Вечный человек

Трогательный и смелый Честертон. Он пишет эту апологию в форме исторического очерка в 1925 году, когда ему 51 год и он давно уже не веселый любимец англичан. Справился ли с задачей? Клайв Льюис и Грэм Грин восхищались этой книгой. Большинство читателей-современников лишь недоуменно пожали плечами.

Сразу обратил внимание, что Честертон совсем не политкорректен. Живи он сегодня, досталось бы ему за многие высказывания. С другой стороны, он пишет про Христа. А насколько Христос был политкорректен? Честертон не принимает религиозный релятивизм, представляющий христианство одной из многих религий, не принимает эволюционизм, верящий в развитие человечества. Его аргументация часто субъективна. Согласился с С.Аверинцевым, который писал:

Книга написана своеобразным поэтическим языком, арабесками из мыслей, которыми порой любовался, порой "рябило в глазах". Честертон использует богатый багаж знаний по литературе, истории Древнего мира, истории церкви. "Чутье, называемое здравым смыслом", остроумие, мягкая ирония - составные его стиля.

Особенно понравилось: о Рождестве, о книге Иова, о пессимизме и оптимизме, о светлой стороне мифологии и язычества, о пещерных людях, разрисовывающих пещеры, о деспотии и одиночестве, о лягушке, которую надо рассмешить.

Еще понял из книги, что "прозаиком можешь ты не быть, но поэтом быть обязан", чтобы понять важное в жизни или "Будьте как дети", что в контексте то же самое.

Ощущение встречи с рыцарем. Крестоносцем или Дон Кихотом?

П ожалуй, нет в мире такой религии, которая столь же сильно и яростно подвергалась бы нападкам со стороны, как христианство. Кроме внешних, мягко говоря, недоброжелателей существуют ещё и внутренние угрозы, связанные с недостатком знаний; предрассудками вперемешку с язычеством и заблуждениями различного толка; многочисленными псевдо- и околохристианскими сектами; горе проповедниками и горе священниками выдающими собственные ошибочные суждения за общехристианские ценности и многое другое коему несть числа. Все эти проблемы вкупе, либо по-отдельности, вносят сумятицу в умы как верующих, так и сомневающихся. По неверующих и говорить нечего. Именно для решения таких спорных и сомнительных вопросов существует апологетика.

К большому сожалению апологетов в христианстве было очень мало. Ещё меньше их сейчас, когда они очень необходимы. Апологии писались преимущественно как реакция на ереси, иудаизм, язычество, философию и пр. Заметных и наиболее ярких представителей можно пересчитать по пальцам. Одним из таких представителей конца XIX – начала XX века был Честертон. Есть правда одна оговорка: Честертон не был христианским апологетом, скорее христианский мыслитель, но "Вечный человек", - а вместе с ним и "Ортодоксия", - получились именно апологией христианства.

Книга поделена на две части: в первой рассматривается феномен человека, культуры и истории; вторая часть посвящена воздействию Евангелия на мир. Разбирать все затронутые в книге темы не хочется, ибо весь трактат являет собой монолит мысли, из которого очень трудно вытащить короткие, ёмкие цитаты. Взгляды автора предельно ясны и понятны. С его мнениями можно спорить если смотреть на некоторые из них с позиции православного (всё-таки книга написана католиком), но, труды Честертона лишены экзальтированности, присущей большинству католических текстов. В этом тоже есть своя ценность делающая книгу практически полностью конфессионально нейтральной.

Рассматривая христианство "извне", Честертон призывает избавится от привычного стереотипного мышления. При этом он не учит понимать Священное Писание, не объясняет Таинства, не разбирает догматы и не рассказывает о чудесах и знамениях грядущих лет. Он показывает уникальность и парадоксальность христианства как удивительного явления в мировой истории и его влияние на мир.

Я поставил высшую оценку, но не за то, что книга меня поразила и удивила. Вовсе нет. Суждения, описанные в ней, не стали для меня откровениями. Всё это я открыл для себя давным-давно. Эта оценка - моя благодарность писателю за столь редкий в своем жанре, - и делающего его бесценным, - блестяще написанный труд. За тонкий и добрый юмор, за неповторимую манеру изложения. За то, что невольно заставлял меня утвердительно кивать головой и повторять ранее пройденный материал.

