Петербургские трущобы. Том 2

Это фундаментальный роман, описывающий события и жизнь того времени. Автор проделал огромную работу, т.к. все герои этого романа очень тонко и точно прописаны, они предстают перед читателем во всей своей красе без всяких прикрас, такими, какие они есть.

Мне очень понравились большинство героев, я проживала их историю вместе с ними, сопереживала им, плакала вместе с ними и находила силы двигаться вперёд.
Больше всего мне понравилась Чуха, Маша, граф Николай - брат Анны, Вересов, Юлия Бероева. Очень трогательно было наблюдать за общением ростовщика Морденко и его двух питомцев.
Это роман об эпохе, когда детей просто продавали, чтобы они не мешали светской жизни высших мира сего. Автор умело показывает жизнь советскую и нищенскую, трущобную Петербурга 19 века. Он переносит нас из изысканных домов, в тюрьму и дома разврата и досуга. Это такой резкий контраст, который впечатляет и поражает.
Этот роман попал в самое сердце.

Петербургские трущобы - это роман, наполненный печалью, безысходностью, отчаянием. Роман о том, как люди оказываются на самом дне и пытаются не жить, а существовать.

Это роман о несправедливости, жестокости, он достаточно мрачный и тёмный, несчастный во всей своей убогости и опущенности.

Петербургские трущобы - напомнили мне роман Отверженные, только там было место свету и надежде, а здесь все настолько безнадёжно, что становится грустно.

Прекрасный роман, классика, которую должен читать каждый. И теперь одно из самых любимых произведений.

Эта книга, говоря словами самого В. Крестовского, – о «падших людях» и «отверженных созданиях», вынужденных влачить жалкое существование в России второй половины XIX века. Писатель неравнодушен к судьбам обитателей грязных чердаков и подвалов, обветшалых домишек и безобразных трущоб. У всех этих людей было «своё лучшее прошлое», у каждого из них – своя драма, а порой и трагедия.

Во вводном обращении к читателям Крестовский объясняет свою позицию: он стремится стоять вне сословий и каст, видя во всех их представителях прежде всего людей и оценивая их с точки зрения нравственных категорий. При всей массе натуралистических подробностей, к которым можно относиться по-разному, привлекает удивительная любовь автора к Человеку, уважение к нему, сочувствие и сопереживание его бедам, стремление разобраться, как он оказался на дне жизни. И вера в то, что человеческое в нём всё же способно возобладать, невзирая на тяжкие условия существования. Крестовский – не обвинитель, его задача – выявить причины, приведшие «падших людей» к такой трагической судьбе. Как становится понятно из книги, огромная вина лежит на обществе, которое лишь прикрывается филантропическими лозунгами, а на деле проявляет преступное равнодушие к судьбам «униженных и оскорбленных». Очень жалко и Анну Чечевинскую, и Машу, и Ивана Вересова, и Юлию Бероеву, прямо сердце сжимается, когда читаешь об их мытарствах и абсолютной беззащитности. Они ведь не нравственно низкие люди, но им нет места в нормальной жизни, они фактически становятся жертвами развращенных и подлых представителей знати.

Есть в романе и «маленький человек» – один из важнейших типов русской литературы. Здесь это мелкий чиновник Пётр Семёнович Поветин. Дружные, домовитые, как гоголевские «старосветские помещики», живущие в полном согласии и своеобразной идиллии, пожилые супруги Поветины воспитали Машу. Есть и мотив испытания «маленького человека» деньгами, и отголоски библейского сюжета о блудном сыне (в данном случае «блудной дочери» – и на память приходит, конечно же, параллель в виде пушкинского «Станционного смотрителя»). Но при всём следовании традициям у Крестовского получается, безусловно, оригинальное и яркое произведение.

