствия по святым местам монахов и старцев. Это рождало определенный канонический характер таких книг. Описание путешествия Афанасия Никитина стало первым, обратившим на себя внимание, мирским произведением этого жанра.

То, что автором описания был не церковнослужитель, а купец, выгодно отличало его сочинение от других подобных трудов. У автора оказалось много больше пространства для самовыражения, он не был связан использованием определенных языковых стандартов, обязательной схемой построения рассказа. В итоге получилось довольно яркое, живое и самобытное произведение.

Правда, следует отметить, оно получилось не слишком ровным, если первая и заключительная (четвертая) части относительно живые и интересные, третья часть вообще кульминация, под завязку насыщенная событиями и впечатлениями, то вторая часть, рассказывающая о пути из Дербента до Индии, очень суха и схематична.

Обычно в таких произведениях акцент делался на чудесах, свидетелем которых становился автор. Такой подход и у Никитина, но ему удается добиться несвойственного для подобной литературе тех времен эффекта - он сумел превратиться в главного героя, присутствие которого на страницах его произведения не менее важно, чем то, что он описывает.

Язык повести живой и сочный, но читателей, не любящих текстов с большим справочным материалом, ждёт не самый приятный сюрприз - огромное количество примечаний. Если вы доверяете свое памяти и интуиции, и на самом деле обладаете энциклопедическим запасом знаний, то вам повезло и большую часть комментариев вы можете пропустить, но, если таких знаний нет, то лучше их - комментарии - все-таки читать, чтобы окончательно не запутаться.

Книга лишена церковных трюизмов, которыми бывали переполнены классические "хожения", но вопросы веры, пусть своеобразно, но в ней присутствуют. Афанасий очень ревниво относится к отправлению православных обрядов, что в условиях длительного путешествия не всегда возможно, а часто затруднительно, но для него очень важно сохранить себя. Дело в том, что большинство посещенных им стран - мусульманские, и он очень переживает, чтобы не подвергнуть себя смертельному риску, и в то же время не позволить обратить себя в ислам. Ислам страшен обрезанием, если такое случится, то путь на Родину будет заказан, в те времена люди не ведали что это за зверь такой толерантность. Афанасию удается избежать столь нежелательного увечья, хотя однажды его спасло просто настоящее чудо.

Три моря, которые он преодолел, это - Хвалынское (Каспийское) - по пути с Волги в Персию, Аравийское - из Индии в Аравию, Черное - по дороге домой. Кстати, до дома Афанасий не доехал всего чуть поболее 300 вёрст, он умер на обратном пути под Смоленском, но все же на родной - православной - земле.

Тверяки чтят память прославленного земляка, ему поставлен памятник, его именем названа набережная, теплоход, скорый поезд, но мне больше по душе тверское пиво, выпускающееся под торговой маркой "Афанасий".

Сочувствую авторам исторических романов о Руси XVII века, перед ними стоит просто невыполнимая задача - переплюнуть непрофессионального писателя протопопа Аввакума Петрова. На мой взгляд, сделать это практически невозможно.

Окунаясь по-настоящему в XVII век на Руси, ни один историк, как бы не был он прозорлив и догадлив, ни один писатель, какими бы талантами он не был наделен, не сможет передать в своих работах и романах ту неуловимую сущность, которая зовется духом времени. Такое под силу только современнику и очевидцу, и в этом плане мемуары мятежного Аввакума просто клад.

Само собой, сочный, колоритный, богатый и еще не успокоившийся в академическом русле, русский язык. Все эти "паки", "зело", "понеже", "сиречь", "отнеле", "барте", "елико"... Аввакум отдает себе отчет, что он пишет простым народным языком, недаром он предупреждает читателя "виршами философскими не обыкл речи красить". Вот, вроде бы и полно в его тексте всяких "устаревших" для нас сейчас слов, но попробуйте сравнить "Житие протопопа" с другими документами той эпохи, и вы увидите насколько язык Аввакума проще и понятнее. И это при том, что он умышленно отказался от современных ему литературных норм и канонов.