Честно говоря, я боялся читать Честертона. Ходил вокруг да около, стараясь избежать с ним знакомства. Отчасти из-за страха, что его работы чересчур заумные и для меня сверхтяжелые, а отчасти из-за предчувствия, что это очередная философия поиска истины. И вновь первое впечатление оказалось обманчивым.

Не могу назвать эту книгу лёгким чтивом, нет. С первых строк понимаешь, что у тебя в руках серьёзная вещь. Очень понравилась манера изложения. Словно присутствуешь на лекции очень интересного и талантливого преподавателя, который к тому же является незаурядным, местами веселым, рассказчиком (редкое сочетание). Здесь вы не найдете нравоучений, догматики, многочисленных отсылок к исследовательским трудам ученых и богословов, это не скучный богословско-философский трактат, не кропотливый, и от того не менее скучный, научный труд. Всего этого нет в этой книге. Это скорее беседа. Да, именно так. Беседы о материализме, детерминизме, ницшеанстве, агностицизме, стоицизме, пантеизме… Вместе с Честертоном читатель будет искать доказательства христианских тезисов, отказавшись от "слепой веры", а также увидит глазами автора всю сложность, красоту и парадоксальность христианства.

Зачастую среди православных можно встретить мнение, что Честертон (а также Льюис) слишком "католичен". Считаю, это мнение ошибочным. Апологетика Честертона, по крайней мере в этой книге, не вписывается в конфессиональные рамки (даже не смотря на то, что католический акцент присутствует) – она общехристианская. Тонкий английский юмор и живая манера изложения делают эту книгу очень привлекательной для неспешного, вдумчивого чтения. Прочитать её на одном дыхании не получится. Придется останавливаться и обдумывать сказанное автором.

Для меня эта книга стала беседой с гениальным апологетом христианства. Где-то я с ним спорил, чаще задумывался, реже не соглашался. После прочтения стало очевидно, что для Честертона христианство не унылая минорная религия, а радостный "приключенческий роман". Как хороший чай или вино оставляет после себя яркое и долгое послевкусие. Мне понравилось.

P.S. Для тех, кто будет покупать печатный вариант, обращайте внимание на "качество сборки" книги. Мой экземпляр оказался бракованным. Отсутствуют страницы 145-176. Вместо них вклеены дубликаты страниц 129-144.

Иными словами, пропущены полторы главы, которые пришлось читать на электронном ридере. И это всё не считая пунктуационных и смысловых ошибок, а также несовпадений нумерации страниц с содержанием. Очень неприятная ситуация, особенно если учитывать то, что ждал я эту книгу больше двух месяцев.