Роман густо населён персонажами разных сословий и социальных положений. В нём очень много от эстетики «натуральной школы»: многие страницы представляют собой полноценные физиологические очерки, написанные на основе личных наблюдений автора. Здесь есть подробнейшее описание трактиров и распивочных, конторы квартального, театра, «толкучки», тюрьмы, больницы, царящих там нравов; быта городской бедноты, деятельности ростовщика, «люда мелкоплавающего», воров, бродяг, различных мошенников, проституток и т. д. И создается целостная картина Петербурга, но не парадного, блестящего, а преимущественно трущобного, тёмного, жестокого по отношению к людям. Поднимается масса социальных проблем (например, продажность судопроизводства, бесправное положение женщины в обществе этой поры и т. д.). Крестовский хорошо изучил среду, о которой пишет, – криминальный мир Петербурга: он со знанием дела воссоздаёт в романе воровской жаргон, тюремный фольклор (сказки, песни, легенды).

Очень понравился саркастично-иронический тон писателя, когда он рассказывает о князьях Шадурских, о лицемерных великосветских «филантропках», о нравах и укладе жизни российских немцев. Совершенно блистательно, например, написан очерк о немце Шиммельпфениге, ненавидящем всё русское, презирающем «русских свиней», видящем свою миссию в том, чтобы «приобщить вашу Россию к циклу цивилизованных государств Европы». Ничего не напоминает?

Известно, что этим романом горячо интересовался Достоевский. В самой же книге можно найти множество перекличек с автором «Преступления и наказания». Например, Крестовский явно снижает теорию Раскольникова, заставляя одного из персонажей, доктора Катцеля, циничного мошенника, признаться, что он «готов каждую минуту» убить человека, но не ради самого убийства, а «во имя науки, во имя таинственных процессов и законов органической жизни», т.е. ради высокой цели. Правда, у Катцеля сюда примешивается и материальная заинтересованность, в которой никак нельзя упрекнуть Родиона. Эта деталь обнажает весь цинизм и вульгарную риторику доктора. С Катцелем связана, на мой взгляд, и еще одна отсылка к Достоевскому. Доктор объясняет: «Да, человечество я точно люблю, но это какая-то абстрактная, безразличная любовь…» Нечто подобное можно обнаружить и у Раскольникова, по крайней мере, до того момента, как он сумел полюбить конкретного человека – Соню; фактически именно абстрактному человечеству хотел помочь бедный студент на старухины деньги, и потому эта затея изначально была обречена на провал. И трихина упоминается в романе Крестовского (помните сон Раскольникова на каторге?).

Прекрасно выстроена писателем авантюрная составляющая сюжета. Здесь есть свои злодеи, свои тайны, раскрывающиеся к финалу. Крестовский умело держит читателя в напряжении, а это ох как непросто в таком объёмном произведении. Я уверена: чтобы получить полное представление о русской литературе XIX века, обязательно нужно читать и такие вот книги, созданные талантливыми и неравнодушными писателями так называемого «второго ряда».

Увесистый томище, написанный велеречивым языком классиков 19 века, читала почти месяц. Написано хоть и увлекательно, но беспросветность повествования порой вынуждала откладывать книгу и читать рассказы из фантастического сборника. Роман был издан в 1867 году, а действие происходит в 1838 и позже в 1858 году.

Начинается все с того, что светский лев князь Шадурский, находясь в загородном имении, от скуки соблазняет соседскую дочь, княжну Анну Чечевинскую. Его жена Татьяна в городе тоже даром времени не теряет - понимая, что супруг на нее подзабил, и желая ласки, она поддается на ухаживания своего управляющего Осипа Морденко. Оба супруга ждут детей, но не друг от друга. И когда у княжны Анны рождается дочь, а у княгини Шадурской - сын, их обоих отлучают от матерей. Иван, получивший фамилию Вересов, воспитывается родным отцом, по понятным причинам с позором уволенным и занявшимся ростовщичеством, а судьба Маши складывается трагичнее - известная в городе сводница и шантажистка генеральша фон Шпильце определяет ее в деревню на воспитание, рассчитывая в будущем использовать в своих делишках. Княжну Анну же выгоняют из дома.