Простонародный язык того времени оказывается много ближе современному русскому языку, чем тот вариант, который использовался на официальном уровне. Этот факт говорит о том, что развитие языка шло в большей степени все же "снизу", лингвистам приходилось принимать фонетические и лексические формы, которые рождались отнюдь не в кабинетах.

Но, главное в "Житии" это - пульс времени, далекого, страшного и сладкого одновременно, - времени, когда рвались к набухающим почкам молодые соки будущей сильной и могучей Российской империи. А время было непростое, столкнулись две Руси, старая, защищающая традицию и память предков, и новая - стремящаяся на авансцену мировой истории, затевающая не первую и не последнюю "перестройку", пролегающую напрямую через судьбы людей.

Жестокость века диктует свою цену, поэтому так много крови и мучений в "Житии", и так по-будничному преподносит это автор. Здесь нужно учитывать не только внешние факторы, но и внутренние тоже, ведь Аввакум и его сподвижники, как и первые христиане, страдают за веру как они ее понимают и противостоят - ни много ни мало - антихристам! Отсюда возникает некое самолюбование своими страданиями, как главное доказательство богоизбранности.

А еще в этом произведении заключен протест, нам сейчас не вполне понятный. Дело в том, что существовал строго соблюдаемый канон биографического жанра, к которому относились произведения, начинавшиеся со слова "Житие". Аввакум, так же, как и в вопросе с языком, грубо порушил канон, насытив свое произведение бытовыми подробностями, личностными оценками, да и сама форма подачи - от первого лица - была беспрецедентна. Опять же, по канону полагается, чтобы Житие заканчивалось описанием смерти и погребения, чего в протопоповском труде не было и быть не могло. Правда, он мог рассчитывать, что эту неизбежную печальную главу допишут за него ученики. По сути своей, это был первый опыт автобиографичных мемуаров в русской литературе, и Аввакум - истинный первопроходец на этой стезе.

Надо признать, что в целом Аввакум большой любитель и приукрасить, и даже приврать, но это не мешает, а может где-то даже помогает лучше почувствовать как и чем жили русские люди 350 лет назад. Оценил "Житие" на самый высокий балл не столько как литературное произведение, сколько как честный и пронзительный документ эпохи, обязательный для заучивания наизусть всем авторам, пишущим о попаданцах в русский семнадцатый век :)

Наверняка, каждый из нас слыхал два этих имени, произносимых вместе, но большинство не вникало - отчего это так. Люди верующие, или увлекающиеся русской историей, знают, что когда Петр и Февронья оказываются вместе, то речь идет о двух русских святых, живших в XIII веке: муромском князе Петре и его супруге. Канонизированы они были в царствие Ивана Грозного, в 1547 году, тогда же митрополит Макарий поручил монаху Ермолаю-Еразму написать их житие.

Да случилась такая оказия, что сей Ермолай так сочно и богато, с использованием народного языка и фольклорных начал, описал судьбы святой пары, что ни митрополит, ни церковный собор не решились это произведение признавать агиографическим, и отказались включать в "Четьи-Минеи". Так появилась в русской литературе одна из первых повестей, горячо любимая простым народом.

Повесть вполне можно назвать рыцарской. Главный герой - князь Пётр - самый настоящий рыцарь, сражающийся со змеем. Известно, что русские огнедышащие змеи - это и есть европейские драконы, названия разные, а суть одна. Очень перекликается наша повесть с таким классическим произведением европейского средневековья, как "Тристан и Изольда". А в части, где Пётр ищет Агриков меч, есть что-то из кельтских мифов, где встреча героя и Меча с именем была определяющей.

В первой части мы имеем дело с классическим вариантом волшебной сказки об огненном змее, а во второй нас ждёт не менее классический сюжет о премудрой деве, в роли которой и выступает простолюдинка Феврония, дочь рязанского бортника. Дева смогла вылечить молодого князя, изнемогающего от проказы , которая началась у него после того, как на него попала кровь убитого змея.

Между молодыми людьми возникает чувство, но все же, сословные предрассудки в те далекие времена были посильнее драконьих зубов, и чтобы противостоять им, нужно было иметь храбрости поболее, чем для схватки со змеем. Пётр струсил и решил бросить рязаночку, но не тут-то было - воля Господа была иной - у него снова началась болезнь, и единственным способом избавиться от неё навсегда стала женитьба на Февронии.