Так будем же кратки (на фоне завершенного отзыва эта фраза выглядит комично) -Честертон гениален и неподражаем! На этой фразе можно было бы и закончить отзыв, если бы он не грешил некоторой недосказанностью. Поэтому начнем сначала.
Итак, Честертон гениален и неподражаем во всем: от апологетики христианства до поучительных детективных рассказов, от забавных, но глубокомысленных историй до журнальных статей. Честертон обезоруживающе прекрасен. С его мыслями в защиту христианства можно спорить, потому что спорить можно со всем, если только имеется на то желание (а большинство беззастенчиво обнаруживает это желание), но только в этом случае этого делать не хочется. И тому я вижу две причины: первая заключается в том, что Честертон - это ребенок. Да-да, этот внешне большой, даже гигантский человек, просто монумент да и только - в душе сущий ребёнок. А сила ребенка, кроме общей чистоты, заключается в поразительно точном и изобретательном взгляде на мир и отсутствии сомнений. И те примеры, те объяснения, аргументы, которые использует Честертон, придут в голову далеко не всякому индивидууму. За это его и любят. И если вы, такие умные -разумные, придете к ребенку и скажете, что наука-де говорит вот так-то и так-то, а он прозябает в плену своих грез и вам, мол (тут вы гордо вскидываете голову и смотрите на ребенка как на обреченного невежду), жалко его, то ребёнок просто и бесхитростно скажет вам: "Да что вы понимаете! Вы и ваши ученые - просто дураки ". И убежденность ребёнка всегда будет в разы сильнее вашей собственной убежденности. Чем не главная причина любить детей? Но вернемся к Честертону. Вторая причина заключается в слиянии отсутствия лицемерия и дружеской непосредственности. Знаете, когда я слышу о книгах некоторых популяризаторов (мерзкое слово, я бы заменил "популяризовать" на более честное словосочетание "облечь в красивую обертку и втюхать ") науки, то у меня создается впечатление, что нам, со скидкой на нашу "убогость", просто пытаются показать, что ученые играют вон-де в какие классные игрушки, а мы тут занимаемся чем-то второсортным. Но мы может не переживать, потому как ученые прилетят к нам в голубом вертолете раздадут игрушки и бесплатно покажут кино. Это как рассказы про Шамбалу- зажигают сердце и ты уделяешь поискам Шамбалы всю жизнь, потратив ее на сущую ерунду. Я не говорю, что наука - это бред. Но вы видали когда-нибудь такого втюхивателя, который говорил бы:"Как здорово создавать новые лекарства, чтобы помогать людям!" . Нет, они зовут нас исследовать черные дыры, точку, висящую в пустоте (или что-то вроде того), призывают наблюдать за тем, как у исландского бобра за пару тысяч лет по отцовской линии передавались серые волоски на задней лапке, иными словами к тому, что никак не повлияет на жизнь нормальных людей. Ну Бог с ними, разговор-то о книге Честертона. А книга(и) Честертона - это протянутая рука. Хочешь бери - хочешь не бери. Он словно угощает вас в кафе горячим кофе и, дабы совместить приятное с полезным предлагает вам небезынтересный разговор, но заботится он при этот вовсе не о собственном удовлетворении (дескать теперь вы знаете то же, что и я), а о вашей пользе. При этот он действительно рад вам, а ругать того, кто угостил вас кофе - это, знаете ли, последнее дело.
Даже не знаю, смолчать или не смолчать о содержании этой книги? Не знаю, поэтому пойду кину монетку... или лучше воспользоваться детской считалочкой? Ну вот - вместо одного вопроса у меня теперь оказалось два! Ладно, ерунда это всё - просто опишу вам первую ступеньку. Честертон говорит, что критики христианства не только не понимают его сути, но и судят пристрастно (святая правда!). Никто ведь не плюется в жреца какого-нибудь импортного культа - нет, никто. Зато в отношении христианства все рады стараться (с таким старанием только на завод идти). Честертон предлагает всем сделать вид, что мы до этого дня ничего не знали ни о христианстве, ни о Церкви, ни даже о Христе. Он предлагает взглянуть на христианство так, как видели его люди две тысячи лет назад. Очистившись от опыта веков взглянуть на него заново - и заново удивиться ему. И взглянув беспристрастно - мы увидим, что христианство - это не философское течение и не одна из многих религий, а нечто большее. Но для того, чтобы показать это Честертон делит книгу на две части: в первой он показывает нам языческий мир от самых древних времен (здесь Честертон делают почти кощунственную в наше время вещь - позволяет себе усомниться в ученых теориях. А адепты идола науки очень не любят когда так делают, большинство(знаю по личному опыту) от таких дел срываются на виртуозное сквернословие со слюнями и прочими атрибутами (нет, вы только не подумайте, эти люди конечно же не фанатики. Это я наверное не правильно понял того интернет-пользователя, который орал о том, что христиан нужно убивать. Право же, невдалеке от меня живет замечательная верующая бабушка, добрая как весна, не может же Ум (как написал на стене монастыря ещё один не фанатик) причинить ей вред?)). Вот, а во второй части он показывает то, что христианство принесло в тот языческий мир, в какой мир оно вообще пришло и чем оно так удивительно, что даже сравнивать его с другими религиями, как минимум некорректно. На самом же деле книга на этом не ограничивается - она куда шире и куда интереснее (по моей болтовне трудно об этом судить). И тут вам поможет только собственное прочтение. Я бы хотел процитировать Честертона, но что-то чувствую, что это занятие столь же пошлое, сколь же не благодарное. Ибо для того, чтобы словно кусок мяса, не вырывать фразу из контекста, мне нужно было бы цитировать страницами. Но я сделаю исключение для одного "второстепенного" эпизода, который ни в коем случае не выдаст вам тайн этой книги.