Двадцать лет спустя беглая служанка Чечевинских со своим польским любовником возвращается в Россию, возвращаются из Европы и Шадурские с уже взрослым сыном Владимиром. Сын пошел в отца - такой же беспринципный бабник, который из-за своей похоти вляпывается в некрасивую историю с красавицей-женой мещанина Бероева (кстати, супруги Бероевы - считай что единственные положительные персонажи в романе, но на их долю автор отводит изрядное количество мытарств). А бывшая княжна теперь зарабатывает на жизнь, продавая свое тело, и известна в городе как Чуха.

Параллельно автор рассказывает о темной стороне Петербурга, где вне роскошных балов и светских приемах на улицах бедных районов города простой люд борется за выживание. Мир криминальных воротил - мошенников, фальшивомонетчиков, разбойников, нищей мафии - живет бок о бок с обитателями доходных домов и коммунальных квартир. Автор досконально прописывает быт и нравы эпохи, в которую живет, приводит множество интересных фактов - например, зарплаты и цены, так что современному читателю довольно просто прикинуть, что к чему.

Персонажей своих автор не жалеет, почти всех их постигает незавидная участь. Кто-то погибает, кого-то убивают, кто-то кончает с собой, кто-то едет по этапу, и только супруги Бероевы уплывают, судя по всему, в Америку. Маша и Ваня же в какой-то момент оба узнают, кто их настоящие матери, и Маше удается познакомиться с мамой, но уже на смертном одре, а Иван, не знавший материнской ласки, по доброте своей принял внимание княгини Шадурской за чистую монету и отдал ей векселя, которые его отец скупал всю его жизнь, чтобы пустить Шадурских по миру, однако после этого резко стал не нужен (не зря предупреждал его отец, что на этой семейке пробы ставить негде...).

Не очень понятно мне, почему в советское время роман не издавался, только на излете, в перестроечное время. Ведь идеи у автора и замысел романа ну чисто предтеча социалистическим.

Когда только эта книга попалась мне на глаза, у меня всплыл в памяти сериал “Бандитский Петербург”, и я прошла мимо, даже не заглянув в аннотацию. Но спустя какое-то время, я наткнулась на рецензию этой книги и тут-то я поняла, что это совсем про другое и эпоха другая.

Первые главы книги описывают события начиная с 1838 года. И если честно, я сперва очень скептически читала их, так как все происходящее напоминало немного индийские фильмы с рожденными и перепутанными детьми. Но следуя за автором далее, спустя двадцать лет…я с головой погрузилась в 19 век.

Книга объемная, и не часто такое бывает, что я читаю с большим увлечением, и когда смотрю на прогресс, не жду “когда она уже закончится?”, а наоборот “хоть бы еще подольше!”.

Не стану отрицать, что скорее всего тут еще сыграла свою роль хорошая начитка книги в исполнении Евгения Лебедева. Потому как знакомясь с описанием книги уже после прочтения, наткнулась на подобную фразу:

И так была удивлена, потому что я этого даже не заметила! Благодаря автору и умению чтеца перевоплощаться, играя голосом, я очень ярко визуально представляла каждого героя и не путалась в них. А героев в романе очень много, даже главных. Но тем и интереснее, следить как же устроилась жизнь одних, и куда завела судьба других. Как сходились и расходились дорожки. Я очень наглядно представила трущобы Петербурга и людей, которые в них обитают. Жизнью это как-то и не назовешь.

Автор очень искусно переплел судьбы людей, и как паук сплёл большую красивую паутину. Очень рекомендую любителям данной эпохи.

Дочитала. Домучила. Побродила по петербургским трущобам сполна. Ни единого луча солнечного не промелькнуло. Одна только боль и разруха. И слезки отливаются мышкины не только кошкам, но и всем кто просто рядом постоял.