Вот так, практически насильно, вопреки воле своего окружения, был приведен князь к своему счастью. Не торопитесь осуждать князя, что он хотел бросить Февронью, а девушку не судите, что вынудила его жениться практически шантажом, ибо не по своей воле они действовали, Петром руководило мнение княжеского двора, а Февронией - промысел Божий.

Лукавые царедворцы еще не раз попытаются разлучить пару, и при жизни, и после смерти, но ничего у них не выйдет, ибо любовь и почитание друг друга были у Петра с Февронией так крепки, что они и померли в один день - реализовалась изначальная мечта всех влюбленных. А может она и существует как раз благодаря повести, ведь когда-то с её содержанием были знакомы практически все жители Московского царства, а затем и Российской империи.

На этой иконе изображены Петр и Февронья (в иночестве - Давид и Ефросинья), считающиеся в православии покровителями семьи. Верующие люди считают, что иконе сей следует молиться, чтобы попросить мира и любви в семье, деток, если долго не родятся, "второй половины", если долго не встречается. Мощи святых, преставившихся 792 года назад, хранятся в Муроме, в Свято-Троицком монастыре, и чтобы иметь возможность помолиться перед ними, нужно отстоять немалую очередь...

Не-е-е, надо читать первоисточники, надо обязательно! Многое переоценивается и становится на свои места. С школьных времён понятие "домострой", а то ещё - "домостроевщина", - являлось для меня (как и для большинства советских людей, наверное) символом кондовой отсталости, мракобесия, мужской тирании и рабского женского прозябания. Многое, что вбивалось тогда в наши несчастные головушки, полагалось принимать на веру просто так - без знакомства с текстами. И теперь, найдя наконец-то в инете сей опус протопопа Сильвестра, созданный аж в ХУ1 веке, я предвкушала, потирая руки, как сама лично прочту о "страшном угнетении женщин на Руси в средние века", поужасаюсь и посочувствую. Название, тоже вот, мутное какое-то... "быт богоугодно, жизнь свято..." - так в монастыре бывает, наверное.
И как же, друзья мои, я обломалась! Сперва пыталась искать "жареное" с помощью оглавления, не нашла - начала читать внимательно. Вместо старорусского переложения "Суад" я обнаружила совершенно замечательную вещь - трактат, предписывающий людям, как им жить, чтобы в семье был мир и покой, в доме порядок и достаток, а в душе и на совести - чистота и свет. Я цитировала, не останавливаясь - не мешал ни архаичный язык, ни устаревшие слова:

...Вглядись в беду и страдания, во все их нужды, и помогай, как сможешь, и всех, кто страдает в бедности и в нужде, как нищего не презирай...

Надо сказать, что выглядит сие писание несколько утопически, хоть и расписано все досконально и тщательно - увы, несовершенен человек, слаб и грешен. Трудно ему быть таким идеальным, каким мечтает его видеть Сильвестр. Но что можно возразить против этого:

...Вот только ничего б не входило в дом твой ни насилием, ни грабежом, ни воровством, ни какой-то корыстью, ни наветом, ни неправедным судом, ни корчемным доходом. Если от этих бед сбережешься, будет дом твой благословен отныне и вовеки.

Или этого:

Вот потому-то у добрых людей, у хозяйственной жены всегда дом и прибран и чист,..устроено все как следует, припрятано и подчищено и подметено – в добрый дом такой, хорошо обряженный, точно в рай войти.

Не спорю - кое-что в книге выглядит сейчас курьёзным, вроде запрещения играть в шахматы, охотиться с собаками или общаться с иудеями. Многое ушло в небытие: кто ж сейчас столько молиться будет, сколько там предписано, описание свадебного обряда, занимающее четверть текста, интересно только с историко-этнографической точки зрения, а перечисление кушаний (кстати, вовсе не праздничных) способно довести современного гурмана до нервных колик... Но то главное, ради чего она вообще написана - на мой взгляд, должно остаться неизменным во веки веков. И может, потому, что мы забыли об этом, у нас только разводов, несчастных семей и детей? Вот еще цитата.