Собственно - это всё. Куда уж больше? Я ведь не пятый том "Войны и мира" пишу, как можно было бы подумать исходя из продолжительности моего отзыва. На последок могу лишь посетовать, что Честертон мало известен у нас не только как мыслитель или писатель, а как человек вообще и это - проблема. Я сумел найти лишь небольшой сборник рассказов и дорогостоящее собрание сочинений, которое печатается в той помпезной серии, которую приличные люди не покупают. Вот такие вот дела.

Существует немало книг в защиту христианства, одни из них более, другие менее научны. Трактат Г.К. Честертона «Вечный человек», вовсе не претендующий на научность, подкупает читателя – осмелюсь предположить, даже неверующего – искренностью автора и искромётностью стиля.
Взяв в руку карандаш, я начал было делать заметки по ходу чтения и спорить с автором. Но хватило меня ненадолго. Конечно, в книге есть устаревшие сведения и спорные положения. Конечно, как и всякий верующий, Честертон иногда бывает невыносимо категоричен, например:

Любому другому автору я бы автоматически снизил бы балл, встретив подобное высказывание. Но только не Честертону, здесь я небеспристрастен...
Не буду рассказывать содержание книги, остановлюсь лишь на одном моменте, который в этот раз почему-то особенно привлёк внимание: как бережно, с любовью Честертон относится к достижениям европейской языческой культуры. Их он не выбросил бы за борт христианской цивилизации, будь то книги, статуи, фрески или мифы (что ни говори, к концу II тысячелетия христиане стали намного более терпимыми, чем на заре своей истории). Честертон не стесняется говорить о том, что христианство, являясь прямым наследником иудейского строгого монотеизма, неизбежно должно было перенять у античного язычества всё лучшее, что в нём было накоплено:

Дальше...

Фактически Честертон заявляет о принципиальном, но догматически несущественном отходе христианства от идеи чистого монотеизма, который невыносим для человека:

Не думаю, что официальная церковь согласилась бы с идеей синтеза христианства и язычества. Хотя я уверен, что именно этим синтезом и объясняется её всемирный успех, да и сам автор имеет ввиду лишь положительный аспект слияния.
Честертон много усилий прилагает, чтобы убедить читателя в прогрессивной роли христианства в истории человечества, а заодно обосновать, почему христианская церковь (само собой, католическая) является носительницей единственного истинного Откровения и единственной религии, которую стоит исповедовать.
Не знаю, можно ли доказывать подобные вещи с помощью череды блестящих парадоксов? Но, в конце концов, это же Честертон, неисправимый романтик, и у него как будто неплохо получается.

Честертон необычный автор. Европеец до мозга костей, современник золотого века европейской культуры, англичанин времен викторианской и эдвардианской эпох, интеллектуал, участвовавший в дружеских спорах с Б. Шоу, Г. Уэллсом, Б. Расселом, популярный журналист, писатель, и открыто исповедующий веру христианин. Говорю "Честертон" и возникают имена Киплинга, Конан Дойля, О.Уальда, не говоря уже о Л.Кэролле, К.Льюисе, Д.Толкине и др. Сродни блестящему окружению, в блестящем стиле написал "Ортодоксию" - смело, остроумно, в ярком полемическом стиле. Честертон пишет о материализме, агностицизме, ницшеанстве, солипсизме, стоицизме, пантеизме с позиций христианства, а значит, своих позиций, а это всегда нелегко. В 1908 году аббревиатура на британских монетах FID DEF - защитник веры, относящаяся к британскому монарху, еще что-то значила, в 1925 году, когда написан "Вечный человек", это уже было менее комильфотно.

Честертон попытался передать красоту, сложность и парадоксальность христианского мировоззрения, показать принципы, пронизывающие богословие, примиряющие, казалось бы противоположные понятия в нем. Много неожиданных, интересных и современных мыслей о природе человека, о политике и религии, философии и морали, семье и патриотизме. И через всю книгу проходят радость и восхищение Честертона от открывшихся ему устройств мироздания.

Честертон назвал книгу беспорядочной. Получилась книга-шкатулка, которую, конечно же, советую открыть.