Но все это не было для меня большим сюрпризом. Книга в названии которой фигурирует слово трущобы, не может быть радужной историей как люди из грязи в князи выбиваются. Тут скорее обратное. В грязи оказываются все. И не статус, не деньги, не звание не играют в этом никакой роли. Сегодня ты можешь быть княгиней, а завтра проституткой. Уснуть горничной, а проснуться баронессой. Это мир где правит разврат, похоть и золото. Это мир в котором сложно оставаться хорошим человеком, да и невыгодно это. Хорошесть твоя тут будет признана за слабость. А улица слабых перемалывает и выплевывает, если повезет в тюрьму, а не повезет, то на кладбище. И тут еще вопрос, что на самом деле лучше. Смерть или каторга.

Это мир похотливых мужчин, безмолвных женщин. И единственное спасение от него это скоропостижный отъезд. Пусть в Америку,пусть в Европу, пусть в мир иной. Единственные  люди чья история закончилась относительно других неплохо, это семья, которая смотрела на Петербург с парохода, который уходил в Америку. Для них Россия как любимая тетушка. Сердце твое ей принадлежит, но  тетушке оно без надобности, вот и получается, что любить ее лучше на расстоянии. И иногда приезжать в гости. И лучше по чужому паспорту.

Как все-таки по-разному могут восприниматься с возрастом книги. Первый раз я познакомилась с данным сюжетом еще на заре туманной юности после просмотра популярного сериала по мотивам. И тогда испытала легкое разочарование: слишком уж многое в тексте не совпадало с киноверсией, слишком много полюбившихся персонажей и их приключений оказались, как мне казалось, незаслуженно обойденными вниманием, зато грязи и тлена самого дна общества сильно прибавилось. Да и суховатый, полный канцеляризмов, слог писателя большого восторга не вызвал. А уж финал, совершенно не походящий на сериальный хеппи-энд, и вовсе заставил меня надолго отложить сие чтение на дальнюю полку. Нет, мне не то чтобы совсем не понравилось, страсти-то все равно в романе кипели нешуточные, и центральные персонажи никуда не делись, но обманутые ожидания сыграли свою роль, хотелось-то не столько драмы, сколько романтизьму…
И вот через столько лет я вновь решила вернуться в Петербург Всеволода Крестовского, и… Нет, не скажу, что впечатления прямо противоположные: слог автора по-прежнему далеко не самый комфортный, да и веселья в сюжете не прибавилось. Но зато заиграла новыми красками детальная панорама Санкт-Петербурга, ранее как-то оставшаяся неоцененной. Причем в основе своей это, так называемая «темная сторона», самое дно города, где каких только непотребств не творится. Кто-то здесь родился, а кто-то спустился с самых верхов, и вот истории этих людей и рассказывает нам автор, про кого-то эпизодически, а на чьих-то судьбах останавливается подробнее.
И как же ярко раскрываются под пером автора его персонажи, каких глубин социальной драмы общества он достигает! Очень заметно, что тема преступного мира северной столицы хорошо знакома автору, настолько подробно, с мельчайшими деталями он описывает все эти бандитские сборища, тюремные разборки, будни воровских притонов и малин. В тексте очень много жаргона… иногда кажется, что даже чересчур много, хотя в описываемые обстоятельства он вписывается вполне органично.
Так что Петербург Крестовского – это не привычный многим фестиваль дворцов, особняков, балов и галантных офицеров, писатель показывает нам совсем другие декорации и совсем других персонажей. Но показывает так мастерски, так зрелищно, что буквально приковывает к происходящему на этих страницах. Хоть и тяжело местами читать об испытаниях, выпавших на долю героев, но и отрываться не хочется.
Единственное что мне здесь категорически не понравилось, это способ, который выбрал автор для завершения многих сюжетных линий: сначала максимально нагоняет драматизма, до боли закручивается интригу, буквально заставляет читателя проникнуться к судьбам персонажей, чтобы в какой-то момент задвинуть всю историю в дальний угол, а после (так уж и быть) завершить ее парой-тройкой фраз для ясности, просто чтобы подвести черту.
Ну и еще хотелось бы чуть больше внимания к основной линии Шадурских-Чечевинских, а то она местами как-то теряется на фоне огромного количества второстепенных линий и персонажей… от этого сюжет кажется немного размазанным. Но зато панорама городской жизни получилась отличная, хоть и в какой-то степени односторонняя, но от этого не менее интересная. Вторая встреча с автором, определенно, оказалась более удачной.