Если же оскудеют разумом в старости отец или мать, не бесчестите их, не укоряйте, и тогда почтут вас и ваши дети. Не забывайте трудов отца-матери, ибо о вас заботились и за вас печалились, упокойте старость их и о них позаботьтесь, как и они о вас некогда.

Да, кстати: а как же унетение женщин-то, нашлось ли наконец? Честно сказать, я в замешательстве. Основная мысль о том, как относиться к жене, выражена так:

Следует мужьям воспитывать жен своих с любовью примерным наставлением...

Вот ещё про жену:

Если подарит кому-то Бог жену хорошую – дороже это камня многоценного. Такой жены и при пущей выгоде грех лишиться: наладит мужу своему благополучную жизнь.

Ну а плохое-то, хоть чего-нибудь? Судите сами (я искала очень тщательно):

Да всякий бы день у мужа жена спрашивала да советовалась обо всем хозяйстве, припоминая, что нужно. А в гости ходить и к себе приглашать и пересылаться только с кем разрешит муж.

Да и сама хозяйка ни в коем случае и никогда, разве что занедужит или по просьбе мужа, без дела бы не сидела, так что и слугам, на нее глядя, повадно было трудиться.

А у жены решительно никогда никоим образом хмельного питья бы не было: ни вина, ни меда, ни пива, ни угощений.

А увидит муж, что у жены непорядок и у слуг, или не так все, как в книге этой изложено, сумел бы свою жену наставлять да учить полезным советом;.. но если жена науке такой, наставлению не последует и того всего не исполняет ,..и сама ничего из того не знает, и слуг не учит, должен муж жену свою наказывать, вразумлять ее страхом наедине, а наказав, простить и попенять, и нежно наставить, и поучить, но при том ни мужу на жену не обижаться, ни жене на мужа – жить всегда в любви и в согласии.

И очень хорошо я поняла, почему эта книга так не нравилась идеологам октябрьского переворота и их последователям! Не из-за женщин вовсе угнетённых. А из-за того, что в центре её - самостоятельный, хозяйственный, добродетельный человек, и его крепкий, обустроенный дом - полная чаша. Дом, который крепость. Всё это было ненавистно приспешникам большевизма, особенно сельским, представляющим собой, как правило,
квинтэссенцию лени, безделья, воровства и распущенности.
Итак, слово "домострой" реабилитировано, а книгу - в любимые!

Перевод Заболоцкого, да, - один из самых легких для понимания. Язык более современный, обороты речи более понятные для нас, людей 20-21 века..
Но я как сейчас помню, как в студенческие годы запоем (да-да!!!) разбирала тексты на древнерусском, читала и сопоставляла различные переводы, копалась в исторических справочниках, просиживая в читальных залах (Интернета-то не было), чтобы откопать очередные корни или параллели тех или иных строк...

Сейчас я перечитывала без фанатизма, не скрою. Однако новый взгляд на "Слово..." я в себе точно открыла: никогда, как сейчас, я не ощущала боль и разочарование от того, что ради собственных амбиций и тщеславия Игорь погубил сотни людей и навлек на Киевскую Русь новую волну бед. Почему-то раньше этот аспект меня не так волновал...

Подготовила на три урока презентацию - с видеофрагментами, с чтением отрывков актерами, с хорошим подбором иллюстраций, аж самой понравилось!.. Уже часть показала... Вижу интерес в глазах, удивление, какую-то ошарашенность: на них с экрана просто обрушивается совершенно другая эпоха - с другими звуками, с другим историческим фоном...
У нынешних 9-классников всеми силами пытаюсь вызвать интерес (в идеале - восторг) от понимания того, КАК ДАВНО всё это было: и описанные события, и создание этого произведения. И от понимания того, как всё в жизни ВЕЧНО.

А у них вызывает внутренний "ох" прежде всего то, что Ярославне-то было всего 14 лет!!! Их ровесница...

