Тысяча журавлей. Антология японской классической литературы VIII - XIX вв

Кажется, чем больше я читаю литературу Японии, тем больше начинаю её любить. Помню, когда-то чтение произведений азиатских авторов давалось мне нелегко: слишком неспешными они казались по сравнению с литературой России, Европы и Америки. Но сейчас я действительно наслаждаюсь красотой этого утончённого, неспешного повествования.

К сожалению, я почти не знакома с историей Древней и Средневековой Японии, хотя и планирую исправить это. Эта небольшая книга стала своего рода воротами для меня в придворную жизнь Японии рубежа X — XI веков. Невозможно было оторваться, к тому же объём совсем не большой, всего 160 бумажных страниц, поэтому для прочтения этого произведения мне понадобилось всего одно утро. Это даже не чтение, а настоящее наслаждение. Было очень интересно погрузиться в жизнь и быт женщины при дворе японского императора. В книге мы получаем даже возможность узнать о том, как ухаживали за новорождённым принцем и его матерью. Мне были интересны все эти детали.

Но помимо быта, Мурасаки Сикибу также рассказывает о своих собственных чувствах и переживаниях, включает свои стихотворения, размышляет о жизни. Думаю, эти моменты понравились мне особенно сильно. Удивительно, что женщина, жившая несколько столетий назад, чувствовала точно так же, как и мы сейчас, сталкивалась с похожими трудностями и проблемами. Её исповедь тронула моё сердце. Запомнился момент, когда автор рассказывала, что окружающие считали её холодной и высокомерной из-за того, что замечали, что она была достаточно закрытой, а в итоге всё же пришли к выводу, что она такая не из-за слишком высокого самомнения, а всего лишь из-за стеснительности.

Писательница искренне делится своими чувствами и мыслями. О ком-то она отзывается нелестно, кем-то восхищается, но нельзя не отметить тот факт, что она подчёркивает, что не бывает абсолютно хороших или плохих людей, каждый сочетает в себе и достоинства, и недостатки, а потому не нужно торопиться с суждениями.

11 лет я мечтала прочесть эту книгу...
И как же я завидовала героине "Книги и Братства" Айрис Мердок, Тамар, которая ее читала. В бумажном варианте.
И вот свершилось - она моя!!! Издательство"Эксмо", низкий вам поклон за 3,5 недели волшебной сказки, за огромный труд переводчиков и комментаторов.

Книга, нет не книга, шедевр мировой культуры, написан в ХI веке женщиной, придворной дамой и повествует о молодом человеке, который занят поисками своей любви, своего идеала... ну каждый молодой человек мечтает о принцессе. Делать принцу все равно нечего. Войны нет, государственных дел ему не поручают. И он безумно влюблён. Но первая любовь стала его мачехой и пошёл молодой жеребец по юбкам, рану сердечную залечивать. А что женщины? С одной стороны не каждая может отказать молодому и красивому принцу, а с другой - куда денешься когда на тебе 16 слоёв китайского шелка, парчи и волосы на 30 сантиметров длиннее тебя самой? Япония, средние века, но женщины несмотря на свое сидячее положение получают образование, знают поэзию, мяч иногда гоняют... Иногда кажется, что герои только и перебрасываются цитатами из китайских и японских поэтов.

И все же герой не похож на европейского Дон-Жуана. Например, узнав, что случайная любовница, которая и красавицей-то не была всю жизнь его ждала, дом не продала, никуда не уехала, он оценил ее верность и до конца жизни она ни в чем не нуждалась...
А юная Мурасаки? Он взял ее под свою опеку, увидев в монастыре, куда приехал лечиться, и хотя она не родила ему ребенка, до конца ее жизни любил ее, хотя гулял по полной. И она чувствовала его любовь, и он после ее смерти понял, что обижал ее, поселив рядом любовницу.

Герои абсолютно живые, они страдают, любят,не без недостатков -это не европейский рыцарский роман, рыцарей без страха и упрека нет, уж иногда хотелось переселиться в этот роман и стукнуть пару-тройку персонажей, ну и что что Япония, средние века - есть и спать всем всегда хотелось в приятной компании, вне зависимости от внешних факторов. Роман закольцован - судьба принца повторяется в судьбе его сына, незначительные на первый взгяд связи, первые главы можно вообще читать отдельно - каждая как отдельная повесть, но имеют значительное развитие в конце - повторы, круговорот кармы в природе, этакий "Облачный атлас". И автор применяет некое программирование читателя, повторяя "красивый", "изысканный" по десять раз на странице - поневоле создаётся такое волшебное чувство красоты...

Когда вас все достали, нервы на пределе, дома и на работе полный сумбур, - откройте эту замечательную убийственно (1488 страниц) красивую книгу и погрузитесь в мир этого поистине замечательного романа.

Необыкновенно поэтичная книга. Казалось бы, ничего особенного: размышления придворной дамы, жившей тысячелетием ранее, но как написано, сколько красок, запахов, звуков, сколько красивых в простоте впечатлений!

Средневековая Япония в «Записках у изголовья» – это страна реальная и вымышленная. Ты ничего не узнаешь о политике того времени, о войнах и суровых нравах. У Сэй Сёнагон Япония сахарная, почти волшебная, этакая «страна, которую они потеряли». Замечательная власть, необыкновенно умная и благожелательная императрица, во дворце которой служит писательница, забавы придворных, их маленькие интриги – и стихи, много-много стихов! Кажется, в те времена стихи писали абсолютно все, писали по любому поводу, умением складывать искусно слова гордились, а если уж твое стихотворение удостоилось переписывания, то ты, можно сказать, оказался на вершине славы.

В своем дневнике (а это именно дневник, и автор не собирался его распространять) Сэй Сёнагон расслабленно размышляет обо всем на свете. Вспоминает забавные случаи. Перебирает подарки своей госпожи. Перечисляет, что ее смешит, что раздражает, что кажется ей умным, а что, наоборот, ужасным, пошлым и нелепым. Нельзя сказать, что автор дневника очень уж интересная и замечательная личность, но ее размышления достаточно точны, она неплохой психолог и легко замечает важное. Оттого и читать ее интересно, в рассматриваемых ею типажах и ситуациях узнаешь знакомое тебе, и не важно, что прошло больше тысячи лет. Меняются формы жизни, но не ее содержание.

Лучшее в книге – это описания Японии, снега и деревьев, восхитительная атмосфера унесенного времени. Чувствуешь, что Сэй Сёнагон набила руку, сочиняя стихи в честь «всего», и не стесняется своего таланта. Можно с уверенностью сказать, что «Записки у изголовья» – отличный образец литературы своего времени, и нет ничего удивительного в том, что они дожили аж до 21 века.