Вот я совсем не удивлена, что в свое время "соратники" Всеволода Владимировича, грубо говоря, закидали его тухлыми помидорами. Очень уж мрачным выглядит Петербург в его книге. А что делать, если он таковым и являлся? Правда глаза режет? Кто захочет свой любимый, красивейший, сытый город видеть таким грязным, пошлым и мерзким? Вряд ли найдутся такие желающие. А тем не менее книга гениальная. Да, это мы сейчас, возможно, смотрим на всю эту насыщенную историю сквозь призму своего литературного опыта (я про себя лично говорю). И то волосы шевелятся от таких картин. Да и Фёдор Михайлович, например, смачно описывал "желтые дома" и низких людишек Петербурга. Но, полагаю, для современников Всеволода Владимировича это было мало сказать как неприятно...И это даже несмотря на историческую достоверность произведения.

Расскажу про плюсы, которые я увидела:

- читала в аннотации, что у автора "канцелярский" язык. Мне так совсем не показалось. Очень приятный, достаточно простой для восприятия стиль написания. Причем книга изобилует всякими блатными "словечками", но мне лично, как ни странно, это нисколько не мешало.

- несмотря на всю суровость произведения, в книге есть место юмору. Очень тонкому, но все же. Например:
Госпожа Шиммельпфениг бегала по комнатам, вздыхала и плакала, плакала и грызла носовой платок; но, вдруг опомнившись, что последнее вовсе не экономно, принялась потрошить свои косицы.

- убойный сюжет. Именно поэтому у меня создалось впечатление "Санта-Барбары". Автор настолько лихо всё закрутил! Тут тебе и измены, и грабежи/убийства/мошеннические схемы, и потерянные/украденные дети, и внебрачные отпрыски, и раздел имущества...Чего тут только нет. Автор ни на секунду не дает скучать и умудряется постоянно держать в тонусе. Даже несмотря на такой грандиозный объем.

- потрясающие герои. Автор очень классно нарисовал их с психологической точки зрения.

Из минусов:

• беспросветность. Очень уж всё грустно и безнадежно...

  Спасибо огромное "соклубникам" за выбор книги для совместных чтений! Отличная литература! Люблю такой тлен и безысходность.

О боже, какая очаровательная ахинея! Давно я не получала такого низменного удовольствия. Низменного, потому что вот это вот все нисколько не интеллектуально, не литературно, не философично, а удовольствия, потому что мне, простой в душе девчонке, сложно не получить кайф от такой свистопляски.

Положа руку на сердце, скажите, вы когда-нибудь смотрели телеканала "Русский роман"? Ну или душераздирающие шедевры телеканала "Россия-1", транслируемые после вечернего выпуска новостей? А может вы застали еще то время, когда бал на нашем телевидении правили исключительно латиноамериканские сериалы? Или при словосочетании "телевизионные страсти" вы вспоминаете аж индийское кино и зиту с гитой? Какой бы из этих вариантов вы ни выбрали, вам сюда - в гости к Всеволоду Крестовскому и его душераздирающему детищу, роману "Петербургские трущобы".