Эту книгу я захотел прочитать около года назад по наводке одного из знакомых. О времени, потраченном на прочтение, совершенно не жалею, открыл для себя нового автора. Безусловно, Честертон сейчас в моем представлении наилучший из известных мне апологетов христианства (а именно апологии христианства книга и посвящена), мне кажется, русскоязычным читателям он незаслуженно мало знаком. Кроме того, это один из самых интеллектуально развитых и развивающих авторов из числа всех писателей, которых я когда-либо читал. При беглом чтении его мысль почти всегда полностью мной не улавливается, нужно останавливаться, вдумываться, возвращаться, осмысливать. Автор, который учит думать. Очень и очень подкупила особенная трактовка христианства как исключительно радостной религии - именно этого, мне кажется, не хватает славянскому христианскому миру с его вековечным минором. Однозначно книгу рекомендую!

А какая здесь шикарная концовка (пишу через шесть лет после прочтения, надеюсь, ни с чем не путаю), вспоминаю ее время от времени и иногда цитирую (про мир как палату больного, в которую врач входит на цыпочках - т.е. Бог пока что не выказывает при нас всю свою радость, п.ч. мы больны, если правильно идею запомнил).

Несколько лет назад (это было в воскресенье) меня остановила на улице женщина и спросила, что важнее — верить в Бога или знать о Нем. Я ответила ей, что как раз иду с православной литургии, и она больше не стала задавать вопросов. Миссионеры разбираются в таких делах, даже есть мнение: православные скорее принимают на веру, в других христианских конфессиях — скорее стремятся познать.
Я вспомнила об этом случае, когда читала «Ортодоксию». А читала с удовольствием, заметив нечто особенное: Честертон настолько сильно верит, что ищет доказательств. Он как-то сумел обосновать веру — самое нелогичное и самое безусловное чувство из всех, какие только бывают (кроме любви разве что).
И, кажется, это первая из прочитанных мной книг, в которой автор отвечает на вопрос, ЧТО христианство делает, а не на вопрос, КАКОЕ оно. Причем очень наглядно отвечает, в образах.

Очень тяжело писать рецензию на эссе Г.К. Честертона замечательного мыслителя, философа, писателя и публициста, который с тонким английским юмором, нотками сарказма рассказывает нам, как можно прочитать в стенах церкви проповедь….

Проповедь — это речь религиозного характера, произносимая священнослужителем в церкви, и имеющая своей задачей поведать и разъяснить слушающим учение Иисуса Христа. Опираясь на вековую мудрость церковного учения и ценности моральных человеческих устоев, и ссылаясь на Библию, психологические и социальные аспекты нашей жизни, на особенности человеческой сущности Честертон показывает нам, что "всё зло началось с притязания на первенство, когда само небо раскололось от одной высокомерной усмешки ……. страдающим гордыней".

Дает трактовку понятия гордыни, с точки зрения мыслителя, философа и обыкновенного человека, и чем она отличается от гордости. Приводя примеры из житейской, обывательской жизни граждан общества.
Честертон в своем эссе затрагивает морально- нравственные, личностные и психологические особенности человека в обществе и вне его. Его беспокоят причины возникновения и следствие, почему гордыня отравляет не только добродетель, но и грехи.

Гордыня — столь сильный яд, который порождает другие грехи, придает им различные формы. Страшно то, что она огорчает и разъединяет людей. Способствует возникновению самоутверждения; в том, что всякий человек должен добиваться успеха, а добившись, укреплять свою власть над людьми; о том, как стать сверхчеловеком (увы, сколько исторических личностей пострадало от своей гордыни…).