Время чтения: 510 минут (8 ч 30 мин)

Книга, а точнее летопись, начинается с момента основания Киевской Руси. Заканчивается же всё на моменте с тремя братьями. В процессе мы узнаем о Ярославе Мудром, Владимире Великом (укр. Володимир Великий), об Ольге и Олеге, а так же о многих других важных фигурах истории Руси.

Читалось тяжело. Язык устаревший, на то это и письмена, но всё же слишком много лишних моментов. Эта книга хороша тем, что тот кто прочитал - более менее знает и вспомнит (если учил, нет - выучит) историю начала украинкой земли и её монархов. Больше всего понравился момент истории с Ольгой, и да, я наконец-то запомнила, что в 988 году было крещение Руси. В целом, я вообще не жалею, что потратила много времени перед ВНО именно на это произведение, а не на какое-либо другое и менее полезное. Ведь это историческая/документальная литература.

Советую, однозначно. Знаю, что рецензия небольшая, но я сказала всё очень сжато и по сути, чтобы не терять вашего времени, но такое будет вряд-ли часто.

До встречи на Луне~

Время чтения: 30 минут

Это самые печальные и полностью забытые временные рамки чтения. Да, я не помню многого, но что-то сейчас попытаюсь рассказать.

Именно это написала (или просто скопировала с интернета, ибо прежде такое же видела на другом сайте) BonesChapatti . Несмотря на эти слова, хочу сказать, что мои надежды убиты, а поэма забыта на века. Да и читают её только ради того, чтобы сдать ВНО или сдать домашку на уроке. Подобная литература меня вообще никак не интересует, а написано настолько скучно, что я чуть не заснула. Сама поэма не очень, ибо в ней достаточно непонятно написаны события, как для меня, нет сильных эмоций и восхищения/разочарования.

О Руська земле, ти вже за горою!
Пітьма світліє. Вранішня зоря
Встає над полем, маревом повитим.
Стих соловей. Вороння крик зняло...

(Перевод: О Русская земля, ты уже за горой!
Тьма светлеет. Утренняя звезда
Встает над полем, иллюзией увитая.
Замолк соловей. Вороны крик зазвучал/появился...)

Уже эти слова говорят о том, что всё грустно и печально. И что очень много трупов русских солдат. Перевод не точен, ибо перевела сама, могла как-то не так сделать, так что извините заранее.

Как итог, если вы из Украины и ещё не окончили школу - читайте перед экзаменом ВНО, а так оно вам вообще не нужно и не нервируйте себя по этому поводу. Читать ли? Конечно же - нет. Ну, правда. Зачем? В каком случае читать - я уже сказала, а большего и не надо.

До встречи на Луне~

Цитата:

Впечатление:

Еще одно произведение из школьной программы 6 класса. В общем и целом, то, что дается в учебнике читаемо, даже интересно, если брать учет, что повести старались передать реальные события, о которых мы знать не знали. Дети вовлекаются в чтение и в творческие задания по произведению.

Но, опять таки требуется помощь в разборе устаревших слов и соответсвенно выражений.

По мимо школьной программы, я послушала всю "Повесть временных лет", какие-то истории увлекают, а какие-то просто мимо, ну вот просто не мое и все.

В целом, если изучать этот жанр в рамках урока литературы-да, вполне себе, но вот прямо любить и целенаправленно его выскивать для чтения- лично для меня сомнительно.

Читать/не читать: читать в рамках школьной программы

Слово о полку Игореве - это то произведение, которое хоть раз в жизни да надо прочитать! К тому же таи дел-то на полчаса.
В это раз решила прочитать, что писалось об этом походе в летописях, оригинальное Слово в переводе Творогова и поэтическое Заболоцкого. Даже грешным делом прочитала несколько абзацев на древнерусском. Интересно, но уже сложно воспринимать. Если только читать параллельно оригинал и перевод.
Что меня всегда удивляло в Слово, это то, что был выбран не самый показательный эпизод воинской доблести. По сути - это поход был провален чуть ли не с самого начала. Почему выбран именно он? Других походов, более успешных не было? Были, и много!
Как мне кажется, был выбран именно это эпизод, поскольку он как нельзя лучше показывает силу духа русских воинов. Лучше костьми лечь, но не сдаться врагу!