Ощущение сериального дежавю не покидало меня ни на минуту. Она была прекрасна и невинна душой и телом, ее соблазнил светский угодник, она родила, но ребенка украли, и она пошла по наклонной. И так несколько раз, между прочим. Линия с украденным/потерянным/покинутым ребенком явно полюбилась В.В. Крестовскому, и он использовал ее и в хвост и в гриву. Ну или она была прекрасна и добродетельна, но ее опоил и изнасиловал светский угодник, а когда она возмутилась, ее же и упекли в тюрьму. А дома у окошка плачут ангелоподобные детки. Про мексиканских продюсеров и Болливуд я не скажу, но наши телевизионщики роман Крестовского из рук не выпускают. Ну и коронное "спустя двадцать лет они встретились: Я твой брат! А я твоя мать!! А я не умерла!!!" Ну просто прелесть какая чушь.

Но не стоит забывать, что книга писалась в 19 веке, и писалась она с оглядкой на всю русскую классику, на столпов ее, которые в ту пору еще были живы. Поэтому не сюжетом единым, а жаль. Книга называется "Петербургские трущобы" не просто так. Именно трущобы эти в ней изображены с поражающей воображение детальностью. Мир воров и убийц, картежников и аферистов, нищих и юродивых, ночлежек и публичных домов предстает перед нами во всей своей красе. Все человеческие пороки, слабости, грехи проходят перед нами чередой. Особое внимание уделяет автор публичным домам и пороку, именуемому им Развратом, именно так, с большой буквы. Признаюсь, я даже заподозрила господина Крестовского в нездоровом интересе ко всему, что связано с сексом, ибо к нему он все время возвращался. Какое бы общество он ни описывал, от самого высокого и светского до самого низменного и пролетарского, в нем львиную долю занимают проститутки. Всевозможные куртизанки, "камелии", балерины, высокосветские развратницы, работницы панели, "веселых домов", вконец опустившиеся создания, продающие свое тело за кусок хлеба и рюмку водки - тема продажной любви и падших женщин не дает автору покоя. Но надо отдать ему должное - хоть иногда он и перебарщивает, но показать темную сторону Петербурга у него получается преотлично.

Безусловно, в свое время роман считался "острой социалкой", и мог бы считаться таковой и сейчас, если бы автор уделил больше внимания не жутким описаниям трущоб, а психологическим портретам своих персонажей. Им присуща та самая картонность, которой часто страдает пресловутая "острая социалка". Они совершают поступки, которые приводят их в ту или иную ситуацию, но которые бы никогда не совершили реальные люди в реальной жизни. Из-за этого им сложно сочувствовать, их воспринимаешь не как живых людей, а как занятных уродцев, выкидывающих коленца на потребу публики. Как те самые уроды-инвалиды, которых поженили в ночлежке, чтобы поржать и выпить, а заодно обчистить карманы других выпивающих. Вот и наши герои совершают странные телодвижения, не поддающиеся никакому логическому объяснению. Они идут на панель или отправляются ночью кататься на лодке с подозрительными личностями исключительно потому, что так решил писатель, а не по собственному почину.

Если подводить итог, то перед нами яркие описания преступного мира Петербурга середины 19 века, сшитые между собой белыми нитками бредового сюжета. Примечательно, но бред этот достигает таких высот, когда от него совершенно невозможно оторваться.