Предостерегает людей от следствий гордыни, которые меняют черты настоящего и будущего человечества:

• самоупоение. Человек, одержимый им, совершает сотни поступков по воле одной только страсти — снедающего тщеславия.
• себялюбие — дело ада. В нем есть какая-то особенная живучесть, цепкость, благодаря которой кажется, что именно это односложное, забытое слово подходит тут лучше всего.
• худшее в мире зло воплощено не в рюмке, а в зеркале, не в кабаке, а в той уединённой комнате, где человек рассматривает себя.
• наслаждение собой. Пусть наслаждаются… — чем угодно, только не собой.
• всеразъедающая скука овладеет ими, разочарование их поглотит, и все танталовы муки ждут их (Тантал — персонаж греческого мифа, наказанный за гордыню).
• наглость. Ведь под наглостью мы понимаем очень смешные и веселые свойства людей — когда говорим о наглости уличных мальчишек. Но самая страшное - это холодная наглость души, и тот, кому она свойственна, считает себя намного выше людского суда.
• примеряет всё на свете под себя. Во всех ситуациях считают меркой себя, просто потому что не нашлось мало-мальски достойного веры эталона., и как следствие возникает типичная для нашего времени мелочность, особенно свойственная тем, кто кичится широтой взглядов.

  Наверное, для проповеди о гордыне нет лучшего примера, чем патриотизм. Это одно из самых благородных чувств, когда патриот говорит: «Достоин ли я Англии?» Но стоит ему высокомерно сказать: «Я — англичанин!», и патриотизм обратится в гнуснейшее фарисейство. не случайно именно в католических странах — флаг для патриота — пламенный символ, много более ценный, чем он сам; в странах же, особенно чуждых католичеству, патриот восхищается своей расой, своим племенем, кровью, типом и собой как их представителем".

  Читать или не читать - решайте сами. Подводя итог вышесказанному, могу сказать, что Г.К. Честертон заслуженно является мыслителем, философом, публицистом, который в своих ЭССЕ не стесняется поднимать такие разносторонние и порой тяжелые темы. И доносить до нас.

Бывают книги, которые невозможно оценить. А причина этой невозможности кроется в следующем – ну кто я такая, чтобы оценивать столь великие вещи? Я не филолог, не литературовед, не историк, не религиовед, а просто обычный читатель, для которого книги не просто приятное времяпрепровождение, но и попытка понять глубину и ценность жизни через произведения и мысли великих авторов. Нет, разумеется, у меня и свои мысли есть на сей счет, но так всегда интересно, под каким углом видит жизнь, веру, смерть другой человек. И особенно интересно, если этот человек невероятно умен и обладает глубиной мысли, как в случае с Гилбертом Честертоном.

Пожалуй, это одна из лучших книг, прочитанная мною в этом году. И да, говорят, что все приходит вовремя, но как я жалею, что познакомилась с автором только в этом году. А ведь священник Андрей Ткачев очень часто рекомендовал в своих проповедях и книгах ознакомиться с Честертоном, и не только с этой книгой, но и его художественными творениями.

Что же написать… Что сказать… Не то, чтобы я не знаю. Просто я в восторге от глубины мысли автора, о том, как трепетно он относится ко Христу, насколько сильно ему удалось прочувствовать жертву Спасителя. Автор деликатно, но настойчиво утверждает, что нет бОльшей истины, чем Христос. Что только в Нем одном и спасение, и смысл бытия. При том, это не поверхностное суждение, а вполне себе глубокая книга, в которой автор обращается и к другим религиям, и к античным философам, и к истории Древнего Египта, и к эволюционным процессам, которые, по мнению автора, не выдерживают никакой критики.

Мой восторг от этой книги был не от того, что я чего-то не знала. Нет. Я много читаю христианской литературы, интернет-изданий, в конце концов, Евангелие и Ветхий Завет стараюсь читать каждый день. Более того, в моей душе давно расставлены все точки над «i» относительно веры и мировоззрения. Мой восторг заключается в следующем – в том, какой проделал автор титанический труд, работая над этой книгой. А его любовь и преданность Христу приводит в восторг.

И при этом он много пишет о том, что христианская религия – это религия радости, счастья, благодарности, но никак не закомлексованности, зашоренности и уныния. А еще здесь оригинальная манера изложения, тонкий юмор, здоровая ирония. Я в восторге, абсолютном восторге. Книгу хотелось растащить на цитаты, но самая яркая впечаталась в память эта «Да, много раз - при Арии, при альбигойцах, при гуманистах, при Вольтере, при Дарвине - вера, несомненно, катилась ко всем чертям. И всякий раз погибали черти». В этой фразе вся мощь жизни, веры, бесстрашия и оптимизма.
Низкий поклон уже почившему автору за это чудесное творение.