Когда-то был сериал по этой книге. Фигня! (прошу прощения).Пошлейшая и поганейшая! Все вылизано-переделано. На самом деле роман Крестовского интереснейший! Здесь столько всего перемешано: и любовная история, и история предательства, и авантюра с похищением. Но нет легкости приключенческого романа. Все гораздо мрачнее, жизненнее, что ли. Ну, герой-красавец-женатый мужчина. Ну соблазнил. Жениться не обещал. А родители по головке не погладят. И довериться-то некому. Ну, кроме воспитанницы семьи, почти подружки. Девки из дворовых. А девка-то штучка не простая! Сестрица по папеньке! И начинается паутина подлости и преступлений. Вспомнила графа Монте Кристо. Вынашивал план мести. Тонко разыгрывал все ходы. Мстил и получал удовольствие от мести. Здесь девица тоже получает удовольствие. И тоже, вроде бы и мстит. Но за что же? Только за то, что рождена не в браке. Люто мстит. Наблюдает за процессом гибели семьи, которая к ней относилась, как к родной. Вот это "как" и не дает покоя мерзейшей душонке.
А еще книга интересна подробными жизнеописаниями быта, нравов различных сословий. Она ведь написана в те еще годы - в средине девятнадцатого века. Мрачноват роман. Пробирает до дрожи от ощущения безысходности, зябкости, неотвратимости гибели всего, что имело хоть каплю доброты, искренности, любви. Сжирается это циничностью и беспощадностью чего-то наступающего страшного, бездушного, вороватого.
(Не поверите, но в первый раз, наверное, подумалось: да когда же революция?! Чтоб смела эти сословия к чертям, как будто и не было! Чтобы дети-сироты хотя бы в детских домах получили возможность поесть свой какой-никакой суп за просто так, а не за собранную милостыню, будучи изувеченным, чтоб жальче было... Да чтоб тетки могли заработать себе нормальным трудом, а не быть рабой-заложницей родителей, затем мужа, а может - любовника (кому как повезет). В общем, очень полезная книга. Для контраста хорошо бы почитать. Встряхнуться, оглядеться: а жизнь-то вокруг не так уж и плоха!
Что еще сказать о романе?: Читается очень быстро. Захватывает книга с первых же строчек. Нет розовых соплей. Нет предсказуемости. Хоть я здесь и наспойлерила порядком, но, поверьте, развитие событий вас удивит. И равнодушным, уж точно, не оставит.

И с этим трудно не согласиться. Это, действительно, "о сытых и голодных", в книге в избытке и тех и других. Но при этом катастрофически не хватает порядочных и хороших людей.

Роман по своей масштабности поражает воображение; описания города и жизни людей порой заставляют волосы шевелиться, но при этом в нём нет искусственной затянутости, привычной для таких больших произведений.

Герои, созданные автором, получаются живыми и харизматичными. Очень выразительные и порой немного привлекательные, даже в своей отрицательности. Хотя здесь далеко ходить не нужно: большая часть героев не вызывает никакой симпатии.

Искренних и порядочных людей, можно пересчитать по пальцам. Все, в большой или меньшей степени, эгоистичные и самовлюблённые, озлобленные и ошалевшие от своей сытости и безнаказанности, персонажи.

Крестовский показывает нам не блистательный, привычный нам Петербург с его балами и шампанским, не всё это внешнее оформление и блестящую мишуру, а открывает нам изнанку города, опуская нас на самое дно.

Остросоциальный роман наглядно показывает, на что могут пойти люди, до какой черты они способны опуститься. Это очень совпало с моими ощущениями: именно так я и воспринимаю Петербург в последнее время. Для меня это город мрачный, тяжёлый, город, ассоциирующийся с Достоевским..

Сколько необдуманных поступков, которые повлекли за собой непоправимое, совершили герои? Сколько поломанных судеб под одной обложкой! Автор сумел создать что-то невообразимо прекрасное, но такое страшное в своей красоте. С диким спокойствием уничтожается в людях всё доброе и светлое. На авансцену выходит совершенно другое: люди открываются совершенно с разных сторон, из них просто бьёт фонтаном жестокость и злоба. Всё самое аморальное выходит наружу.

Какие порой страшные судьбы у героев романа, например, у Анны, Маши. Чуть менее грустна история Юлии, одного из самых привлекательных для меня персонажей этого романа.

Бытует мнение, что роман написан тяжёлым и громоздким языком, из-за чего читается трудно и муторно. Про себя могу сказать, что не почувствовала этого: мне было интересно и довольно легко читать. Но я соглашусь с мнением, что роман излишне перегружен, и некоторое сокращение нисколько бы не повлияло на общее впечатление.